К 50-летию Карибского кризиса тверь, 2012 г



жүктеу 164.75 Kb.
Дата28.04.2016
өлшемі164.75 Kb.
:





Г.П. Асинкритов


ДВОЙНОЙ ХОД

СТРАНЫ

С О В Е Т О В

К 50-летию Карибского кризиса
ТВЕРЬ, 2012 г.

От автора.
Мне - автору предлагаемой читателю статьи - довелось повидать многое. В раннем детстве – войну с её руинами и погибшими, бывать под артобстрелом и бомбёжками. Позже – учиться и работать, отвечать за всё по-взрослому, буквально впитывая в себя чувство неразрывности с окружавшими тебя людьми, неизбежность и счастье их и твоей взаимозависимости. Из одиннадцати основных игроков нашей юношеской футбольной команды в городе Кувшинове у шестерых отцы погибли на фронте. У нас никогда не было свободного времени. Но не было и желания его иметь – вот что кажется сегодня странным и, пожалуй, даже недоступно для понимания нынешних людей, окружённых светом, шумом и визгом рекламы, до отказа забитой иллюстрированными призывами к отдыху и развлечениям.

Была эпоха, требовавшая людей особой формации. Пока такие люди жили, до тех пор, пока их потенциал не был исчерпан, существовал на 1/6 части планеты Земля и социализм.

О том, что эти люди смогли сделать, какое наследие оставили потомкам, какие усилия прилагали, чтобы мир и человек стали лучше и чище - и пойдёт рассказ.

С уважением и добрыми пожеланиями

Г. Асинкритов.
__________________________________________

А.Г.П. 8-9157378719. E-mail: gasinkrit@mail.ru




Часть 1. КАРИБСКИЙ КРИЗИС

На снимке. Фидель Кастро Рус и Анастас Иванович Микоян на советском корабле.


\

… Время движется неумолимо, а потому всё меньше остаётся людей, в памяти которых сохранился октябрь 1962 года с его тревожными событиями, обобщённо названными «Карибским кризисом».

Короткая предистория «кризиса». 1 января 1959 года лидер кубинского народа Фидель Кастро Рус объявил о победе революции на Кубе. Вашингтон не мог смириться с этим, и уже 17 апреля 1961 года, подготовив и вооружив своих наёмников – в большинстве своём, кубинцев, по тем или иным причинам сбежавших с Кубы, начали войну против острова Свободы. Но просчитались: уже через 72 часа после нападения банды американских наёмников были разгромлены.

Но это не остановило правительство США. И к началу 1962 года ими были подготовлены «силы вторжения» на Кубу общей численностью до 250 тысяч человек. В невиданных масштабах осуществлялась экономическая блокада острова, велась настоящая пропагандистско-психологическая война (насколько «гринго» преуспели в этом деле – мы знаем по собственному горькому опыту последних десятилетий).

Надо было Кубу – ставшую к тому времени верным и единственным союзником СССР в Западном полушарии – как-то защитить. Параллельно с этим предстояло решить и другую задачу – побудить США убрать свои ракеты в странах, пограничных с Советским Союзом – таких, как Турция.

Поэтому в 1962 году и была проведена операция под кодовым названием «Анадырь»…



Рис. 1. Здесь зародился и созрел Карибский кризис.

Некоторые подробности проведения операции.

Массированная переброска войск и боевой техники началась в ночь с 7 на 8 июля 1962 г., когда от причалов Севастополя, Новороссийска, Ленинграда, Николаева и Североморска отошли первые транспорты. Принимая во внимание важность операции и строжайшую секретность, в которой она проводилась, на всех стадиях исполнители на местах знали только то, что им положено было знать в каждый конкретный момент. Даже капитаны судов и командиры воинских частей до самого выхода в нейтральные воды не знали, куда и зачем они направляются.

До второй половины сентября на Кубу беспрепятственно были доставлены большая часть вооружения и боеприпасов будущей группировки, включая ядерные. Оказалось, американцы просто не придали никакого значения усилению интенсивности морского сообщения между СССР и Кубой. Но во второй половине сентября американцы присмотрелись и стали внимательнее относиться к тому, что происходило у них, что называется, на ближнем подворье. Американские ВВС начали регулярные облеты следовавших на Кубу советских транспортов на малой высоте, а корабли ВМС- интересоваться местом назначения и характером перевозимого груза. Тем временем на Кубе уже были развернуты части ПВО, береговой обороны и ВВС, а также собраны первые 6 самолетов морской авиации. Каждый из них мог нести 12-килотонную ядерную бомбу или обычное вооружение в виде бомб или торпед. Было начато строительство стартовых позиций для баллистических ракет. На остров также были доставлены и развернуты три дивизиона ракетных катеров (это после они были переданы кубинцам, а в те дни на борту катеров находились советские экипажи, готовые по первому приказу совместно с авиацией атаковать своими ракетами приблизившийся к берегам Кубы флот агрессора. Катера базировались на порты Мариель (2 дивизиона) и Банес (один дивизион). Ракетные дивизионы прикрыли десантоопасные направления, к тому же они были снабжены ядерным боезапасом. Со своей стороны, США сосредоточили в Атлантике 8 авианосцев и три противолодочные авианосные группы, предназначенные для осуществления блокады Кубы, а также начали сосредоточение войск и подготовку к высадке десанта, о чем официально была поставлена в известность советская сторона. Напряжение возрастало с каждым днем и к 27 октября мир практически уже стоял на пороге ядерной войны. В конце концов, политический компромисс, предусматривавший взаимный вывод советских баллистических ракет с Кубы, а американских из Турции, был достигнут. Кроме того, США брали на себя обязательство не нападать на Кубу. 29 октября начался демонтаж советских ракет…

Таково, вкратце, описание событий пятидесятилетней давности. Как и всегда в подобных случаях, не только современникам кризиса, но и кое-кому из ныне живущих известны имена руководителей стран-участников кризиса, их действия. Тех немногих, что принимали окончательные решения. Но ведь за всем этим стояли живые люди – как раз те «многие», что и «делали погоду» - солдаты и матросы, сержанты и старшины, офицеры, генералы и адмиралы.

А на их долю тогда выпали тяжелейшие испытания, именно этим людям пришлось проявить высочайшую силу духа, несгибаемую волю, беспредельную самоотверженность.

В первую очередь – подводникам, которым был приказано прорвать морскую блокаду Кубы. Сделать это в условиях массированного противодействия американского ВМФ (более 200 единиц) и морской авиации с преобладанием в их составе средств ПЛО, теоретически представлялось невозможным. Положение осложнялось ещё и тем, что подводные лодки проекта 613 не были приспособлены к плаванию в тропических широтах, где температура забортной воды нередко превышала 30 градусов по Цельсию.

Но советские моряки, несмотря ни на что, действуя заодно с другими родами сил, смогли решить поставленную перед ними задачу – заставили США снять блокаду Кубы и отказаться от вооружённого нападения на неё.

О том, в каких условиях это происходило, за годы, прошедшие после Карибского кризиса, изданы десятки книг, опубликованы сотни статей.

Приведём здесь несколько эпизодов «подводной эпопеи» тех дней.

Из бесед с Алексеем Дубивко, командиром подводной лодки Б-36:

Каждую ночь всплываем и бьём зарядку. Потом погружаемся. Температура в отсеках свыше 70 градусов. По шестнадцать тепловых ударов в день. Вытаскиваем людей в концевые отсеки. Там температура под 40. Но можно было дышать. Доктор Буйнович с замом ходили по отсекам, людей откачивали… Я ж не мог центральный пост и на минуту покинуть, целый месяц там спал. Тулуп на палубе постелил и кемарил, когда сил не было. От жары вырубались сменами. Приказал вахту по полчаса нести. А ведь никакой кондиции, опреснители слабые. Воды – по стакану в сутки. Никто ничего не ел. Только компот и чуть-чуть сухого вина… Все, как скелеты, ходим. Потеря веса на одну треть почти у всех…

Похожая картина на ПЛ Б-130, где командиром капитан 2 ранга Н. Шумков:

Оглядел мокрые, измождённые лица своих людей, заросшие чёрной щетиной. Четвёртые сутки они дышат не воздухом даже – чудовищным аэрозолем из паров соляра, гидравлики, серной кислоты, сурьмянистого водорода и прочих аккумуляторных газов. Эта адская смесь разъедала не то, что лёгкие – поролоновые обрезки, которыми были набиты подушки…В условиях жары и малого количества питьевой воды (до 250 г в сутки), повышенного пототделения и обезвоживания организма весь личный состав страдал потницей в особо тяжёлой, гнойной форме...

Но советские подводники, несмотря ни на что, в единоборстве с многократно превосходящими силами противника вышли победителями.

Несмотря ни на что… Вот как это звучит в воспоминаниях начальника штаба бригады подводных лодок (позже - начальник Каспийского высшего военно-морского училища, вице-адмирал) В.А. Архипова:

Длительные провокационные действия американцев со стрельбой из авиационных пушек, пусками взрывных патронов, полётами самолётов и вертолётов на опасных расстояниях и курсовых углах, нарушением всех международных правил и международных соглашений об обеспечении безопасности плавания в море, созданием критической обстановки, из которой личный состав подводных лодок вышел с честью и показал себя достойными наследниками безграничного мужества подводников Великой Отечественной войны…

Рис. 2. Американский вертолёт над всплывшей советской ПЛ. Октябрь 1962 г.

Часть 2. ЯВАНСКИЙ КРИЗИС



На снимке. Президент Индонезии Сукарно и Командующий ТОФ адмирал

Фокин В.А. (лето 1962 г.)
Рис.3. «Страна 17 тысяч островов» со следами голландской неволи

Республика Индонезия, провозгласившая свою независимость 17 августа 1945 года – как только с её последнего острова сбежал последний японский солдат. Но значительная часть территории страны ещё находилось под колониальным управлением Голландии, поэтому руководители этого самого большого в юго-восточной Азии островного государства прилагали немалые усилия для полного освобождения своей страны.

Самым крупным анклавом, который удерживала Голландия, была западная часть Новой Гвинеи – Западный Ириан.

Как и большинство только что освободившихся от колониальной зависимости государств, Индонезия с самого начала своего существования пользовалась неизменной поддержкой Советского Союза. Особенно успешно разносторонние дружеские отношения стали развиваться при президенте Индонезии Ахмеде Сукарно. Причём не только путём оказания дипломатической и экономической помощи, но и содействием в укреплении индонезийских вооружённых сил.

За время сотрудничества с президентом Сукарно Советский Союз поставил Республике Индонезии вооружений и боевой техники на сумму, превышающую 1 миллиард долларов США. Военно-морские силы (Angkatan Laut) Индонезии получили 70 боевых кораблей и вспомогательных судов, в том числе крейсер «Орджоникидзе», 6 эскадренных миноносцев проекта 30-бис, 4 сторожевых корабля проекта 50 , 12 подводных лодок, 12 ракетных и 12 торпедных катеров, 10 базовых тральщиков. Морская пехота: 100 плавающих танков, артиллерию, несколько дивизионов ракет ПВО, стрелковое оружие, боеприпасы и оснащение 2-х дивизий морской пехоты. Морская авиация была полностью оснащена современными торпедоносцами (ТУ-16 КС, ТУ-16), бомбардировщиками и разведчиками дальнего действия. ВВС получили на вооружение истребители МИГ-17, МИГ-19, МИГ-21.

Первые надводные корабли (эскадренные миноносцы проекта 30-бис «Внезапный» и «Волевой») были переданы в состав ВМС Индонезии в феврале 1959 года. Первые две подводные лодки (проект 613) – в конце августа того же года.

Все они прибыли с Тихоокеанского флота, из Владивостока.

Продолжилась поставка советских надводных кораблей и подводных лодок и в последующие годы. Так, в 1961 году в состав ВМС Индонезии вошли ещё четыре подводных лодки 613-го проекта, а в апреле 1962 года в Сурабаю – главную военно-морскую базу Республики - прибыл эскадренный миноносец (ЭМ) «Выразительный». В июле -– крейсер «Орджоникидзе» и два сторожевых корабля (СКР) проекта 50.

Таким образом, уже к середине 1962 года ВМС Индонезии стали настолько мощными, что позволили руководству страны оказывать силовое воздействие на Голландию, всё ещё удерживавшую часть территории Республики – прежде всего, Западный Ириан.

Как известно, именно с помощью демонстрации реальной силы - в том числе, присутствия подводных лодок в районе Западного Ириана (всего их было там 12 «единиц», причём половину экипажей составляли наши подводники) Индонезия и добилась того, что Голландия приняла выдвинутый индонезийской стороной ультиматум и признала независимость этой территории в рамках индонезийской государственности.

Как и в 1 части нашего повествования, нельзя не упомянуть о тех серьёзных испытаниях, что выпали на долю советских моряков.

Прежде всего, давал о себе знать тропический климат. Поскольку первые наши корабли и подводные лодки, вошедшие в состав ВМС Республики Индонезии, не прошли соответствующей модернизации, зачастую температурные параметры (в первую очередь, предельные по максимуму) советским специалистам приходилось устанавливать самим, игнорируя предписанные инструкциями.

Рискуя при этом не только репутацией…

Короткий пример. Маслоохладители системы смазки турбомеханизмов по проекту рассчитаны на температуру охлаждающей (забортной) «нашей» воды в 15 градусов Цельсия. В Яванском море средняя температура воды 30-32 градуса. Ясно, что при наборе оборотов – даже не максимальных а близких к средним, температура масла на подшипниках могла превысить предельно допустимую – ведь поступающее на них после маслоохладителя масло «охлаждалось» весьма условно…

А ведь кораблям предстояло на государственных испытаниях развивать максимальный ход - да ещё пребывать в этом режиме не менее 2-х часов!

Решение принял командир электромеханической боевой части (БЧ-5) ЭМ «Внезапный» инженер-капитан-лейтенант Маслов В.Н. Он рекомендовал считать предельно допустимой не температуру масла на выходе с подшипника, а величину перепада температуры до и после него.

Пришлось слегка подкорректировать действующие инструкции, но на «госэкзамене» «Внезапный» с «Волевым» не подкачали.

Забавная деталь: максимальный ход вместо первоначально запланированных 2-х часов продолжался один час. Причина (в неё поверить трудно) простая – не выдержали жары индонезийские турбинисты: они стали один за другим покидать машинные отделения, выкрикивая при этом «Панас! Панас!» («панас» по-инднезийски «жарко»).

Наши же матросы и старшины (большинство – сибиряки), нёсшие вахту, даже виду не подали, что им тоже «панасно»…

И всё-таки настоящими героями в тех условиях показали себя подводники.

Экипажи подлодок были укомплектованы по боевому расписанию (людей - меньше обычного), поэтому вахту приходилось нести чаще. В подводном положении температура в отсеках достигала 45-50 градусов. Влажность свыше 90 %

На вахте стояли не более 15 минут. Затем по полчаса отдыхали в концевых отсеках, где было попрохладнее.

Такой порядок несения вахт был прозван «парными вахтами».

…Как нередко бывает, конфликт между Индонезией и Голландией, достигший своего апогея в конце лета 1962 года, остался без особого внимания как политиков, так и историков.

До сих пор (хотя полвека прошло!) в открытой печати не появилось ни одного мало-мальски значимого документа, проливающего свет на события в Яванском море и окрест его. Кое-что интересное можно отыскать лишь в воспоминаниях участников тех событий, изредка и в малом количестве представляемых «широкой публике».

Карибский кризис в этом отношении на две головы превзошёл «кризис» Яванский.

И сегодня хотелось бы несколько подправить такое несоответствие.

… Перед вами, уважаемые читатели, короткая выдержка из текста, представленного Андреем Жданкиным в Интернете (сайт журнала «Новые знания»), и озаглавленного «Три часа до Третьей Мировой ?».

Вот о чём говорит автор:

Без достоверных документов трудно определить, какое реальное значение в контексте мировой политики имела индонезийская кампания 1962 года. Действительно ли наше руководство было готово втянуться в крупномасштабный конфликт?

Если так, то последствия предусмотреть было невозможно. Мировая война? Преувеличение? Не слишком сильное.

Командующий 7-м флотом США заявлял, что в случае военного конфликта между Индонезией и Голландией американские ВМС вступят в действие. США и Голландия – союзники по НАТО. В том же районе находится британская эскадра. Англия – тоже член североатлантического альянса…Даже если имел место блеф, то маховик военной машины был раскручен настолько, что от взрыва спасло только провидение и мужество советских моряков.. До войны оставалось чуть-чуть…

Как непосредственный свидетель тех событий (в 1959 году в качестве командира турбинной группы участвовал в передаче ВМС Индонезии ЭМ «Внезапный», в 1962 году – ЭМ «Выразительный», после чего в течение семи месяцев был офицером-инструктором ВМС Индонезии), хочу сразу, что называется, с ходу, отмести всякого рода досужие вымыслы нынешних «аналитиков» о «принудительности» деятельности советских моряков (и не только их) в Вооружённых силах Республики Индонезии во всём их разнообразии. (У одного из пользователей Интернета, явно выдающего себя за человека посвящённого, то, бишь, знатока, слово доброволец и производные от него закавычены - если речь идёт об участи советских моряков в описываемых событиях 1962 года).

Нет, господа нехорошие! Вполне допускаю, что вы ничего не делаете добровольно – по доброй воле – а все ваши действия и поступки стимулируются деньгами или страхом. Тогда кавычки в рассматриваемом случае подойдут вполне.

А как, изволю вас спросить, назвать Героя Советского Союза Быкова Василия Ивановича (на снимке – см. ниже), получившего это звание за бесстрашные и блистательные по исполнению атаки торпедного катера, которым он командовал в годы Великой Отечественной войны, если он в течение 1962 года возглавлял ту самую группу инструкторов, которые отвечали за подготовку экипажей всего надводного флота Индонезии? Добровольцем в кавычках или без таковых?

Или рабом на галёрах? Думаю, не стоит отнимать это звание у человека, в реестре заслуг которого есть всё, начиная от полётов с журавлями и кончая нырянием за амфорами.

Лично я до сих пор горжусь и радуюсь тому, что флотская судьба свела меня именно с Василием Ивановичем Быковым (на фото см. ниже), позже – контр-адмиралом - именно в условиях, когда ты находишься вдали от Родины, от родных и близких тебе людей. Тем более, вдруг обнаружилось, что мы с ним – тверские земляки: он родился в Осташковском «уезде», я – в Старицком...

А теперь предлагаю и вам познакомиться с ним поближе, воспользовавшись описанием одного из его военных подвигов:

ТКА-242 (катер, которым командовал В.И. Быков – Г.А.) вырвался вперёд и на предельной скорости пошёл на сближение с караваном. Не обращая внимания на плотный заградительный огонь, катер приблизился к судам, резко повернул направо и в 10 кабельтовых от конвоя начал ставить дымовую завесу. Это было необыкновенно маленькое расстояние для дымовой завесы в таких условиях. В течение семи минут, умело маневрируя и уклоняясь от снарядов, торпедный катер В.И. Быкова мчался вдоль строя кораблей противника, оставляя позади себя плотную стену белого дыма. Немцы, поражённые дерзостью маленького катера, послали против него тральщик. Быков и в этой ситуации проявил смелость и решительность, развернул катер и открыл огонь по приближающемуся кораблю противника. Торпеды первого залпа попали в цель, и тральщик начал тонуть. А ТКА-242 продолжал ставить завесу. Белая пелена растянулась на две мили вдоль каравана. Корабли конвоя лишились всякой возможности вести прицельный огонь, а приблизившиеся советские торпедные катера смогли начать атаку.



Немецкий конвой был разгромлен. Катера потопили 14 вражеских судов, в том числе 2 миноносца, транспорты и все наиболее крупные корабли той армады… За свой выдающийся подвиг В.И. Быков в ноябре 1944 года был удостоен звания Героя Советского Союза. С тех пор в мировую историю военно-морского искусства официально вошёл новый термин – «завеса Быкова».

Среди тех офицеров флота, что служили тогда в Индонезии,

почти не было людей, не видевших войну. А все наши начальники – как и Василий Иванович Быков – являлись её непосредственными участниками.

Руководил военными специалистами, будучи в ранге старшего военного советника, вице-адмирал Чернобай Григорий Корнеевич. Оставив на время свою основную должность – командующего эскадрой Тихоокеанского флота, в те годы, базировавшейся в заливе Стрелок.

В годы Великой Отечественной войны он командовал эскадренным миноносцем Северного флота

Начальником специалистов ВМФ был контр-адмирал Ламм

Борис Николаевич. Он служил на флоте с 1930 года, участвовал в морских сражениях Великой Отечественной войны, в войне с Японией командовал ЭМ «Решительный».

Капитан 1 ранга Пивень исполнял обязанности начальника штаба группы инструкторов надводных кораблей. Именно он решал все повседневные вопросы нашей службы и быта. Спокойный, уравновешенный и немногословный, нам он представлялся типичным белорусом, сыном братского славного народа, более других принесшего жертв на алтарь общей Победы. Наш весёлый штурман капитан-лейтенант Виталий Пастернак который, пожалуй, мог поднять своей энергией на ноги даже паралитика. В начале августа мне с ним пришлось обеспечивать переход одного из эсминцев в столицу Индонезии Джакарту для докования, а затем – возвращаться в Сурабаю. Вернулись незадолго до начала Карибского кризиса.

О других «товарищах по оружию», вместе с нами живших в военно- санаторном городке на острове Мадура (до Явы – неширокий пролив) можно сказать одно: это были верные товарищи - смелые, открытые, прямые.

И вот – вселенская тревога: из-за Кубы. США и СССР готовы пустить в ход друг против друга оружие массового поражения. Радиоприёмники на всех языках и со всех сторон повторяют, как заклинание, слова: «Куба», «Америка», «Россия», «Кастро», «Кеннеди», «Хрущёв».

Не скрою: тревога не оставляла нас некоторое время. Нет, не за себя – за страну, свой народ, за свои семьи, от которых мы оказались так далеко.

Но скоро тревога сменилась спокойной решимостью. Однажды вечером Василий Иванович Быков, только что вернувшийся из Сурабаи от советского консула, собрал нас и сказал: «Президент Сукарно заявил, что в случае войны Индонезия будет вместе с Советским Союзом». И добавил: «В таком случае инструкторы будут занимать на кораблях Индонезии свои штатные места».

Слышал, что сказал твой начальник и земляк, один из тех, кто спас Родину и тебя совсем-совсем недавно? Посмотри ещё раз, кто тебя окружает. Разве ты найдёшь среди них хоть одного, чьи глаза выражают испуг, услышишь речь, в которой есть хоть одно слово сомнения, неверия в нашу силу, в способность советского государства и его народа выстоять в смертельной схватке с новоявленным претендентом на мировое господство?

Нет и нет! У всех только одно на душе и в сердце: выстоять и победить!

Как это было совсем недавно - семнадцать лет назад...

А теперь немного порассуждаем. Мог ли повлиять «Яванский кризис» на кризис Карибский? И если мог, то в какой степени?

Впрочем, мнения по этому поводу могут быть самыми разными.

Бесспорно одно: решение президента США Кеннеди уступить «советам» было обусловлено не только опасностью 3-й Мировой войны из-за Кубы.

Результаты противостояния на противоположной стороне планеты и здесь сыграли свою роль.

Честь имею!

21.10.2012. Г.П. Асинкритов,

капитан 2 ранга в отставке

Примечание: иллюстрации прилагаются (использовать по необходимости) Г.А.
На снимках. Вверху: Крейсер проекта 68-бис «Орджоникидзе» (“Irian”).

Внизу: Эскадренный миноносец проекта 30-бис «Смелый»

На снимке: Сторожевой корабль проекта 50 «Олень».





На снимке: Подводная лодка проекта 613, переделанная под музей (Сурабая)


На снимке: Американский самолёт-разведчик. Японское море.(Январь1959 г.)



На снимке: ЭМ «Внезапный» подходит к причалу ВМБ Сурабая.



(Февраль 1959 г.)

Служебный пропуск офицера-инструктора ВМС Индонезии.

На снимке: Советские моряки в гостях у индонезийцев. Остров Ява, 1962 г

На снимке: Открытие 1У Азиатских игр. Джакарта, август 1962 года.

Пропуск на индонезийский «Парад Победы» 5 октября 1962 год





©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет