Друзья мои, прекрасен наш союз!



жүктеу 143.84 Kb.
Дата30.04.2016
өлшемі143.84 Kb.
: sites -> default -> files
files -> «Наркологиялық ұйымнан анықтама беру» мемлекеттік көрсетілетін қызмет стандарты Жалпы ережелер «Наркологиялық ұйымнан анықтама беру»
files -> ТӘуелсіздік жылдарынан кейінгі сыр өҢірі мерзімді басылымдар: бағыт-бағдары мен бет-бейнесі
files -> Ф 06-32 Қазақстан республикасының білім және ғылым министрлігі
files -> Т. Н. Кемайкина психологические аспекты социальной адаптации детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей методическое пособие
files -> Техническая характеристика ао «нак «Казатомпром»
files -> Үкіметтің 2013 жылға арналған Заң жобалау жұмыстары Жоспарының орындалуы бойынша ақпарат
files -> Ақтөбе облысының жұмыспен қамтуды үйлестіру және әлеуметтік бағдарламалар басқарма басшысының


Литературная композиция “ДРУЗЬЯ МОИ, ПРЕКРАСЕН НАШ СОЮЗ!”

Девятнадцатый век,

он как будто за тонкой стеной.

Динь-динь-динь колокольчик-

в Тригорское, Болдино, Линцы.

Гром сражений. Балы.

Размышления о жизни иной.

Декабристы. Студенты.

Поэты. Купцы. Разночинцы.

Строчки писем, стихов,

Протоколы в архиве сыскном-

в них страдают и любят,

печалятся и острословят.

На дуэли спешат

и сидят в карантине чумном.

Ждут вестей из Хивы

и гремучие смеси готовят.

Им самим вся музыка

минувшего века слышна:

о Петре говорят

и рабов, как Радищев, жалеют…

Промежуток в сто лет-

Так легко созерцать времена.

Современником быть,

На себе выносить – тяжелее.

Но я видел во сне

Двадцать первого века закат!

Все узнали про нас там,

Все шифры прочли и чернила,

Жаль услышать нельзя-

Что они там про нас говорят…

Только бы все это было!

(О. Левитан)


Сегодня мы открываем первое заседание нашей литературной гостиной. Мы будем говорить о самой светлой поре пушкинского детства и юности- Лицее и его лицейских друзьях.
Друзья мои, прекрасен наш союз!

Он, как душа, неразделим и вечен-

Неколебим, свободен и беспечен,

Срастался он под сенью дружных муз.

Куда бы нас ни бросила судьбина

И счастие куда б ни повело,

Все те же мы: нам целый мир чужбина;

Отечество нам Царское Село.


Открытие Лицея состоялось в четверг 19 октября 1811 года, а с понедельника потекла обычная лицейская жизнь.

Распорядок дня в Лицее был твердый, раз и навсегда установленный. Вставали в 6 утра и шли на молитву. С 7 до 9 – занятия-«класс». В 9- чай. До 10- прогулка. С 10 до 12 опять «класс». От 12 до часу – прогулка. В час – обед. От 2 до 3 – чистописание или рисование. От 3 до 5 – другие уроки. В 5 – чай. До 6 – прогулка, потом повторение уроков или « вспомогательный класс». В половине девятого – ужин. После ужина до десяти – отдых. В десять –вечерняя молитва и сон.

Кормили хорошо, но бывало всякое. Недаром в лицейских песнях имелись куплеты:

Вот пирожки с капустой, -

Позвольте доложить:

Они немножко гнилы,

Позвольте доложить.

Гуляли в сопровождении гувернера и дядьки три раза в день во всякую погоду. Вырвавшись на волю, мальчики отводили душу.

Пушкин был одним из самых подвижных и ловких Свою начитанность, прекрасное знание французского языка и французской литературы, за что ему дали прозвище «француз», ценил невысоко. А вот ловкостью, умением прыгать, бросать мяч гордился. Ему больше нравилось его другое прозвище: « обезьяна с тигром». Он писал об этих днях:
В те дни, как я в поэме редкой

Не предпочел бы мячик меткой,

Считал схоластику за вздор

И прыгал в сад через забор…

Когда французом называли

Меня задорные друзья,

Когда педанты предрекали,

Что век повесой буду я...
Летом гуляли много, зимой меньше. Возвращались с прогулки отдохнувшие, веселые.

Из записей гувернеров в «Журнале поведения»: «Воспитанники Корф, Данзас, Корнилов, Корсаков и Гурьев во время прогулки отставали от своих товарищей и, идучи мимо дворца, рассматривали пойманных бабочек и производили шум. Слова и увещевания гувернера Пилецкого, чтоб они сохраняли тишину и наблюдали порядок, нимало не имели на них действия.»

« Воспитанники Малиновский, Пущин, Илличевский оставлены без ужина за то, что во время прогулки они ссорились с Пушкиным и под видом шутки толкали его и били прутом по спине»

Пушкин не сразу сошелся с товарищами. Характер у него был неровный, настроение часто менялось. Многим лицеистам казалось, что бесшабашному, острому на язык « французу» море по колено. И только умный, добрый Жанно Пущин, его друг сердечный, знал, как волновали, огорчали и мучали Пушкина самые незначительные размолвки с товарищами.



ИВАН ИВАНОВИЧ ПУЩИН 1798- 1859

Познакомились и подружились Александр Пушкин и Иван Пущин во время вступительных экзаменов. И те два месяца, что отделяли экзамены от открытия Лицея, провели вместе, гуляя в Летнем саду. Первый лицейский друг был обретен. Он оказался бесценным.

В семье генерал-лейтенанта, а потом сенатора Ивана Петровича Пущина было 12 детей. Все они выжили и вели обычную для отпрысков древнего, пусть и обедневшего, дворянского рода жизнь: дочери вышли замуж за людей знатных и состоятельных, сыновья достигли немалых чинов. Только Иван Иванович дальше прапорщика, поручика не пошел и… стал известен всей России.

Старый адмирал, дед Пущина, самолично определил внука в Лицей. Учился Пущин прекрасно. Профессор российского и латинского классов Н. Ф. Кошанский дал ему такую аттестацию: « Иван Пущин, один из тех немногих, кои при счастливых способностях отличаются редким прилежанием». Профессор французской литературы Де Будри утверждал: «Пущин. Всегда превосходный ученик. Ему, может быть, не хватает живости воображения, но его успехи в учении весьма примечательны». Лицейские прозвища, данные ему товарищами, были Иоанн Великий или Большой Жанно.

Такой человек, как Пущин, стремившийся быть полезным не себе, а всем, неизбежно должен был рано или поздно оказаться среди декабристов. Уже в 1811 году Пущин стал членом Священной артели.

В числе немногих лицеистов Пущин был выпущен не в статскую, а в военную службу - офицером в гвардию. Пущин обещал стать блестящим гвардейским офицером. Соученики его, правда, шутили в одной из так называемых песен Лицея:



Не тужи, любезный Пущин,

Будешь в гвардию ты пущен…

Мы ж нули, мы нули,

Ай люли, люли, люли.

Но неподдельное глубокое уважение товарищей сопровождало Большого Жанно чуть ли не с детских лет. Он был для лицеистов живым олицетворением справедливости, правды и высокого ума.

В 1817 году Пушкин запишет в альбом Пущину:
Взглянув когда-нибудь на тайный сей листок,

Исписанный когда-то мною,

На время улети в лицейский уголок

Всесильной, сладостной мечтою.

Ты вспомни быстрые минуты первых дней,

Неволю мирную, шесть лет соединения,

Печали, радости, мечты души твоей,

Размолвки дружества и сладость примирения,-

Что было и не будет вновь…

И с тихими тоски слезами

Ты вспомни первую любовь.

Мой друг, она прошла…но с первыми друзьями


Не резвою мечтой союз твой заключен;

Пред грозным временем, пред грозными судьбами,

О милый, вечен он!
Карьера его ждала скорая и надежная. За 5 лет службы Пущин дважды повышался в чинах, был на отличном счету и радовал отца-сенатора. Но он служил тайному обществу и готов был сделать все, что необходимо для осуществления революционных замыслов.

За 6 дней до восстания Пущин приехал в Петербург. Он участвовал в приготовлениях к выходу на Сенатскую площадь. 14 декабря на площади Пущин принял командование теми частями, командиры которых струсили и попрятались. Он оставался на площади до картечных выстрелов и покинул ее одним из последних.

Верность принципам стоила ему 31 года тюрьмы, каторги и ссылки.

Пущин первый из друзей Пушкина посетил «поэта дом опальный» в Михайловском. Это случилось 11января 1825 года. И все. Больше они никогда не виделись.

В тот день 11 января, читали они и обсуждали « Горе от ума», привезенное Пущиным; Пушкин продиктовал Пущину отрывок «Цыган»; обсуждали Рылеевские «Думы»… Не забыт был и Лицей: Пушкин, от всех оторванный, потребовал рассказа о товарищах.

19 октября 1825 года Пушкин вспоминал об этом свидании:


Поэта дом опальный,

О Пущин. мой, ты первый посетил;

Ты усладил изгнанья день печальный,

Ты в день его Лицея превратил.

Когда Пушкина освободили из ссылки, Пущин был уже в Шлиссельбургской крепости. 16 января 1827 года через жену декабриста А.Г.Муравьеву Пушкин послал стихотворение «Мой первый друг…» Пущин получил этот дорогой подарок только 5 января 1828 года.


Мой первый друг, мой друг бесценный!

И я судьбу благословил,

Когда мой двор уединенный,

Печальным снегом занесенный,

Твой колокольчик огласил.

Молю святое провидение:

Да голос мой душе твоей

Дарует то же утешение,

Да озарит он заточение

Лучом лицейских ясных дней!
Пущин умер 3 апреля 1859 года. Ему было чуть больше 60 лет.

Антон Антонович Дельвиг. 1798-1831


«Никто на свете не был мне ближе Дельвига»,- написал Пушкин.

Когда постиг меня судьбины гнев,

Для всех чужой, как сирота бездомный,

Под бурею главой поник я томной

И ждал тебя, вещун пермесских дев,

И ты пришел, сын лени вдохновенный,

О Дельвиг мой: твой голос пробудил

Сердечный жар, так долго усыпленный,

И бодро я судьбу благословил.
Антон Дельвиг носил баронский титул, по отцу происходил из прибалтийских немцев,но ни единого слова не знал по-немецки, что и было с прискорбием замечено на вступительном экзамене в Лицей. Впрочем, и по французскому языку он получил не самую высокую оценку-«преслабо», но все же был принят по ходатайству московского главнокомандующего.

В Лицее Дельвиг отличался только познаниями в российской словесности. Все остальные лекции и занятия проходили для него как бы в тумане: он дремал.

Тогда-то и родилась полулегенда- полубыль о небывалой, неодолимой лености барона Дельвига. Пушкин отдал дань этим общим представлениям о Дельвиге:
Дай руку, Дельвиг! Что ты спишь?

Проснись, ленивец сонный!

Ты не под кафедрой сидишь, Латынью усыпленный.
Дельвиг охотно поддержал свою репутацию безмятежного ленивца:

Я благодарности труда

Еще, Мой друг, не постигаю!

Лениться, говорят, беда,

А я в беде сей утопаю.

Был ли он ленив на самом деле? Едва ли. Скорее это была манера поведения, некий темп жизни. Дельвиг не суетился а размышлял. В аттестации, данной ему лицейским инспектором, проглядывают и другие черты личности: «Барон Дельвиг, 14 лет. Способности посредственны, как и прилежание, а успехи весьма медленны. Мешкотность вообще его свойство и весьма приметна во всем, только не тогда, когда он шалит или резвится: тут он насмешлив, балагур…» Мешкотность Дельвига и впоследствии не проявлялась в тех случаях, когда нужно было вступиться за честь свою и друзей.

Дельвиг был не только другом души, но и большим поэтом, при жизни недооцененным едва ли не всеми, кроме его великого друга.

Когда 1 курс приближался к выпуску, директор попросил Дельвига (сначала- Пушкина, но он так и не собрался) написать прощальную песню, которую можно будет спеть на выпускном вечере. Дельвиг исполнил просьбу и написал гимн Лицея, который знали наизусть все:


Шесть лет промчалось, как мечтанье,

В объятиях сладкой тишины.

И уж Отечества призванье

Гремит нам: шествуйте, сыны!

…………………………………………………..



Мы дали клятву: все родимой,

Все без раздела- кровь и труд.

Готовы в бой неколебимо,

Неколебимо - правды в суд…

Простимся, братья! Руку в руку!

Обнимемся в последний раз!

Судьба на вечную разлуку,

Быть может, здесь сроднила нас!
Дельвиг был выпущен на службу в Министерство финансов, но уже с сентября перешел в Публичную библиотеку.

Дельвиг не был декабристом (хотя имя его постоянно мелькало на допросах), как и вообще не был человеком действия. Но с юных лет он посещал собрания Священной артели вместе с Пущиным и другими лицеистами, где, по словам Пущина, шли беседы «о предметах общественных, о зле существующего у нас порядка вещей и о возможности изменения». Близкой была и дружба Дельвига с Рылеевым, и думать, что «лицейский мудрец» был вовсе чужд политических проблем, было бы неверно.

Смерть Рылеева, горькая участь Пущина и другого близкого друга – Кюхельбекера, которого не раз приходилось ему вызволять из беды, были для Дельвига ужасным ударом. 19 октября 1826 года в день лицейской годовщины «приятный поэт» Антон Дельвиг прочитал лицеистам стихи, в которых открыто сказал об этом:
Но на время омрачим

Мы веселье наше, братья,

Что мы двух друзей не зрим

И не жмем в своих объятиях.

Нет их с нами, но в сей час

В их сердцах пылает пламень.

Верьте, внятен и наш глас,

Он проникнет твердый камень.

Выпьем, други, в память их!

Выпьем полные стаканы,

За далеких, за родных

Будем нынче вдвое пьяны!
«Далекие, родные» – это Пущин и Кюхельбекер.

По окончании Лицея друзья часто встречались в Петербурге – у родителей Пушкина, у Плетнева, в Благородном пансионе у Кюхельбекера. Но уже 6 мая 1820 гола Дельвиг с великой печалью принужден был проводить Пушкина в южную ссылку.

Едва узнав, что Пушкин приехал из Одессы в Михайловское, Дельвиг собрался к нему. 10 сентября 1824 года он обещает: «Только что все приведу в порядок – буду у тебя». Но задержался он надолго. А Пушкин так его ждал! Он даже отправил ему письмо с единственной фразой: «Дельвиг, ты жив?» Наконец, 19 апреля 1825 года Дельвиг добрался до Михайловского. Пушкин в письме к брату писал: «Как я был рад баронову приезду. Он очень мил! Все наши барышни в него влюбились, а он равнодушен, как колода, любит лежать на постели, восхищаясь Чигиринским старостою».

Еще в 1817 году Пушкин посвящает Дельвигу стихотворение:


Любовью, дружеством и ленью

Укрытый от забот и бед,

Живи под их надежной сенью;

В уединении ты счастлив: ты поэт.

Наперснику богов не страшны бури злые:

Над ним их промысел высокий и святой;

Его баюкают камены молодые

И с перстом на устах хранят его покой.

О милый друг, и мне богини песнопения

Еще в младенческую грудь

Влияли искру вдохновения

И тайный указали путь:

Я лирных звуков наслаждения

Младенцем чувствовать умел,

И лира стала мой удел.

Вторая половина 1830 года была для Пушкина необычайно насыщена событиями: семейство Гончаровых дало согласие на его брак с Натальей Николаевной; Болдинская осень принесла огромные литературные плоды. Но в один день радостного настроения как не бывало. Все рухнуло. 14 января 1831 года умер Дельвиг. Его письмо к Плетневу, полное отчаяния и горя, говорит о глубочайшем потрясении, которое он пережил: «Грустно,тоска. Вот первая смерть, мною оплаканная… никто на свете не был мне ближе Дельвига. Изо всех связей детства он один оставался на виду – около него собиралась наша бедная кучка. Без него мы точно осиротели».

Дельвиг умер, проболев несколько дней гриппом. Но современники единодушно утверждали, что испытанное унижение и грубая брань Бенкендорфа приблизили его смерть.

Подлинную причину гибели Дельвига угадал в своей темнице «дальний друг» – Вильгельм Кюхельбекер: «Дельвиг, умный, веселый, рожденный, кажется, для счастья, а между тем, несчастливый…И почти все они (друзья-поэты) погибли насильственной смертью, а смерть Дельвига, смерть от тоски и грусти, чуть ли еще не хуже». Пушкинский круг писателей лишился человека, который умел объединить ободрять друзей.

В октябре 1831 года Пушкин написал пророческие строки к очередной лицейской годовщине:
Чем чаще празднует Лицей

Свою святую годовщину,

Тем робче старый круг друзей

В семью стесняется едину.

Тем реже он; тем праздник наш

В своем веселии мрачнее;

Тем глуше звон заздравных чаш

И наши песни тем грустнее…

………………………………………………………..



И мнится, очередь за мной,

Зовет меня мой Дельвиг милый,

Товарищ юности живой,

Товарищ юности унылой,

Товарищ песен молодых,

Пиров и чистых помышлений,

Туда, в толпу теней родных

Навек от нас утекший гений.

С 14 января 1831 года, когда не стало Дельвига, по 29 января 1837 года , когда скончался Пушкин, никто из лицеистов первого выпуска не умирал.


ВИЛЬГЕЛЬМ КАРЛОВИЧ КЮХЕЛЬБЕКЕР 1797-1846
Служение муз не терпит суеты;

Прекрасное должно быть величаво:

Но юность нам советует лукаво,

И шумные нас радуют мечты…

Опомнимся – но поздно! И уныло

Глядим назад, следов не видя там.

Скажи, Вильгельм, не то ль и с нами было,

Мой брат родной по музе и судьбе?
В 1811 году известный военачальник, родственник Кюхельбекеров М.Б.Барклай-де-Толли помог определить Вильгельма в Царскосельский лицей.

Так была подготовлена встреча, которая навсегда «прикрепила» к имени Кюхельбекера определения, привлекающие внимание читателей разных поколений: друг Пушкина; лицейский товарищ Пушкина, поэт пушкинской поры.

В Лицее Кюхельбекеру на первых порах пришлось нелегко. Неуклюжий, вечно занятый своими мыслями, а потому – рассеянный, Кюхля был поначалу предметом ежедневных насмешек товарищей. Он даже с горя пытался утопиться в пруду, но ничего не получилось: его благополучно вытащили.

Пушкин тоже посмеивался иногда над Виленькой, но очень скоро разглядел и оценил те свойства, которые заслуживали самого высокого уважения. Вильгельм был прямодушен и неколебим в принципах добра, справедливости, самоотвержения в любви, дружбе. Он лучше других лицеистов знал литературу, историю, философию и необычайно щедр был в своей готовности делиться знаниями. Кюхля писал стихи( вначале неумелые и косноязычные), но при этом преклонялся перед стихами звучными и тонкими по мысли.



Из воспоминаний И.И.Пущина: «Нельзя не вспомнить сцены, когда Пушкин читал нам своих Пирующих студентов. Он был в лазорете и пригласил нас послушать эту пиесу. После вечернего чая мы пошли к нему гурьбой с гувернером. Началось чтение. Внимание общее; Кюхельбекер весь был тут, в полном упоении… Доходит дело до последней строфы. Мы слышим:
Писатель! За твои грехи

Ты с виду всех трезвее:

Вильгельм! Прочти свои стихи,

Чтоб мне заснуть скорее.
При этом возгласе публика забывает поэта, стихи его, бросается на бедного метромана, который, растаявши под влиянием поэзии Пушкина, приходит в совершенное одурение от неожиданной эпиграммы и нашего дикого натиска. Добрая душа был этот Кюхельбекер!"

Из Лицея Кюхельбекер( он окончил с серебряной медалью), как и Пушкин, был выпущен в Главный архив Иностранной коллегии.



В последний раз, в сени уединения,

Моим стихам внимает наш пнат.

Лицейской жизни милый брат,

Делю с тобой последние мгновения.

Прошли лета соединения;

Разорван он, наш верный круг.

Прости! Хранимый небом,

Не разлучайся, милый друг,

С свободою и Фебом!

Узнай любовь, неведомую мне,

Любовь надежд, восторгов, упоения:

И дни твои полетом сновидения

Да пролетят в счастливой тишине!

Прости! Где б ни был я: в огне ли смертной битвы,

При мирных ли брегах родимого ручья,

Святому братству верен я.

И пусть( услышит ли судьба мои молитвы?),

Пусть будут счастливы все, все твои друзья!
В 1825 году Кюхельбекер оказывается в предгрозовой атмосфере приближающихся революционных событий.

Из материалов следствия: «Принят в Северное общество в последних числах ноября 1825 года. На совещаниях нигде не был; а 14 декабря, узнав о замышляемом возмыщении, принял в оном живейшее участие…после чего скрывался в разных местах. Пойман в Варшаве.»

Он был причислен к преступникам, достойным казни «отсечением головы». Но его пощадили и бросили в «черную тюрьму» на долгие годы.

Пушкин не забывал Кюхлю никогда. Он сделал все, чтобы вернуть его в литературу – хотя бы под псевдонимом или анонимно. Через родственников Пушкин направлял ему книги, в том числе и свои сочинения.

14 декабря 1835 года тюремные годы Кюхельбекера кончились. Он был отправлен на вечное поселение в Сибирь. Там же он узнал о смерти Пушкина. Он не мог даже плакать – не осталось больше душевных сил:


Итак, товарищ вдохновенный,

И ты! – а я на прах священный

Слезы не пролил ни одной:

С привычки к горю и страданиям

Все высохли в груди больной.

Но образ твой моим мечтаньям

В ночах бессонных предстоит,

НО я тяжелой скорбью сыт,

Но мрачный, близ жены мне милой

И думать о любви забыл…

Там мысли, над твоей могилой!

Последние годы жизни Кюхельбекера были беспросветными: жена его не понимала, брат примирился с судьбой, к тому же он совсем потерял зрение. 11 августа 1846 года Вильгельм Августович Кюхельбекер скончался.


Друзья мои, прекрасен наш союз!

Он, как душа, неразделим и вечен –

Неколебим, свободен и беспечен,

Срастался он под сенью дружных муз.

…………………………………………………………………..



Где б ни был я: в огне ли смертной битвы,

При мирных ли брегах родимого ручья,

Святому братству верен я!

И пусть(услышит ли судьба мои молитвы?),

Пусть будут счастливы все, все мои друзья!


Список использованной литературы:


  1. А.С.Пушкин. Сочинения в 3-х томах.

  2. А.Пушкин Сто стихотворений и десять писем.

  3. Друзья Пушкина. Переписка, воспоминания, дневники.

  4. Л.А.Черейский Пушкин и его окружение.

  5. В.Н.Иванов Александр Пушкин и его время.

Составила – учитель высшей категории ГБОУ СОШ 1347 г. Москвы Васильева Ирина Ивановна.






©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет