Ф. С. Сафуанов психологические механизмы криминальной агрессии: мотивационный аспект исследование



жүктеу 228.26 Kb.
Дата18.04.2016
өлшемі228.26 Kb.
түріИсследование
:
Ф.С.Сафуанов

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ КРИМИНАЛЬНОЙ АГРЕССИИ: МОТИВАЦИОННЫЙ АСПЕКТ

Исследование мотивации криминального агрессивного поведения является необходимым элементом для решения широкого круга актуальных и практически значимых задач, стоящих перед обществом на современном этапе развития: диагностика психологического механизма агрессивного преступления позволяет понять причины и условия, способствующие его совершению, определить адекватные и наиболее эффективные пути первичной и вторичной профилактики правонарушений. Особое значение изучение психологической структуры агрессии имеет для судебной психологической и психолого-психиатрической экспертиз, позволяя дать научно обоснованную экспертную оценку способности обвиняемого к осознанно-волевой регуляции поведения в момент совершения преступления.

Не ставя перед собой цели дать подробный анализ существующих теорий агрессии (на русском языке см. обзоры в: Хекхаузен Х., 1986; Бэрон Р., Ричардсон Д., 1997; Берковиц Л.,2001), рассмотрим их с точки зрения построения психологической типологии криминальной агрессии.

Инстинктивистские теории агрессии (Лоренц К., 1994; Фрейд З., 1989; McDougall W., 1908), исходя из представления о поведении человека как непосредственной реализации внутренних побуждений, т.е. о решающей роли личностных факторов в мотивации деятельности, считали агрессивные действия следствием высокого уровня агрессивности как свойства личности, не придавая большого значения ситуационным переменным. Этологические и психоаналитические теории не могут объяснить возникновение и развитие всех видов агрессивного поведения, но, несомненно, существуют такие агрессивные действия, которые являются реализацией высокого уровня личностной агрессивности. Если говорить о возможной типологии агрессии в рамках анализируемого подхода, то она сводится к дихотомии «низкая агрессивность – высокая агрессивность», т.е. рассматривает агрессивные действия по единственной шкале, на которой высокому уровню агрессивности будет соответствовать агрессивное поведение, а низкому – неагрессивное (рис.1).

Фрустрационные теории агрессии (Dollard J. at all, 1939) вводят другой фактор для объяснения поведения – ситуационный. Агрессия выступает как реакция на фрустрацию (и любая фрустрация неизбежно вызывает агрессию). Ясно, что все разнообразие криминальных агрессивных действий обвиняемых нельзя объяснить в рамках фрустрационных теорий агрессии. Тем не менее, для типологии агрессивных действий введение дополнительной оси – уровня фрустрации, или, иначе говоря, измерения, по которой различаются «нейтральные ситуации – психотравмирующие ситуации», в которых совершаются правонарушения, имеет большое значение. В отличие от одномерной классификации введение ситуационной переменной позволяет строить двумерную типологию, учитывающую и уровень агрессивности как свойства личности, и характер ситуации, в которой разворачиваются агрессивные действия, т.е. выделить уже четыре типа криминального агрессивного поведения (рис.2).

Важнейшим принципом анализа мотивации поведения, с точки зрения современных представлений, является учет взаимодействия личности и ситуации. Какие же компоненты личности, наряду с агрессивностью, могут непосредственно влиять на генез агрессивного поведения? Такие структуры личности, наряду с общим уровнем агрессивности, рассматриваются в теории социального научения (Bandura A., 1973). Социальное научение (в основном протекающее как викарное научение – через наблюдение поведения других) предполагает, что у человека закрепляются те формы поведения, которые получают положительное подкрепление, и оттормаживаются такие действия, которые подкрепляются отрицательно (например, через наказание). В процессе развития личности внешние подкрепления, позитивные и негативные, интериоризируются и переходят во внутренний план, становясь уже субъектными, внутриличностными регуляторами поведения. Таким образом, ситуативное развитие агрессивных действий становится зависимым от личностных структур, либо облегчающих проявления агрессии, либо, напротив, обладающих по отношению к ним преградным смыслом.

Современные мотивационные теории агрессии рассматривают в качестве основополагающих личностных факторов агрессивного поведения наряду с агрессивными тенденциями (базовой агрессивностью индивида) также и тенденции торможения (или подавления) агрессивности, которые часто рассматриваются как мотивы, оказывающие тормозящее влияние на открытое проявление агрессивности в поведении (Megargee E.I., 1966; Olweus D., 1972; Konradt Y.-J., 1974 и др.). Это позволяет выделить в качестве третьего основания психологической типологии криминальной агрессии измерение «выраженность тормозящих агрессию личностных структур» (рис.3).

А+ А+


Н П/Т



А- А-

Рис.1. Одномерная типология Рис.2. Двумерная типология

агрессии. агрессии.

А+ – высокая агрессивность, Н – относительно нейтральная ситуация,

А- – низкая агрессивность П/Т – психотравмирующая ситуация
А+

П/Т 5 8


Т- Т+ А+
1 4
Н 6 7


А- П /Т

2 3

А- Н

Т- Т+

Рис.3. Трехмерная типология Рис.4. Типы криминальной агрессии

агрессии. в трехмерном пространстве.

Т+ – выраженность Обозначения шкал соответствуют

тормозящих агрессию рис.1-3.

личностных структур,

Т- – их невыраженность.
Итак, абстрагируясь от множества разнообразных факторов, сопровождающих каждое конкретное агрессивное действие, мы выделили в качестве оснований психологической типологии криминальной агрессии три базовых измерения: «уровень агрессивности личности», «уровень выраженности тормозящих агрессию структур» и «уровень выраженности психотравмирующего воздействия ситуации». Первые два вектора раскрывают взаимодействие личностных структур, играющих основную роль в формировании мотивации агрессивных действий, а третий – позволяет рассматривать механизм агрессии как следствие взаимодействия личностных и ситуационных переменных. Противоправные агрессивные действия обвиняемых в соответствии с разработанной нами по теоретическим основаниям типологией криминальной агрессии, составляют восемь групп (рис.4).

Разновидности механизмов агрессивных преступлений, выделенные нами на основании исследования 341 обвиняемого (266 мужчин и 75 женщин) в рамках комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, тесно связаны с выделенными типами криминальной агрессии.



А. Непосредственная реализация агрессивности. Для обвиняемых группы 1 (с высокой агрессивностью, низкими самоконтролем и способностью к опосредованию своих действий даже в нейтральных ситуациях) наиболее универсальным механизмом криминальной агрессии является стремление к реализации собственной агрессивности, которое приобретает самодовлеющее мотивирующее значение вне зависимости от внешних стимулов. К лицам, совершившим агрессивные преступления по механизму непосредственной реализации агрессивных побуждений, относятся прежде всего истерические, возбудимые, эпилептоидные и мозаичные психопатические личности, а также лица с органическим психическим расстройством, осложненным психопатизацией личности, и – реже – психически здоровые.

Непосредственное удовлетворение своих выраженных агрессивных побуждений может быть связано с тремя классами источников мотивации:



  1. С антисоциальными ценностями (устойчивыми надситуативными мотивами).

  2. С чертами личности, которые рассматриваются и как характерологические, отражающие инструментальные свойства поведения (Асмолов А.Г., 1990; Братусь Б.С., 1988), и как мотивационные образования (по теории Г.Оллпорта (Allport G.W., 1937), черта личности «ищет ситуацию» для самореализации).

  3. С потребностями биологического уровня, например – сексуальными влечениями, без достаточного их опосредования социализированными ценностями и ситуативными факторами.

При ценностной детерминации агрессии наиболее характерные преступления – это убийства, избиения и грабежи (разбои). Жертвами избиений становятся чаще всего лица, зависимые от агрессоров: так, психически здоровый офицер избивает до смерти рядового, опоздавшего на построение; психически здоровый следователь наносит побои допрашиваемым. При ситуативной актуализации черт личности чаще всего совершаются преступления на фоне семейных ссор, инициированных обвиняемыми. При непосредственной реализации потребностей все преступления сводятся к изнасилованию или насильственным действиям сексуального характера. При этом у обвиняемых данной группы, совершивших изнасилования, экспертами-сексопатологами диагностируется «эго-синтоническая форма садизма». При этой форме парафилии садистическое влечение как бы «принимается» личностью, не вызывает негативного самоотношения, человек не испытывает внутреннего конфликта и реализует это влечение непосредственно, не пытаясь его сдерживать (Ткаченко А.А., Введенский Г.Е., Дворянчиков Н.В., 1998).

У аномальных лиц с психопатоподобными состояниями этим трем источникам мотивации, по классификации В.В.Гульдана (1985), соответствуют анэтические мотивы (непосредственная реализация асоциальных ценностей), мотивы самоактуализации (реализация черт личности), мотивы-суррогаты и импульсивные мотивы (реализация влечений). По классификации Н.А.Ратиновой (1998), непосредственной реализации асоциальных ценностей соответствует смысловая агрессия. По типологии Г.Точа (Toch H., 1969), такой вид агрессии свойственен потакающим или потворствующим себе (self-indulger) субъектам. Е.Мегарджи (Megargee E.I., 1966) описывает таких людей как «абсолютно не контролирующих себя агрессоров».



Б. Агрессия, совершенная под влиянием алкогольного опьянения. Каждые девять из десяти обвиняемых из типологической группы 2 совершают преступления в состоянии алкогольного опьянения. Подэкспертные этой группы не обладают высокой базовой агрессивностью, и поэтому механизм генеза агрессивных действий у них не может быть сведен к непосредственной реализации агрессивности в нейтральных ситуациях.

Результаты ряда экспериментальных исследований (Кудрявцев И.А., Сафуанов Ф.С., Голев А.С., 1986; Сафуанов Ф.С., Иконникова Е.Ю., Филимонова Т.Н., Игонин А.Л., 1997) показывают, что агрессивное поведение лиц, находящихся в состоянии простого алкогольного опьянения, является реализацией агрессивных побуждений, возникающих вследствие смыслового восприятия и субъективной оценки ситуации как более угрожающей, опасной (что обусловлено актуальным влиянием алкоголя на сознание и когнитивные процессы), при отсутствии или слабой выраженности компенсаторных защитных механизмов, способных или снизить уровень субъективной значимости ситуации, или препятствовать прямому проявлению агрессии, независимо от исходного уровня агрессивности. Таким образом, влияние состояния алкогольного опьянения на криминальную агрессию проявляется не столько в снижении контроля агрессивности, сколько в «проявлении» дефицитарности личностных структур, способных тормозить прямую реализацию агрессивных побуждений, независимо от уровня исходной личностной агрессивности.

Подавляющее большинство обвиняемых этой группы – лица с органическим поражением головного мозга и хроническим алкоголизмом. По всей видимости, именно мозговая патология и опосредует влияние алкоголя на поведение, проявляющее несформированность контролирующих агрессивные побуждения личностных механизмов, что и приводит к совершению агрессивных действий неагрессивными людьми. Жертвами криминальной агрессии становятся, как правило, знакомые и (реже) родственники – фабула преступления сводится в большинстве случаев к возникновению конфликта по инициативе обвиняемого в процессе совместного употребления алкогольных напитков, с последующим убийством или причинением вреда здоровью, или изнасилованием.

В. Криминальная агрессия, совершенная под влиянием групповых воздействий. Большое количество агрессивных преступлений в типологической группе 2 совершается в группе, при этом сами обвиняемые (лица с органическим психическим расстройством, расстройством личности мозаичного круга) выступают в пассивной роли ведомых, подчиненных воле лидера, при совершении общественно опасных деяний.

В лабораторных условиях аналогичный механизм криминальной агрессии описан С.Милграмом (Milgram S.,1974): добропорядочные испытуемые-добровольцы, повинуясь давлению экспериментатора, наносили удары током за ошибочное выполнение заданий «ученику» (в роли которого выступал помощник экспериментатора), при этом 65 % испытуемых доводила силу удара до 450 вольт, несмотря на демонстрацию их жертвой нестерпимых страданий. Р.Чалдини (1999) считает, что определяющим фактором в этих случаях проявления агрессии является снятие личной ответственности за свои действия.

Социально-психологический механизм, обусловливающий своеобразное неосознанное «делегирование» личной ответственности за происходящее субъективно значимому авторитету (Сафуанов Ф.С., Макушкин Е.В.,1995) сводится к частичной идентификации обвиняемого с лидером. Идентификация с авторитетом включает не только эмпатию, но и осознанный интерес к его системе взглядов. В основе этого механизма, как отмечал еще З.Фрейд (1925), лежит более или менее осознанная идентификация с Я-идеалом, сопровождающаяся подчинением лидеру и восприятием прямого контроля над собой как законного (Adamek R.L., Dager E.Z., 1971).

Г. Агрессия как результат неверной оценки ситуации. Некоторые случая криминальной агрессии у неагрессивных субъектов с несформированностью личностных структур, сдерживающих агрессивные побуждения (из типологической группы 2) развиваются по своеобразному механизму, основу которого составляет несоответствие личностных ресурсов внешним, ситуационным. Эти обвиняемые обнаруживают неспособность к свободному выбору возможных правомерных и неагрессивных вариантов действий в определенной ситуации. В основе этого лежит несформированность как смысловой и когнитивной оценки ситуации, так и недостаточность самооценки, что предопределяет выбор агрессивных форм разрешения ситуации с резким ослаблением их контроля и прогноза. Несформированность отражательных и регуляторных функций определяется психическим расстройством. Обвиняемые характеризуются и интеллектуальной, и личностной незрелостью в структуре органического психического расстройства или умственной отсталости.

Как видно, обсуждаемые три механизма криминальной агрессии, характерные для обвиняемых с отсутствием базовой агрессивности (типологическая группа 2), при всех их отличиях друг от друга, имеют общее психологическое свойство – в мотивации преступного действия проявляется недостаточность сдерживающих агрессивные побуждения структур. В одних случаях эта недостаточность обнаруживается под влиянием экзогенных факторов – алкогольной интоксикации, субъективно значимого для обвиняемого авторитета. В других – заметно влияние эндогенных факторов: интеллектуального и личностного недоразвития, инфантилизма.



Д. Инструментальная агрессия. Большинство случаев в группе 3, т.е. у обвиняемых с низким уровнем исходной агрессивности, и с наличием различных личностных структур, тормозящих проявления агрессии в относительно нейтральных, не психотравмирующих ситуациях, мы можем отнести к «инструментальной агрессии». Различение враждебной и инструментальной агрессии вызвано необходимостью противопоставить агрессивные действия, реализующие агрессивные намерения, таким же действиям, но соподчиненным намерениям явно неагрессивного характера (Feshbach S., 1964). По данному механизму совершают агрессивные деяния психически здоровые лица, значительно реже – с органическим психическим расстройством. Наиболее частые криминально-агрессивные действия – это наемные убийства, убийства с целью завладения имуществом, убийства финансовых конкурентов, а также заранее запланированные убийств новорожденного ребенка собственной матерью из-за тяжелого материального положения.

Е. Отсроченная агрессия. Случаи убийства в группе 4 (а также в группе 8) показывают иной механизм воздействия тормозящих проявление агрессии структур. Здесь тормозящие влияния не позволяют непосредственно реализовать агрессивные побуждения, возникшие в ситуации конфликтного взаимодействия с близкими людьми (при этом конфликты часто были инициированы самими обвиняемыми). Но через некоторое время они все же совершают убийства, возвращаясь на место конфликта. По существу, это механизм «отсроченной» агрессии у лиц с одновременным сосуществованием и тормозящих агрессию структур личности, и склонности к самовзвинчиванию.

В роли катализатора агрессивных побуждений, который преодолевает действие структур, сдерживающих агрессию, выступает, прежде всего, склонность к самовзвиничиванию, тесно связанная с пограничной психической патологией: с психопатией или акцентуацией личности по возбудимому типу, с органическим психическим расстройством с психопатизацией или хроническим алкоголизмом. У них выработаны компенсаторные по отношению к возбудимым чертам личности механизмы, доминирующим среди которых являются высокая тревожность, страх перед возмездием за совершенную агрессию. В ситуации конфликта эти тормозящие личностные структуры препятствуют реализации возникших агрессивных побуждений. Однако, после того как конфликт внешне исчерпан, уровень эмоционального возбуждения у этих обвиняемых не снижается, а, напротив, резко возрастает в течение некоторого времени. Рост возбуждения не связан с какими-либо внешними психотравмирующими воздействиями (участники конфликта уже перестают взаимодействовать), а развивается аутохтонно, под влиянием дисгармоничной структуры личности. В конце концов обвиняемые возвращаются на место конфликта и совершают убийство.



Ж. Ситуативная агрессия. У обвиняемых группы 5 актуализацию ситуативных агрессивных мотивов в ответ на психотравмирующие воздействия, даже незначительные, облегчает наличие высокой базовой агрессивности в сочетании с невыраженностью тормозящих личностных механизмов. Преобладающее психическое расстройство – психопатия возбудимого и истеро-возбудимого круга, а также органическое психическое расстройство, нередко осложенное психопатизацией личности. Около четверти обвиняемых – психически здоровые.

У обвиняемых этой группы личностные особенности отражают асоциальную агрессивность в сочетании со снижением опосредования и контроля поведения. Но, в отличие от обвиняемых, совершивших преступления по механизму непосредственной реализации агрессивных побуждений (группа 1), актуализирующихся вследствие ценностных, диспозиционных и потребностных факторов, в обсуждаемом случае высокая агрессивность связана в основном с ситуационными факторами, и выступает не как мотивационная тенденция или устойчивая черта личности, реализующаяся в любых ситуациях, а как реактивная агрессивность, актуализирующаяся в ответ на психотравмирующие внешние воздействия. Как известно, для психопатических личностей и лиц с психопатоподобными состояниями круг психотравмирующих обстоятельств более разнообразен, нежели у здоровых лиц: он включает в себя психогении, адресованные наиболее слабым, уязвимым звеньям их дисгармоничной структуры психики (Антонян Ю.М., Гульдан В.В., 1991).

Этот вид криминальной агрессии частично совпадает с «аффектогенными» мотивами преступлений, выделенными в типологии В.В.Гульдана (1985). Описанные Н.А.Ратиновой некоторые виды «привычно-неконтролируемой агрессии» (1998) также можно соотнести с реализацией высокой агрессивности в конфликтных ситуациях. Наиболее близок механизм ситуативной агрессии описанному в классификации Г.Точа (Toch H., 1969) типу агрессии, свойственному компенсаторно потворствующим себе субъектам (self-indulgent compensator), отвечающему агрессивно даже на самую слабую провокацию из-за постоянного ощущения собственной недооценки со стороны окружающих.

З. Агрессия, совершаемая под влиянием эмоционального возбуждения. У обвиняемых группы 6 криминальные агрессивные действия возникают в ответ на психотравмирующие обстоятельства. Несмотря на невыраженность базовой агрессивности, редуцированность тормозящих личностных механизмов обусловливает непосредственный характер реализации реактивно возникающих агрессивных побуждений, их импульсивность и аффективный характер. Сами агрессивные побуждения возникают в структуре эмоционального возбуждения, возникновение и развитие которого связано с противоправными действиями потерпевшего.

Реакции эмоционального возбуждения могут иметь разную глубину: в ряде случаев они достигают степени выраженности аффекта, возникающего внезапно и непосредственно после фрустрирующего воздействия. В основном эмоциональные реакции возбуждения в психотравмирующих ситуациях возникают у психически здоровых и у лиц с органическими поражениями головного мозга с эмоциональной неустойчивостью, повышенной сензитивностью. Психотравмирующие ситуации охватывают широкий спектр: среди жертв преступлений – родственники, знакомых и незнакомые.



И. Агрессия как разрядка накопленного эмоционального напряжения. Для неагрессивных лиц с выраженными тормозящими проявления агрессии структурами, совершающих криминальные действия в ответ на психотравмирующие и фрустрирующие воздействия, характерно накопление эмоциональной напряженности в условиях длительной психотравмирующей ситуации, с последующей ее разрядкой в противоправных действиях. Эмоциональная напряженность является компонентом многих психических состояний, и, в зависимости от квалификации в общепсихологических терминах ведущего психического состояния, развившегося в психогенных условиях, можно выделить 2 основных варианта кумуляции напряженности – в структуре психологического стресса и в структуре психологического конфликта. И в том, и в другом случае динамика накопления эмоционального напряжения не сводится только к развитию состояния стресса или конфликта в чистом виде: эти психические состояния тесно переплетены между собой, часто сопровождаются и многочисленными фрустрациями вследствие объективных внешних воздействий или неудачных копинг-стратегий, и формированием различных психологических защитных механизмов. Однако выделяемые нами варианты отражают ведущее звено, оказывающее влияние на формирование кумуляции эмоционального напряжения.

Первый вариант – агрессия как разрядка эмоциональной напряженности кумулятивного генеза в структуре стресса, развившегося в условиях длительной психотравмирующей ситуации. По этому психологическому механизму совершают агрессивные действия обвиняемые с развитыми тормозящими агрессию личностными структурами, и с невысокой исходной агрессивностью. В условиях длительной психотравмирующей ситуации, связанной с противоправными или аморальными действиями потерпевших, у них развивается психологический стресс. Агрессия на таких стадиях хронического стресса как «сопротивление» и «истощение» направлена, как правило, на близкое окружение – родственников и знакомых. По этому психологическому механизму совершают преступления психически здоровые, лица с органическим психическим расстройством, и значительно реже – страдающие психопатией. По условиям воспитания и развития эти обвиняемые – одни из самых благополучных (по показателям сиротства, неблагоприятным стилям воспитания, образовательного уровня, семейной адаптации, профессионального статуса и т.п.). В большинстве случаев уровень накопленного эмоционального напряжения настолько высок, что сопровождался неполным осознанием своих действий и их дезорганизацией.

Второй вариант обсуждаемого психологического механизма криминального поведения – агрессия как разрядка эмоциональной напряженности кумулятивного генеза в структуре личностного конфликта, развившегося в условиях длительной психотравмирующей ситуации. Личностный конфликт проявляется в сфере самосознания как столкновение ценностей, мотивов, целей, субъективно переживаемых как желания, намерения, побуждения, при примерном равенстве их интенсивности или значимости, что приводит к субъективному ощущению их неразрешимости (Ф.Е.Василюк, 1984.С.45). Длительный личностный конфликт приводит к росту эмоциональной напряженности, в генезе которого можно выделить и влияние психотравмирующей ситуации, и роль индивидуально-психологических особенностей, препятствующих разрешению внутреннего противоречия.

Личностный конфликт, лежащий в основе кумуляции эмоциональной напряженности, разрядкой которой являются криминально-агрессивные действия, переживается обвиняемыми в двух основных формах – ревности и нежеланной беременности.



Личностный конфликт в виде ревности держит человека в постоянном напряжении (Leongard K., 1963), и это напряжение может разрешиться только при реализации какой-либо стороны конфликта – либо любви, либо ненависти. В поле зрения судебной экспертизы попадают лишь те субъекты, у которых конфликт в виде ревности завершается агрессивной разрядкой накопленного эмоционального напряжения. По описанному механизму совершают агрессивные преступления в основном мужчины, как правило, люди зрелого возраста. Во всех случаях обвиняемые ревнуют к своим супругам, но жертвами убийства в большинстве случаев являются не жены, а реальные или мнимые «соперники». Большинство таких обвиняемых страдают органическим психическим расстройством или психопатией, гораздо реже встречаются психически здоровые.

Почти во всех случаях уровень эмоциональной напряженности, обусловленный личностным конфликтом, настолько высок, что на высоте самого напряжения, или сменившего его эмоционального возбуждения и аффекта, обвиняемые не способны в полной мере осознавать окружающую реальность, своих действия, не могут полноценно опосредовать и контролировать свои агрессивные побуждения.



Личностный конфликт в форме нежеланной беременности подробно описан в работах В.И.Брутмана с соавт. (1995, 1998) при клинико-психологическом исследовании матерей - «отказниц», оставляющих своих новорожденных детей в родильном доме. Ими выделены психологические особенности переживания нежеланной беременности с такими крайними вариантами, как «атиофориогнозия» с вытеснением отрицательных переживаний и эйфорическим фоном настроения, и как «гиперпатия» с негативным фоном настроения и поисками путей плодоизгнания. В большинстве случаев формируются не крайние варианты, а амбивалентные эмоциональные переживания будущих матерей, что подтверждается и данными наших наблюдений: вытеснение интрацептивной сигнализации о беременности сочетается с попытками избавления от плода, при этом своеобразная анозогнозия на собственную беременность у обвиняемых в убийстве новорожденных превалирует, определяя пассивность и социальную изоляцию беременных женщин. Глубокий личностный конфликт между желанием родить ребенка и требованиями окружающих избавиться от плода, а чаще – между желанием родить и собственными референтными представлениями о греховности, недопустимости внебрачного материнства, обусловливает кумуляцию эмоционального напряжения. У таких женщин формирование психологических защитных механизмов сочетается с попытками совладающего поведения, которые оказываются неэффективными, в первую очередь, из-за объективного стечения обстоятельств (распознание своей беременности на поздних сроках, вследствие чего оказывается невозможным легальное ее прерывание; желание родить в другом городе с дальнейшим оставлением новорожденного в роддоме, не реализуемое из-за материальных затруднений). Это, в свою очередь, оказывается дополнительными фрустрациями, что обусловливает усугубление внутреннего конфликта и дальнейший рост эмоциональной напряженности. В состоянии выраженной эмоциональной напряженности поведение матери при родах определяется аффективной мотивацией, что снижает ее возможность адекватно оценивать окружающее и свои действия.

По этому механизму развиваются агрессивные действий против новорожденных детей у женщин (как правило, от 18 до 30 лет), забеременевших вне брака или в результате изнасилования. Они скрывают свою беременность, часто даже от родителей. Практически у всех формируются неправильные представления о сроках беременности (в сторону занижения срока), вследствие чего наступающие роды для них самих становятся субъективно неожиданными. Кроме того, роды у многих происходят вне дома.



К. Агрессия в состоянии декомпенсации. Этот механизм агрессии описан в психиатрических работах (Шостакович Б.В., 1998), и сводится к срыву компенсаторных и гиперкомпенсаторных механизмов, выработанных аномальной личностью в ходе социальной адаптации. Обычно в клинических работах компенсации рассматривают как вторичные характерологические свойства, которые устраняют первичные психопатические особенности личности (Морозов Г.В., Шубина Н.К., 1973). Основной функцией компенсаторных механизмов является, по мнению Г.К.Ушакова (1978. С.252), самовоспитание и самокоррекция. Иными словами, компенсаторные механизмы при расстройствах личности выполняют, на наш взгляд, в основном роль диспозиционных личностных структур, сдерживающих проявления дезадаптивных черт личности, в частности, и агрессивности. При изменениях ситуационных условий, особенно при психотравмирующих воздействиях, попытка адаптации к ним за счет компенсаторных характерологических свойств оказывается неэффективной и приводит к декомпенсации. Срыву компенсаторных структур личности нередко предшествует гиперкомпенсация и псевдокомпенсация, что только усугубляет личностную дисгармоничность и ускоряет дезадаптацию (Шубина Н.К., Боброва И.Н., 1976). Вменяемые обвиняемые (с расстройствами личности, нередко на фоне органического психического расстройства), совершающие правонарушения в состоянии декомпенсации, не могут в криминальной ситуации в полной мере осознавать значение своих действий и руководить ими.

В целом, у неагрессивных людей со сформированностью личностных структур разного уровня, тормозящих проявления агрессии, совершающих преступления в психотравмирующих ситуациях (типологическая группа 7), психологический механизм криминальной агрессии сводится к длительному накоплению (кумуляции) эмоциональной напряженности, с последующей его разрядкой в ответ на очередное психотравмирующее воздействие. Эмоциональная напряженность выступает как ведущий компонент стресса или личностного конфликта, развивающихся в экстремальных условиях длительной психотравмирующей ситуации, связанной с провоцирующим поведением потерпевших, или как следствие психогенной декомпенсации личностных образований, оказывающих тормозящее влияние на проявления агрессии.

Соотношение психологических механизмов и типов криминальной агрессии иллюстрируют рис.5,6.


А+


  1. Непосредственная 6. Отсроченная

агрессия агрессия
1 4

Т- Т+

2 3





  1. Агрессия в состоянии 5. Инструментальная

алкогольного агрессия

опьянения



  1. Агрессия в групповой

динамике

  1. Агрессия при

неверной оценке ситуации

А-
Рис.5. Психологические механизмы криминальной агрессии в нейтральных ситуациях.

А+

7. Ситуативная 6. Отсроченная



агрессия агрессия

5 8

Т- Т+


8. Агрессия в структуре 6 7 9. Агрессия – разрядка
эмоционального возбуждения накопленного эмоционального

А) вне состояния напряжения

алкогольного А) в структуре стресса

опьянения Б) в структуре личностного

Б) в состоянии конфликта:

алкогольного - ревность

опьянения - нежеланная беременность



10. Агрессия при декомпенсации

А-

Рис.6. Механизмы криминальной агрессии в психотравмирующих ситуациях.


Литература

  1. Антонян Ю.М., Гульдан В.В.. Криминальная патопсихология. М., 1991.

  2. Асмолов А.Г. Психология личности. М., 1990.

  3. Берковиц Л. Агрессия: причины, последствия и контроль. СПб. 2001.

  4. Братусь Б.С. Аномалии личности. М., 1988.

  5. Брутман В.И., Ениколопов С.Н., Радионова М.С. Нежеланная беременность у жертв сексуального насилия // Вопросы психологии. 1995. № 1. С.33-40.

  6. Брутман В.И., Радионова М.С. Формирование привязанности матери к ребенку в период беременности // Вопросы психологии. 1998. № 7. С.38-47.

  7. Василюк Ф.Е. Психология переживания. М., 1984.

  8. Гульдан В.В. Мотивация противоправных действий у психопатических личностей: Дис. докт.психол.наук. М., 1985.

  9. Кудрявцев И.А., Сафуанов Ф.С., Голев А.С. Нарушения поведения лиц в состоянии алкогольного опьянения: психологические механизмы и правовые аспекты профилактики // Психологический журнал. 1986. № 6. С.75-87.

  10. Лоренц К. Агрессия (так называемое «зло»). М., 1994.

  11. Морозов Г.В., Шубина Н.К. К понятию о компенсации при психопатиях // Реабилитация больных нервными и психическими заболеваниями. Л., 1973. С.221-225.

  12. Ратинова Н.А. Саморегуляция поведения при совершении агрессивно-насильственных действий: Дис. канд. психол. наук. М., 1998.

  13. Сафуанов Ф.С., Макушкин Е.В. Социально-психологический анализ индуцированных психических расстройств в судебно-психиатрической практике // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им.В.М.Бехтерева. 1995. № 4. С.192-202.

  14. Сафуанов Ф.С., Иконникова Е.Ю., Филимонова Т.Н., Игонин А.Л. Психологические механизмы агрессивных действий, совершенных в состоянии алкогольного опьянения больными алкоголизмом // Российский психиатрический журнал. 1997. № 3. С.34-37.

  15. Ткаченко А.А., Введенский Г.Е., Дворянчиков Н.В. Судебно-сексологическая экспертиза. М., 1998. Т.1.

  16. Ушаков Г.К. Пограничные нервно-психические расстройства. М., 1978.

  17. Фрейд З. Психология масс и анализ человеческого «Я». М., 1925.

  18. Фрейд З. Введение в психоанализ: Лекции. М., 1989.

  19. Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность. М., 1986. Т.1.

  20. Чалдини Р. Психология влияния. СПб., 1999.

  21. Шостакович Б.В. Экспертная оценка психогений и расстройств личности с учетом нового Уголовного кодекса // Современное уголовное законодательство и судебная психиатрия: Пособие для врачей. М., 1998. С.115-123.

  22. Шубина Н.К., Боброва И.Н. О некоторых клинических основах дифференцированного подхода к адаптации психопатических личностей // Журнал невропатологии и психиатрии им.С.С.Корсакова. 1976. Вып. 11. С.1699-1703.

  23. Allport G.W. Personality. A Psychological interpretation. NY, 1937.

  24. Adamek R.L., Dager E.Z. Social structure, identification and change in treatment-oriented institution // Socalization. Chicago, 1971. P.162-188.

  25. Bandura A. Aggression: A social learning analysis. Englewood Cliffs, 1973.

  26. Dollard J., Doob L., Miller N.E., Mowrer H.O., Sears R.R. Frustration and aggression. New-Haven, Yale, 1939.

  27. Feshbach S. The function of aggression and the regulation of aggressive drives // Psychological review. 1964. V.71.

  28. Konradt H.-J. Toward a motivation theory of aggression and aggression inhibition: Some considerations about an aggression motive and their application to TAT and catharsis // Determinants and origins of aggressive behavior. Den Haag, 1974.

  29. Leongard K. Biologishe psichologie. Leipzig. 1963.

  30. McDougall W. An introduction to social psychology. L., 1908.

  31. Megargee E.I. Undercontroled and overcontroled personality types in extreme anti-social aggression // Psychol. monograph. V.80, 1966.

  32. Milgram S. Obedience to authority. N.Y., 1974.

  33. Olweus D. Personality and aggression // Nebraska symposium on motivation. 1972. Lincoln, Nebraska, 1972.

  34. Toch H. Violent men. Chicago, 1969.




©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет