Лекции рассматриваются по существу несколько самостоятельных вопросов



жүктеу 108.52 Kb.
Дата16.04.2016
өлшемі108.52 Kb.
: assets -> page-files
assets -> Отчет о выполнении мероприятий по повышению эффективности
assets -> Российская Федерация Республика Хакасия
assets -> Ооо сп «Абаза Телеком»
assets -> Постановление «26» декабря 2013 г г. Абаза №1097 Об утверждении муниципальной программы «Развитие образования на 2014-2016 годы»
assets -> «Тіреу және қоршау конструкцияларын, инженерлік жүйелері мен жабдықтарын өзгертпей, қолданыстағы үйлердегі үй-жайларды (жекелеген бөліктерін) реконструкциялауға (қайта жоспарлауға, қайта жабдықтауға) рұқсат беру»
assets -> Шығыс Қазақстан облыстық Семейдің Абай атныдағы қазақ музыкалы драма театрының қызмет көрсету
assets -> Тауарды әкелген, жұмыстың орындалу, қызмет көрсету мерзімі
assets -> Регламенті Негізгі ұғымдар Осы «Ветеринариялық анықтама беру»
assets -> Үгіттік баспа материалдарын орналастыру және халықпен кездесу орындарын белгілеу туралы «Қазақстан Республикасындағы сайлау туралы»
Состояние криминологии сегодня, перспективы развития криминологии.

Современные концепции причин преступности и борьбы с ней.
В настоящей лекции рассматриваются по существу несколько самостоятельных вопросов:

-современные криминологические теории;

- перспективы развития криминологии;

- современный концепции причин преступности и борьбы с ней в России.


Криминологические теории 20 века:

Теория стигматизации (этикетирования, клеймения, интеракция).

Г.Беккер (род. 1928) «Аутсайдеры» -«Девиант тот, кому был прикреплён соответствующий ярлык; девиантное поведение это поведение, которое люди так обозначили». Г.Беккер отталкивался от концепции символического интеракционизма (взаимодействия) Г.Мида (1863-1931): способность людей квалифицировать, трактовать свои действия и поступки других. Ф.Танненбаум применил концепцию к криминологии: подросток становиться плохим потому что его так называют. «Драматизация зла». У Беккера была разработана теория «девиантной карьеры», восхождение по которой зависело от получения удовлетворения, официального клеймения (арест, судимость), отождествления себя с присвоенным ярлыком, исключения (нежелание общества контактировать с судимым), давления социального контроля. Вершина – вступление в криминальную среду.

Е.Лемерт (1912-1996) – вторичная девиантность. Это постстигматизационный этап и реакция на клеймение.

Э.Шур для сокращения девиантов предложил отказ от криминализации преступлений без жертв.

Американский криминолог Ф.Зак считает, что каждый в жизни хоть раз совершил преступление (широкие опросы населения США показали, что более 90% граждан хоть раз в жизни совершили бытовую кражу, совершили насилие или серьёзно нарушали ПДД). Но преступником человек становится только после официального признания его таковым.

Выводы: теория стигматизации позволила:


  1. Отказаться от криминализации незначительных по опасности правонарушений и правонарушений без жертв.

  2. Выделить ювенальную юстицию и отделить несовершеннолетних от традиционных преступников.

  3. Расширение альтернативных санкций, социализация девиантов в среде социума без изоляции и стигматизации.

Теория социального контроля.

Сосредоточение внимания на реакции общества на преступность и ответная реакция преступников на давление социального контроля.

А.Рейсс, Ф.Най, М.Гоулд полагали, что конформному поведению следует обучать и внутренний контроль хорошо социализированного индивида намного эффективнее внешнего формального контроля.

Г.Сайкс, Д.Матза (1957) девианты реагируют на требования общества методом нейтрализации:

- отрицание ответственности (преступник сам жертва обстоятельств);

- отрицание вреда (никто не пострадал, автокража – взял покататься, драка между девиантами – их личное дело);

- отрицание наличия жертв (потерпевший сам виноват, он такой);

- осуждение осуждающих (грибоедовские – а судьи кто?);

- ссылка на высшие соображения (ради дружбы, чтобы не стать предателем).

Они допускают дрейф между социальными нормами и группами в течение подросткового периода.

Т.Хирши (1969) – социальные связи. Исследовал 5,5 учащихся школ: чем сильнее связь с семьёй, тем сильнее конформность поведения.


Теория конфликта.
К.Маркс, Г.Зиммель, Р.Дарендорф, Л.Козер. Их общая суть – вскрытие конфликтной природы социального бытия в отличие от структурно-функционального подхода (Э.Дюркгейм, Т.Парсонс, Р.Мертон), тяготевшего к равновесию.

Т.Селлин – конфликт культур. Дж.Волд (1958) – теория группового конфликта (борьба за статус в группе).

Р.Дарендорф – задача конфликта – обеспечивать постоянное развитие.

О.Тэрк и Р.Куинни – криминализация – методика ослабления позиций противника, чем основанная на справедливости будничная работа по поддержанию контроля над преступностью. Этот процесс носит избирательный характер, селективность (В.Лунеев – лотерейное правосудие).

По Р.Куинни – теория конфликта базируется на представлении о человеке и обществе как процессе, конфликте власти и социальном действии. Конфликт между людьми, социальными структурами или элементами культуры – нормальное явление общественной жизни. Его функция – адаптация, приспособление, это определённое поведение, создаваемое уполномоченными полицейскими агентами.
Современные криминологические теории. Постмодернизм.
Постмодернизм (фр. postmodernisme — после модернизма[1]) — термин, обозначающий структурно сходные явления в мировой общественной жизни и культуре второй половины XX века[2]: он употребляется как для характеристики постнеклассического типа философствования, так и для комплекса стилей в художественном искусстве. Постмодерн — состояние современной культуры, включающее в себя пред-постнеклассическую философскую парадигму, до-постмодернистское искусство, а также массовую культуру этой эпохи.

Постмодернизм – постмодерн – критическое осмысление индустриального общества, понимание пределов его развития, понимание глобальной катастрофы, сомнение в абсолютной истине. Парадигмальнная установка на восприятие мира как хаоса. Возникший как антитеза модернизму, открытому для понимания лишь немногим[8], постмодернизм, облекая всё в игровую форму, нивелирует расстояние между массовым и элитарным потребителем, низводя элиту в массы (гламур). Стремление сделать предмет и продуктом широкого потребления и самоценным.

Основоположники Жан Лиотар, Арнольд Тойнби, Лесли Фидлер,Чарльз Дженкинс и Мишель Фуко.

Новейшая криминологическая мысль (радикальная) характеризуется (60-70е гг.):

- критичное отношение к предшествующим теориям;

- критичное отношение к науке вообще, т.к. она не решает насущных проблем;

- критичное отношение к властным структурам и отношениям;

- отрицание существования объективно истины, радикально релятивистский подход к понятиям преступности преступление, как к социальным конструктам;

- представление о познаваемой детерминированности явление меняется на идею вероятности, неопределённости, постоянной изменчивости событий;

- обновление методологического инструментария (за счёт общенаучных и естественно-научных теория и понятий: теория катастроф, синергетика, бифуркации, странный аттрактор и др.).

Социальный вред порождается не только преступлением, но и рутинной практикой, трудом, правительством, правом, семьёй, образованием, здравоохранением и пр. (вставить рассуждение о понятых сержанта Д.Джекобса).

Классика постмодернизма в криминологии Э.Янг (она) «Образ преступления: Человек объявленный вне закона, и криминальные беседы». Предлагает прочесть криминологию не криминологически.

Разновидность постмодернистской криминологии – конститутивная криминология – преступность и контроль над ней не могут быть отделены от всеобщего структурного и культурного контекста, в котором они продуцируются. В противовес традиционной криминологии, допускающей самостоятельный анализ преступности вне социального контекста. Преступность –интегральный продукт общества. Преступление – это вредные последствия вложения человеческое энергии во властные отношения, власть отрицать других, отнимать у других возможность что либо изменить. В современном обществе зло группируется вокруг неравенства: политического, экономического, социального, расового, экологического, психологического состояния, прав человека и пр. Конститутивная криминология уделяет много жертве преступления, что обеспечило подъём виктимологических знаний.

Я.Тэйлор, П.Уолтон, Дж.Янг «Новая криминология: социальная теория девиантности». (1973). Содержание уголовного права определяют властные отношения. Преступление – причинение социального вреда, правонарушитель – жертва общества и уголовное юстиции, отражающей существующее господство.

Детерминирующим фактором является неравенство возможностей. Выбор имеют и индивиды и само общество в целом. Уголовная статистика – социальный конструкт, получит по ней достоверную картину невозможно.

П.Филмер, М.Филипсон, Д.Силверман, Д.Уолш «Новые направления в социологической теории». Преступление и девиантность не объективная категория действия, а совокупность социальных значений, используемых членами общества для обозначения некоего рода действия. Штампование преступников – социальная работа, продукт деятельности некоторых организаций, отражающий и поддерживающий представление их сотрудников о социальной структуре. Единственная причина преступления – сам закон.

Дори Кляйн, Рита Симон, Фреда Адлер, Кэрол Смарт – феминизм в криминологии. Удельный вес женщин в преступности растёт как следствие феминистического движения.

Аболиционизм в криминологии – отказ от тюрем и применение альтернативную уголовную юстицию.

На Западе давно и успешно развивается экономика преступности, основателем которой был американский криминолог Герри Беккер, удостоенный за это Нобелевской премии; видными исследователями Дж.Кох, С.Групп, М. Фридман (нобелевский лауреат), Д.Стиглер (нобелевский лауреат), Дж. Бьюкенен (нобелевский лауреат), Д. Пуль, С. Камерон, А. Эрлих, С. Сесновиц, Т. Шеллинг, К.Эскридж и др. Очевидны востребованость и резонанс экономики преступности в мире. К сожалению, в России данное направление исследований только начинает развиваться.

«Миротворческая криминология» Х.Пепински, Р.Куини. утопична и нереалистична, капитулистская позиция. Американская комиссия по уголовной юстиции (1996 год) предложила перейти от «войны с преступностью – к стратегии меньшего вреда».

Постомдерн – привёл к попыткам создания интегративных теорий, исходящих из единого понимания девиантности (модернистская и холистская ( Holl – целая) интеграция. Это сочетание двух и более теорий.

Развитие криминологии в России пришлось как раз на развитие постмодернизма на Западе. Таким образом, российские криминологи вынужденно прошли классический, постнеклассический и постмодернистский периоды развития в сжатом виде. И сегодня российская криминология спешно нагоняет западную. Основное отличие их в том, что российская криминология традиционно ориентирована на уголовно-правовую доктрину, тогда как западная – на социальную.

За годы СССР сформировались ряд школ криминологии (Грузинская, Дальневосточная, Эстонская, Ленинградская-петербургская.

Школа преступных подсистем (невско-волжская школа криминологии) — представленная группой российских криминологов (Д. А. Шестаков, Г. Н. Горшенков, А. П. Данилов, С. У. Дикаев, П. А. Кабанов, Г. Л. Касторский, В. В. Колесников, С. Ф. Милюков, О. В. Старков, В. С. Харламов, А. П. Чураков и др.) научная криминологическая школа, основу которой составляет семантическое определение преступности (Д. А. Шестаков) как свойства человека, социального института, общества отдельной страны, глобального общества воспроизводить множество опасных деяний, проявляющееся во взаимосвязи множества преступлений и их причин, поддающееся количественной интерпретации и предопределяющее введение уголовно-правовых запретов.

Осмысление преступности основных социальных подсистем общества под углом зрения семантической концепции стало одним из поводов формирования в России, начиная с 70-х годов ХХ века, отраслей криминологии: семейная криминология (криминофамилистика) — Д. А. Шестаков, Г. Л. Касторский, В. С. Харламов, А. В. Чураков и др., политическая криминология — Д. А. Шестаков, С. У. Дикаев, П. А. Кабанов, криминология СМИ — Г. Н. Горшенков), криминопенология — О. В. Старков, экономическая криминология — В. В. Колесников, криминология закона — Д. А. Шестаков, С. Ф. Милюков.

Формирование школы преступных подсистем тесно связано с деятельностью Санкт-Петербургского международного криминологического клуба и его периодическим изданием — «Криминология: вчера, сегодня, завтра» под редакцией Д. А. Шестакова.

Помимо указанных в России активно развиваются криминоглобалистика, криминоювенология, киберкриминология, криминовиоленсология и т.д.

Л.М. Тимофеев, Ю.В. Латов, А.К. Бекряшев, И.Ю. Жилина активно развивают учение об экономике преступности. Свой вклад в данном направлении сделал карельский политолог А.П. Цыганков.

Как отмечает Я.И.Гилинский, в современной отечественной науке происходят активные процессы познания причинности преступности. В 60-70-е гг., годы активного гонения на генетику, профессор И.С. Ной писал о генетических предрасположенностях индивида к преступному поведению (1975, Методологические проблемы советской криминологии).

Книга генетика Н.П. Дубинина, криминологов И.И. Карпеца и В.Н. Кудрявцева «Генетика, поведение, ответственность (о природе антиобщественных поступков и путях их предупреждения)», 1982 г., говорила о необходимости союза генетиков, психологов, психиатров и юристов в профилактике преступности.

Однако, после выхода книги и до сих пор тема генетической предрасположенности, несмотря на выдающиеся достижения науки, ушла из отечественной криминологии. Парадоксально, но отказавшись от догматического диалектического материализма, наука внезапно остановилась на социальном анализе причин преступности. Фактически, нынешняя наука «доделывает» освоение марксизма в его оригинальном прочтении, и продвижение вперёд без усвоения пропущенного материала не представляется возможным. Выводы науки о биологической предрасположенности человека к преступлению бесследно исчезли, но возможно когда-нибудь данный вопрос встанет с новой силой.

Современные концепции обоснований причин преступности наиболее перспективное, но и наиболее трудноразрешимое направление в криминологии. До сих пор никому не удавалось найти удовлетворительного объяснения причин преступности. На данном этапе конкурируют несколько представлений о причинности.

Представление о причинности с т.ч. философского детерминизма, т.е. преступность есть следствие чего-либо при наличии условий. Т.Селлин предлагал избегать концепции причинности в пользу функциональных взаимоотношений между элементами или фактами, отказаться от поиска причинно-следственных связей. В данном случае играет роль желание найти рациональное, утилитарное средство контроля над преступностью, принимая её неизбежность в обществе. Само представление о социальном контроле возможно именно при представлении о преступности и девиации, как о неотъемлемой части социальной практики. Даже отечественный криминолог Д.А. Ли пытался вычислить пороговое значение преступников в обществе - 5,6%, допустимое для нормального функционирования общества.

А.И.Долгова считает, что не существует единой, универсальной причины преступности. Ю.М. Антонян учит о двух уровнях причинности – внутреннем, сущностном, и уровнем преступлений, совершаемых отдельными людьми. Хотя суть обоих не даёт ответа на вопрос, рождается ли человек преступником или становится.

На Западе вопрос причинности преступности решается исходя из постулата Эмиля Дюркгейма о том, что преступность нормальное явление в обществе, не нормальны придуманные человечеством законы. Такого же мнения придерживался ещё Ч.Ломброзо. Преступность является неотъемлемой частью эволюции, социального развития.

Многофакторный кондиционалистский подход знает до 200-240 факторов преступности, которые сокращаются до нескольких при исследовании конкретного преступления и применимы к конкретной уголовно-процессуальной практике.

Традиционный, причинно-следственный подход неудачен, поскольку признаёт только силовой подход к решению проблем борьбы с преступностью.

Не в полной мере отвечает на вопрос причинности традиционно-диалектический подход, т.к. недостаточно учитывается роль личности в совершении преступления.

Перспективен интеракционистский подход, который обосновывает взаимодействие социальной среды и личности в условиях места и времени, а не самих факторов, относящихся к среде и личности.







©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет