Книга Бемидбар Лекция 16. (22. 11. 05) Недельный раздел. Смерть Сары. Сделка, первая в Торе, Авраама с Эфроном; покупка пещеры Махпела. Сватовство Ицхака. Содержание первого отрывка главы «Беhаалотха»



жүктеу 0.74 Mb.
бет4/5
Дата01.04.2016
өлшемі0.74 Mb.
түріКнига
1   2   3   4   5
: comments
comments -> Этот недельный раздел Торы начинается повелением о зажжении
comments -> «От тридцатилетнего возраста и старше »
comments -> Мидраш рассказывает. Недельная глава Шофтим р. Моше Вейсман
comments -> Информация о тос, действующих на территории Онежского муниципального района
Раздел 1 см в Вайешев.
О празднике «Ханука»

Мы знаем, что праздник Ханука установлен мудрецами так же, как Пурим. Это два праздника, которые установлены не законом Торы. Пурим – постановление пророков и мудрецов, а ко времени событий Хануки пророков уже, как социального института, не существовало, и это постановление мудрецов. Между Пуримом и Ханукой есть глубокое соответствие, и мы не зря в эти праздники читаем похожие вставки. С другой стороны, между ними существует полярная противоположность. На первый взгляд эта противоположность совершенно очевидна: в одном случае они встают и сражаются, как герои, а  в другом – они как трусы, сидят и ждут, когда их спасут. Это верно с точки зрения того, что нам показывают на плоскости перемещения. Однако, очень глубокая полярная противоположность этих праздников состоит в том, что Пурим – это запев к галуту. Герой Пурима Мордехай – это образец того, как надо вести себя под чуждым правлением. Мордехай это тот герой, продолжателями которого будут Дизраэли и некоторые другие выдающиеся деятели, которые были образцами того,  как быть вторым человеком в чуждом царстве и отстаивать интересы своего народа. Можно об этом говорить всё, что угодно, но ясно, что без таких героев, без таких заступников, наш народ никогда бы не сохранился в живых. В Пурим мы не читаем hалель. Одно из объяснений этого такое. Это, конечно, хорошо, что  мы остались в живых и злодею не удалось нас истребить, но мы остались рабами персидского царя! Ханука же совершенно противоположный праздник. Мы после долгого перерыва, который длился много столетий, всю последнюю полосу ещё до разрушения первого Храма были уже под властью Вавилона. Потом, прямо перешли под власть Персии, а из-под власти Персии – под власть Греции. То есть, Ханука это прежде всего праздник возвращения самостоятельного государства. В основе этих двух праздников заложены совершенно противоположные тенденции. И если Пурим является зародышем, из которого вырастают праздники года перед Песахом, то Ханука является как бы завершением Суккота. При этом праздник Суккот и праздник Ханука очень похожи между собой, и даже считается, что зажигание ханукальных светильников – это продолжение традиции празднования Суккот в Храме. Поскольку Храм был в руках греков и был осквернён, то в эти годы невозможно было по-настоящему праздновать Суккот. Поэтому, как только греков выбили из Храма, первым делом было по крайней мере компенсировать не так давно прошедший праздник Суккот тем, чтобы в Храме горел светильник. Это довольно устойчивое традиционное объяснение того, почему установили праздновать Хануку такой иллюминацией. Мы говорили уже о том, что корнем слова Ханука является «хинух», и это слово имеет простое и непосредственное отношение к событиям; «хинух» – это «введение в строй». Есть привычные словосочетания: «ханукат hа-мизбеах» –  введение в строй нового жертвенника; «ханукат hа-байт», где имеется в виду не только новоселье в новой квартире, а имеется в виду, когда построили Храм, и это – ввод его в действие.  Не случайно, что то же самое слово обозначает воспитание человека «хинух», потому что человека нужно долго и заботливо вводить в функционирование, в исполнение человеческой должности, так как это очень тонкий «инструмент». И хинух непосредственно ставит проблему об отношениях между поколениями отцов и поколениями сыновей. До сих пор в Торе до этого поколения проблема воспитания так прямо не стояла. Она, правда, вставала, когда мы пытались понять, почему Сара так настойчиво требует удалить эту рабыню с её сыном, потому что, как она говорит, «он не будет наследовать с моим сыном, с Ицхаком». Правда, там речь идёт о наследовании, а разговоры о воспитании, о том, что тот плохо влияет на её сына, они относятся к комментариям, и мы их не видим прямо в Торе. Но, начиная с самого начала нашего раздела и дальше, идёт сплошной разговор о воспитании: как ты, отец, воспитываешь своих детей? И Яакова критикуют за то, что он явно выделяет одного из своих сыновей перед другими, что приводит ко всем этим печальным последствиям. Можно, конечно, сказать, что несмотря на эти печальные последствия, всё обернулось очень хорошо: хорошо, что Йосэф стал вторым человеком в Египте,  позаботился о своей семье и пр. Это, конечно, хорошо, но как в том анекдоте, когда реббе встречает еврея из своей общины и спрашивает его, как он поживает. И тот ему отвечает, что всё хорошо и пр., а реббе спрашивает снова и снова, и когда еврей говорит, но сколько же можно спрашивать, то реббе отвечает:  «Ты же мне всё время рассказываешь, что Кадош Баруху делает, а я спрашиваю, что еврей делает?». То, что Всевышний поворачивает к хорошему какие-нибудь злодейские поступки, то Он на это «мастер», но это никак не приводит к тому, что злодей освобождается от ответственности за свои поступки. Если дело доходит до того, что братья продают брата, то чудовищней этого поступка просто трудно найти. Конечно, требуется объяснение, почему инициатор этого действия Йеhуда заслуживает такой высокой похвалы? Это поразительная вещь, что Реувен, старший из братьев, который хочет только хорошего, постоянно «промахивается», ему всё время достаётся за самые лучшие побуждения. Он с самого начала хотел вызволить Йосэфа, а в результате ничего хорошего не получилось. Он, правда, добился того, что Йосэфа не убили, потому что это он сказал: «Не протягивайте руку». Он спас его относительно, потому что Йосэфа бросили в яму, и если бы не Божественное чудо, его бы там загрызли скорпионы. Но всё равно, скорпионы это одно, а человек – это другое, и человек кусается намного опаснее. И это не шутка. В чём же тогда такая потрясающая заслуга Йеhуды? И в чём  конфликт между Йосэфом и братьями, если не вникать в детали? В конце концов они сыновья, три поколения Отцов уже закончились, но эти сыновья тоже что-то передают по наследству будущему народу. Поэтому, каждый из них тоже некоторый архетип, глава колена. Из того, что сказано в Торе, и из того, что говорит устная традиция,  можно заключить, что отличительное качество Йосэфа – это его потрясающая неотрывная связь с землей Израиля. Это мы видим в Торе, когда он говорит: «Я еврей, и из еврейской земли украден». При этом Йосэф, который так привязан к этой земле, является вольно или невольно вестником того, что противоположно ожиданиям не только братьев, но и отца. Начинается наша глава с того, что Яаков «поселился в этой земле», в земле, в которой его отцы были всего лишь странниками, пришельцами. Глава называется «Вайешев» и мидраш говорит, что повсюду, где говорится «лашевет» – это не к добру. Человек в этом мире не должен сидеть, он должен шевелиться, двигаться, подниматься. Единственная «ешива», когда он сидит и учит Тору, это хорошее дело. Всё остальное твёрдое поселение – это плохо. Раши объясняет, почему Яаков вдруг решил поселиться? – Потому, что он решил, что все мытарства уже позади, когда он столько испытал на своём веку, столько всего хлебнул. Когда Ривка посылает его притвориться Эсавом, и успокаивает его, то он говорит, что если отец меня разоблачит, то будет проклятие вместо благословения. И она говорит «алай» – «на мне» (проклятие), что мидраш  расшифровывает, как аббревиатуру: Эсав, Лаван и Йосэф. То есть, это три неприятности, которые тебя ждут, а больше не будет. Это мидраш, и Яаков ещё не знает, как это расшифровывать, а пока что он знает, что Эсав и Лаван уже миновали.  Конечно, Аврааму  было сказано, что его потомство будет пришельцем, и Яаков был пришельцем, и он и тут уже намаялся и двадцать лет провёл у Лавана. То, что было сказано четыреста лет, то это могло и сократиться, и Яаков мог надеяться, что наступили уже времена окончательного избавления. Знаменитая линия мидраша о споре между Йосэфом и братьями о том, в каком они сейчас находятся статусе. Братья говорили, что они «бней Исраэль», потому что их отец получил уже имя Исраэль, а они его сыновья. А Йосэф утверждал, что это не так, что по строгости они должны ещё считать себя «бней Ноах». Здесь много разных поворотов, но в результате получается, что братья говорили, что вот-вот спасение, а Йосэф говорил, что всё плохое ещё впереди, и будет хуже. И его сны об этом же говорят. Сон, в котором отец кланяется сыну, показывает, что гармония в мире ещё не близка, потому что отец не должен кланяться сыну. В следующем недельном разделе говорится о том, как Йосэф начинает проводить братьев через тяжелые передряги, когда он, уже будучи правителем в Египте, говорит им: «Вы шпионы!». Надо понять, почему он им бросает такое обвинение?  Правильно, как всегда, попытаться понять это на двух уровнях. Во-первых, это уровень реальности. Если он хочет хорошо играть свою роль, то он не должен играть роль идиота.  То есть, если он предъявляет пришедшим какие-то обвинения, и он знает, что это люди совсем не глупые, то эти обвинения должны иметь какой-то смысл. На первый взгляд представляется это обвинение просто «высосанным из пальца»: вы разведчики, вы пришли выведать срамные места земли. Когда-то мы пытались приводить соображения на простом уровне, что если они пришли из канаанской земли закупать здесь хлеб, то скорее всего они разведчики противоположного конкурирующего сербского (сирийского?) царства, которое было с другой стороны от канаанской земли. Нас сейчас не интересует этот простой уровень, но на уровне мидраша ясно, что когда он говорит «мераглим», то он обвиняет их в том, что их потомки станут теми самыми мераглим, из-за которых мы «задержимся» на сорок лет в пустыне. И тогда надо бы понять хорошо две вещи. Почему он обвиняет их всех, ведь среди них есть Йеhуда, которого никак невозможно обвинить в том, что его потомок Калев вёл себя плохо? Может быть, именно поэтому Йеhуда единственный из братьев выступает и отвечает Йосэфу, он чувствует на себе главную ответственность.  Кроме того, ведь от самого Йосэфа, там будут двое, и колено Менаше вело себя так же, как остальные разведчики, они тоже оговаривали землю. Интересно то, что колено Менаше названо наряду с другими коленами, участвовавшими в «разведке», но про Йеhошуа сказано, что он из колена Йосэфа. Поэтому Йосэф и Йеhуда выступают здесь, как те, кто не участвовал в грехе разведчиков, и ещё и Леви, который не был послан, поскольку ему земли не положено. Интересно, что именно из этих трёх колен бывали правители в нашем народе: Йеhуда – тот, кому положено постоянно царствовать, Эфраим – это Сверное царство, а Леви – это Хашмонаим.

Ответ на вопрос:

Разве Менаше  и Эфраим не должны считаться вместе коленом Йосэфа? – По общей схеме Менаше и Эфраим должны бы быть семействами внутри колена Йосэфа. Однако Яаков благословил Йосэфа тем, что его сыновья будут, как его, Яакова,  дети, то есть, они будут двумя коленами. 



  Итак, Йосэф обвиняет братьев в том, что они мераглим, что они прибыли выведать срамные места земли. И это очень сильно связано с темой Хануки. Мы не будем разбирать всем известные взгляды на историю ханукальной борьбы. Они, конечно, важны, но беда в том, что  очень часто сводят эту проблему к одному из двух уровней. Либо подчёркивают, что это смелая борьба, и хотя смелость этой битвы безусловно является очень важной темой, и нельзя этим пренебрегать,  но всё-таки такие «схватки боевые» бывали, а в празднике Ханука должна быть какая-то глубина. С другой стороны, подчёркивается, что это чудо чисто духовная вещь: свет и пр. Тогда остаётся множество проблем: отчего вдруг в честь чуда устанавливать праздник? Если сделано чудо, то следует, проходя мимо этого места, сказать благословение. Устанавливать же на восемь дней праздник в честь того, что столько дней горело масло, это трудно понять. То есть, в событиях, на которых основывается праздник Ханука, должна быть какая-то настоящая принципиальная глубина.

Философия этого праздника, как говорят наши мудрецы, объясняет, что это была первая война мудрости, когда впервые столкнулись два мировоззрения. В чём же между ними разница? Мы знаем, что мидраш к самому началу книги Берешит говорит о четырёх царствах,  у которых  Израилю предстояло быть в порабощении: «тоhу» – это Вавилон;  «воhу» – это Персия; «хошех» – это Греция; «над ликом бездны» – это Рим. Почему Греция называется «тьма»? Мы же знаем, что Греция – это начало цивилизации, и мудрости и науки и т.д.? Мы говорили, что в брахот, которые мы произносим на Хануку, сказано, что греки хотели нас заставить забыть Тору и не исполнять заповеди. Возникает вопрос, на который нельзя так просто ответить, потому что это очень непростой вопрос: как можно заставить человека забыть?  Можно заставить не упоминать, заставить делать или не делать, но как можно заставить забыть? Конечно, человеку свойственно забывать, но как можно перевести на язык чего-то понятного, реального, вообразимого, что значит «хотели заставить забыть»? Замечательную мысль по этому поводу высказывает современный рав Моше Шапиро, который  приводит знаменитый мидраш, говорящий, что в материнской утробе человек учит всю Тору, но когда он рождается, ангел ударяет его по губам, и он забывает.  Как же это происходит? По-видимому, это происходит оттого, что когда у младенца появляется способность к членораздельной речи, он погружается в новую систему знаний. Это знание, где можно выражать истину словами, и эта истина настолько грубее, чем то, что не переведено в словах (мысль изречённая есть ложь), что в этой огрублённой системе знания нет возможности выразить то знание, которыми он обладал, пока не переводил его в слова. Таким образом, можно сказать так, что заставить забыть что-то, это означает погрузить человека в такую систему существования, в такую систему знания, где та, предыдущая система,  полностью делегитимизирована. В каждом поколении, в каждую эпоху, есть какие-то признанные категории. Например, в Средние века человека, который стал бы разговаривать о мироустройстве, не пользуясь понятием «действующий разум», вообще не стали бы даже слушать, потому что это было самым главным понятием. Сегодня, естественно, это уже давно прошло. И так получается со всякой системой: то, что принято в обществе, само собой исключает попытку передать знание в иных терминах,  всё равно как, например, попробовать при сдаче экзамена по Марксизму-Ленинизму рассказывать что-нибудь из Торы. И здесь дело не в том, что за это может быть наказание, а в том, что нет возможности выражать знание в другой системе принятых концепций, представлений, понятий. Мы помним, что Коhелет говорит: «Есть превосходство мудрости над глупостью, как превосходство света над тьмой».  С одной стороны, это кажется довольно очевидным, а  с другой стороны, это кажется слишком очевидным, тривиальным. Поскольку трудно понять это на уровне нетривиально верном, то весь этот очень красивый мидраш можно понимать так, что свету есть прибавление от тьмы, и это, конечно, очень глубокая и нетривиальная истина. И это не только то, что тьма – это выгодный фон для восприятия света, но из того, что я прошёл через тьму, прибавляется реальный свет, и это очень важно.

Вернёмся к простому уровню того, что хочет сказать автор. Есть превосходство света над тьмой, свет – это знание, то есть, такая параллель: мудрость – и глупость.  Что значит, что мудрость превосходит глупость? Нуждается ли это в комментариях? Безусловно, нуждается, потому что мудрость в настоящих понятиях – это то знание, которое раскрывает Славу Всевышнего в этом мире, как говорится от имени Всевышнего: «Всё, что Я создал, Я создал ради Моей Славы». То есть, весь мир создан, задуман, запущен для того, чтобы в нём раскрывалась Божественная Слава. Божественная Слава – это абсолютное единство, абсолютная гармония. Настоящая мудрость – это то знание, которое эту гармонию раскрывает, реализует. В этой концепции глупость – это то, что мы сегодня называем наукой, когда мы методом проб и ошибок убеждаемся в том, что тот путь, по которому мы шли, оказывается порочным, и мы его отбрасываем. И это на самом деле большой успех, то есть, мы идём по ступенькам: глупость за глупостью. В конечном счёте всё, что мы эмпирически постигаем, это сплошная последовательность глупостей.  Таким образом, отрицая одну глупость за другой, мы поднимаемся всё выше в нашем знании. Мы, конечно, никогда не дойдём до конца, но это очень интересный и стоящий процесс. Однако у мудрости есть превосходство над этим – это когда человек видит явно, как раскрывается в мире Божественная Слава. Отсюда легко можно понять, что были великие мудрецы и праведники в нашем народе, которые были категорически против науки. И это два разных пути. Можно полагать, что никто не станет спорить против того, что Греция – это колыбель глупости в хорошем смысле слова, это колыбель настоящего движения по ступеням эмпирического знания. Возражали ли наши мудрецы тех времён против такого знания или нет, нам трудно судить.  Важно то, что конфликт существует не тогда, когда существует одно движение и другое, а конфликт возникает тогда, когда человек, идущий по ступеням эмпирического знания, говорит, что это и есть всё знание. Это уже исключает одно и другое. Если я говорю, что мое эмпирическое знание – это всё, что есть, и в мире нет ничего, кроме движущейся материи, то тем самым я просто «закрыл дверь» перед Славой Творца.



Ответ на вопрос:

Можно ли понимать, что, с другой стороны, есть люди, которые говорят, что только Божественное истинно, а всё остальное – глупость? – Прежде, чем отвечать на этот вопрос, надо договориться о терминологии. Если под глупостью понимать глупость в хорошем смысле, когда, идя по ступенькам, человек переходит от меньшего знания к большему, то надо признать, что есть, действительно, люди, которые совершенно отбрасывают эмпирическое знание, во всяком случае, за пределами того, что им нужно, чтобы заработать на жизнь. Скорее всего, надо полагать, что они не правы.



Хочется надеяться на то, что корень борьбы, в которую вступили Хасмонеи, заключался не в том, чтобы искоренить греческую мудрость, ведь наши мудрецы необычайно высоко ценили красоту греческого языка, хотя мы не знаем, многие ли из них были знакомы с греческой философией. Однако важно то, что борьба была не против этой красоты и мудрости, а борьба была против того (за то?), что главная ценность в жизни –  это принципиальное существование света. В этой терминологии, тьма – это движение на ощупь: потрогал, и если это оказалось не то, то можно переходить к другой гипотезе и т.д., и это и есть движение во тьме. Если я  утверждаю, что света не существует, как категории, и нет Божественного знания, в свете которого видно из конца в конец мира, то это значит, что я отрицаю нечто самое главное. Если же я говорю, что я пока что ещё не имею этого света и пока ориентируюсь на ощупь, то я делаю очень важное и хорошее дело. Мы знаем, что это знание многое добавляет и оно необходимо. Мы не станем сейчас заниматься отношением к системе научного знания, следует подчеркнуть только, что не зря победа в начале этой войны была достигнута под руководством коhенов, эту борьбу возглавил Первосвященник. Первосвященник входит в Святая Святых – это то место, которое от Сотворения мира предназначено для раскрытия Божественного света. Человек, который говорит, что он ходит вокруг да около, потому что у него нет доступа к этому месту, такой человек в полном порядке. Человек же, который говорит, что такого места не существует, и то знание, которое мы здесь во тьме «выкапываем» – это всё знание, то такой человек не в порядке. В этих двух позициях очень важное различие. Наши мудрецы сказали, что перед приходом Машиаха возрастёт наглость. Мы знаем мидраши, что у поколения перед приходом Машиаха будут собачьи лица и пр. Что значит, что возрастёт наглость? Мудрецы объясняют так, что это будет царство без короны, то есть, власть без достоинства, когда всё определяется только рыночными ценами. Мы не можем «ждать милости от природы»: насколько мы накопали, нарыли, навырастили, напродали, наворовали! Это такая система ценностей. Что такое «мудрость»?  Мудрость – это рекомендованная система ценностей. Если в этой системе Божественная Слава не стоит ничего, то это и значит забыть Тору. Потому что главное  в Торе это не те факты, и даже не те заповеди, которые там есть, а главное в Торе – это знание, которое не формулируется на языке рыночных цен, знание того, что есть фокус Божественного света, который в принципе способен освятить (и осветить?) весь мир из конца в конец. Если эта Божественная Слава не входит в «список ценностей», и не стоит на первом месте, то мы имеем дело с ситуацией, когда то, что нам пытались навязать греки, сейчас навязывают продолжатели этого дела. Надо сказать, что галут, в котором мы находимся уже две тысячи лет, называется галутом римским. Но у римлян своей мудрости, как известно, не было. Мудрость у них была греческая. Любопытно, что Ханука похожа на Суккот ещё и тем, что и тот и другой праздник связан с победой над потомками Йефэта. Можно вспомнить, что когда Ноах проспался от своего опьянения, и проклял Кенаана, то он благословил Шема и Йефэта. Йефэта он благословил красотой, и главными носителями этой красоты были, конечно, греки, потомки Йефэта. Эта красота необычайно ценна и драгоценна, но только она должна обитать в шатрах Шема, там ей место.  И потомками Йефэта являются тоже Гог и Магог. Согласно традиции, война Гога и Магога будет завершена победой в праздник Суккот, когда мы приносим жертвы за все народы в нашем Храме. И таким образом Суккот и Ханука – это пара таких праздников из Торы и по постановлению мудрецов, когда мы завершаем выяснение отношений с этой красотой Йефэта.

    Ответ на вопрос:  

Кто они – Гог и Магог? – Гог и Магог это: один – это народ, а другой его царь.

Ответ на вопрос:

  Можно ли требовать от людей, занятых добычей экспериментальных знаний того, чтобы они в то же время признавали более высоким или более истинным другое знание, которое не поддаётся экспериментальной проверке? –  Можно привести не совсем в качестве ответа высказывание Ричарда Феймана, который говорил, что математика не является наукой, и пусть математики не обижаются, потому что есть ещё и другие хорошие вещи, которые не являются наукой, например, любовь.



Ответ на вопрос:

Есть ли такие люди, которые, даже если они идут во тьме, могут получить какое-то озарение, которое поднимет их с этих «ступенек»? – Возможно, что такие люди бывают. Конечно, есть люди, которые во тьме могут увидеть озарение. Только таки люди и являются пионерами перехода с одной ступеньки на другую во тьме. Есть, правда, люди, которые делают противоположное, то есть, это люди, через которых передаются кусочки того света, который позволяет увидеть другую истину, и это пророки. Это разные вещи, хотя и есть что-то похожее между пророческим знанием и открытием характера научного поиска, но тем не менее это движения в противоположных направлениях: пророк передаёт то, что ему показано сверху, а учёный тоже получает какое-то озарение сверху, но это проходит только через него и в конечном итоге он подтягивается снизу вверх.

Это краткое рассуждение о Йосэфе и Хануке хочется завершить тем, что когда Йосэф обвиняет братьев в том, что они пришли высмотреть срамные места земли, то это можно попытаться сопоставить сказанному вот в каком смысле. Вы обвиняетесь в том, что от вас произойдут мераглим, разведчики, которые пойдут смотреть на землю с точки зрения «тьмы», то есть, они будут высматривать срамные места. Как удачно сравнил рав Штейнзальц, это то, чем порнография отличается от настоящего эстетического чувства: когда высматривают срамные места вместо того, чтобы воспринимать красоту целого и гармонии. Поэтому фактически он обвинял их в том, что они заражены этой греческой мудростью «тьмы», отдельных ступенек. Сами ступеньки не плохи, но эта «мудрость ступенек» отличается от гармонии целого. Поэтому, конечно, надо сказать, что человек не может жить в Святая Святых, это немыслимо! Однако нельзя забывать о том, что истина содержится там. Конечно, никто не судит человека, который где-то добывает пятак или где-то ожерелье и радуется этому. Но это далеко от понимания Божественного присутствия, от того, что такое «Святая Святых», какого она может быть уровня святости,  и что такое «Истина в истине».
Бемидбар. Законы второго песаха

Мы обсуждали девятую главу раздела Беhаалотха книги Бемидбар относительно законов второго Песаха. Второй Песах это вообще не праздник, а это вторая возможность принести корбан, который по той или иной причине человек не принёс в положенный срок в Песах, который теперь называется первым. Мы не успеем обсудить законы второго Песаха и вернёмся к ним после Хануки, теперь же – несколько замечаний. В Гемаре Песахим говорится в мишне: «Чем различаются первый и второй Песах?» – В первый Песах хамец запрещён категорически, так, чтобы его нигде не было, только маца; во второй Песах хамец и маца с ним в доме. Первый Песах требует hалеля, когда песах едят, а второй Песах не требует hалеля, когда песах едят; но и тот и другой требуют hалеля, когда его приготовляют. Когда пасхальную жертву, песах, приносят, то и в одном и другом случае его надо есть в жареном на открытом огне виде с мацой и горькими травами; и отталкивают шабат. Таким образом, мы видим, что очень важное различие состоит в том, что нет такого строгого запрета хамеца во второй Песах. И это требует какого-то понимания, потому что, если Песах несовместим с хамецом, то почему его не запретили во второй Песах?



1   2   3   4   5


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет