Благотворители из чувашской глубинки



Дата03.05.2016
өлшемі144.71 Kb.
Ф.Н. Козлов (г. Чебоксары)

Благотворители из чувашской глубинки
В предлагаемой работе на основе архивных документов, опубликованных источников и краеведческих исследований дается описание благотворительной деятельности предпринимателей Чувашского края. На конкретных примерах демонстрируется вклад известных или малоизвестных купеческо-мещанских семей и отдельных лиц в храмовое строительство, развитие систем культуры, образования и здравоохранения, показана забота о рабочих и служащих, а также действовавшая в данной среде взаимовыручка и поддержка в трудных ситуациях. Показана и трагически сложившаяся судьба представителей этих семей в первые годы советской власти.

Источниковую базу проведенного исследования сформировали архивные документы и опубликованные материалы. Последние – как дореволюционного происхождения (труды путешественников, географические описания, периодические издания и т.п.), так и современные научные исследования. Конкретные источники получения информации указаны в постраничных комментариях к тексту.

Имена многих российских меценатов после крушения тоталитарной системы были восстановлены в отечественной истории без каких-либо «кличек» и оскорбительных приставок. Сейчас они на слуху, кто-то удостоился целостного биографического исследования, в чью-то честь в столице страны и в «северной Пальмире» открыты мемориальные доски, а кому повезло – и «именные» улицы и т.п. В глубинке, в провинции редко кому из благотворителей выпала такая честь. Но это отнюдь не значит, что люди, их дела, поступки и свершения должны быть преданы забвению…


Наш народ генетически

освобожден от духа конфронтации,

враждебности к другим,

он добр и миролюбив.



Н.В. Федоров,

первый Президент Чувашской Республики
Просмотра дел, в которых собраны клировые ведомости церквей провинциального уезда, достаточно, чтобы понять многовековые традиции местной купеческо-мещанской благотворительности. Слово «мещанской» в данном случае означает не характер человеческих поступков, а социальный статус человека. В XIX – начале XX вв. переход из купеческого в мещанское сословие и обратно был явлением не редким: кто-то не успевал оформить соответствующий торговый патент (билет), кто-то по финансовым соображениям предпочитал покинуть купеческие ряды, кто-то, напротив, стремился влиться в состав городского общества новоиспеченным купцом. Пролистаем клировые ведомости по городу Чебоксарам.

Но прежде один знаковый момент. Чебоксары – уездный центр Казанской губернии – к началу XVIII столетия утратили свое былое военное значение как одной из крепостей в населенной «инородцами» (чувашами и марийцами) Горной стороне, но сохранили за собой роль административного центра. Последнее обстоятельство, а также весьма удачное расположение на волжском пути позволило городу занять значительное место во всероссийском торговом рынке. Так, только хлеба ежегодно вывозилось около одного миллиона пудов – в Петербург, в Астрахань, в верхневолжские города. Помимо того отправлялись хлебное вино, юфть, сало, воск, строевой лес и пиломатериалы.

Торговое процветание сказывалось и на архитектурном развитии. Начавшееся каменное строительство преобразило облик Чебоксар. Со стороны Волги открывалась картина довольно живописного, красивого города, не оставившего равнодушным даже взыскательного монарха. После посещения Чебоксар Екатерина II писала графу Н.И. Панину, что «Чебоксар во всем для меня лучше Нижнего Новгорода»1. Свои впечатления оставил и путешественник, академик Петербургской Академии наук и автор первого обобщающего труда о народах России Иоганн Готлиб Георги: «тринадцать красивых каменных церквей, четыре монастыря, ратуша и некоторые солидные купеческие дома придают городу приятный вид»2.

В XIX в. Чебоксары превратились в один из захолустных городков, каких много было по волжским берегам. Так, по мнению А. Лепешинской и Б. Добрынина, Чебоксары последней трети XIX в. ничем «кроме своих церквей и ценных памятников древности, хранящихся в них», не обращали на себя внимания3. В начале ХХ в. Чебоксары были относительно небольшим городом с числом жителей менее 5 тысяч человек. Зато здесь было два монастыря и 14 действующих церквей.

Итак, клировые ведомости местных церквей (дополненные нами из ряда других архивных источников) свидетельствуют. Покровская церковь города Чебоксары построена «тщанием купцов Полубоярьева, Колокольникова и других граждан», кладбищенская церковь во имя Нерукотворного образа Спасителя (не позднее 1771 г.) – «тщанием чебоксарских граждан, по уполномочию коих постройку производил чебоксарский купец Алексей Арбатов»4, остальные – «тщанием неизвестно кого»5, «тщанием неизвестных лиц»6 или «тщанием прихожан»7. «Иждивением» купца М.С. Винокурова в 1834 г. построен придел к церкви Благовещения Пресвятой Богородицы8. На средства чебоксарского мещанина Льва Кокшайского в 1856 г. обновлен иконостас храма во имя Владимирской иконы Божией матери во Владимирской пустыни9. На средства А.П. Астраханцева в 1896–1897 гг. построена «каменная крытая железом» паперть Успенской церкви г. Чебоксары, в 1897 г. – выстроена часовня, в 1903 г. – каменный одноэтажный дом для причта той же церкви10. Известны имена жертвователей и на строительство храмов в уезде: в селе Абашево церковь возвели в 1863 г. на средства «из чуваш деревни Шинярпюсь крестьянина» Ефрема Евфимиева и его сына Прокопия Ефремова11, в селе Икково в 1886 г. – уже чебоксарского купца, но все того же Прокопия Ефремова. Надо отметить, что жертвовали местные купцы не только на местные же храмы, но и на иногородние и даже зарубежные. Так, купцом Е.Ф. Кушевым монастырям на Афоне завещано было 3000 руб., еще 500 руб. – в Иерусалим к Гробу Господню12.

Такой серьезный вклад в храмовое строительство – это не попытка откупиться со стороны «денежного мешка», а следование жертвователями впитанным в кровь традициям сельской общины. В целом практически все известные крупные купеческие династии имеют самые что ни на есть крестьянские корни. Так, помимо вышеупомянутых Ефремовых, укажем на причисленного в 1817 г. из удельных крестьян слободы Кукарки Яранского уезда Вятской губернии в чебоксарское 3-й гильдии купечество Федора Никитича Богатырева13, приписанного в тоже купеческое сословие с 1828 г. из кречетьих помытчиков Алексея Ивановича Алаторцева14, причисленного в 1844 г. по указу Казанской казенной палаты из «отпущенников г. Селиванова» основателя чебоксарской ветви рода Матвеевских Василия Матвеевича15; от экономических крестьян села Сундырь Чебоксарского уезда (ныне г. Мариинский Посад) пошла история купеческого рода Астраханцевых (давшая впоследствии купеческих старост и бургомистров уездной столицы)16. Список можно еще долго продолжать, называя одно имя за другим… А одной из самых устойчивых местных общинных традиций был обычай «ниме», когда всем миром строились, всем миром праздновали, всем миром «провожали». И, например, называвшиеся нами купцы Ефремовы в казначейских и иных списках долгое время фигурировали не просто как «чебоксарские купцы», а как выправившие торговый билет или купеческое свидетельство «крестьянине».

Чувашское (в смысле не этнической, а территориальной принадлежности) купечество отметилось заслугами не только культового строительства. Честно говоря, при всем уважении к Православию и восприятии себя как личности православной, одних пожертвований на храмы и церкви представляется недостаточно, чтобы говорить о благотворительности как всеобъемлющем явлении. Данное утверждение является сугубо личным мнением, с нашей стороны оно никому не навязывается и вполне может быть оспорено. От себя добавим лишь, что в авторском понимании «меценатство» означает вспомогание социальной культуре в самом широком ее спектре. Такая установка не является декларативным элементом, а базируется на изучении исторически сложившихся традиций.

Местное купечество активно проявило себя в поддержке образовательной системы. Так, Петр Георгиевич Кушев пожертвовал средства вместе с другими купцами на открытие Чебоксарской четырехклассной женской прогимназии (1904)17. На средства купца Г.Г. Волчкова было куплено здание для Козловского земского училища, он же систематически в последующем оказывал училищу финансовую подержку18. Алатырский мещанин И.В. Новиков в 1907 г. предоставил свой двухэтажный дом для размещения реального училища с обязательством «внутреннее расположение комнат выполнить так, как это будет угодно указать Попечительному совету»19. Широко известны были своей благотворительной деятельностью алатырские предприниматели Поповы: на свои средства они содержали церковно-приходскую школу при храме во имя Казанской Божией Матери (1896)20, ими были учреждены стипендии имени потомственных граждан Кирилла Николаевича и Прасковьи Сергеевны Поповых для Алатырского городского четырехклассного училища (1912), стипендия имени Государя императора Николая II Александровича для детей служащих торгово-промышленного товарищества «К.Н. Попов и Ко» (1913)21. Совершали Поповы и одноразовые пожертвования на благотворительные нужды: 5 марта 1909 г. Дмитрий Кириллович внес в кассу Алатырского городского 4-хклассного училища 50 руб. на устройство литературного утра в память 100-летия со дня рождения Н.В. Гоголя22.

Во владениях Торгового дома «Братья Таланцевы» (с условным «центром» в г. Ядрине Казанской губернии, но с влиянием на Ядринский, Курмышский и Васильсурский уезды) были открыты частные школы для детей работавших на заводах сельчан Ильинского и Березовского хуторов, с 1906 г. в Ядрине функционировала 4-хклассная женская прогимназия, размещавшаяся в пожертвованном Таланцевыми доме; с 1910 г. по инициативе Н.М. Таланцева было образовано Общество вспомоществования нуждающимся ученикам Ядринского уездного училища, его же усилиями был открыт Ольгинский детский приют (сумма пожертвований от Таланцевых за первые пять лет существования приюта составила около 4 тыс. руб.), а через принадлежащий Торговому дому «Братьев Таланцевых» магазин приюту доставлялись предметы бытовой необходимости и продукты с минимальной наценкой23.

Не меньшей была заслуга местных промышленников и торговцев и в развитии здравоохранения. Например, на принадлежавшем Торговому дому «Братья Таланцевы» Янибековском винокуренном заводе с 1889 г. проводилось регулярное фельдшерско-медицинское обслуживание персонала (в январе 1895 г. была даже открыта небольшая заводская амбулатория), накануне Первой мировой войны на пожертвоваванные этой семьей средства в Ядринском уезде были открыты глазная и хирургическая больницы, причем заведовать первой был приглашен известный специалист К.В. Волков, в свое время бывший лечащим врачом писателя Льва Толстого24. В 1902 г. Г.Г. Волчков безвозмездно пожертвовал земству участок земли в с. Беловолжском Чебоксарского уезда для строительства больницы; в годы Первой мировой войны он оказывал материальную помощь Козловскому лазарету раненых и больных воинов25. Ядринский купец А.Ф. Ашмарин был высочайше пожалован в 1907 г. знаком Красного Креста за «многолетние и отлично-усердные труды на пользу Российского общества Красного Креста, состоящего под августейшим покровительством государыни императрицы Марии Федоровны»26.


Помощь необходима тогда,

когда она действительно нужна другому.

Но ни в коем случае не вместо усилий

нуждающихся в помощи.



Кибеч А. Свет истины,

или Словарь прозрений чуваша
Существовал у предпринимателей и определенный «кодекс чести» по отношению к коллегам. Да, были конкуренция и экономические конфликты, но в случае какого-либо трагического случая всегда можно было расчитывать на помощь. Краевед А.И. Терентьев записал рассказ чебоксарца П.П. Истопленникова следующего содержания: перед Первой мировой войной его семью постигла беда – вместе с еще четырьмя домовладениями сгорел их дом, и купец Прокопий Ефремов прислал в порядке помощи погорельцам по пять пудов пшеничной муки и по полтиннику деньгами. Истопленников не принял дара, а возчику сказал: «Передай хозяину, буду у него сам». На следующий день на звонок вышел сам Ефремов.

– Что же это вы меня обидели своим отказом, уважаемый Петр Порфирьевич? – со вздохом спросил купец.

– Мало, Прокопий Ефремович…

– Сколько бы вы хотели?

– Тысячу… Хочу открыть свое дело, построить кирпичный завод.

Купцы Ефремовы уважали деловых людей, не бросавших слов на ветер. С такими считались. Истопленников получил, сколько просил27.


Подарок дают человеку с тем,

чтобы приблизить его, а милостыню –

с тем, чтобы от него отвязаться.

Еврейское изречение
Когда чуваш родился – еврей заплакал.

Чувашская поговорка
Была и просто человеческая помощь людям, оказавшимся в трудной ситуации. На средства Егора Федоровича Кушева и других чебоксарских купцов (Прокопия и Михаила Ефремовых, А.П. Астраханцева, Н.И. Иевлева) в 1891 г. была открыта бесплатная столовая для бедных жителей города. Уже упоминавшимся козловским купцом Г.Г. Волчковым в начале ХХ в. была построена богадельня для нищих, бездомных и инвалидов28. По воспоминаниям Л.П. Никитиной, воспроизведенным в книге А.И. Терентьева, ее, после смерти деда и родителей оставшейся в 3-хлетнем возрасте сиротой, устроили в женский монастырь, а одному из братьев отца Ефремовы купили жилой дом. Работавший у тех же купцов на лесопильном заводе И.Г. Шихматов рассказал А.И. Терентьеву свою историю «успеха»: задумав жениться, пошел просить отпуск, в последовавшем разговоре выяснилось, что и рабочий и хозяева – земляки, так от купцов от не только получил отпуск, но и помощь в постройке дома29. Из хранящихся в фондах Алатырского музея записей устных рассказов о Поповых известно, что дочь служившего у них сторожа при выходе замуж получила от Поповых полное приданное, а работавший на сплаве на р. Бездна десятник Д.П. Антонов получил кредит на строительство дома для своей большой семьи30.

Помимо «точечной», индивидуальной помощи, основанной на субъективном решении, была и помощь «безадресная», для неограниченного круга задействованных на производстве лиц. Рабочим лесопильного завода Ефремовых разрешалось бесплатно брать отходы лесопиления, а крестьянам-возчикам, занятым на вывозке леса, также бесплатно отпускался корм для лошадей31. Такой подход был взаимовыгоден: для рабочих и служащих – одной домашней заботой меньше, для купцов – люди, видя заботу руководства о себе, лучше и продуктивнее трудятся.

Для организованного досуга сотрудников 26 мая 1910 г. был открыт Клуб служащих Торгового дома «Бр. Таланцевы»32.
Чувашский народ может считать себя счастливым, что имеет такой ценный «Словарь чувашского языка», составленный профессором Николаем Ивановичем Ашмариным.

С.Е. Малов, член-корр. АН СССР
Промышленно-торговые династии дали не только ярких представителей-предпринимателей, но и немало деятельных просветителей и ученых, работников культуры и искусства. Сын чебоксарского купца Павла Александровича Неверова Николай – один из организаторов Общества изучения местного края и инициатор создания республиканского краеведческого музея33. Дочь алатырского предпринимателя Николая Кирилловича Попова Надежда (в замужестве – Сушкина) стала доктором наук и одним из основоположников эколого-географического направления в отечественной почвенной микробиологии, оставила после себя серию увлекательных научно-популярных книг по результатам проведенных экспедиций и путешествий34. Из ядринского торгово-купеческого рода Мордвиновых вышел Николай Дмитриевич – известный народный артист СССР, лауреат Государственных и Ленинской премий35. Из ядринской ветви многочисленного купеческого рода Ашмариных вышел известный ученый, доктор тюркологии, член-корреспондент Академии наук СССР Николай Иванович Ашмарин, создатель 17-томного «Словаря чувашского языка» и многочисленных работ по фонетике, грамматике, диалектологии и лексикографии чувашского языка, являющихся до настоящего времени настольными книгами любого чувашского филолога36. Этот пример показателен еще и тем, как много для «инородцев» (так до революции именовали нерусских жителей Поволжья) сделал русский по происхождению профессор. Вот где надо учиться межнациональному согласию и толерантности!

Жанне Помпадур принадлежит высказывание: «Надо иметь ум для того, чтобы делать добро. Дураки на это не способны». Мне кажется, такая характеристика более чем подходит к тем людям, которые стали героями настоящего исследования. Все вышеописанное – лишь немногое из свершенных добрых дел местных меценатов. Мне, как лирику в душе, приходит на ум аллегорическое сравнение с айсбергом, который красив и величественен сам по себе, а когда ты еще осознаешь, что видимое – лишь небольшая часть…

Практически все герои нашего исследования – выходцы «из низов», простого крестьянского происхождения, добившиеся всего собственным трудом. Но с подавляющим большинством как названных, так и не описанных (но от этого ничуть не менее значимых!) семей и отдельных лиц судьба обошлась достаточно жестоко. Событий Октября 1917 г., гражданская война и установление советской власти в регионе поставили крест на истории многих купеческо-мещанских семей. Их дома и предприятия были национализированы, а хозяева с навешенным ярлыком «бывшие…» выселены.
Не избирают и не могут быть избранными,

хотя бы они входили в одну из вышеперечисленных категорий:

а) лица, прибегающие к наемному труду с целью извлечения прибыли;

б) лица, живущие на нетрудовой доход,

как-то проценты с капитала, доходы с предприятий,

поступления с имущества и т.п.;

в) частные торговцы, торговые и коммерческие посредники…

Конституция (Основной закон) РСФСР от 10 июля 1918 г.
Отец упомянутого выше народного артиста СССР Н.Д. Мордвинова – Дмитрий Семенович – в 1919 г. вынужден был внести единовременный революционный налог в размере 12 000 руб.37, в тот же год его недвижимое имущество конфисковано38, а сам хозяин лишен избирательных прав, и на неоднократные обращения с просьбой восстановить в правах гражданства получал отрицательный ответ. Как пример – решение ЦИК от 1 июля 1930 г.: «Лишен как бывший крупный торговец, купец до революции. Хозяйство в порядке налогового обложения ликвидировано. В ходатайстве отказать»39. По словам алатырских старожилов и краеведов, в августе 1918 г. было национализировано имущество торгово-промышленного товарищества «К.Н. Попов и Ко» (только основной капитал которого превышал 2 млн руб.), а его директор-распорядитель Д.К. Попов на рубеже 1910-х и 1920-х гг. жил на подаяния местных жителей40. Некоторые не смогли пережить такого удара. Так, Алексей Николаевич Иевлев, потеряв все нажитое, сошел с ума, был с дочерью выселен в стоявшую во дворе баньку, где в скором времени скончался41. Николай Прокопьевич Ефремов, изгнанный из своего дома, умер в 1921 г. Сведения о смерти упомянутого Дмитрия Кирилловича Попова тоже относятся к началу 1920-х гг.

Возвращение имен и доброй памяти о людях началось только в 1990-е гг. К счастью этот процесс не оказался мимолетным, а продолжается до настоящего времени. Эта заметка – еще один небольшой кирпичик в строящее здание истории российского меценатства. Внимательный читатель, наверное, обратил внимание на полное отсутствие в тексте слова «спонсор». Вот только сейчас оно прозвучало впервые. Мне как-то претит это современный термин, уж больно отдает он неким душком обратной заинтересованности человека – в ответном жесте желающего получить немного славы… Лучше уж к таким «восстановленным» именам прикладывать эпитет «благотворитель».



1 Цит. по: Монастырский М. Иллюстрированный спутник по Волге. Казань, 1884. С. 88.

2 Георги И. Г. Записки о путешествии по России. СПб., 1775. С. 823.

3 Лепешинская А., Добрынин Б. Волга. М., 1911. С. 90–91.

4 Государственный исторический архив Чувашской Республики (ГИА ЧР). Ф. 382. Оп. 1. Д. 76. Ф. 382. Оп. 1. Д. 76. Л. 49, 89; Приволжские города и селения в Казанской губернии. Казань, 1892. С. 48.

5 ГИА ЧР. Ф. 382. Оп. 1. Д. 76. Л. 3, 15, 31.

6 Там же. Л. 39.

7 Там же. Л. 57.

8 Там же. Ф. 225. Оп. 1. Д. 421. Л. 45.

9 Владимирская чувашская женская община // Известия по Казанской епархии за 1900 год. Казань, 1900. С. 297.

10 ГИА ЧР. Ф. 225. Оп. 2. Д. 297. Л. 49–50об.

11 Там же. Л. 109.

12 Национальный архив Республики Татарстан (НАРТ). Ф. 2. Оп. 3. Д. 7138. Л. 1.

13 ГИА ЧР. Ф. 81. Оп. 1. Д. 549. Л. 3об.

14 Там же. Ф. 146. Оп. 5. Д. 26. Л. 16об.

15 Там же. Д. 35. Л. 1об.

16 Там же. Ф. 94. Оп. 2. Д. 89.

17 Орлов В. В. П.Е. Ефремов: легенды и действительность. Чебоксары, 1997. С. 74, 137.

18 Клементьев В. Н. Козловка. Чебоксары, 1997. С. 63.

19 ГИА ЧР. Ф. 209. Оп. 1. Д. 315. Л. 2.

20 Симбирские епархиальные ведомости. 1896. № 18. С. 349, 352.

21 ГИА ЧР. Ф. 208. Оп. 1. Д. 90. Л. 194–196; Ф. 498. Оп. 1. Д. 45. Л. 32.

22 Там же. Ф. 498. Оп.1. Д. 32. Л. 6.

23 Изоркин А. В. Ядрин. Чебоксары, 2003. С. 105, 134–137, 140.

24 Там же. С. 106, 144–145.

25 Клементьев В. Н. Козловка. С. 64; см. также: Гайнетдинова Э. Р. Из истории Козловской (Беловолжской) земской больницы // Исторический вестник. 2014. № 1(3). С. 155–173.

26 ГИА ЧР. Ф. 16. Оп. 2. Д. 50. Л. 1об., 9об., 21об.

27 Терентьев А. И. Чебоксары и чебоксарцы. Чебоксары, 2001. С. 87.

28 Клементьев В. Н. Козловка. С. 64.

29 Терентьев А. И. Чебоксары и чебоксарцы. С. 282, 283.

30 Из устных рассказов о Поповых, собранных работниками Алатырского краеведческого музея.

31 Терентьев А. И. Чебоксары и чебоксарцы. С. 302.

32 НАРТ. Ф. 411. Оп. 1. Д. 1. Л. 4.

33 Советская Чувашия. 2007. 11 декабря.

34 Сушкина Н. Н. Невидимая жизнь почвы. М.–Л., 1939; Ее же. Путешествие на остров Тюлений. М., 1954; Ее же. Два лета в Арктике. М., 1957; Ее же. У древних памятников. М. 1959; Ее же. На пути вулканы, киты, льды. М., 1962; Ее же. Там, где шумит океан и царит вечное лето. М., 1971.

35 Подробнее см.: Чувашская энциклопедия: в 4 т. Т. 3. Чебоксары, 2009. С. 137.

36 Подробнее см.: Чувашская энциклопедия: в 4 т. Т. 1. Чебоксары, 2006. С. 163.

37 ГИА ЧР. Ф. Р–238. Оп. 1. Д. 83. Л. 85.

38 Там же. Ф. Р–188. Оп. 3. Д.1. Л. 1об.

39 Там же. Ф. Р–706. Оп. 4. Д. 577. Л. 53.

40 Из устных рассказов о Поповых, собранных работниками Алатырского краеведческого музея.

41 Терентьев А. И. Чебоксары и чебоксарцы. С. 172.


Достарыңызбен бөлісу:


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет