Книга Бемидбар Лекция 16. (22. 11. 05) Недельный раздел. Смерть Сары. Сделка, первая в Торе, Авраама с Эфроном; покупка пещеры Махпела. Сватовство Ицхака. Содержание первого отрывка главы «Беhаалотха»



жүктеу 0.74 Mb.
бет5/5
Дата01.04.2016
өлшемі0.74 Mb.
түріКнига
1   2   3   4   5
: comments
comments -> Этот недельный раздел Торы начинается повелением о зажжении
comments -> «От тридцатилетнего возраста и старше »
comments -> Мидраш рассказывает. Недельная глава Шофтим р. Моше Вейсман
comments -> Информация о тос, действующих на территории Онежского муниципального района


Ответ на вопрос:

Когда и почему мы читаем hалель? – Мы читаем hалель в праздничные дни. Восемь дней мы читаем hалель в Суккот и в Шмини ацерет; восемь дней мы читаем  в Хануку, читаем в Песах.



Как обстоит вообще дело с запретом хамеца, почему Тора так строго запретила хамец в Песах? –  Есть очень простое прикладное соображение, что если Тора запретила, а мы так привычно его употребляем, то чтобы не нарушить по привычке, Тора сказала, чтобы вообще не пользоваться и не иметь в  своей собственности. Кроме того, есть такое символическое объяснение, что хамец символизирует злое начало и поэтому в Песах его не едят. Но если же он такой «злой» и нехороший, то почему же он разрешён после Песаха? Как можно ответить на этот вопрос? – Мы знаем, что тактика и отношение к злому началу – это вещь, обладающая центральной важностью в нашей жизни. Правильный подход заключается не в том, чтобы злое начало загнать «в подземелье», «запереть за решётку». Это очень опасно, потому что злое начало несёт в себе колоссальную энергию, то есть, вся энергия, какая у меня есть, в руках злого начала. Поэтому нужно знать, как с ним обращаться. Нельзя с ним просто поругаться, поссориться, потому что это дорого станет. Мы знаем, что само  «злое начало» – это «закваска в тесте», и мне сказано, что в Песах это запрещается, но в Шавуот – наоборот. В Шавуот Тора велела приносить именно дрожжевой хлеб, и это – обязанность! То есть, получается, что не только становится разрешённым дрожжевой хлеб, но он становится обязательным. Почему же так? – Дело в том, что  Тора в двух местах почтила бродивший хлеб: одно место – это праздник Шавуот, а второе место – это освящение стен Иерусалима; когда стены Иерусалима освящались, то там тоже явным образом фигурирует дрожжевой хлеб. Можно вспомнить, как в трактате Кидушин сказано, что Всевышний говорит: «Я сотворил злое начало, и Я сотворил соответствующее ему противоядие – Мою Тору». То есть, с этим злым началом нужно бороться с умом. Есть два рекомендованных пути. Наилучший путь – это сделать его своим союзником, помощником. Это то, что сделал Авраам. Мы в утренней молитве читаем в благословении перед Шма, и говорим про Авраама, что Всевышний обнаружил его сердце верным перед Собой. То есть,  в сердце, где есть два начала,  у Авраама оба начала были в порядке. Таким образом,  Авраам сумел с самого начала превратить злое начало в союзника. Давиду же это не так легко удавалось, и  поэтому Давид говорит: «Мое сердце помертвело во мне». Мидраш это объясняет так, что Давид убил в своём сердце злое начало. И это два пути борьбы со злым началом. Один путь – подавить его, а другой путь – перевернуть его. Мы когда-то говорили, что в Гемаре «Брахот» есть рекомендация: «Натравливай доброе начало на злое».  Есть у мудрецов такое интересное выражение: «Ты ему спишь, а он тебе бодрствует». И говорится, что если ты не можешь одолеть его, то тащи его в Бейт-Мидраш, занимайся Торой, то есть, если напал на тебя этот «подлец», то тащи его в Бейт-Мидраш. Если получилось, то всё хорошо, если же не получилось, то читай Шма. Если тоже не получилось, то вспомни день смерти. Такие три уровня борьбы со злым началом по степени понижения ценности. Самая высокая ценность – занимайся Торой так, чтобы он увидел, как здорово этим заниматься,  и может быть, он тоже вовлечётся. Получается так, что в наилучшем пути поведения по отношению к злому началу есть два фактора: один – это противоядие, которое содержится в Торе, и другой – это включённость в общину Иерусалима. То есть, человек, который чувствует себя соединенным с общиной Иерусалима, он тоже в сильной степени защищён от этого злого начала. Поэтому в этих двух случаях: получение Торы, праздник Шавуот, и освящение стен Иерусалима специально подчёркивается, что нужен хамец, как помощник в исполнении моей службы. Давид заложил основу Иерусалима, он сделал Иерусалим столицей и т.д., поэтому нельзя сказать, что он «убил», он тоже перевернул злое начало, но ему это было труднее, чем Аврааму. Надо сказать, что вообще говоря, хамец превосходит мацу по своим достоинствам, потому что маца – это пища для больных, а хамец – это пища для здоровых. И маца – это подавление злого начала: никакого злого начала; а хамец, наоборот: давай, давай, «голубчик», ты мне будешь работать, как я тебе скажу.

Мидраш приводит такую притчу. Единственный сын царя, распространённый герой мидраша, заболел и не мог есть хлеб для здоровых, и царь приказал, чтобы в доме вообще нигде не было видно хлеба пока сын его не выздоровеет. Так объясняют, почему в Песах  у нас не должно быть в заводе хамеца. Но как только мы принесли корбан на омер, и мы начинаем счёт дней омера, двигаясь к Шавуоту, уже нет нужды так сильно запрещать хамец. В праздник Песах хамец запрещён законом Торы, но уже счёт омера ведёт нас к тому, чтобы хамец становился нашим союзником. И в праздник дарования Торы уже обязательно приносят хамец. Поэтому, когда мы приходим ко второму Песаху, когда мы уже почти месяц считаем дни омера, нет основания так сильно запрещать хамец. То есть, запрет хамеца был связан не с самим выходом на свободу и с её символом Песахом,  а с тем, что мы ещё очень не тверды, мы ещё вчерашние рабы, поэтому нам нужно держаться, мы ещё в состоянии «больных». После того, когда мы уже прошли больше, чем полпути, к дарованию Торы, когда мы уже подсчитали четыре недели омера, тогда нет смысла так сильно запрещать хамец, и поэтому только вместе с минимальным шиуром праздника Песах нельзя есть хамец. 



Последнее замечание об обычае, который есть во многих общинах, во второй Песах есть мацу. (К сожалению, пока Храм не восстановлен, мы не можем приносить). Неверно думать, что такой обычай связан с памятью о первом Песахе. В первый Песах мы едим мацу по обязанности, и во второй Песах, действительно, напрашивается такое объяснение. Однако специалисты говорят, что это неправильно.  А правильно следующее объяснение, что это в память о чуде с той  пресной лепёшкой, которую вынесли из Египта, и её хватило на месяц. Месяц питались этим пресным тестом, и ясно, что это было чудо, когда одной лепёшки хватило на шестьдесят одну трапезу (можно себе представить, сколько бы потребовалось нести теста для того, чтобы месяц питаться). Есть споры, когда именно это закончилось, но понятно, что это происходило в окрестности второго Песаха, и в память об этой лепёшке, которая закончилась, существует в этих общинах обычай есть мацу во второй Песах. Потом, как мы знаем, когда вскоре после второго Песаха наступил Лаг ба-омер, тогда уже начал выпадать ман и т.д.        

1   2   3   4   5


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет