«лесная обитель»



жүктеу 3.86 Mb.
бет7/18
Дата02.05.2016
өлшемі3.86 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   18
:

Было и трудно, и легко
С момента закрытия детдома прошло уже более 50 лет, но воспоминания мои живы и по сей день. У меня сохранились фотографии тех лет. Теперь эти дети выросли, возмужали. Как сложились их судьбы? Думаю, что все они труженики нашей России. Изменились дети, изменилась я сама. Может быть, встречались не раз, но не узнавали друг друга. Чумакова Люба и Холоденко Валя, знаю, живут в Глазове. Эти обе девочки были отправлены в Еловский детский дом. По-моему это был тогда Пудемский, а не Ярский район. Я же их отвозила вместе с другими детьми. По сей день горько. Мы утром встали рано, будить их не стали, уехали. Представьте, они проснулись в чужом месте, кругом – чужие люди… Мне и сейчас больно это вспоминать…

Проработала с детьми больше двух лет. Работать было и трудно, и легко, но мы были тогда молоды, и казалось, все преодолимо.

Что бы попасть в Красногорье, надо было пройти 25 км., транспорта как обычно, не бывало. По лесу на Валамазскую дорогу надо было пройти 8 км,, на Малягурт – по лесу, 13 км. Что бы доехать до Ижевска, надо было добраться до Игры на паровозике по узкоколейке. Однажды по дороге через Малягурт, повстречалась с медведем в километрах восьми от Кокмана, но мы с ним разбежались мирно. Даже в 1955 году не было радио, не говоря уж о телевизорах. Свет подавали от Электромотора. Грузовая машина появилась где-то в средине 50-х, она была старая. Однажды ехали с концертом в Красногорье. Машина сломалась среди леса. Одно было приятно – сам лес. А приехали мы с большим опозданием. Не застали уже ни кого. Телефонов тогда не было, лишь один-единственный, в лесничестве. Но, было и много плюсов. Было два красивых пруда с зеркальной водой, из одного из них пили воду. Мне кажется, сама природа содействовала оздоровлению. Дети наши не болели, нас не трогали ни какие вирусы, не страшны были никакие клещи. Думаю, медики наши были на месте, охраняли здоровье детей Медиками были Пикова Ольга Федоровна, а после неё – Пислегина Нина Дмитриевна. Бывали и на экскурсиях. Особенно впечатляющей была экскурсия на стекольный завод и лыжный цех. Мы увидели весь процесс изготовления бутылок. Это запомнилось навсегда. Жаль, что стекольный завод закрыли. Я радуюсь тому, что моя трудовая деятельность началась в таком красивом уголке, с такими замечательными людьми. Благодарна Березиной Валентине Васильевне, директору детского дома. Благодарна всем коллегам, с которыми делили все радости и горести. Спасибо Невоструевой Александре Ивановне, я с нею начала работать в группе. Это к ней я обращалась за помощью, особенно в первое время. Затем, долго была в группе с Шубиной Ниной Алексеевной. Благодарна Паклиной Валентине Сергеевне, Волковой Юлии Николаевне, с которыми жили дружно, поддерживали друг друга. Спасибо Собиной Капиталине Ивановне. Она была старше нас. Мудрее. Благодарна учителям Олиным Степаниде Карповне, Степану Кузьмичу, он долгое время был и воспитателем (мужчины в группе детей очень нужны), Ворожцовым Никандру Михайловичу и Антониде Степановне. Это с ними мы работали бок о бок. Благодарна всем коллегам. Не забываю своих подружек, с которыми начинали жить. Это Тугбаева Серафима Панфиловна, Яскина Лидия Васильевна, Шуклина Клавдия Дмитриевна. Мы тоже были поддержкой друг другу. Всем желаю счастья, здоровья, долголетия; здоровья Бекмансуровой Наташе.(Зовут ее иначе, но мы называли её так в те времена).

Я уехала из Кокмана 5 декабря 1955 года, но там после этого бывала много раз у подружек Валентины Сергеевны и Юлии Николаевны. А с 1970 года бывала ещё чаще. Директором Кокманской школы был назначен мой брат Веретенников Владимир Филиппович, который на этой должности проработал 27 лет. Он высоко поднял престиж школы, которая всегда была в числе передовых. Она была очень хорошо оформлена. Владимир Филиппович был очень уважаемым человеком. Часто я приезжала в Кокман и после того, как его не стало, там живет его жена, Любовь Федоровна. Она ни куда не хочет уезжать, хотя её приглашают к себе дети и в Москву и в Подмосковье. Общаюсь с Олиными и Ворожцовыми. Им всем, а так же всем воспитанникам детдома желаю счастья, здоровья, любви, везения во всех делах.

Ангелина Филипповна Веретенникова.

с. Архангельское



Сироты войны
Мы приехали в Кокман в 1951 году. Степан Кузьмич, мой муж, был партийный, и его, как коммуниста, перевели из Селеговской восьмилетней школы в Кокман, воспитателем в детский дом. Воспитателями здесь были девушки, которые только что закончили педучилище. Детдомовцы не хотели им подчиняться. Дисциплины среди них не было. В детдом были привезены дети со всех концов страны: Укараины, Белорусси, было много и местных детей-сирот, которые лишились своих родителей во время и после войны. Много было переростков. Учиться они не хотели, прогуливали, воровали в детдоме простыни, одеяла, одежду у своих же товарищей, и продавали их местным жителям.

Дети были угрюмы, в глазах не светился огонек жизни. Между девчонками и мальчиками не было дружбы. Мальчики презрительно относились к девочкам. Зато, у них была крепкая дружба с детьми сотрудников детского дома. Эта неприязнь к девочкам передалась и пацанам сотрудников. Помню, мне один раз заявил сын: «Я девочек не люблю». На что я ему ответила: «А если бы ты родился девочкой. Как бы стал смотреть на них?» Я работала в школе. Были такие моменты, когда урок приходилось начинать с морали, т.к. дисциплина в школе тоже «хромала». Помню, как- то сказала такую фразу: «Вы вырастите, будете взрослыми, а мы, учителя и воспитатели, постареем, и вам стыдно будет встречаться с нами за свое плохое поведение». Встает мальчик, и говорит мне: «Ты, замухрышка, ещё молодая, и долго не состаришься.» Фамилия его была Кандаков, имя точно не помню, кажется, Владимир. Потом он стал любимцем нашей семьи. Часто приходил, играл с нашими мальчиками. Особенно к нему привязался наш младший сын Виктор. Они и на многих фотографиях всегда рядом. А я эту фразу ни когда не забываю Хотелось бы еще раз встретиться с этим мальчиком. Но где их сейчас найдешь? Они как птенцы разлетелись в разные стороны.

Детдомовские мальчики очень любили собак. Они тайком от воспитателей выносили из столовой еду, и кормили их, а иногда отдавали собакам и свой обеденный паек, а сами оставались голодными. Мальчики зимой любили кататься на самодельных лодках, днища которых поливали водой. Школа была в бывшем поповском доме на горе, где раньше стояла, и сейчас восстановлена, церковь. После занятий дети садились в «лотухи», и вереницей катились с горы в низ, к интернату. В один такой прекрасный вечер не вернулся с прогулки мальчик Власов. Нашли его в ту же ночь повешенным на ремне на елке. Это была страшная трагедия, как для детей, так и для сотрудников.

Помню, в один год вспыхнула эпидемия бешенства волков, лис. Часто по ночам забегали они в поселок, их привлекал запах домашних животных, живущих в стайках.

Заразились от волков и детдомовские собаки. Одна больная собака искусала шестилетнего сына воспитателя. Мальчика увезли в районную больницу, врачи старались спасти ему жизнь, но не смогли.

Когда мы приехали в Кокман, то из старых построек винокуренного завода остался двухэтажный деревянный дом. Который стоял на левом берегу малого пруда; двухэтажный склад, когда-то здесь хранилось зерно, купленное у местных крестьян для винокуренного завода; разрушенная мельница на большом пруду. А от стекольного завода, который стоял на левом берегу большого пруда – известковые сварки с частицами стекла, и основание кирпичной трубы. Ниже насыпи большого пруда стояло полуразрушенное кирпичное здание, в котором когда-то жили колонисты, - дети оставшиеся сиротами после гражданской войны.

Когда в Кокмане открыли лесопункт, детдомовцы не полюбили детей лесопунктовских рабочих. Они часто устраивали меж собой драки. Но вскоре детдомовских детей расформировали по разным детским домам, а в интернате открыли восьмилетнюю школу, которая существует и по сей день.
Степанида Карповна Олина.

п.Кокман.


В ноябре 1955 года Кокманский детский дом с 60 воспитанниками, был переведен на станцию Областная Увинского района. А оставшиеся здания переданы на баланс комбината «Удмуртлес». Так закончилась почти 25 –летняя история Кокманского детского дома, приютившего и спасшего сотни детей от неминуемой голодной смерти.


СОВЕТ МИНИСТРОВ УДМУРТСКОЙ АССР


ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 512

от «3» ноября 1955 год. гор. Ижевск

О ПЕРЕВОДЕ КОКМАНСКОГО ДЕТСКОГО ДОМА

КРАСНОГОРСКОГО РАЙОНА НА Ст.ОБЛАСТНАЯ,

НЫЛГИНСКОГО РАЙОНА

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - --


Совет Министров Удмуртской АССР ПОСТАНОВЛЯЕТ:
1.Разрешить Министерству просвещения Удмуртской АССР

перевести Кокманский детский дом с контингентом воспитанников

60 человек на станцию Областная, Нылгинского района и называть

его впредь Областновским детским домом.

2.Здания Каркалайского леспромхоза на станции Областная принять на баланс Областновского детского дома, согласно приложению №1.

3.Здания, принадлежащие Кокманскому детскому дому, передать на баланс Комбината «Удмуртлес», согласно приложению №2.

4.Перевод детей произвести после приемки комиссией готовности

детского дома на станции Областная.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬ СОВЕТА МИНИСТРОВ

УДМУРТСКОЙ АССР /П.СЫСОЕВ/

УПРАВЛЯЮЩИЙ ДЕЛАМИ СОВЕТА

МИНИСТРОВ УДМУРТСКОЙ АССР /Я.ОСТАНИН/

ВНЕСЕНО:МИНИСТЕРСТВОМ ПРОСВЕЩЕНИЯ

УДМУРТСКОЙ АССР /Е.НИКИТИН/

СОГЛАСОВАНО: ЗАМ.ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА

МИНИСТРОВ УДМ.АССР /А.ЧЕТКАРЕВ/

Разослать: Министерству просвещения,Комбинату«Удмуртлес», исполкомам Нылгинского и Красногорского райсоветов и т.Четкареву А.Ф., Прокурору

6э.


5/Х1

Приложение №2 к постановлению Совета Министров УАССР от 3 ноября 1955 года. №_____________

О П И С Ь

ПОМЕЩЕНИЙ КОКМАНСОКОГО ДЕТСКОГО

ДОМА, ПЕРЕДАВАЕМЫХ КОМБИНАТУ

«УДМУРТЛЕС»

____________________________________________________________№ Номер Наименование Год Первоначальная

п.п объекта постройки балансовая

стоимость

_____________________________________________________________________________


1.Жилой дом №2 1900 2309-39

2. -----«------- №4 1906 6210-00

3.------«-------№5 1927 3050-00

4.-------«------№6 1927 10400-00

5.-------«------№7 1903 3500-00

6.-------«------№8 1943 20185-00

7.-------«------№9 1944 3600-00

8.Контора 1917 3700-00

9.Жилое здание №10 1949 12241-38

10.------«----------№11 1949 6515-00

11.Изолятор 1949 13486-50

12.Интернат 1951 100000-00

13.Склад 1915 2295-00

14.Лесопилка,элект. 1906 4360-30

15.Конный двор 1910 15331-57

16.Овощехранилище 1953 6833-42

17.Баня 1952 2000-00

18.Сарай тесовый 1944 3000-00

19.Баня-прачечная 1949 8000-00

20.Кухня-столовая 1953 35600-00

21.Жилой дом №3 1900 5100-00

22.Пекарня жилой дом 1900 840-00

23.Интернат старый 1901 8740-00

24.Кузница 1904 300-00

ИТОГО: 285912-56
УПРАВЛЯЮЩИЙ ДЕЛАМИ СОВЕТА

МИНИСТРОВ УДМУРТСКОЙ АССР

/Я.ОСТАНИН/
60 лет спустя
Среди серого ненастья вдруг выдался ясный, солнечный денек. Понятно это было однозначно: благодать была ниспослана свыше в ответ на доброе дело, инициатором которого стал известный Глазовский краевед Г.М.Ложкин. 60 лет спустя в Кокмане впервые собрались люди, чьё детство и юность были связаны с Кокманским детским домом.

К 11 часам все приглашённые собрались у Храма Спаса Нерукотворного Образа. Объятия, поцелуи, слезы радости встречи. Волнующий момент – ведь многие не видели друг друга, считай, всю жизнь. 60 лет минуло с тех пор, как детский дом приютил сирот, а кто-то начинал здесь свою трудовую деятельность. Далеко позади остались детство и юность. Поседевшие, постаревшие, встретились люди, на ставшей для них священной, земле. Так что глубоко символично то, что встречу открыл благодарственный молебен. Службу вел протоиерей Сергей Минеев, благословивший это доброе дело


ЛЕТЯТ ЖУРАВЛИ
Растроганные до глубины души, выходили люди из храма, утирая слезы. Остановились на ступеньках – и, о чудо! Журавли! Нет, они не пролетали мимо, а кружили над храмом, словно приветствуя собравшихся, и посылая им с поднебесной высоты свое ликование. Вестники другого мира, они словно бы откликнулись на все происходящее на земле – и это тоже было добрым предзнаменованием. Журавли всегда почитались на Руси особо, являясь символом верности, любви к родине: улетая, они обязательно возвращаются. И поэтому это зрелище всегда вызывают и печаль, и торжество одновременно. Эти чувства, похоже, испытывали все присутствующие. Ведь они тоже через много лет вернулись сюда, в мир своего детства и юности.

…Выстроившись клином, птицы улетели в неведомую даль.


ВДОЛЬ ПО УЛИЦЕ
«Здравствуй, Кокман. Спасибо тебе за спасение сирот»,- эти слова Поторочина Леонида Евгеньевича, который попал сюда десятилетним мальчишкой вместе с братом Валерьяном, семи лет. Отец их погиб на фронте под Ленинградом, вскоре умерла мать, не смогла пережить это горе. Нельзя сказать, что мальчики быстро освоились в детдоме – говорить по-русски совершенно не умели, скучали по родной деревне Зотово, своей старенькой бабушке. Недолго думая, отправились братья лютой зимой пешком – домой. Трое суток были в пути, но добрались-таки до своей деревеньки. Сегодня вспоминать об этом тяжко, но тогда казалось, что так и должно было быть. Правда, побыть дома довелось недолго, вкоре за ними приехали и увезли в Кокман. Так и подросли. А там – училище, армия, труд, общественная работа, спорт, признание…

Сейчас Леонид Евгеньевич проживает в г.Глазове, ему присвоено звание «Ветеран труда России». Находясь на заслуженном отдыхе, увлеченно занимается садом, огородом, рыбалкой. В Кокман приезжает ежегодно, и все перемены, происходящие в поселке, ему знакомы. Для остальных же участников встречи всё было дивно: мало, что осталось от прошлого. Проходя по главной улице поселка, ветераны вспоминают: вот здесь был винокуренный завод, стекольный, здесь пекарня, там – мельница, купеческий сад… Вся прежняя жизнь предстала перед глазами. Экскурсия по поселку, которую провел Геннадий Михайлович, знаток этого края, оставила у всех неизгладимое впечатление.


Гостей принимает школа
А в школе, между тем, гостеприимные хозяева кипятили чай, накрывали на стол. Да и гости прибыли сюда не с пустыми руками. Здесь в тепле и уюте рассказы о человеческих судьбах имели своё продолжение. То и дело можно было слышать: …А помнишь?

Серафиме Пантелеевне Тугбаевой было 18 лет, когда она начала здесь свою трудовую биографию. За 40 лет педагогической деятельности ей довелось быть на разных должностях, но ни где не было так трудно, как в детдоме. Здесь нашли приют дети со всей России- дети, потерявшие своих родителей в годы войны. Было много ребят и из Удмуртии, ведь война прошлась по судьбам всех людей, проживавших даже вдали от фронта. Вместе с нею приехала в Кокман и Ангелина Филипповна Веретенникова из с. Архангельское. Каким вспоминается им «тот» Кокман? Маленьким островком, затерянным в огромном лесном массиве. Практически полная оторванность от большого мира. И ещё вспоминается, каким большим и сплоченным был коллектив сотрудников детдома, которые дарили тепло души маленьким сиротам. С тех пор всю жизнь Серафима Пантелеевна особенно остро чувствовала, как беззащитны дети, и потому всегда всячески старалась помочь им. С тем и прошла по жизни – добросердечная, справедливая, мудрая женщина.

Алевтину Афанасьевну Кулемину и её сестру Марию Кокманский детский дом приютил в 1947 году. Отец их погиб на войне. Жили в холоде и голоде, поэтому приезд их в Кокман можно обозначить как спасение. Алевтина Афанасьевна помнит, как чутко относились к ним взрослые, заботились, как о родных… Даже подарки старались к праздникам подготовить. Директором детдома был Константин Фёдорович Филиппов, о котором все собравшиеся вспоминали добрым словом.

Как сложилась дальнейшая жизнь Алевтины Афанасьевны? Жила в Ижевске, но вскоре переехала в Кулёмино, работала в химлесхозе, собирала живицу. Затем переехала в Воткинск, откуда вновь вернулась в свой родной Красногорский район.


У КАЖДОГО СВОЯ СУДЬБА
Мама Галины Александровны Чураковой работала в детдоме, всё своё время отдавая его воспитанникам. Дома редко бывала, так что маленькой Галине ни чего иного не оставалось, как жить там же. Считать себя воспитанницей детдома она имеет все основания, и потому встреча ветеранов на Кокманской земле тоже ей близка и понятна, а Кокман так и остался навсегда её родным местечком.

Степанида Карповна и Степан Кузьмич Олины приехали сюда в 1951 году, он в качестве воспитателя, она – учительницы. Обоим сегодня уже за 80. И всю жизнь беззаветно любили и любят свой поселок. «Оазис в пустыне», «Райский уголок» - так называет его Степанида Карповна. Милое, доброе лицо этой женщины как будто освещено мягким светом – повезло тем юным кокманцам, которые имели счастье быть её учениками. К т Ому же она прекрасная собеседница, может неустанно рассказывать об истории поселка. «А вы знаете, откуда произошло его название? От имени основателя посёлка, фамилия которого Кохманн. Заехав в эту глухомань, на месте слияния двух речек, предприимчивый купец взял свою тросточку, снял шапку, и сказал: «Здесь будет поселок».

С Кокманом связали свою жизнь Ворожцовы Никандр Михайлович и Антонида Степановна. Они работали в детдоме. А Раиса Алексеевна Семакина попала сюда маленькой девчушкой. Рано лишившись родительского тепла и домашнего уюта, она все сделала для того, что бы компенсировать эту потерю. Сама стала прекрасной женой, мамой, воспитала хороших детей, привила им лучшие человеческие качества.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Организаторы праздника очень постарались, что бы встреча была запоминающейся. Еще ни когда не было так, что бы бывшие воспитанники и воспитатели детдома были окружены таким вниманием. Они чувствовали себя буквально именинниками – а много ли надо старикам для радости?

Вот говорят постоянно, что в сложное время мы живем. Однако послушаешь представителей старшего поколения и подумаешь – а смогли бы мы на их месте одолеть все тяжкие испытания, которые выпали на их долю? Нет, все-таки самое большое счастье – это мир на земле.

Александра Мокрушина.

Газета «Победа» 30.09.2008г.


Лесное хозяйство
Химлесхоз
Иду я, значит, через лышняк…
В Кокамане раньше постоянных жителей было мало. Приезжали на период работы винокуренного и стекольного заводов. Родиной то мы Кулёминские. И я там родился, и мамаша то моя Кулёминская. Родилась и умерла здесь. И дед мой из Кулёмино, ходил работать в Кокман. У них тогда ещё не было поперечных пил и работали все топорами. Срубят дерево и колют его на чурки. За сажень уложенных чурок давали 10 копеек. За «полуденкой» лес был малмыжский, а здесь принадлежал Бушковым – лесопромышленникам, который был подарен им Екатериной П, когда строили Сибирский тракт, дорогу на Урал и Сибирь. Бушковы переплатили много за стекольный завод Кононову, и что бы лес не расходовать, они его сплавляли начиная с «Котлова» и до Каспия. Лес ихний, место ихнее, и они поставили 2-х этажный полукаменный молельный дом на берегу малого пруда, староверы они были. Молиться приезжали из староверских деревень Широково и Захватаево. Тетка первой моей жены Конева Евдокия Михайловна работала в Широковской школе и учила ещё Захватаевских детей староверов. А Конев-то этот Пимон Ефимович, был политическим ссыльным, отправленный сюда из Санкт-Петербурга. Когда умер Ленин, он в лаптях ходил на его похороны. Дочь его, Нина Пимоновна, была учительницей и директором Красногорской школы. Сын, Сергей Пимонович в Валамазе жил, Алексей Пимонович учился в Широковской школе, вырос там, женился и вскоре умер. Они все туберкулёзниками были…

После седьмого класса я подрабатывал в Селифоновцах, вместе с нашими и же кулеминскими мужиками Никандром и Александром, они были мастерами серогонами. В треугольнике Коровкинцы-Кулемино-Кокман находился первый серогонный участок. На выходной день рабочих из Коробят и других соседних деревень отпускали отдыхать. А тогда серу собирали в небольшие жестянки – пирожки. У них был малый объем, а в жаркую погоду сера быстро текла. И вот меня мальца-удальца посылают посмотреть что к чему. Места те я знал, на Коровкинцы дорога проходила, да тропка знакомая, по которой я часто ходил в Коробята навещать тетю. А жил я в доме Лёшки Попова, он тогда ещё шестилетний был. Серогонный участок был между рекамиТура и Пестерь, где они соединяются на мельнице. Взял я ружье, собаку, и пошел. Через Пестерь по жёрдочке еле-еле прошел. Иду по дороге через лышняк, и вдруг собаки-то у меня не стало. Чо такое? Посмотрел на этот лышняк и кричу: «Кто там?» Он вышел. Медведь. На задние лапы встал, ну и чо, у меня ружьишко выпало, дак не заметил, как обратно Пестерь перескочил и на дороге очутился. Прихожу, а меня спрашивают: «Ты чо такой? Где был? Собака-то где?» А собака уже здесь лежит, почувствовала медведя и сбежала домой. Я говорю «Ну Вас, к черту! Там медведь ходит». Два дня потом искал ружье. Нет, не нашел. А дед у меня сторожем был, на втором серогонном участке, что на «смолокуренном», по реке Шурчумке, в трех километрах от Кокмана. Амбар там стоял с продуктами: крупа, мука, сахар, его он и сторожил. А тогда уже во всю Сметанинская шайка орудовала, колонисты Кировские. Амбар на песке стоял, вот они взади песок подрыли и все утащили. С прихода-то замок висит, рабочие пришли, открыли, а там пусто. Колония-то Кировская была, а начальником был Нагорных дядя Гера. Все на лошади ездил, под седлом. Потом колонию с Кирова передали Удмуртии. Сестры мои средняя и старшая тут же работали. Старшая в 1995 году умерла на 94-м году, жила в Кулемино, выходила замуж за Злобина Василия Ильича. Около 4-5 домов там ещё осталось. С Красногорья Лысков переехал, отец его Ларивон погиб на фронте. Лысков новый дом поставил, пруд запрудил выше старого. Колчин живет. Отец Леня у него с Сарапула был. Когда в его семье одиннадцатый родился, он повесился, а жена его Александра Варламовна, клабуковская была. Сейчас у неё в Клабуках сестра осталась. Она ещё у меня бухгалтером работала в химлесхозе. И вот нам всем пришлось платить за украденное. И я с 5 рублями уехал в Глазов учиться. А Сметанинские в 1937 году ещё ограбили магазин «Союзохотников». Приезжали на тройках. Все увезли. Они ещё пистоны раскрошили по полу, мы все ходили собирали.

И поехал я, значит, с 5 рублями поступать в Глазовский совхоз-техникум. А там набор уже закончен, и мы закатились в педучилище. То же не дали доучиться то. 37, 38 и начало 39 года. Из пяти групп нас подобрали кто пообразованнее и пошустрее, сентябрь поучили, потаскали по школам Глазова, и все, выпустили. Два года проработал в Валамазской семилетней школе.

Когда я учился в Глазовском педучилище, в 1937 году сбросили колокола с Красногорской церкви, а я в ней крестился и два раза венчался. В Красногорье-то вначале деревянная церковь была, её перевезли из Юкаменска. Там ещё судили троцкистов.

В 1945-50г.г. был зав.школой в Коровкинцах. Потом я попал в Кокманский детский дом, учителем. В бывшем доме Бушковых, на 1 этаже была семилетняя школа, а на втором жили воспитатели. Я тоже там жил в 1943 году. Директором школы была Юрьева Евдокия Кетчевна? Директором детдома был Романов. За прудом в начале плотины стояла мельница. На средине, чуть ниже стоял маленький домик в котором я жил, а ещё чуть ниже стояла пекарня, из которой выпекаемый хлеб шел в детдом. В конце плотины, где сейчас ольховник, там стоял каменный дом. Здесь было машинное отделение, 2 паровые машины стояли для замеса и закваски теста. Кузница была при детдоме. Одно время по линии народного образования директором детдома был Куталов Николай Афонасьевич. На площади стояла столовая детдома. По берегу малого пруда до парка были огороды детдома, где садили овощи. Я когда приехал вся площадь поле было, подсобное хозяйство, турнепс рос. В парке такой красивый дом стоял. Я его ещё помню, когда из Кулемино семилетним с родителями приехал. Косили они здесь ниже плотины. В этих местах потом Красногорские косили: райисполком, аптека, райпо, почта…

На входе в парк арка стояла. Между липами дорожки гравием посыпаны. Дом большой стоял, бревенчатый, на кирпичном фундаменте, с большими окнами. У меня дома на окне одна скобка, как раз из этого дома. Веранды красивые были сделаны. По краю росли акации, сирени. Красивый был парк. За парком располагались хозяйственные скотные постройки. А дальше, в 1943 году, больше ничего и не было. По берегу большого пруда у леса скотный двор был, конюшня. Где сейчас школьный двор, стеклозавод был, стояло 7 «горшков»- печей для выплавки листового стекла. Все горшки соединялись трубой, которая заканчивалась гасаментом – вытяжной кирпичной трубой, как в Валамазе, которую взорвали.

В войну детдом ликвидировали и привезли колонистов, детей-преступников. Третья колония была Ижевская. Директорм колонии был Нагорных Герман. Над каменным машинным отделением колонисты надстроили второй этаж из бревен. Со стороны дороги был сделан взвоз по которому ходили на 2 этаж из 12 комнат, в которых жили колонисты. Начальная школа была на горе в старом поповском доме. Учились 5 дней, шестой выходной попадал на разные дни недели.

Напротив парка площадь считалась торговой, куда приезжали торговать продуктами колхозники прямо с телег, или с саней, зимой. Как только отпустят воспитанников на перерыв, они тут как тут «пошихебачить». Колхозники со слезами приходят в школу: «Вот у меня это утащили, у другого - другое утащили…» Особенно этим занимались Христов, Сашка Рябина, да Кочерга. Особенно отличался этими проделками Сашка Сметанин. Ему 18 лет исполнилось. Должны были до весны его взять в армию, но не взяли – он же заключенный. И он организовал из своих шайку. Только один склад они не смогли открыть, большой, метров 20 в длину, 12 высоты, с обеих сторон были сделаны взвозы. Стоял он на площади, где сейчас дом Оли Сухих, раньше в нем зерно хранили для винокуренного завода. В 1937 году амбар от поповского дома перевезли к учительскому дому и построили стайку.

Как-то я уехал в Глазов по детдомовским делам, возвращаюсь, а у меня домик на плотине сожгли детдомовские, одни головешки остались, Пришлось перебраться в квадратный дом, где сейчас живет Элла Александровна Чувашова. Тогда, кроме меня там жили: Медведев, Федоров, Бэр. Обе печи в доме я перебирал. Кирпич брали из фундамента дома в парке, от вытяжной трубы стекольного завода. В 1948 году я построил себе дом на горе, как раз в это время сосед, Саламатов Николай, с фронта вернулся Шесть лет я учил детей в поповском доме. Потом его разобрали и перевезли для конторы лесопункта, который образовался в 1955 году. Под школу переделали спальный корпус детдома, его еще Пестеринские мужики строили. Тополя вокруг школы-их привезли из Ижевска целую машину, вон они уже какие! Потом сожгли пекарню, второй этаж спального корпуса, растащили дом Бушкова, и колонистов отправили в Ижевск. До 1952 года детдом ещё просуществовал и его закрыли.

С образование лесопункта, с Областной привезли спецпереселенцев-поволжских немцев. Бэр В.И. работал механиком. Моос Федор Федорович был комендантом, у него были сын Гена и дочь Люся. Потом они вместе с Малендорфом Матвеем и женой Масловой Анной уехали в Сызрань, ихняя дочь училась у нас. Жил здесь Нейфельд Иван Инванович, жена его Морозова Алекасндра Степановна. Оба умерли уже. Дети на фамилию матери записаны. Немцы тогда не паспортизированы были, жили без документов. Тогда же из Селтинского района, с пристани «Головизнин Язок» приехали: Степанов Николай, Гущин Александр. Где сейчас живет Бекмансурова, за этим домом стояли два пятистенных рубленных дома. Там жили Бекмансуровы и много рабочих.

Помню земляка Ворожцова Николая Семеновича. Он был капитаном, служил на Карельском полуострове, начальником пограничной полосы. У жены Татьяны сын один остался. Он приезжал в Кулемино в 1935 году. Когда уезжал, с ним женщина ехала и вытащила у него бумажник, а сказала, что он её обокрал. К нему пристали, и по приезде арестовали. Лишили звания и отправили в Узбекистан. До войны все мотал нитки из коконов шелкопряда. Перед войной его реабилитировали и отправили на фронт. Жену в Сибирь куда-то отправили. Венулся с войны майором, с двумя пальцами на правой руке. Работал в животноводческом институте в Кирове, женился на финке, с Карелии привез. Жена и дети остались в Кирове. Брат ещё у него был, Михаил, погиб на фронте.

Фефиловы и Исуповы – они родом Мухинские, Исупова Екатерина Ивановна работает в сельсовете. Сестра Елена Ивановна Сухих в Красногорье, в райисполкоме, по строительству. Брат Перминов Алексей Иванович в Красногорской администрации эколог. Отец у них Иван Кузьмич Перминов. Сигова Татьяна Петровна – в исполкоме, она Коровкинская - пять девок у отца Петра Степановича Федорова. Августа Степановна, его сестра. Живет в Балезино у дочери, вторая дочь в Ижевске. Кулемин Павлик-то моей первой жены брат, здесь жил. Он воевал, дошел до Берлина, в ногу ранило. Дом был здесь, продал, зять его уговорил переехать в Балезино, на лесобазу. А тут один после армии напился и стал буянить, милиция за ним приехала и его в машину. Он смог сломать заднюю дверь и убежал, спрятался в бане у Павла. Павел его стал будить, и тот спросонья схватил тазик и по голове его «обушмарил», на смерть. Недалеко от Балезино поймали.

Вот в Кокмане Девятых живут, то же приезжие. А Кисели-то ведь Девятенки зовут, может они от туда родом? Кисели хотели в пяти км. на речке поставить. Но вокруг глухой лес был, и, говорят, медведи не дали жить, и поэтому, яко бы, перебрались выше, на угор. Я как-то на полуденке грибы собирал, сел прибраться, Слышу, взади кто-то у меня шабаршит. Оглянулся, медвежата ко мне идут. А если мать придет? Я, братец мой, беру скорей корзину, и бежать подальше от этих друзей.

Ворожцов Никандр Михайлович.

п.Кокман.



1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   18


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет