Центрального комитета коммунистической партии советского союза



жүктеу 10.82 Mb.
бет26/69
Дата01.04.2016
өлшемі10.82 Mb.
1   ...   22   23   24   25   26   27   28   29   ...   69
: russkij -> marx
russkij -> Русский язык 17. 07. 2015 г
russkij -> Книга, вышедшая в Париже в «ymca-press»
russkij -> Хорватский алфавит
marx -> Центрального комитета коммунистической партии советского союза

К. МАРКС

Триест в 3 раза превосходит Венецию. Триесту особенно бла­гоприятствовало процветание русских гаваней на Черном море, в особенности Одессы, он завладел торговлей зерном, которую даже в конце XVIII в. еще вела Венеция.

Триест. (1838 г.) — 1 700 домов, 52 тысячи жителей; в Три-естском заливе; к тому же окружен обрывистыми горами Карста; 1 000 купцов; 700 маклеров; английские, французские, немецкие, греческие, армянские, еврейские торговые дома.

Еще перед заключением мира в Кампоформио 17 октября 1797 г.324 Наполеон положил конец существованию Венециан­ской республики; к Цизальпинской республике [отходили] Милан, Мантуя и др., [долина] Вельтлины, Романья и др. Большая часть Венецианской республики вплоть до Эча соеди­нялась с Австрией.

Люневилъский мир 9 февраля 1801 г.: дорога через долину Эча стала рубежом между Австрией и Цизальпинской респу­бликой; она [Австрия] получила Венецию с большей частью [земель], принадлежавших прежней Венецианской республике, до долины Эча, с Истрией, венецианской Далмацией и приле­гающими к ней островами и горловиной [бухты] Каттаро.

1805 г., 26 сентября. Пресбургский мир. Австрия уступает Италии принадлежавшую ей часть территории Венеции.

1807 г., 10 октября. Австрия вынуждена отдать Италии графство Монтефальконе 329, таким образом, пограничным рубе­жом становится долина реки Изонцо.

14 октября 1809 г. Венский мир: из Виллахского округа в Каринтии, из герцогства Крайны, области Триеста, графства Герц, Фриули, из лежащей на правом берегу реки Савы Хорва­тии с Фиуме, а также из венгерского побережья и австрийской Истрии Наполеон создал так называемые Иллирийские про­винции, к которым присоединил Истрию, Далмацию и Рагузу, удержав эти провинции за собой и передав их под управление особого генерал-губернатора.

В конвенционных деньгах 33° к 1844 г. торговый оборот Триеста:

1842-1843 гг.



Импорт 58 400 000 (Гамбург, 1843 г., общая стои­мость 215 500000)

Экспорт 40 500000 (Гавр, 1842 г., обитая стоимость 168 700000)

Всего: 98 900000



ВКНЕЦИЯ

245


Во флоринах, конвенционная монета Австрийское судоходство

На 1 января 1840 г. Судов Тоннаж

1 590 176 696



Торговля Австрии (Цифры в миллионах)

Морская торговля

1838 г.

1841 г.

1842 р.

им­порт

экс­порт

им­порт

экс­порт

им­порт

экс­порт

Черея Фиуме

> Триест

> Венецию .. . ,
» другие примор­
ские города


0,2

32,2 9,0


8,0

1,7

14,4


5,3

2,0


0,2

22,3 8,5


5,3

1,6

11,2 3,1


1,9

0,2 24,9 11,5

5,1


1,7

11,9


3,4

2,6





49,4

23,4

36,3

17,8

41,7

19,6

1889 г.
Торговля Триеста и Венеции
Импорт Венеции относится к импорту Триеста как
1 : 2,84
Экспорт » » к вкспорту » » 1 :3,8

Торговля Триеста (стоимость во флоринах, конвенционная монета)

1832 г.

1836 г.

1840 г.

импорт

экспорт

импорт

экспорт

импорт

эксперт

57 000 000

44 000000

77 000 000

54 000000

49 000 000

37 000 000

Оборот судов в Триесте

1835 Р.

1836 г.

1837 г.

1838 г.

суда, прибы­вающие в гавань

суда, выходя­щие в море

суда, прибы­вающие в гавань

суда, иыходя-

щие в море



суда, прибы­вающие в гавань

суда, выходя­щие о море

суда, прибы­вающие в гавань

суда, выходя­щие в море

988

1069

1146

1 117

1094

1132

1 154

1118

246

К. МАРКС


1839 г.

Иностранные суда, прибывающие: в Триест — 1 217, в Венецию — 271

Австрийские: в Триест —10 375, в Венецию —3147

Всего: 11592 3 418

Отношение числа судов, прибы­вающих в Венецию, к числу судов, прибывающих в Триест, равно

1:4


Тоннаж иностранных судов: 133 343 20 254

Австрийских: 330 404 196135

463 747 216 389



Стоимость в турецких пиастрах Импорт и экспорт Смирны с 1835 по 1839 г.

Импорт

Первое место занимает Англия — 126 313 146



(Мальта — 2 979 040)

Затем Триест 93 500 456

» Америка и др. — 57 329 165

Экспорт

Англия —44 618 032

(Мальта — 3 361 185)

Триест —52 477 765

Америка — 46 608 320

Импорт и экспорт из Египта (1837 г.) во франках

Импорт Экспорт


  1. Австрия (Триест) 13 858 000 14 532 000

  2. Турция 12 661000 12150000

  3. Франция 10 702 000 11463 000

  4. Англия и Мальта 15158 000 5 404000

Написано К, Марксом в ноябре 18S6 а. Печатается по рукописи

Перевод с немецкого Публикуется впервые

[ 247

Ф. ЭНГЕЛЬС



* ГОРНАЯ ВОЙНА ПРЕЖДЕ И ТЕПЕРЬ

(Статья вторая)331

История современной горной войны, краткий обзор кото­рой мы дали в предыдущей статье, бесспорно доказывает, что маневренность армий в наше время предоставляет велико­лепную возможность преодолеть или обойти все мешающие их продвижению естественные препятствия горной страны, подобной Швейцарии. Итак, предположим, что и в самом деле вспыхивает война между прусским королем и Швейцарией. Швейцарцы в интересах безопасности своей страны, безусловно, вынуждены будут позаботиться о других средствах обороны помимо столь хваленых «горных крепостей».

В упомянутом выше случае линия возможных наступатель­ных действий против Швейцарии протянулась бы от Кон­станца вдоль Рейна до Базеля, причем и Австрию, и Францию следует рассматривать как государства нейтральные, поскольку активное вмешательство любой из них придаст этому наступле­нию столь разрушительную силу, что всякий ответный страте­гический план окажется бесполезным. Предположим, следова­тельно, что только северная граница будет открыта для втор­жения. Ее первым оборонительным рубежом является Рейн, преграда, не имеющая большого значения. Эта река течет вдоль атакуемой границы на протяжении 70 миль, и, несмотря на глубину и быстрое течение, здесь достаточно удобных мест для переправы. Во время французских революционных войн за обладание этой рекой никогда серьезно не дрались, и, дей­ствительно, сильная наступающая армия на протяжении 70 миль всегда может навести переправу через любую реку. Несомненно, во всех случаях фальшивые тревоги и ложные атаки, за



248

Ф. 8 H Г Е Л Ь О



которыми последует внезапная концентрация войск в действи­тельных пунктах переправы, увенчаются успехом. Кроме того, через реку перекинуто несколько каменных мостов, и швей­царцы вряд ли попытались бы разрушить их настолько серьезно, чтобы сделать непригодными на время войны; и, наконец, расположенный на южном берегу Рейна Констанц, будучи немецким городом, является для пруссаков удобным предмост­ным укреплением для охвата всей линии с фланга.

Однако за Рейном, неподалеку, существует еще одно пре­пятствие, которое косвенно увеличивает его пригодность для обороны, подобно тому как Балканы в Болгарии увеличивают пригодность Дуная для обороны. Три притока Рейна, Ааре с юго-запада, Рейс и Лиммат с юго-востока (последние два образуют прямой угол с Ааре), сливаясь около Бругга, затем текут прямо на север к Рейну, и примерно в 10 милях ниже места своего слияния впадают в него у Кобленца (разумеется, этот Кобленц на Ааре и Рейне не следует путать с крепостью Под тем же названием на Мозеле и Рейне). Таким образом Ааре между Бруггом и Рейном делит надвое долину этой реки, так что наступающая армия, перейдя Рейн выше или ниже Кобленца, окажется либо перед Лимматом, либо перед Ааре и, следовательно, снова остановится перед рекой, пригодной к обороне. Таким образом, выдвинутый вперед угол, обра­зованный слиянием Ааре и Лиммата (Рейс представляет собой только следующую сильную линию обороны по отношению к линии Лиммата), является второй важной оборонительной позицией. Фланги этой позиции защищены слева (запад) озе­рами 382 Цюриха, Валенштадта *, Цуга и Четырех кантонов **, ни одно из которых прусская армия при обстоятельствах, упо­мянутых выше, не осмелится пройти. Позиции Ааре и Лиммата при том, что в тылу любой атакующей их армии находится Рейн, образуют главную стратегическую линию обороны Швей­царии против вторжения с севера. Предположим, что швей­царцы отразили атаку на эту позицию и добились победы, орга­низовав контрнаступление и активное преследование [врага], тогда потерпевшая поражение армия будет рассеяна, разбита, отрезана и уничтожена, прежде чем она сумеет отступить по нескольким мостам, которыми могла бы располагать на Рейне.

С другой стороны, если линия нижнего течения Ааре и Лиммата успешно преодолена, что же тогда остается делать швей­царцам? Здесь нам следует вновь обратиться к рельефу мест-

• — озеро Валеязе. Рев •* — Фирвальдштетским. Ред.



ГОРНАЯ ВОЙНА ПРЕЖДЕ И ТЕПЕРЬ (СТАТЬЯ ВТОРАЯ) 249

ности. Большие армии не могут существовать в высокогорных условиях и не могут размещать там свои главные оперативные базы и склады. Таковы некоторые причины того, что военные кампании в горных местностях всегда бывают весьма непро­должительны, если в них вовлекаются значительные силы. Поэтому швейцарцам нечего и думать об отступлении круп­ными силами в высокогорные районы, им следует как можно дольше держаться на более равнинной территории, где у них есть города со всеми их ресурсами и дороги, облегчающие передвижение. Если провести линию от того места, где Рона впадает в Женевское озеро у Вильнёва, к той точке, где Рейн впадает в озеро Констанца * около Рейнека, то она разделит Швейцарию на две части, из них северо-западная (не принимая во внимание Юры) составит Нижнюю Швейцарию, тогда как юго-восточная — Верхнюю, или высокогорную Швейцарию. Стратегия швейцарцев, таким образом, определяется четко. Их главные силы должны будут отступать вдоль линии Цюрих — Берн — Лозанна — Женева, обороняя пядь за пядью равнин­ную часть страны и оставив горы на юго-востоке под защитой тех частей армии, которые могут оказаться отрезанными, а также Landsturm ** и вольных стрелков, ведущих парти­занские боевые действия. Главным силам на линии отступле­ния послужили бы опорой все южные притоки Ааре, которые все текут параллельно Рейсу и Лиммату, а у Берна и сама Ааре, верхнее течение которой также направлено с востока на северо-запад. Если Ааре в верхнем течении будет форсиро­вана и Берн взят, у швейцарцев практически не останется никаких шансов завершить войну успешно, если только отря­дам горцев и вновь сформированным частям с юго-востока не удастся вновь занять часть Нижней Швейцарии, создав столь серьезную угрозу прусским тылам, что это повлекло бы за собой общее отступление. Но такой вариант можно вообще и не рассматривать.

Таким образом, у швейцарцев было бы несколько выгодных линий обороны: во-первых, по Ааре и Лиммату, затем по Ааре и Рейсу, в-третьих, по Ааре и Эмме (не говоря уже о промежу­точных, более мелких притоках Ааре) и, в-четвертых, по верх­нему течению Ааре, левый фланг [этой позиции] — за болотами, которые тянутся от Невшательского озера до этой реки.

Стратегия наступательных действий, как и оборони­тельных, зависит от рельефа местности. Если бы пруссаки

• — Боденское озеро Ред. ** — ополчения. Ред,

250

Ф. ЭНГЕЛЬС


были вынуждены переправить свои главные силы через Рейн выше Кобленца и атаковать позиции по Лиммату, то им приш­лось бы лезть на рожон; им не только пришлось бы атаковать позицию, которую Массена в 1799 г. так успешно защищал от австрийцев и русских, но, взяв ее, обнаружить через 5 миль такую же сильную линию обороны по Рейсу; затем через 2, 3 или 5 миль другой горный поток преградит им до­рогу, пока, в конце концов, после непрерывных остановок, битв и потерь они опять не наткнутся на позиции швейцарцев за Эмме, причем эта река представляет почти такую же серьез­ную преграду, как и Лиммат. Если не считать политических причин (их мы здесь совершенно не затрагиваем), которые заставят пруссаков оставаться на почтительном расстоянии от французской границы, этот путь наступления, следовательно, был бы абсолютно ошибочным. Верный путь в Швейцарию — это переход Рейна между Базелем и Кобленцем; или же, если бы часть армии пришлось переправлять выше Кобленца, необ­ходимо сразу наладить переправу через Ааре между Бруггом и Кобленцем, для того чтобы сконцентрировать главные силы на левом берегу этой реки. Прямое наступление по линии Ааре охватывает с флангов Лиммат и Рейс и дает воз­можность обойти с флангов также все небольшие южные притоки Ааре вплоть до Эмме. К тому же протяженность позиций по Лиммату невелика, их фронт, пригодный для атаки, от Цюриха до Бругга, составляет не больше 20 миль, в то время как линия Ааре, от Бругга до Золотурна, от­крывает возможность наступления на протяжении 36 миль, да и выше Золотурна также не защищена от лобовой атаки. Левый фланг позиции, между Золотурном и Аарбергом, является ее слабым местом; если она будет здесь прорвана, то швейцарцы не только потеряют эту линию обороны, но ока­жутся отрезанными от Берна, Лозанны и Женевы, и им оста­нется только отступать в высокогорные районы юго-востока. Однако здесь оборона обеспечивается тактическими препят­ствиями. Чем выше вы поднимаетесь вверх по Ааре к Золо-турну, тем ближе подходят к реке горные кряжи Юры, их свое­образные продольные долины, тянущиеся параллельно Ааре, затрудняют военные операции. Эти горные преграды вполне преодолимы, тем не менее концентрация крупных частей в таких условиях потребовала бы очень сложных маневров, всегда нежелательных на глазах противника и весьма неохотно про­водимых любым генералом, если только он твердо не уверен в себе и своем войске. Последнее качество не так уж часто встре­чается среди старых прусских генералов, можно утверждать,

ГОРНАЯ ВОЙНА ПРЕЖДЕ И ТЕПЕРЬ (СТАТЬЯ ВТОРАЯ) 251

что едва ли они принимали участие в каких-либо военных действиях после 1815 года. Вряд ли они рискнут на подоб­ный маневр и скорее прибегнут к полумерам на флангах и сконцентрируют свои главные усилия вдоль линии.



Написано Ф. Энгельсом Печатается по рукописной копии,

между 1 и 20 января 1857 г, сделанной К. Марксом

Перевод с английского

Публикуется впервые

252 ]


К. МАРКС

ВОЙНА ПРОТИВ ПЕРСИИ 333

I

Персидская война является повторением военно-диплома­тической драмы, впервые представленной лордом Пальмер-стоном лет 20 тому назад 334. Тогда, как и теперь, сигналом к войне послужило нападение Персии на Герат; тогда, как и теперь, виконт стремился, наказав Персию, покарать Россию. Он соизволил затем ввести в игру одно новшество: он претендо­вал не только на то, чтобы, наказав Персию, покарать Россию, но и на то, чтобы, нанеся удар по Кабулу или, скорее, по афган­скому правителю Д ост-Мухаммеду, поразить Персию. Мы видим, что на сей раз этот самый Дост-Мухаммед фигурирует в качестве его союзника и собрата по оружию, — роль, кото­рую в прошлом исполнял вождь сикхов Ранджит Сингх. В этом варианте' ощущалась крайняя нужда с тех самых пор, как Ранджит Сингх сошел со сцены, а земли, которыми он некогда управлял, перешли под власть Британской империи на Во­стоке 885.

Поскольку Пальмерстон любит заниматься плагиатом у са­мого себя, возникает необходимость познакомиться с первона­чальным вариантом персидского конфликта, дабы понять его повторение.

Прежде чем приступить к этому изучению, возможно, нелиш­не сделать несколько вступительных замечаний относительно современного положения соответственно Афганистана, Персии и Англии.

После того как афганские племена в различные времена наводняли Персию и Индию, Персия при Надир-шахе не только покорила Афганистан, но и победно прошла до Дели ззв. После



ВОЙНА ПРОТИВ ПЕРСИИ

253


смерти Надир-шаха под властью некоего Ахмед-шаха Дуррани возникло независимое афганское королевство, объединившее княжества Герат, Кабул, Кандагар, Пешавар и все сикхские земли *, которыми владели сикхи... Однако это лишь слабо сцементированное королевство рухнуло вместе со своим осно­вателем; после его смерти оно снова распалось на свои состав­ные части, на отдельные афганские племена с независимыми вождями, разделенные бесконечными междоусобицами и объ­единявшиеся лишь перед общей угрозой столкновения с Пер­сией.

Наряду с этим существует политический антагонизм между афганцами и персами, основанный на национальных различиях в сочетании с историческими традициями, поддерживаемый пограничными распрями и взаимными претензиями, которые обостряются религиозным антагонизмом: афганцы — это му­сульмане секты суннитов, то есть правоверные мусульмане, тогда как персы составляют главный оплот еретической секты шиитов.

Несмотря на этот острый и всеобщий антагонизм, у персов и афганцев все же была одна точка соприкосновения — их общая вражда к России. Россия вторглась в Персию еще при Петре Великом. Александр I после поражения Наполеона навязал ей Гюлистанский договор ш, лишив Персию 12 про­винций, всей территории, лежащей к югу от Кавказского хребта и принадлежащей сейчас России. В результате войны 1826— 1827 гг. и Туркманчайского договора 8а8 Николай отнял у Пер­сии еще ряд областей, взвалил на нее бремя громадного долга и лишил ее (запретил ей) права навигации у ее собственных северных берегов на Каспийском море. Таким образом, память о захватах ее земель в прошлом, притеснения, которые Персия вынуждена терпеть в настоящем, и боязнь вторжения в буду­щем в одинаковой степени способствовали тому, чтобы вызвать у нее смертельную вражду к России. Афганцы, со своей сто­роны, хотя у них и не было никогда подлинных столкновений с Россией, привыкли считать ее извечным врагом своей рели­гии, неустанно злоумышляющим против их независимости: во-первых, из-за традиционных войн России против повелителя правоверных, во-вторых, из-за ее недавних кампаний против ТуркестанаS39. Считая Россию своим естественным врагом, оба народа, и персы и афганцы, силой логики вынуждены счи­тать Англию своей естественной союзницей. Между Англией и этими азиатскими народами не возникало конфликтов (вражды),

* Далее в рукописи зачеркнуто: «впоследствии завладели». Рев.



254

К. МАРКС

а разве борьба между Англией и Россией не была неизбеж­ной, коль скоро она являлась результатом самого существова­ния Азиатской России и Британской Индии? Таким образом, популярность Англии у персов и афганцев была приобретена дешевой ценой, отнюдь не ее делами, а одним только фактом существования ее азиатских владений. Персы и афганцы ви­дели в Англии своего союзника, ибо она казалась врагом их врага.

Итак, по-видимому, ничто не могло быть более благоприят­ным и легче поддающимся контролю, чем политическое поло­жение Англии по отношению к Персии и Афганистану. Обе страны образовали естественный барьер, ограждавший Бри­танскую Индию от России, причем, в свою очередь, ни та, ни другая не могла стать опасной, так как они взаимно сдер­живали друг друга. Если Персия проявляла недовольство, Афганистан угрожал ей с фронта; если непокорным становился Афганистан, ему угрожала с тыла Персия. Персия прикры­вала Индию с запада; Афганистан не только защищал располо­женный в том же направлении Хайберский проход, ключ к Индии, но и препятствовал продвижению России на севере, в транскавказских районах. Это были азиатские плоскогорья, от обладания которыми всегда зависело господство на Востоке. Тогда как афганцы прибегли к помощи Англии в 1809 г., персы сделали это в 1801 г., с последними Англия действи­тельно заключила в 1814 г. оборонительный союз 340. Таким образом, для того чтобы сохранить свое господствующее влия­ние, Англии нужно было лишь разыгрывать роль благожела­тельного посредника между Персией и Афганистаном и высту­пать решительным противником вторжения русских. Показ­ная дружба, с одной стороны, и серьезная враждебность, с другой — ничего больше и не требовалось. Посмотрим теперь, как эта завидная ситуация была улучшена лордом Пальмер-стоном, диктатором Англии и грозой России.




1   ...   22   23   24   25   26   27   28   29   ...   69


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет