Аарон Бушковски (Канада) незнакомцы среди нас



жүктеу 0.55 Mb.
бет1/3
Дата01.04.2016
өлшемі0.55 Mb.
  1   2   3
: files
files -> Шығыс Қазақстан облысындағы мұрағат ісі дамуының 2013 жылдың негізгі бағыттарын орындау туралы есеп
files -> Анықтама-ұсыныс үлгісі оқу орнының бланкісінде басылады. Шығу n күні 20 ж
files -> «Шалғайдағы ауылдық елді мекендерде тұратын балаларды жалпы білім беру ұйымдарына және үйлеріне кері тегін тасымалдауды ұсыну үшін құжаттар қабылдау» мемлекеттік қызмет стандарты
files -> «Наркологиялық ұйымнан анықтама беру» мемлекеттік көрсетілетін қызмет стандарты Жалпы ережелер «Наркологиялық ұйымнан анықтама беру»
files -> Регламенті Жалпы ережелер 1 «Мұрағаттық анықтама беру»
files -> «бекітемін» Шығыс Қазақстан облысының тілдерді дамыту жөніндегі басқармасының басшысы А. Шаймарданов
files -> «бекітемін» Шығыс Қазақстан облысының тілдерді дамыту жөніндегі басқармасының бастығы А. Шаймарданов
files -> Шығыс Қазақстан облысының тілдерді дамыту жөніндегі басқармасының 2012 жылға арналған операциялық жоспары
files -> Тарбағатай ауданының ішкі саясат бөлімі 2011 жылдың 6 айында атқарылған жұмыс қорытындысы туралы І. АҚпараттық насихат жұмыстары
Аарон Бушковски (Канада)


НЕЗНАКОМЦЫ СРЕДИ НАС

Перевод с английского Галины Колосовой ©



.


Действующие лица:

Джоан – 50 лет

Арт (ее муж) – 55 лет

Майкл (отец Джоан, у него болезнь Альцгеймера) – 70 лет

Габриэль (у нее болезнь Альцгеймера) – 70 лет

Вирджил, ее муж – 70 лет

Нетти (Аннетта, единственная дочь Габриэль) – 30 лет

Робин Хопкинс (медсестра) - 40 или 50 лет


ХОР.

ЛЕО (бейсболист) – 70 лет

МЭРИ («торт») – 60 лет

МЭРИ-2 («танцы») – 60 лет


Другие обитатели интерната для пациентов с болезнью Альцгеймера
Сценография.

Это могут быть картонные коробки с торчащими из них шестами. На шестах – паруса, на которые можно проецировать изображения. Между картинами актеры сидят за коробками, как в лодках. Одна сторона коробок – белая, их можно передвигать.


Примечание.

Все происходящее в пьесе – призрачно и непоследовательно. По мере приближения финала ХОР (ЛЕО, МЭРИ и МЭРИ-2) появляется во все более ярких одеждах, которые практически превращаются в произведения искусства.


Мизансцены плавно перетекают одна в другую. Проекции – на усмотрение постановщиков. Если некоторые роли будут играть одни и те же актеры, пьесу могут сыграть 7-10 актеров.

Действие первое
Картина первая

Свет. Зловещая тишина. Кругом паруса.

Входят актеры, одетые в серые пальто. Похоже, что они заблудились. Они кругами бродят по сцене, пытаясь понять, что их окружает. Среди них ГАБРИЭЛЬ и МАЙКЛ в модных длинных пальто.

Неожиданно зажигаются огни близлежащих домов. Актеры тянутся к этому свету и тихо уходят со сцены.

Остаются. МАЙКЛ и ГАБРИЭЛЬ. Они подходят к скамейке на автобусной остановке.
ГАБРИЭЛЬ. (Майклу). Вы не могли бы? (Смеется). Вы бывали когда-нибудь на Северной стороне?

МАЙКЛ. Не люблю Калифорнию, разве что вино.

ГАБРИЭЛЬ. Не бывали…а за мостом?

МАЙКЛ. Мой отец был инженером. Строил дороги. А иногда мосты. Хороший человек, но с плохим характером. Любил выпить. Алкоголь.

ГАБРИЭЛЬ. (Показывает Майклу записку). Вы не знаете, где это? Пожалуйста….

МАЙКЛ. Вам надо заняться своим почерком.

ГАБРИЭЛЬ. (Возбужденно). Вы не знаете, где я нахожусь?

МАЙКЛ. Конечно, знаю.

ГАБРИЭЛЬ. Мой муж будет думать, что я – «того», если я не появлюсь.

МАЙКЛ. Мои дети…Я переехал к ним. А теперь они задают мне такие вопросы, на которые я не могу ответить.

ГАБРИЭЛЬ. Я, правда, должна идти домой, я не могу заставлять Вирджил ждать.

МАЙКЛ. Моего кузена зовут Вирджил. Он потерял большой палец во время войны. Это было еще до того, как их научились пришивать на место.

ГАБРИЭЛЬ. Надо мне было одеть свитер. У меня есть такой красивый свитер.

МАЙКЛ. В свитере всегда очень уютно.

ГАБРИЭЛЬ. Это Кэтрин купила мне его в Лондоне. Моя сестра легко тратит деньги. Правильнее сказать, фунты.

МАЙКЛ. А мою собаку звали Лондон. Помните то шоу с собаками?

ГАБРИЭЛЬ. Я никогда не хожу в театр.

МАЙКЛ. В театр?

ГАБРИЭЛЬ. В театр.

МАЙКЛ. (После паузы). Ну да…Огни, огни, огни. Все эти огни…удивительно, как они все помнят.

ГАБРИЭЛЬ. Я вышла из дому ненадолго. Хотела посмотреть на розы Элли…В конце улицы.

МАЙКЛ. Знаете, такси в этом городе очень грязные.

ГАБРИЭЛЬ. Надо мне было предупредить кого-нибудь. Но…я ведь живу там уже двадцать лет. Двадцать лет… я вроде должна была бы знать.

МАЙКЛ. А.. Не понимаю, что происходит. Этот водитель, это такси. Он вел машину, как русский. Сумасшедший русский.

ГАБРИЭЛЬ. Бабушка.

МАЙКЛ. Этот парень. Мистер Большая Шишка.

ГАБРИЭЛЬ. Бабушка.

МАЙКЛ. А эта тонкая сигара…Всю машину провонял.

ГАБРИЭЛЬ. Мы звали соседку «бабушка». Она курила, как паровоз. У нее на огороде росли такие роскошные помидоры.

МАЙКЛ. Какое-то такси. Водитель выбросил меня здесь. На главной дороге…просто смех.

ГАБРИЭЛЬ. Кто-нибудь за нами придет, а?

МАЙКЛ. О, да. Кто-нибудь из молодых, я надеюсь. (Пауза). Мои внуки любят Кока-Колу, чипсы и Кока-Колу. В их возрасте мы ели пшеничные зерна. Терли их в руках, чтобы шелуха отделилась. У вас тонкие руки. Наверное, у вас ревматизм.

ГАБРИЭЛЬ. Нет, это у моего отца. А у меня? У меня свои проблемы.

МАЙКЛ. Да…В нашем возрасте…(Пауза). Вы видели автобус?

ГАБРИЭЛЬ. Нет. (Пауза). А скоро они за нами приедут?

МАЙКЛ. Надеюсь, что они не будут на мотоциклах. Ужасная вещь. И никакой защиты. Совсем никакой!

ГАБРИЭЛЬ. Мне холодно.

МАЙКЛ. Дайте мне вашу руку. Вы наверняка знаете.

ГАБРИЭЛЬ. Я знаю. (Пауза). Мне страшно.

МАЙКЛ. Все хорошо. Я здесь.

ГАБРИЭЛЬ. А вы кто?

МАЙКЛ. Майкл. Меня назвали в честь ангела.

ГАБРИЭЛЬ. (Отдергивает руку). Извращенец.

МАЙКЛ. Нет. Нет…Майкл. Он есть в Библии. Вы, наверняка, знаете.

ГАБРИЭЛЬ. (Пауза). А который сейчас час?

МАЙКЛ. Уже поздно.

ГАБРИЭЛЬ. Думаю, да. Все уже спят.

МАЙКЛ. Все, кто работает

ГАБРИЭЛЬ. Все-все-все. Спят.
Проходит минута. Внезапно их освещают фары автомобиля.

У них возникает надежда. Но автомобиль проезжает мимо.
МАЙКЛ. Мимо цветущих полей и через застывший ручей.

Вверх по склону холма и дальше в глубь долины…

Видение это или сон, после которого я проснулся?

Эта летящая музыка…Или это мне снится?

(Пауза). Интересно, откуда это у меня выскочило?

ГАБРИЭЛЬ. Это красиво.

МАЙКЛ. Я не собирался читать вам лекцию о поэзии. Но тогда, раньше, я этим занимался.

ГАБРИЭЛЬ. Да, это были хорошие деньки.

МАЙКЛ. Да, было много интересного, был энтузиазм. Работа, работа и работа…А потом все, как будто свет выключили. Теперь, посмотрите на меня.

ГАБРИЭЛЬ. (Снова берет его за руку. После паузы). Я…Я больше не люблю спать.

МАЙКЛ. Я тоже.
Свет гаснет. Светятся силуэты домов, похожих друг на друга.


Картина вторая
На экране высвечивается цитата:

«Надо подождать до вечера, чтобы понять, как прекрасен был день»

СОФОКЛ

.

.

Экран гаснет. Комната ожидания в интернате. ВИРДЖИЛ и НЕТТИ, одетые не модно, в серое, беседуют с ГАБРИЭЛЬ на одной стороне сцены, в то время как ДЖОАН и АРТ, также одетые в серое, беседуют с МАЙКЛОМ. ГАБРИЭЛЬ и МАЙКЛ – в длинных пальто, по крайней мере, один предмет одежды на них - яркого цвета.

Освещаются МАЙКЛ, ДЖОАН и АРТ.
ДЖОАН. (Майклу). Ведь тебя могли убить.

МАЙКЛ. Что?

АРТ. Мы чуть не умерли, так за тебя волновались, до тошноты.

МАЙКЛ. Вы слишком сильно волнуетесь, если будете так волноваться, у вас начнут выпадать волосы.

АРТ. Они и так выпадают.

МАЙКЛ. Как рано…Нужно заворачивать голову полотенцем, смоченным в масле из льняного семени.


Освещаются ВИРДЖИЛ, ГАБРИЭЛЬ и НЕТТИ.
ВИРДЖИЛ. А куда ты дела записку, которую я тебе дала?

ГАБРИЭЛЬ. Записку?

ВИРДЖИЛ. Я записала там наш адрес. На случай, если ты заблудишься. Ты должна была показать ее кому-нибудь.

ГАБРИЭЛЬ. Кому?

НЕТТИ. Кому-нибудь из представителей власти, мам.
ВИРДЖИЛ пытается снять с ГАБРИЭЛЬ пальто.
ВИРДЖИЛ. …и все закончилось каким-то сумасшедшим на Восточной стороне.

ГАБРИЭЛЬ. Нет, я живу на Северном Берегу. А мой муж…он конечно немного «того», но я все равно его люблю.

ВИРДЖИЛ. О боже…(Оглядывается вокруг). Кто-нибудь здесь работает?

ГАБРИЭЛЬ. А где мы?

НЕТТИ. В интернате.

ГАБРИЭЛЬ. А что это такое?

НЕТТИ. Это такое специальное место, где о тебе будут заботиться.

ГАБРИЭЛЬ. А им за это платят?

НЕТТИ. Да.

ВИРДЖИЛ. Ну и где же сестра?

ГАБРИЭЛЬ. А зачем твоему отцу сестра?

НЕТТИ. Потому что он тебя любит.

ГАБРИЭЛЬ. Какой молодец.

НЕТТИ. Я тоже тебя люблю (Целует ГАБРИЭЛЬ.).

ГАБРИЭЛЬ. Осторожно, измажешься. Иногда наложишь на лицо так много тона…
Снова освещаются МАЙКЛ, ДЖОАН И АРТ.
ДЖОАН. В полиции сказали, что они нашли тебя на Восточной стороне города. Как же ты туда попал?

МАЙКЛ. Люблю гулять.

ДЖОАН. Мы не можем… я не могу больше так жить, все время волноваться, что тебя не найдут. Это уже третий случай за месяц. Ты не должен был уходить со двора!

МАЙКЛ. А тебя никто и не просит волноваться.

ДЖОАН. С тобой можно просто сбрендить!

МАЙКЛ. Следи за своим языком. Я пока еще твой отец, Рэчел.

ДЖОАН. Джоан! Папа, я – Джоан.

МАЙКЛ. Не надо мне напоминать, поняла?

ДЖОАН. Ты тоже пойми.

МАЙКЛ. Я не идиот!

ДЖОАН. Будем ругаться?

МАЙКЛ. Я твой отец!

АРТ. Джоан…

ДЖОАН. Не джоанкай мне!


МАЙКЛ щипает ее за попу. ДЖОАН подскакивает и бьет МАЙКЛА.
ДЖОАН. Не щипайся! (АРТУ). Господи, ну что он меня всегда щипает?

АРТ. Я тебя щипаю, мы все тебя щипаем. Мы с ума сходим от тебя. Пойми нас.

МАЙКЛ. Рэчел родилась сразу же после войны. У нее была маленькая дырочка в сердце. И это было начало конца, скажу я тебе.
Снова ВИРДЖИЛ, ГАБРИЭЛЬ И НЕТТИ.
ВИРДЖИЛ. Я твой муж, Габби. Я люблю тебя, и ты меня любишь, и мы справимся со всем этим, вот увидишь. Ты понимаешь? Понимаешь?

ГАБРИЭЛЬ. Почему ты так нервничаешь?

ВИРДЖИЛ. Ты ушла из дома и оставила двери открытыми, и газ на кухне горел во всю. Мог бы быть пожар!

ГАБРИЭЛЬ. (Смущенно). О боже.…Когда я была учительницей, я была такой организованной.

ВИРДЖИЛ. Где же эта сестра?

ГАБРИЭЛЬ. У тебя нет никакой сестры!

НЕТТИ. Ты в порядке, мама?

ГАБРИЭЛЬ. Не совсем. МАЙКЛ. Мне бы хотелось снова пойти работать.

НЕТТИ. Тебя не устраивает быть на пенсии, да?

ГАБРИЭЛЬ. А это так называется?

НЕТТИ. Знаешь, у меня до сих пор сохранились все твои учебные пособия.

ГАБРИЭЛЬ. Ты это про что?

НЕТТИ. Уже неважно.

ГАБРИЭЛЬ. Ты теперь совсем большая девочка. Передай привет маме, когда ее увидишь.

НЕТТИ Моя мама - ты.

ГАБРИЭЛЬ. Ну, все равно, передавай привет.

НЕТТИ. Передам.
НЕТТИ, ВИРДЖИЛ, ДЖОАН и АРТ исчезают.

Пауза. ГАБРИЭЛЬ И МАЙКЛ одни.
ГАБРИЭЛЬ. Где мы?

МАЙКЛ. Это какой-то замок.

ГАБРИЭЛЬ. Нет, нет. Потолки очень низкие.

МАЙКЛ. Значит это место, где людей задерживают.

ГАБРИЭЛЬ. Зачем нас задерживать? Мы же ничего не сделали.

МАЙКЛ. Ну, может быть, они хотят нас поизучать.

ГАБРИЭЛЬ. О, я не думаю. Папа всегда говорил мне, что я самая обыкновенная девочка.

МАЙКЛ. Мы – полоски на шкурах разных тигров.

ГАБРИЭЛЬ. Говорите только за себя. Я - самое обыкновенное человеческое существо. Я плачу, смеюсь и все такое прочее.

МАЙКЛ. А у меня такое чувство…Как будто какой-то зверь хочет вырваться из груди.

ГАБРИЭЛЬ. Вам надо поинтересоваться, что это такое. Я серьезно.

МАЙКЛ. (После паузы). Мне нравятся ваши волосы.

ГАБРИЭЛЬ. А мне нравятся ваши глаза. Они как у зверя.

МАЙКЛ. (Сначала не уверен, что ответить, потом смягчается). В вас есть что-то симпатичное.



Свет гаснет.
Картина третья.
Медленно входят другие актеры. Все одеты в пальто. Музыка звучит громче. Мы находимся в интернате для пациентов, страдающих болезнью Альцгеймера. Атмосфера как в загородном доме отдыха.
Появляются ЛЕО, МЭРИ И МЭРИ-2, которая впоследствии будет ведущей хора. Все одеты в яркие, эксцентричные одежды. Они идут навстречу ГАБРИЭЛЬ и МАЙКЛУ. Все внимательно друг друга разглядывают.
Высвечивается цитата:

«Человек – это часть целого, называемого «вселенная», часть, ограниченная временем и пространством»

АЛЬБЕРТ ЭЙНШТЕЙН
Экран гаснет. Входит РОБИН. Она – медсестра.
МАЙКЛ. Простите, а здесь есть кто-нибудь из руководства?

РОБИН. Я.

МАЙКЛ. Что мы такого сделали? Почему нас сюда привезли?

РОБИН. Вы сюда попали из-за того, что с вами происходит.

МАЙКЛ. А что с нами происходит?

РОБИН. Вы все время чувствуете, что вы куда-то проваливаетесь, ваши воспоминания скапливаются как кучи картонных коробок, которые не может убрать никакая техника. В общем…одни мучения.



Входят другие пациенты.

РОБИН. Мне очень жаль, что это зашло так далеко. Но, раз уж мы здесь, давайте попытаемся развлечься. Послушайте все. К нам сегодня присоединились новенькие. Габби и Майкл. Давайте им представимся.

ЛЕО. Я играл на бас гитаре в молодости. Я хорошо играл. А моя гитара просто пела.

РОБИН. Покажите нам.

ЛЕО. (Настраивает воображаемую гитару). Я – Лео Робинсон. Когда мне было 19, все в мире было для меня первый сорт.

ГАБРИЭЛЬ. Какой вы счастливый! А я не могла дождаться, когда стану совсем взрослой.

ЛЕО. (Рычит, как лев, на ГАБРИЭЛЬ и на МАЙКЛА). Я – дракон. Как-то я играл на маленьком балу в Регине... ну вы знаете…с драконами. Ну и туда заходили ребята скауты, они в своей форме и длинных сапогах.. я даже как-то двух черномазых убрал… снял их с белого Джорджи.

МАЙКЛ. А я никогда не любил спортивные игры. После того, как мимо тебя просвистит пара настоящих пуль, все остальное не идет ни в какое сравнение.

ЛЕО. А что это была за игра?

МАЙКЛ. Да вряд ли вы поймете.

ЛЕО. Вы надо мной смеетесь?

МАЙКЛ. Нет.

ЛЕО. Вы думаете, я сумасшедший?

МАЙКЛ. Нет, конечно, нет.

ЛЕО. Ну ладно. (Пауза). Я никогда не был женат. А вы?

МАЙКЛ. Женат. На замечательной женщине. Но это не ваше дело.

МЕРИ. Мэри.

МАЙКЛ. Приятно познакомиться.

МЕРИ. Я приготовила огромный свадебный торт в 1944 году. Я вообще их терпеть не могу, эти торты. Но если я не ем сладости, это не означает, что я – не замужем!

МАЙКЛ. Вы читаете?

МЕРИ. Конечно. Если не читаешь - то и не пишешь.

МАЙКЛ. А кто все эти люди?

РОБИН. Мы все живем здесь, в этом доме. Все вместе.

МАЙКЛ. А вы кто?

РОБИН. Я – Робин.

МАЙКЛ. Но вы не похожи на Робина.

ЛЕО. Слушай, приятель, она – Робин и все тут. Договорились?

МАЙКЛ. (К Робин). А зачем вы здесь?

РОБИН. Чтобы вам помочь.

МАЙКЛ. А я не калека.

РОБИН. Мы здесь все помогаем друг другу.

МАЙКЛ. Ох… Мне это все больше и больше не нравится …

МЭРИ. Я научилась танцевать после того, как мой отец умер от эвфемизма. У него были такие короткие ноги. После танца он не мог отдышаться.

МАЙКЛ. ( К Робин). Простите, но я не смогу здесь остаться.

РОБИН. А вы знаете, где мы?

МАЙКЛ. Что вы хотите этим сказать?

РОБИН. Знаете ли вы, где мы, находимся?

МАЙКЛ. Я - образованный человек. Я вижу, что здесь происходит!

РОБИН. Прошу прощения, но вы не можете уйти отсюда.

МАЙКЛ. То есть, это означает, что я болен?

РОБИН. Ну, в каком-то смысле – да.

МАЙКЛ. Кошмарная ситуация…

МЭРИ-2. Все в порядке…думайте только о хорошем.

МАЙКЛ. Вы, наверное, шутите.

МЭРИ-2. Приятно с вами познакомиться. Я тоже Мэри.

МАЙКЛ. А здесь есть хоть кто-нибудь, кто не Мэри?

ГАБРИЭЛЬ. Я! Я – Габриэль.

МАЙКЛ. Да… Ваше лицо мне знакомо.

РОБИН. Правильно. Вы двое прошлой ночью немного погуляли… а как вы встретились друг с другом?

МАЙКЛ. Я не знаю. Я могу теперь уйти?

РОБИН. И что, вы пропустите танцы?

Играет вальс. Лео подходит к Мэри-2.

ЛЕО. Потанцуем?

МЭРИ-2. Спасибо.
Они танцуют. МЭРИ и РОБИН тоже танцуют. МАЙКЛ и ГАБРИЭЛЬ сидят, наблюдают за ними.
МАЙКЛ. Мне кажется, что мы здесь застряли с кучей каких-то странных типов.

ГАБРИЭЛЬ. Но они хорошо танцуют.

МАЙКЛ. Они-то танцуют, а мы здесь сидим и загниваем

ГАБРИЭЛЬ. А вам когда-нибудь было весело?

МАЙКЛ. Да как-то раз было, на гулянке, как раз перед призывом в армию.

ГАБРИЭЛЬ. А мы пользовались газетами. Мы их рвали и прятали за унитазом.

МАЙКЛ. Нет, что вы! Я говорю о Корее. Сплошная грязь и грязь, липкий рис и мясо, как резина. И вечно протекающие крыши. И кругом пулеметы.

ГАБРИЭЛЬ. Мы должны были делать то, что нужно. Сливовый и яблочный джем.

Использованные чайные пакетики. Старые полотенца, разорванные на тряпки.

МАЙКЛ. Конечно. Надо делать то, что надо. Это – жизнь.

ГАБРИЭЛЬ. Вот мой папа всегда говорил – мы все когда-нибудь протянем ножки.

ЛЕО вальсирует мимо с Мэри-2.

ЛЕО. Вы двое, что, так и будете сидеть здесь как две шишки на доске?

МАЙКЛ. У доски нет шишек, у нее сучки.

ЛЕО. Вы думаете, я сумасшедший? Вы так думаете?

МЭРИ-2. (Отвлекая Лео). Не отвлекайтесь, танцуем дальше.

ЛЕО. С этим парнем будет масса проблем.



Пауза. МАЙКЛ замечает, что ГАБРИЭЛЬ потирает свою ногу.

МАЙКЛ. У вас маленькая ножка для женщины вашего возраста.

ГАБРИЭЛЬ. Спасибо.

МАЙКЛ. Позвольте, мадам. (Берет ее ногу и рассматривает ее). Говорят, что наши ноги соединены с нашими душами.

ГАБРИЭЛЬ. У меня плохая душа.

МАЙКЛ. У вас прекрасная подошва. Но плохой подъем. Вот здесь потрите – это место соединяется с вашими почками.

ГАБРИЭЛЬ. А я вас знаю. Вы фетишист! Вы любите ножки!

МАЙКЛ. Я – Майкл. Запомнили?

ГАБРИЭЛЬ. Да. Конечно. Майкл…Но что скажет мой муж? (Сильно трет ногу). Ой!

МАЙКЛ. Это сердце…

ГАБРИЭЛЬ. О, боже…
ГАБРИЭЛЬ убирает ногу. Некоторое время они сидят и наблюдают, как

уходят другие.
МАЙКЛ. Я образованный человек. Считайте меня ученым.

ГАБРИЭЛЬ. Да я бы с радостью, но я не вижу здесь ни одного ученого.


Они смотрят друг на друга и немного улыбаются.
МАЙКЛ. Вы – хорошая. И очень смешная.

ГАБРИЭЛЬ. Мне просто везет.

МАЙКЛ. И мне. Мы оба везучие.
Свет гаснет.

Картина четвертая.
Освещаются ВИРДЖИЛ и НЕТТИ. Они наблюдают за МАЙКЛОМ и

ГАБРИЭЛЬ, которые сидят на стульях там же.
ВИРДЖИЛ. Говорил ли я тебе когда-нибудь, что ей однажды удалось попасть в лунку? На зеленом поле, окруженном водой. В горах. У нее была красивая походка.. Хороший ритм. Склоненная голова. Глубокая концентрация. Хорошо следила за мячом. Он приземлялся мягко, как кошка, на мягкий зеленый ковер. Два раза подскочил и закатился в лунку. Я повернулся к ней и сказал…Ну, в общем, она быстро училась.

НЕТТИ. У нее до сих пор чудные глаза, да?

ВИРДЖИЛ. Думаю, что да.

НЕТТИ. Думаешь??


Они наблюдают за ГАБРИЭЛЬ, она шаркающей походкой проходит мимо.
НЕТТИ. Привет, мам. Мы здесь.
ГАБРИЭЛЬ останавливается на секунду, но затем шаркает дальше.
НЕТТИ. (После паузы). Знаешь, я где-то читала на днях, что любовники не меняются в глазах друг друга всю свою жизнь. Для них меняется все остальное вокруг

ВИРДЖИЛ. Ты прочитала про это в одном из этих дамских журналов?

НЕТТИ. Называется Американская Психология.

ВИРДЖИЛ. Странное название для дамского журнала.

НЕТТИ. (Делает новую попытку). Па, а как для тебя сейчас выглядит мама?

ВИРДЖИЛ. (Не глядя на нее). Ну. Не знаю…

НЕТТИ. А ты посмотри на нее.

ВИРДЖИЛ. (Не сразу смотрит, но потом отворачивается). Знаешь, прошлой ночью мне приснилось, что мы все снова молодые и беззаботные. Мы тогда всегда куда-то спешили, всегда бежали…на следующий обед-маскарад, на следующую деловую встречу, или в школу, за детьми. А теперь, посмотри на нас. Половину нашего времени мы ходим, согнувшись, глядя в землю, как будто мы ищем монетки. И к тому же я теперь ем продукты только из трех групп питания: это цыпленок, картошка и сливовый сок. По ночам мой желудок звучит как гранитная фабрика, производящая гравий. А по утрам я ем свой завтрак в туалете. Он в консервной банке. Вот это жизнь, а? (Смеется над своей собственной шуткой). Знаешь, тебе не помешает немного посмеяться.

НЕТТИ. Знаешь, па, это как раз тот случай, когда я просто не могу смеяться.

ВИРДЖИЛ. Тогда ты станешь старой раньше времени. Я это знаю. Вот тебе мой совет. Трать деньги на тряпки, на путешествия и на самую вкусную необыкновенную еду. Вот услышишь про солнечное затмение в Южной Америке – и сразу же туда. Веселись там. Может быть, познакомишься с кем-нибудь. Делай это теперь и почаще, потому что, знаешь, жизнь – это как глазом моргнуть.

НЕТТИ. Да, но у меня дома растет сын, я работаю на полставки, и еще я ухаживаю за мамой. Но все равно, спасибо за совет.
Тишина. Приближается шаркающей походкой ГАБРИЭЛЬ.
НЕТТИ. Привет, ма. Посмотри, кто пришел. Папа!
ГАБРИЭЛЬ молча смотрит и уходит.
ВИРДЖИЛ. Это бесполезно.

НЕТТИ. Слушай, приходи сюда время от времени. Держи ее за руку, говори с ней, гуляй. Здесь, недалеко, есть поле для гольфа. Посмотри, как они бьют по мячу.

ВИРДЖИЛ. Ну, я не знаю.

НЕТТИ. Посмотри на нее. Это же твоя жена. Ты шел с ней к алтарю. Это женщина, которая смеялась над всеми твоими шутками, которая мирилась с твоими плохими привычками, которая навещала тебя каждый день, когда ты лежал в больнице. Это ее ты прятал в Монсера, когда у вас с ней был жуткий роман. Это ее ты держал в своих объятиях. Это то же лицо, те же глаза и волосы. Ну же, папа. Подойди к ней. Успокой. Все в порядке.



Долгая пауза. ВИРДЖИЛ смотрит на ГАБРИЭЛЬ, затем на свои ноги.
ВИРДЖИЛ. Я пойду поищу, где можно попить воды. Прости… у меня жажда…(Уходит).

НЕТТИ идет утешить ГАБРИЭЛЬ, свет гаснет.
Картина пятая.
Освещаются ДЖОАН и АРТ, которые пытаются догнать РОБИН, прогуливающуюся с ЛЕО и МЭРИ-2. Теперь она в халате или опять в пальто. Они ходят по кругу.
ДЖОАН. Скажите, вы тут кормите диетической пищей, да?

РОБИН. В 1959 году полезной едой считали стейк с картофелем, много подливки и размороженный зеленый горошек, который можно было размять вилкой.

ДЖОАН. Арт, о чем это она, черт побери?

АРТ. Я не знаю, я хочу есть.


МЭРИ-2 вальсирует вокруг него.
ДЖОАН. И все-таки, что это за заведение?

РОБИН. Здесь они чувствуют себя в безопасности. Мы разработали собственную систему помощи, которая соответствует их нуждам.

ДЖОАН. Они сами не знают, что им нужно. Если бы знали, их бы здесь не было.

МЕРИ-2. (АРТУ). А знаете, зачем они придумали время?

АРТ. Зачем?

МЕРИ-2. Чтобы ничего не происходило в одно и то же время.

ДЖОАН. Арт, надо, чтобы ты тоже принял участие. Спроси, есть ли у них программы по ручному труду.

АРТ. Что?

ДЖОАН. Программы, чтобы их чем-нибудь занимать. Спроси ее.

АРТ. (МЭРИ-2). Значит у вас есть программы?

МЭРИ-2. О, да!

ДЖОАН. Да не ее. Ее!

АРТ. О! (РОБИН). А… чем же здесь люди занимаются?

РОБИН. Путешествуют во времени.

ДЖОАН. Что?

РОБИН. Правда.

ДЖОАН. Это очень странно. Где мой отец?

РОБИН. Проверяет слесарные работы.

ДЖОАН. Слесарные? Да он в последний раз занимался этим еще до войны в Корее.

РОБИН. Но проверить-то он может и сейчас?

ДЖОАН. Да он ничего не может делать!

АРТ. (МЭРИ-2). А вы откуда?

МЭРИ-2. От моей мамы.

ДЖОАН. Арт. Оставь ее в покое.

АРТ. Но она такая забавная.

ДЖОАН. Да, но я твоя жена. И что-то мне тут не нравится.

РОБИН. Поймите…Мы знаем, что мы здесь делаем. Вы должны нам доверять.

ДЖОАН. Действительно, должны ли?

АРТ. (Идет с ЛЕО рука об руку). У тебя такая большая лапа, парень.

ЛЕО. У игрока первой лиги такая и должна быть!

АРТ. Я сам любил делать подсечку.

ЛЕО. Си, Мануэль, си.

АРТ. Вы когда-нибудь играли в крикет?

ЛЕО. Не играл, но однажды проглотил шарик.

АРТ. Вы шутите.

ЛЕО. Может быть.

АРТ. (Пауза). О.

ЛЕО. Хотите забить мне пару крученых?

АРТ. (Подозрительно). Каких еще крученых?

ДЖОАН. Арт, пожалуйста, перестань.

АРТ. Да ладно, Джоан …мы же говорим о спорте. Так мне кажется.

ДЖОАН. У нас же есть более важные темы.


ДЖОАН идет к отцу, который появился в поле зрения. У него в руках – небольшой кусок медной трубы.
ДЖОАН. Что происходит, папа? Ты в порядке?

МАЙКЛ. Не отвлекай меня. Я занят.

ДЖОАН. Я хочу забрать тебя домой.

МАЙКЛ. Что?

ДЖОАН. Ты заслуживаешь лучшего.

МАЙКЛ. Я заслуживаю то, что я заслуживаю. Не умничай со мной. Лучше принеси мне Коку, давай!

ДЖОАН. (АРТУ). Видишь?

АРТ. Послушай, если ты все равно пойдешь за Кокой, захвати для меня немного изюма.

ДЖОАН. Нет.

Входит ГАБРИЭЛЬ. МАЙКЛ идет к ней, и они сталкиваются. Осторожно смотрят друг на друга.
ГАБРИЭЛЬ. Привет.

МАЙКЛ. Привет.



АРТ и ДЖОАН наблюдают.

АРТ. (ДЖОАН). Перестань. Все в порядке.

ДЖОАН. Надеюсь, что ему здесь будет хорошо.

АРТ. Посмотри на него. Ему хорошо. Он находит друзей. Пошли.

МАЙКЛ. Ну...

ГАБРИЭЛЬ. Ну, ну...


АРТ, ДЖОАН и остальные растворяются в темноте.
ГАБРИЭЛЬ. Вы меня толкнули.

МАЙКЛ. Кто?

ГАБРИЭЛЬ. Вы! Меня! Мистер, вы столкнулись со мной.

МАЙКЛ. И что вы хотите, чтобы я сделал?

ГАБРИЭЛЬ. Что вы кричите? Это вы на меня натолкнулись. А не я на вас.

МАЙКЛ. Я не кричу. Что тут со всеми происходит? Вы что, сумасшедшая?

ГАБРИЭЛЬ. А что?

МАЙКЛ. Весь мир сошел с ума.

ГАБРИЭЛЬ. Я тут ни при чем. Вы на меня наехали. И это факт.

МАЙКЛ. Но это же просто невозможно. Невозможно. Что это за место здесь?

ГАБРИЭЛЬ. Не кричите на меня.

МАЙКЛ. Вы кто?

ГАБРИЭЛЬ. А почему вы спрашиваете?

МАЙКЛ. Послушайте, у меня есть право знать.

ГАБРИЭЛЬ. Мне не нравится ваш тон.

МАЙКЛ. Кто вы?

ГАБРИЭЛЬ. Послушайте, я вас предупреждаю –

МАЙКЛ. КТО ВЫ?

ГАБРИЭЛЬ. Опять вы на меня кричите.

МАЙКЛ. (Рычит громко). Р-р-р-р-р-р!


МАЙКЛ берет стул и бросает его. Пауза.
ГАБРИЭЛЬ. О, как я рада, что я не сидела на нем.

МАЙКЛ. Послушайте. Мы же встречались с вами раньше. Я знаю.

ГАБРИЭЛЬ. Да, это правда.

МАЙКЛ. И поэтому...?

ГАБРИЭЛЬ. (После паузы, не уверена, что надо делать). Я не знаю.

МАЙКЛ. (Молчит, что-то хочет вспомнить, потом вдруг декламирует). О

Господи! Даже в ореховой скорлупке я бы чувствовал себя королем , если бы не эти дурные сны. (Пауза). О, черт, не то.

ГАБРИЭЛЬ. (Немного подождав). У вас сильный голос, вы это знаете. Прямо как гром.

МАЙКЛ. Не знаю… Не знаю…

ГАБРИЭЛЬ. Но какой голос! (Молчит, потом сама себе). Добро пожаловать. Спасибо вам.



Входит ВИРДЖИЛ.
ВИРДЖИЛ. Привет.

МАЙКЛ. Чего это вы меня приветствуете?

ВИРДЖИЛ. Я просто пришел за своей женой.

МАЙКЛ. Здесь никого нет, кроме нас.

ВИРДЖИЛ. Правильно.

МАЙКЛ. Ну и занимайтесь своим делом.

ВИРДЖИЛ. Ну ладно. Не волнуйтесь, старина. Давай, Габби, пора идти.

МАЙКЛ. Ну-ка подождите. Что это все значит?

ВИРДЖИЛ. Расслабьтесь, она возвращается…

МАЙКЛ. Я был в Корее. Служил в войсках ООН. Так что поосторожней со мной.

ВИРДЖИЛ. Буду.

МАЙКЛ. Куда она возвращается?

ВИРДЖИЛ. Домой. Ненадолго.

МАЙКЛ. Вы ее забираете, да?

ГАБРИЭЛЬ. Со мной все будет хорошо. Не волнуйтесь.

МАЙКЛ. Вы ведь знаете меня? Скажите…

ГАБРИЭЛЬ. У вас роскошный голос. Просто мурашки по спине…

ВИРДЖИЛ. (Перебивая). Пойдем, милая.

ГАБРИЭЛЬ. (ВИРДЖИЛУ). Ты одеваешься, как коммивояжер. Как продавец ножей, которому не везет. Что ты здесь делаешь?

ВИРДЖИЛ. Габриэль, я твой муж.

ГАБРИЭЛЬ. О Господи…Как такое могло случиться?

МАЙКЛ. Вы должны вернуть ее сюда в целости и сохранности.

ВИРДЖИЛ. Я запомню это. До встречи, приятель, мне пора, уже поздно.

МАЙКЛ. Вы понимаете, я - человек образованный.

ВИРДЖИЛ. Да что вы!

МАЙКЛ. Скоро увидимся. Следи за своим кошельком, любимая.

ГАБРИЭЛЬ. Ладно,…ты тоже.

МАЙКЛ. Я буду здесь.



ВИРДЖИЛ уходит, ведя под руку ГАБРИЭЛЬ. ГАБРИЭЛЬ оглядывается на МАЙКЛА. МАЙКЛ остался один. Оглядывается, пытается понять, где он находится. Не понимает.
МАЙКЛ. Черт.
Внезапно входят другие пациенты с болезнью Альцгеймера. Они смущают МАЙКЛА. Он старается казаться спокойным. Находит в кармане трубку, берет в рот и старается выглядеть независимо, как ученый. Остальные наблюдают за ним.
МАЙКЛ. У кого-нибудь есть спички?

Все отворачиваются.
МАЙКЛ. У кого-нибудь?!
Ответа нет.
МАЙКЛ. А вот у вас? Есть огонь?
Ответа нет.
МАЙКЛ. Что с вами, люди?
Ответа нет. Пауза.
МАЙКЛ. Не хотите – не надо.
Майкл делает вид, как будто он достает из кармана спичку и зажигает ее.
МАЙКЛ. Пых!
Все улыбаются. Наконец-то МАЙКЛ добился хоть какого-то отклика.
МАЙКЛ. Ха! (Пауза). Идиоты.
Наконец входит ДЖОАН, она несет шарф.
ДЖОАН. Я подумала. Может это тебе пригодится. Вечером будет холодно на улице.

МАЙКЛ. Знаешь, мне кажется, что нам надо еще раз сходить на озеро.

ДЖОАН. Да…да… Это было бы здорово.

МАЙКЛ. Там кругом парусники, до самого горизонта. Голубые, белые, зеленые.

ДЖОАН. Нам бы надо утеплить окна, по ночам уже бывает холодно.

МАЙКЛ. Надо закутаться, чтобы сохранить тепло. Почитать стихи. Попить чаю. Да…Теперь редко бывает, когда тебе хорошо.

ДЖОАН. И все-таки мы можем сделать так, чтобы нам было хорошо.

МАЙКЛ. Конечно, можем. Давай сделаем это сейчас!


Он обнимает ее. ДЖОАН слегка удивлена.
ДЖОАН. Ты никогда раньше этого не делал. Как приятно.

МАЙКЛ. Да…Да… вот как получается. А почему ты здесь, а не развлекаешься где-нибудь еще?

ДЖОАН. Потому что я осталась совсем одна.

МАЙКЛ. Ох.(Пауза). Ты будешь такая же, как я. Я это знаю.


Музыка.
МАЙКЛ. А вот и музыка. Давайте рванем?
Хватает ДЖОАН в объятья.
ДЖОАН. Па, может, не надо???

МАЙКЛ. Ответь быстро...Что происходит, если женятся два бухгалтера?

ДЖОАН. Что?

МАЙКЛ. Не знаю…Ничего не происходит.

ДЖОАН. Не смейся надо мной, ладно?

МАЙКЛ. А ты сделай так, чтобы твоя жизнь не закончилась так, как моя, хорошо? Я не хочу быть стариком в доме для престарелых, которого раз в месяц посещает сухая, как пыль, дочка. Хватит с меня одной старости!


МАЙКЛ неуклюже заставляет ее танцевать с ним.
ДЖОАН. Послушай, мы же не дома, папа…мы – в клинике. Ты понимаешь?
МАЙКЛ осознает это, музыка затихает.
МАЙКЛ. Боже мой,…Боже мой,…где моя трубка?

ДЖОАН. Вот она.


ДЖОАН вынимает ее из его кармана и дает ему.
ДЖОАН. Все будет хорошо, папа.
МАЙКЛ сжимает в зубах трубку.
МАЙКЛ. Черта с два, я и так в порядке. (Пауза). Однажды я был знаком с девушкой, у которой была прекрасная улыбка. Это была моя девушка. До тех пор, пока ее у меня не забрали.

ДЖОАН. Это ты обо мне или о Рэчел?

МАЙКЛ. Самая красивая девушка во всем огромном мире.

ДЖОАН. Отец, посмотри на меня.

МАЙКЛ. Она была мне по сердцу.

ДЖОАН. Отец, пожалуйста, посмотри на меня. Я – Джоан.

МАЙКЛ. Нет. Что-то не так, малышка.

ДЖОАН. (Пауза). Что?

МАЙКЛ. Мне нужно идти.
Майкл уходит, шаркая ногами.
ДЖОАН. Папа, ты мне нужен. Пожалуйста,…не уходи.

МАЙКЛ останавливается, затем уходит.
ДЖОАН. Отец, не поступай так со мной! Отец!
Майкл останавливается. Поворачивается к ней с трубкой в зубах.
МАЙКЛ. В последний раз спрашиваю… у тебя есть чертова зажигалка?
На стене проецируется надпись:

«Один раз хлопнет бабочка крылышками, и весь воздух мира навсегда становится другим».

Старинная китайская поговорка



  1   2   3


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет