Манифест современной терминологии



жүктеу 104.7 Kb.
Дата01.05.2016
өлшемі104.7 Kb.
түріСтатья
: rca biblio
rca biblio -> Правовое регулирование штрафа: особенности семантики понятия
rca biblio -> Дискурсивный анализ материалов массовой коммуникации А. Ю. Шевченко
rca biblio -> Когнитивный аспект медицинской коммуникации
Авербух К.Я.

(Москва, Россия)



Манифест современной терминологии

Статья опубликована:

Авербух К.Я. Манифест современной терминологии

// Материалы международной научно-практической конференции

"Коммуникация: теория и практика в различных социальных контекстах

"Коммуникация-2002" ("Communication Across Differences"),

Ч.1, Пятигорск: Изд-во ПГЛУ, 2002. - с.192-194


Подводя итоги развития терминоведения и науки о языках для специальных целей (LSP), а окончание века (и тысячелетия!) повод для этого более чем достойный, следует отметить: одним из основных результатов последних десятилетий является появление и активное развитие новой комплексной научной дисциплины – терминоведения. Она возникла на стыке целого ряда наук, главные из которых лингвистика, логика, семиотика, общая теория систем (системология) и возможно ряд других. Однако из-за того, что основная масса исследований в сфере терминологии осуществлялась лингвистами, они не могли не внести своего языковедческого мировоззрения в терминоведение. И с годами в методологии терминоведения сложилась диспропорция в пользу лингвистической составляющей, при которой комплексный подход к изучению подменялся чисто лингвистическим (что в сущности вполне объяснимо вследствие естественной инерции мышления).

Покажем это на примере определения основных понятий терминоведения. Первое, что обращает на себя внимание в определениях термина (а именно термин считается первым из основных понятий терминологической науки), - несоответствие их современным системным представлениям о терминологии. Несмотря на господствующее ныне мнение об относительности существования термина, о первичности системы терминов и вторичности ее элементов (термин существует лишь постольку, поскольку является элементом этой системы), практически все предпринимавшиеся до сих пор попытки определения основных понятий вначале адресуются к термину и только потом на основе его дефиниции к терминосистеме (терминологии). А это методологически некорректно.

Основной прием определения понятия, как известно, - определение через ближайший род и видовое отличие, поэтому точность и научная ценность определения зависят от того, насколько верно выбран ближайший род и как отражает специфику определяемого его видовое отличие. В качестве ближайшего рода в дефинициях термина по традиции (опять-таки лингвистической!) называются «слово или словосочетание», но если исходить из первичности целого (системы) и вторичности составляющих его элементов (терминов), то ближайших род окажется иным – это элемент (член) терминологии (терминосистемы) определенной предметной области.

Кроме того, и с семиотической точки зрения утверждение о том, что термин – «слово или словосочетание…» также не совсем точно, т.к. исключает из терминологического множества такие, например, знаки, как: H2O, <, ∞, ┴,║, Q, oC – общепринятые в качестве знаков специальных понятий.

Дальнейшее рассмотрение современного состояния терминологической науки приводит к выводу о том, что при всем многообразии и обилии результатов исследований отсутствует общая теория термина. Нет пока той фундаментальной идеи, того основания, на котором могло бы быть построено «здание» терминологической теории. Вспомним однако о том, что и деятельность по упорядочиванию и стандартизации терминов, и терминоведение возникли на ниве борьбы с вариативностью в сфере специального профессионального общения, материальным проявлением которой стали синонимия, полисемия и омонимия. Вместе с тем, эффективная борьба с любым явлением возможна лишь при условии изучения природы этого явления, поэтому есть все основания полагать, что теория вариативности могла бы стать тем фундаментом, на котором возникает общая теория термина.

Вариативность – фундаментальное и всепоглощающее свойство всего окружающего нас мира, и языковые объекты не являются здесь исключением, ибо варьирование – это форма существования всех языковых единиц, будь то слова в общеязыковой сфере или термины в LSP. Не вдаваясь в детали самой теории вариантов (за недостаточностью места в данном докладе) отметим лишь, что инвариантом для двух и более терминов является понятие (концепт, сигнификат), которое они выражают. Таким образом, качественно видоизменяется концепция термина: если при традиционном (по существу – лингвистическом) взгляде на термин, он рассматривался как слово (словосочетание), выражающее некое специальное понятие, то при собственно терминоведческом рассмотрении термин – это группа вариантов, объединенных в один класс по принципу идентичности выражаемого понятия. Так при традиционном рассмотрении: «языкознание», «языковедение», «лингвистика» - разные термины, при вариологическом – варианты одного термина «наука о языке».

Все лексико-семантические явления традиционно квалифицируются как случаи парадигматической вариантности, при исследовании которых терминолог исходит из частных, конкретных ее проявлений (индуктивный подход). Полную картину явлений терминологической вариантности можно получить лишь на основе дедуктивного метода, идя от общего к частному, исследуя все логические возможности варьирования.

Итак, любой знак, в том числе термин, может быть разложен на составляющие. В плане выражения термин (знак, фонетическое слово), в плане содержания он обозначает некоторый объект (денотат) и выражает понятие о нем (сигнификат). Инвариантом для определенного парадигматического ряда является, как уже отмечалось, сигнификат.

Попытаемся определить лингвистический статус вариантов термина, появившихся в результате изменения знака (фонетического слова) и предметной соотнесенности (денотата) при стабильном сигнификате.

С другой стороны, определим также и лингвистический статус терминов, не являющихся вариантами (в связи с различающимися сигнификатами у сопоставляемых знаков), поскольку эти единицы должны быть четко противопоставлены вариантам (см. таблицу 1).

Сразу же исключим из рассмотрения тривиальный и достаточно очевидные комбинации – первую (когда у терминов сигнификат, денотат и материальный знак совпадают, т.е. лексическая единица тождественна самой себе) и последнюю, когда все три характеристики различны, т.е. отсутствует базовый показатель для сравнения, чему в сфере специальной лексики соответствуют два абсолютно разных термина различных терминосистем.

Как видно из таблицы, в качестве вариантов могут рассматриваться только вторая, третья и четвертая комбинации – абсолютные синонимы (дублеты), а также синонимы и омонимы по сигнификату, т.е. только эти лексические единицы могут выступать в специальной сфере в качестве взаимозаменяемых, вариантных названий профессионального понятия (остальные – функционально различающиеся термины).

Самой очевидной и простой по критериям выделения среди других групп терминов-вариантов является группа лексических единиц, которые лингвисты называют абсолютными синонимами, а терминологи – дублетами. Возможность параллельного функционирования дублетов в тексте общеизвестна и давно утверждена практикой.

Еще одну разновидность абсолютных синонимов дают нам предметные области, в которых сосуществуют две системы обозначений ее реалий: словесная и символическая (вода - H2O, медь – Cu, градус Цельсия – oC и т.п.).

Вторая группа терминов-вариантов – так называемые синонимы по сигнификату, т.е. лексические единицы, у которых при совпадающем сигнификативном значении различны и знаки и обозначаемые реалии, объекты. Эти синонимы часто параллельно используются в публицистике и научно-популярной литературе как взаимозаменяемые наименования, например, прогностика – наука о методах исследования тенденций развивающихся объектов, а футурология – наука о будущем. Однако вследствие заметного сходства в методах и результатах исследований представляется возможным их параллельное использование при условии некоторого метонимического переосмысления.

В основе синонимии по сигнификату лежит метонимия, возникающая в результате ассоциаций по смежности одного из компонентов синонимической пары, например, «лексика – словарь» (ассоциация «одно в другом»), «пища – стол» (ассоциация «одно на другом»), «конфигурация крыла – геометрия крыла» (ассоциация «отрасль знания – объект знания»). Сюда же относятся многочисленные случаи совпадения (полного или частичного) выражаемых понятий у терминов, соотносимых с разными реалиями (космонавт – астронавт, предприятие – фирма).

Третья группа терминов-вариантов – омонимы по сигнификату, лексические единицы, принадлежность которых к вариантам обеспечивается идентичностью их сигнификатов, а принадлежность к омонимам – тождеством их знаковой формы. Различаются они лишь обозначаемым денотатом. В основе явления омонимии по сигнификату лежит метафорическое переосмысление, связанное с переносом наименования с одного предмета на другой на основе сходства объектов. Омонимы по сигнификату в одном контексте практически не используются. Такова группа терминов-вариантов.

Среди терминов, не являющихся вариантами в собственном смысле, наиболее простыми и очевидными с точки зрения определения их лингвистического статуса являются полные омонимы – термины, идентичные в плане выражения, но абсолютно несоотносимые в плане содержания, т.к. они обозначают разные объекты и выражают различные понятия разных предметных областей.

Вторая группа терминов-невариантов – это синонимы по денотату, лексические единицы, у которых совпадают лишь обозначаемые денотаты. Знаки этих терминов различны, как различны и выражаемые ими понятия, например, термин «метан» выражает химическое понятие о газе с определенным набором свойств, а «болотный газ», выражает техническое понятие о том же газе, основанное на его свойстве скапливаться в болотах.

Еще одну разновидность синонимов по денотату, связанных относительной эквивалентностью, в рамках одного подъязыка представляют явления контекстно обусловленной замены видового термина родовым. Замена может быть как в пределах пары терминов: пчела – насекомое, гранулятор – аппарат, так и целого ряда (овчарка – собака – животное).

И, наконец, третья группа терминов-невариантов – омонимы по денотату, лексические единицы, идентичные в плане выражения, обозначающие один и тот же предмет (денотат), но выражающие разные понятия о нем (или разные аспекты одного понятия), например, термин «гидроэлектростанция» в одном случае может обозначать «гидротехническое», а в другом «энергетическое понятие об этом объекте.

Итак, мы смогли убедиться, что все логические возможности варьирования составляющих знака специальной сферы использования могут быть описаны посредством всего двух лексико-семантических явлений – синонимии и омонимии, а полисемии не находится места в сфере специальной номинации.

Анализ реального функционирования терминов показывает, что все случаи отклонения от моносемичности, ранее описывавшиеся как полисемия, в действительности оказывались явлениями неверного, ошибочного употребления этого термина.

Ошибочное использование термина в рамках одного подъязыка отмечается:



  1. в случаях применения разных концепций к оценке некоего явления или феномена, например, в трактовке амплитуды как половины размаха колеблющегося тела, либо как всего размаха;

  2. в случаях метафорического использования термина наряду с его первоначальным употреблением, порождающих: а) так называемую категориальную многозначность, когда, например, термин деформация обозначает и процесс и результат, б) предметную многозначность, когда, например, термин лес обозначает и растущие деревья и лесоматериалы и т.п.

Все вышеперечисленные варианты описывались нами как парадигматические, возникающие в сфере номинации.

Однако дихотомия предполагает наличие и синтагматических вариантов, присущих сфере коммуникации.

Вместе с тем, следует иметь в виду, что отнюдь не только сферой проявления они различаются. По-видимому, у них и инварианты различны: если у парадигматических вариантов – это сигнификат, то у синтагматических – единица семантики, соотносительная с минимальной коммуникативной единицей (предложением), т.е. только при инварианте смысла высказывания (предложения) можно констатировать факт синтагматической вариантности входящих в него терминов. Синтагматическая вариантность – порождение речевой лапидарности, постоянного стремления языка к компрессии, материальным проявлением которой являются эллипсис, аббревиация, неязыковые приемы сокращения.

И наконец, подводя итоги, можно перечислить достаточно большое число переменных проблем как в теоретическом, так и в прикладном терминоведении. Большинство из них – это логические, лингвистические, семиотические, системные и прочие аспекты изучения терминов, но в данном случае речь идет о решении общетерминологических проблем, определяющих общую методологию и стратегию терминологических исследований. Выбор общеметодологической стратегии должен обусловить подход к решению той или иной из вышеуказанных тактических задач терминологических исследований.

Таблица 1.



Характеристики термина

Лингвистический статус термина

Пример термина

Сигни-

фикаты


денотаты

знаки



= *

=

=

Тождественные термины





=

=



Абсолютные синонимы (дублеты)

Языкознание – лингвистика – наука о языке.

Шнек - червяк





=





Синонимы по сигнификату

Прогностика – футурология, лексика - словарь



=



=

Омонимы по сигнификату

Память – память (компьютера), гусеница – гусеница (танка)





=

=

Омонимы по денотату

Гидроэлектростанция (энергетич. / гидротехнич.), религия (церковн. / атеистич.)







=

Полные омонимы

Морфология (естествозн. / дингвистич.), опреация (воен. / медицин. / банков.)





=



Синонимы по денотату (эквиваленты)

Метан – болотный газ, укол - инъекция









Абсолютно разные термины


* В графе с соответствующей характеристикой ставится знак =, если данная характеристика у терминов совпадает и знак ≠ в случае их несовпадения.


Сведения об авторе:

Авербух Константин Яковлевич



Научно-производственая фирма АРКОН, директор,

доцент, кандидат филологических наук



©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет