А. В. Гнездилов Музыка рассвета



жүктеу 1.53 Mb.
бет9/19
Дата28.04.2016
өлшемі1.53 Mb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   19

Соната до минор

В глубине заснеженных лесов, на скалистом холме фантазия зимы воздвигла ледяной замок. Три островерхих башни несли дозор, хмуро вглядываясь в даль, и острые зубцы их стен безжалостно рассекали воздух. Ветер свистел в щелях, снежная пыль клубилась над замком, и тоскливое эхо разносилось по лесу, исполняя уснувшие деревья предчувствием боли и смерти. Но вот смолкли последние стоны побежденного ветра. Тускло засветилась ледяная броня страшного замка, празднуют победу. Небо над ним раздвинулось, и сквозь хмурые косматые тучи пробились солнечные лучи. Голубым огнем вспыхнули башни, почувствовав угрозу, но холод их ледяного оружия не мог достать врага. Свет все ярче заливал мрачный замок, и вот звонкие капли одна за другой застучали по скользким плитам. Ледяная твердыня, оплот зимней стужи, стала таять, превращаясь в прозрачную воду. Вот капли слились в крошечный ручей, и он стал пробивать себе дорогу в сугробах. Вначале глухо ворча у препятствий, затем все звонче, перепрыгивая через корни деревьев и, наконец, зазвенел он торжествующей песней весны. Дальше и дальше устремлялся он, становясь все полнее, постепенно превращаясь в реку. А река уже неслась к океану, где гремели о берег суровые валы, и в устье реки на каменистом острове стоял замок, подобно ледяному, но уже сотворенный руками людей. Стены его были из красного гранита. В нем жила прекрасная королева, и ее безнадежно любил волшебник…

Мелон любил грезить под музыку, и его воображение рисовало целый калейдоскоп картин, сливавшийся в необыкновенные сюжеты. И сейчас он с сожалением возвращался в обычный мир, а его душа еще цеплялась за пережитые чувства и жаждала остаться в пространстве музыки. Впрочем последнее произведение Илмиса — гак звали композитора и исполнителя сонаты— смущало Мелона. Начатое в минорном ключе, оно неожиданно завершалось мажорными звуками, и от этого менялся смысл и логика произведения. С одной стороны, соната казалась интересной и неожиданной, с другой— теряла глубину. Впрочем, можно ли искусству предъявлять какие-либо условия, а творцу рамки? Один лишь отрывок из первой части настолько захватил Мелона, что он с тайным трепетом повторял его много раз и тотчас погружался в необычайные переживания. Ему казалось, что он превращается в маленького водяного тритона, живущего в светлой заводи ручья на окраине леса. Журчание потока, переливы отраженного света на стволах могучих корявых деревьев, запахи водяных лилий и ирисов— все это было его сокровенной жизнью и даровало ему всю полноту и радость ее.

Но мелодия заканчивалась и Мелон опять возвращался в постылую обыденную реальность. О, как он завидовал Илмису, владеющему силой творца, способному подчинить себе природу, а не зависеть от нее.

— Напрасно твое преклонение перед Илмисом, — рассмеялся старинный приятель Мелона, — он бежит от жизни не меньше тебя. Его последняя соната посвящена леди Сельме, которая отвергла его. Однако он придумал счастливый конец своему порыву, ты ведь заметил, как трагическая тема вдруг превращается в конце в фальшивую радость.

Мелон промолчал. Одно упоминание о сонате опять воскресило в нем волшебный мотив, ручей заворожил пением, и он снова был крошкой-водяным. Разводы на поверхности ручья складывались в немыслимые узоры, и паучки пытались повторить их на своих паутинках. Зеленые водоросли танцевали над светлым песчаным дном. Маленький тритон играл с рыбками, когда раздался топот копыт. Кавалькада всадников на серебристо-белых конях остановилась у ручья. Надменная красавица в зеленом бархатном платье обвела заводь медленным взглядом и остановила его на тритоне.

— Подай мне воды, дитя! — раздался низкий голос.

Тритон наполнил водой перламутровую раковину, что носил за поясом и протянул ее повелительнице всадников. Она улыбнулась ему:

— Ты ловок и бесстрашен. Пожалуй, мне пригодится такой как ты. Присоединяйся к моей свите! Ты будешь моим пажом.

Тритон не смел возражать, и ему подвели маленького шотландского пони.

— Вперед! — крикнула Зеленая Леди. — До вечера мы должны успеть попасть в замок!

Три башни окружали замок в устье реки, и их длинные тени в лучах заката вычерчивали знак трезубца на пустынной отмели. Тихо прокрались к стенам рыцари зеленой леди и, преодолев их, скрылись в замке. Еще несколько томительных минут ожидания, и вот раздался чей-то крик, звон оружия. Затем загремели ржавые цепи подъемного моста, отворились ворота. Замок был захвачен и воины торжественно встретили свою повелительницу победными звуками труб. Леди въехала на широкий двор.

— Где хозяйка? — сурово спросила она.

Двое рыцарей поднесли факел к фигуре, опутанной веревками. Тритон вздрогнул. Пленница как две капли воды походила на Зеленую леди. Только красота ее была тоньше и благородней, а в глазах стояли слезы и немой упрек.

— Как твое имя? — спросила Леди.

— Сельма, — прозвучал тихий голос.

Леди дала знак и пленницу отвели в подземелье. Победительница подняла руку:

— Отныне ни один из вас да не забудет мое имя. Я зовусь королевой Сельмой!

Рыцари преклонили колени. А на следующий день в замок прибыл великий волшебник. С изумлением маленький паж узнал в нем Илмиса. Пышные торжества встретили его появление. Бесчисленная вереница вассалов и гостей потекла в замок. Пиры и балы не давали отличить день от ночи. Столетние вина кружили головы, стены сотрясала музыка, во дворе устраивались турниры. Волшебник казался довольным, и королева не отходила от него ни на шаг. Ее паж испытывал странное чувство раздвоенности.
Он не мог забыть настоящей хозяйки замка. Ее лицо вставало перед ним и словно просило о помощи. С другой стороны, он не мог подойти и заговорить с волшебником, ибо это означало для пего смерть. Весь этот блеск и торжество были ложью, и порой пажу казалось, что сам волшебник чувствует это: временами он растерянно оглядывался, словно что-то искал и не находил.

Паж всем своим поведением старался помешать Зеленой Леди. Он постоянно попадался на глаза волшебнику и молча глядел на него, вкладывая в свой взгляд всю силу укора. В иное время он нарочито громко взывал к леди, называя ее по имени, и та вздрагивала, словно понимая тайный намек. Наконец, паж стал искать возможности спасти настоящую королеву. Увы, это было невозможно: ключи от всех помещений хранились в покоях Зеленой Леди, а вход в ее опочивальню охранялся рыцарями. Оставался последний путь. Волшебник должен увидеть настоящую королеву, прежде чем обвенчаться с Зеленой Леди.

Накануне венчания среди пира Волшебник поднял свой кубок в честь королевы Сельмы. Но не успел еще грянуть ответный хор послушных гостей, как раздался тоненький голос пажа:

— Королевы Сельмы здесь нет!

Он не успел ничего сказать, как был схвачен слугами.

— Измена! — вопили они, размахивая над ним кинжалами.

— Измена! — возгласила Зеленая Леди, и приказала бросить его в темница. — Завтра ты будешь казнен, маленький предатель!

К утру во дворе замка был воздвигнут эшафот. Волшебник и Зеленая Леди сидели в креслах, и палач ожидал их знака.

— Твое последнее желание, раб! — произнесла Леди. Волшебник смотрел на пажа с тайным состраданием.

— Да, да, мы постараемся выполнить твое последнее желание. Это закон… — пробормотал он.

— Я прошу только одного, чтобы вывели сюда узницу, томящуюся в темнице замка, и я мог проститься с ней!

— Нет! — крикнула Зеленая Леди в ярости, — палач, выполняй свою работу!

— Стой! — внезапно произнес волшебник, встав с места. — Это желание обреченного и нельзя не выполнить его.

Смущенные слуги еще стояли, не решаясь перечить ни своей хозяйке, ни будущему королю, когда внезапно раздался тихий звон. Придерживая цепи, во дворе появилась королева Сельма и подошла к эшафоту:

— Спасибо тебе, маленький паж! Ты спас не только меня, но и этого несчастного волшебника, который испугался страданий.

— Я? — воскликнул волшебник, подбегая к ним. — Нет! Я ничего не испугался и готов принять смерть вместо пажа.

— Зачем? — возразила ему королева Сельма, — Ты же властелин всего! Никто здесь не осмелится и шага сделать без твоей воли.

— А эта…. леди? — спросил он, опасливо взглянув на трон.

— Она лишь твоя фантазия и должна была утешить тебя в твоей печали.

Сильный ветер налетел на замок и словно чародей, развеял всю толпу. Осталось только трое — Илмис, Сельма и Мелон.

— Значит, лишь мы настоящие в этом мире? — задумчиво спросил композитор.

— Да, — ответила Сельма.

— Моя соната ничего не изменила? — снова спросил Илмис.

— Она должна была помочь тебе понять самого себя. Ты хотел счастливой взаимной любви, но судьба не давала тебе ее. Ты получил дар безответного чувства и решил отвергнуть его. Желание счастья во что бы то ни стало заставило тебя сфальшивить, и на свет явился мой двойник. Однако твой талант зажег сердце Мелона, и он вплел свою жизнь в твою сонату. Его честность не позволила исказить твое произведение, и теперь оно будет иметь другой конец. Не правда ли?

— Да! — ответил Илмис, опуская голову. — Прими мою благодарность, дорогой Мелон. Я получил урок, приобрел друга и нашел соавтора своей сонаты.


: book
book -> Психологические труды
book -> Умра мен қажылық жасаушыларға арналған жаднама Дайындаған Дамир Хайруддин Қазақ тіліне орыс тілінен аударған «Абу Ханифа мирасы»
book -> -
book -> Бандар ибн Найиф әл-Утайби «аллаһТЫҢ ТҮсіргеніне сәйкес емес басқару (билік қҰРУ) ЖӘне шешім шығару»
book -> -
book -> Білместікпен жасалған көпқұдайшылық (ширк) кешіріледі ме?
book -> ЖАҢа жылдың келуін мейрамдауды харам ететін себептер
book -> ЖАҢа жылдың келуін мейрамдауды харам ететін себептер


1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   19


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет