Название: Первый Союзник



жүктеу 6.6 Mb.
бет1/17
Дата28.04.2016
өлшемі6.6 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17
:
The First Ally

Yesterday is farther than you think.

Название: Первый Союзник


Автор: Lala Sara
Количество слов: около 186 тысяч.
Фандом: Sherlock BBC/The Last Enemy (fusion: Stephen Ezard=>Sherlock Holmes)
Пэйринги: Шерлок/Джон основной, множество побочных практически всех видов, и вообще все сложно. Графика только основного пэйринга.
Рейтинг: NC-17.
Предупреждение: brainfucking (оно же жанр); знакомые персонажи могут предстать в незнакомом свете (но для того, чтобы не спойлерить, не буду говорить, кто это там неожиданно dark!), так что OOC и AU в качестве предупреждения тоже не помешают. Смерть OMC.
Жанр: кейс, драма. С элементами всего остального, вплоть до стеба. Но я до сих пор не знаю, как люди умудряются писать строго в одном жанре.
Бета и прочие буквы греческого алфавита: Мойра О’Кей.
Авторские замечания: С начала и до конца исключительно POV Джона (или это в предупреждения?), причем от первого лица.
Во время фика пострадало: несколько рассказов и повестей сэра Артура Конан-Дойля, мутировавшие в… ну, что выросло, то выросло; бесчисленное количество драбблов и мини, которые так и не появились на свет из-за того, что мозги автора были заняты этим макси – вы можете лицезреть части их тел разбросанными по нему в художественном беспорядке; кстати, о мозгах: пострадали мозги Шерлока и Джона – в пух, а также автора и беты – в прах, не говоря уже о том, сколько пострадает мозгов читателей. Не пострадал серьезно почему-то ни один Мор, хотя не от недостатка нашего коллективного желания.
Для фьюжна использованы на самом деле четыре вселенные: Последний Враг, Шерлок BBC, произведения Артура Конан Дойля и реальный мир. События Последнего Врага перенесены на 2005 год; из Шерлока использованы только события первого сезона и при написании были сознательно игнорированы тогда ещё спойлеры на второй; использованы имена и сюжеты из произведений сэра Артура Конан Дойля (включая те, что вошли во второй сезон); также в данном фьюжне используются реальные события, имена, факты, даже люди в целом (да простит меня Дэррен Браун). Кстати, между реальностью и этим миром были сделаны некие различия, так вот они были сделаны по большей части специально, а не от того, что не была изучена матчасть. Ну, в основном.
Пожалуйста, пользуйтесь для непонятных слов и выражений Гуглом, ссылок не будет :Р Мультитран, Википедия и полное собрание сочинений АКД также вам в помощь – do your research самостоятельно! Не хочу напрягать читателя кучей ненужных деталей. Если что-то от него ускользнет, так тому и быть, если он сам заметит что-то, что я считаю остроумным, - молодец.
Disclaimer: Все вышеперечисленное принадлежит тем, кому принадлежит, использованные персонажи и реальные люди имеют лишь отдаленное сходство с теми, с кого списывались, все описанное происходит в каком-то своем, параллельном всем этим, мире. А вот он принадлежит мне и только мне! Уа-ха-ха!
Саммари: Правда/Фантазия, Сон/Гипноз, Любовь/Зависимость. У каждой карты есть перевернутая позиция.

Обложка.

Тайна – первый союзник бандита. За предложением никому не говорить всегда стоят несколько целей. Во-первых, с пошедшим на тайную встречу можно делать все, что не получается при огласке. Во-вторых, обещание хранить тайну означает вступление человека в такие отношения, которыми потом можно при случае (не при каждом) шантажировать.

Владимир Войнович «Дело № 34840»

1. The Right To Disappear
Право На Исчезновение

Шерлок Холмс не берет дел об исчезновениях людей, какими бы интересными те ни были. Он, видите ли, уважает право человека на исчезновение. И уговоры неэффективны. Нет тела – нет дела, - это принцип «единственного в мире» консультирующего детектива. Каждый раз, когда мне не удавалось уговорить Шерлока расследовать очередное дело об исчезновении (нет, Лестрад их никогда не приносил, очевидно, давно смирившись с этой прихотью социопатического гения, это я сам иногда улавливал их в новостях), мне казалось, что я кого-то подвел. Если честно, я даже не знал, кому сочувствовать больше - самим потерявшимся, или их близким. К сожалению, Шерлоку нельзя было доказать, что не все исчезнувшие сделали это по доброй воле. Любящая жена и дети? Сбежал к любовнице. Престижная работа и состояние? Отправился на поиски самого себя и смысла жизни. Пока не всплывет труп, или хотя бы не появятся требования выкупа, Шерлок не пошевелит и извилиной, не то, что пальцем. Складывалось впечатление, что он своим мнением вполне оправдывал действия той же Janus Cars - организации, чья подпольная деятельность заключалась в предоставлении нуждающимся легкого перехода из одной жизни в другую (и загробная тут в виду не имелась). Той самой организации, которую во время Большой Игры буквально сдал нам Мориарти, из собственных закромов, к сожалению, не сильно обедневших от этого. Единственные, чьё право потеряться Шерлок всё-таки не жаловал – это дети. Но даже детей он считал достаточно самостоятельными для таких решений уже с десяти лет, прям как наше дорогое Правительство. Возможно, это семейное. Некоторые, знаете, судят по себе. Несмотря на то, что ворчат, какие все вокруг идиоты. Впрочем, я не знал, хотя смело предполагал, каковы были Холмсы в детстве.

Да, я был не в самом лучшем расположении духа за завтраком. Мне снилось, что я потерялся в пустыне, с истекающим кровью солдатом, которому я не мог помочь, так как в аптечке кончились лекарства, кровь никак не останавливалась, а нас всё не спешили спасать. На самом деле, единственное, что я помнил, проснувшись - это звук статики в молчавшей рации и ощущение беспомощности, но остальное было не трудно додумать – подобный сон мне снился не впервые.

Поэтому-то я (дураки же не учатся на своих ошибках) и попытался снова уговорить Шерлока расследовать дело об исчезновении, прекрасно зная, как он к этому отнесется. Чего в этом поступке было больше – моего сочувствия к пропавшему и его семье, или элементарного желания выплеснуть негатив, я не знаю.

- Джон, я не понимаю, это же ты всегда разглагольствуешь о праве на личную жизнь, - нахмурился Холмс, кроша тост на криминальную колонку Таймс.

- Если бы это был я, - в голове всё ещё звучал белый шум статики, а под веками перекатывалась песчаная поземка, – если бы я исчез, Шерлок? Ты тоже не стал бы меня искать?

- Если бы ты сам хотел исчезнуть… Нет, я не стал бы тебя искать, - вырвал у меня газету Шерлок, заглушая её шуршанием скрип своих зубов. – Ну, я так и думал – нет никаких оснований считать, что этого… Джона Хёксфорда похитили.

Он в раздражении пролистал газету дальше. На Daily Mail была подписана миссис Хадсон, и этот таблоид оказался в моих руках совершенно случайно. Я был преданным читателем The Guardian, Холмс, разумеется, предпочитал The Times и Daily Telegraph. Таблоиды вроде Daily Express и Daily Mail приходили к нашей домохозяйке.

- У тебя опять был кошмар, - констатировал Шерлок, ничуть меня не впечатлив – человек, который с утра пораньше срывает злость на своем в кои-то веки ни в чем не провинившемся соседе, вполне очевидно не слишком хорошо спал.

- И? – передернул я плечами.

- Возможно, с этим, наконец, что-то нужно делать.

- Интересно, что с этим вообще можно сделать, - проворчал я себе под нос, заканчивая с завтраком.

Вечером того же дня после ужина в наш дом, с папкой под мышкой и неизменным зонтиком, вторгся Майкрофт Холмс. Явно не светский визит (да, бывали и такие), - вычислил я по наличию папки. Значит, опять дело государственной важности, и нам с Шерлоком придется изображать Джеймсов Бондов. Интересно, когда с меня возьмут подписку о неразглашении? Вот уже седьмое дело от Майкрофта, а я до сих пор не связан никакими обязательствами. С одной стороны, подобное доверие мне льстило, но отсутствие должного порядка, в то же время, смущало.

Когда-то я прямо спросил Шерлока, чем всё-таки занимается его старший брат, и он ответил, слегка язвительно:

- Он, также как и я, консультант. Только если я консультирую Скотланд-Ярд, он консультирует кое-кого повыше.

- Консультирующий политик, такой же единственный в мире, как и ты? – рассмеялся я тогда.

- И не только политик. Консультирующий шпион, - рассмеялся со мной Шерлок.

- Консультирующее правительство, - не унимался я.

- Добрый вечер, Шерлок. Джон, - сейчас улыбался одними губами тот, кому мы тогда присвоили титул «Консультирующее Правительство».

Зонт-трость простукал в гостиную, и эти два кошака, сев друг напротив друга, начали играть в традиционные гляделки. Только утробных завываний, сопровождающих противостояние настоящих котов, не хватало - Шерлок не взял обычную в таких случаях скрипку, после того, как принял из рук Майкрофта папку и просмотрел её за пять минут.

- Почему твои люди не занимаются этим? – наконец, скривив губы, произнес Шерлок.

- Расследование в России должно пройти абсолютно неофициально.

- В России? – скривился уже я. Покидать страну в мои ближайшие планы не входило. Впрочем, я и планы – дешевое развлечение для Бога. Я привык.

- Можно подумать, у тебя нет для этого специальных людей, - фыркнул Шерлок.

- Есть, но их слишком мало. Случай единичный, и мне не хотелось бы отрывать их от более срочной работы. Это всего лишь проверка, Шерлок. Я бы предпочел поручить это дело тебе, но сейчас, чем им, но когда, или если статистика увеличится.

- Низложение Российской мафии ты считаешь «всего лишь проверкой»?

- Мафия? Российская? – мне вдруг подумалось, что кошмар сегодня был в руку. Только вместо песка должен быть снег. Что там делают российские мафиози со своими врагами? Итальянские закатывают ноги в цемент и топят, а российские? Наверняка не обходится без «оставляют в снежной пустыне умирать».

- Это всего лишь разведка, никто тебя не просит их «низлагать», не пугай Джона, Шерлок, - укоризненно поцокал языком старший Холмс.

- Для тебя «мистер Ватсон»! – возмутился фамильярностью брата младший.

- Какие мы ревнивые, - промурлыкал Майкрофт, прикрывая глаза. – Кстати, ты сейчас попросил называть «мистером Ватсоном» Джона или самого себя?

- Клянусь, ещё одна матримониальная шутка в наш адрес… - возмутился уже я.

- И? – проиграл Шерлок в гляделки брату, чтобы с любопытством посмотреть на меня. Майкрофт чуть ли не заурчал триумфально, устраиваясь в кресле удобней.

- Ничего… - неожиданно смутился я. – Просто… Я думал, ты женат на своей работе, - ляпнул я первое, что пришло в голову.

- К сожалению, узаконить подобные браки ещё сложней, чем однополые, поэтому, боюсь, Шерлоку придется довольствоваться…

- Ну всё, с меня хватит! – прервал я старшего Холмса и вышел из комнаты.

- И кто его пугает? – упрек в голосе Шерлока был чересчур явным, чтобы быть настоящим.

Разумеется, я понял, что этим двоим просто нужно было пошептаться без свидетелей, а будучи теми, кто они есть, они считают способ выпроводить меня вежливой просьбой слишком скучным, поэтому мне вот уже который раз приходится им вот так подыгрывать.

- Ну, мне паковать шубы и ушанки? – спросил я младшего Холмса, когда за старшим закрылась дверь.

- Осталось только найти официальное дело в России, - открывая ноутбук, ответил Шерлок.

- А?


- Ну, не думаю, что мы сойдем за туристов, Джон.

- А, - дошло до меня. - Дело же «абсолютно неофициальное». Значит, спать ты сегодня не будешь? – больше констатировал, чем спросил я. Шерлок только что-то буркнул утвердительное.

- Джон, - окликнул он меня, когда я, убедившись, что от ноутбука его сейчас ничем не оттащишь, пошёл в свою комнату.

- Да?


- Я могу съездить и без тебя, если…

- Нет, медведи на улицах меня не пугают, и мороз тоже, - усмехнулся я. – К тому же, если дело и вправду опасное…

- Конечно, прости, я и не помышлял отнимать у тебя твою дозу адреналина, - фыркнул Холмс.

- Можно подумать, дело в этом, - проворчал я себе под нос, поднимаясь к себе.

- Я нашёл дело, мы вылетаем в полдень, - проснулся я от привычного «будильника» с низким приятным голосом, – Шерлок никогда не стеснялся будить меня, врываясь в мою спальню. Кошмар, всё тот же, посетил меня где-то в середине ночи, но мне удалось потом заснуть, или, скорее, в изнеможении отрубиться, поэтому я относительно хорошо выспался и находился в опять-таки относительном благодушии.

- М… - попробовал я сказать что-то, но Шерлок меня перебил.

- В Москве на ближайшие три дня обещают днем не ниже -15, так что ушанки отменяются. Но свитера упакуй все.

- Мои тебе малы, - повернулся я на другой бок.

- Это не заставит меня купить себе собственный, Джон, - донеслось уже с лестницы.

От одной перспективы одевать парку вместо легкой куртки у меня свело в животе, мне всегда чудился под ней «жилет смертника», но деваться было некуда. Неизвестно, на какое время затянется это дело, трёх дней может не хватить, а гулять в двадцатиградусный мороз по улице в куртке, даже со всеми моими свитерами под ней, было бы не слишком разумно. По хорошему, на Шерлока нужно бы ещё и шапку надеть, мне хватило его прошлогоднего отита, но эта миссия была из разряда невыполнимых. Единственные эксперименты, которые он ненавидел – это эксперименты с его одеждой. Это уже не социопатия, это уже обсессия. (Да, я провел свое исследование. Скоро я запросто смогу повысить свою квалификацию доктора ещё и в области психологии.) Не спорю, ансамбль подобран великолепно, и вообще-то я сам не слишком большой экспериментатор в этом отношении, и уж тем более не модник. Но понять то, как простая мысль о смене одежды или добавлении других элементов в этот самый «ансамбль» приводит Шерлока в ступор, я не в состоянии. Менял он разве что рубашки, всё остальное у него было неизменным, мороз там или жара…

Собранный с вечера походный чемодан приземлился рядом с сумкой Шерлока у порога.

- Ты предупредил Лестрада, что нас не будет? – спросил я спину, уже облаченную в неизменное пальто. Шерлок смотрел в окно, явно что-то обдумывая.

- М?

- Лестрад, ты же его предупредил?



- Зачем?

- Он будет волноваться…

- Волноваться? – Шерлок фыркнул. - Он знает.

- Хорошо. Знаешь, все считают, что у тебя нет друзей, ну, кроме меня… в обоих смыслах - я друг, и я не считаю… Но вот к примеру Грегори… - я хмыкнул. – Он ведь твой друг. Он волнуется. Потому что друзья имеют свойство волноваться.

Иногда Шерлоку стоило напоминать о таких вещах, так как социопаты не видят простых эмоциональных связей. Особенно если они завуалированы понятными им деловыми отношениями. Стоило бы, конечно, поговорить о себе, но про Лестрада тоже было неплохо для начала.

- Лестрад, да… - неожиданно не стал возражать данный социопат. – Он практически семья, - кивнул он.

- Семья? Эм… Когда ты говоришь «семья»… Это же вроде того, как череп – твой «друг»?

- Да нет, можно сказать, формально… Ты хочешь сказать, что не заметил? – он повернулся и наклонил голову, рассматривая меня.

- Чего? – смутился я.

- Нет, ничего, - усмехнулся он.

- Ты опять что-то не договариваешь, - нахмурился я, поняв только то, что ничего не понял. – Шерлок, я бы всё-таки хотел надеяться, что я тоже твой друг, но, в то время как я для тебя – открытая книга, ты ничего не рассказываешь мне… - о черт, это прозвучало как бабское выяснение отношений. Я провел ладонью по лицу. Немного помогло.

- Ну, к примеру, почему вы с братом так… не ладите? – переключился на конкретику я, вспомнив вчерашнее, хотя моё определение этих отношений оставляло желать лучшего. «Не ладите» - это все, на что я способен?

- Я не думаю, что тебя заведет мой рассказ о том, как и за что я не люблю Майка… - Шерлок подошёл ко мне близко-близко и очень внимательно вгляделся в глаза, как будто выискивая признаки того, что меня и впрямь могут завести такие разговоры. Боже мой, он что, и, правда, употребил слово «завести»? В каком смысле – в техническом? Я представил в себе пружину. Да, она определенно там есть, и Шерлок периодически её накручивал. В этом, что ли, смысле?

- Хитроу ждёт, - резко вырвал он себя из моего личного пространства и, схватив свою сумку, вылетел на улицу.

- И именно поэтому ты со мной и разговариваешь, - усмехнулся Шерлок уже в такси.

- Что?


- Потому что диалог со мной – как минное поле, - озвучил он сравнение, которое я пытался придумать. Да, разговаривая с Шерлоком, никогда не знаешь, когда тебя разорвёт на клочки. Недаром анаграмма от Sherlock Holmes была More Shell Shock. Абсолютно точное определение. Одно время я его так про себя и звал – Шелшок. Шелшок Моор. Замечательное имя для комиксов. Когда-нибудь я нарисую по своим рассказам с блога комикс, «Shellshock More The Dark Knight: Adventures of Non-Hero and his sidekick Non-Date». А дома их будет ждать верная Не-Домохозяйка.

- Я не хочу разговаривать с тобой, я хочу, чтобы ты со мной разговаривал, - опять проворчал я про себя, вздыхая.

В самолете Шерлок дал мне папку, которую принес Майкрофт. И тогда я увидел уже знакомое имя Джона Хёксфорда. Пропал 20го февраля из Лондона, обнаружен, о чем в газете не сообщалось, 22го на вокзале Ливерпуля с атипичной потерей памяти. И далее полная папка аналогичных случаев из России.

Атипичность потери памяти выражалась в том, что, при незатронутых общих знаниях о мире и профессиональных способностях, личная, биографическая память была полностью стерта. И никаких следов травмы, физической и психологической. Из всех ста с лишним случаев в России наблюдалось частичное восстановление памяти, но сценарий «вспомнить всё» никому так и не удался. Также по отрывочным воспоминаниям о собственно актах похищения и жизни после, можно было судить о том, что действовала какая-то преступная организация, или организации, использовавшие похищенных в своих целях. На мой взгляд этим надо было заинтересоваться не только потому, что в Англии произошло что-то подобное… Впрочем, возможно, именно поэтому мы сейчас летим в Москву, а не едем в Ливерпуль.

- Это чудовищно. Почему разведка до сих пор не… Куда смотрят службы России? – вопросов было много, но я осознавал, что они в основном риторические.

Шерлок покопался в папке, которая всё ещё находилась на моих коленях, выудил один лист и положил его сверху.

- Они осведомлены, как видишь, - объяснил он свои действия.

Я вчитался в лист внимательней. 2003 год, из закрытого города Железногорска пропал физик-ядерщик Сергей Подойницын. В 2005 вернулся со всё той же атипичной потерей памяти. С тех пор секретные службы засекретили и дело, и, как говорится, тело.

Ну да, пока что-то не будет касаться лично их… Ох уж эти политики-шпионы-правительство… Значит, чтобы заинтересоваться этим делом, нужна была жертва на своей территории? Что-то мне это напоминает…

- Но ведь дело не в жертвах, - озвучил я внезапно ужаснувшую меня мысль. – Не в этой сотне людей…

- Их гораздо больше. Никто не ведет учет тех же бомжей, да и психиатрические учреждения не часто жаждут помочь подобным людям. Им проще держать их у себя без вопросов, чем искать им их прошлое. Сколько аналогичных жертв на улицах и в психушках, неизвестно. В этой стране ежегодно пропадает по 77 тысяч, не находятся 8, ни живыми, ни мертвыми.

- Надо же, тебя это возмущает. Как же твое любимое «право на исчезновение»?

- О, дурное влияние Майкрофта, эта лекция вполне в его духе. Но не обольщайся, я возмущаюсь по большей части разгильдяйством внутренних сил России, нежели самим фактом пропаж. Человек имеет право не только на исчезновение, но и на потерю памяти. Нет, разумеется, не в этих случаях, они очевидно насильственные. Кое-какие из них…

- Так всё-таки дело не в самих жертвах? – вернулся я к поразившей меня мысли. – Психотропное оружие?

- Одна из версий.

- Одна из версий? А какие тут могут быть ещё версии?

- Несколько. Но я, прости, не буду их озвучивать.

- Ты только представь, если можно будет стереть личности у населения целых городов… армий… Армий, Шерлок! Если ты не помнишь, где твоя Родина, твоя семья, ты спокойно пойдешь воевать против них. Это… - я потонул в жутких картинах.

- Армия зомби. Их так называют, «русские зомби».

- Только Россия? Почему?

- Подозреваю, именно из-за разгильдяйства местных властей. Хотя могут быть другие причины, мне хотелось бы их узнать. Да, кстати, - Шерлок извлек из кармана сложенный вчетверо лист и протянул мне. – Наше официальное дело.

На бумажке был адрес некоей Марии Южаниной.

- Исчезновение её… близкого друга, - пояснил Холмс, слегка запнувшись на определении.

- Думаешь, его тоже похитили, как и предыдущих? – спросил я. Холмс вполне мог найти во множестве дел об исчезновениях нужное. И расследовать его по горячим следам.

- Это будешь выяснять ты.

- Что?


- Я пойду в Институт имени Сербского, где держат большинство жертв, ты – по указанному адресу.

- Но…


- Что?

- Ты серьезно решил доверить это мне?

- Уверен, ты быстро разберешься. У меня на это ушло пять минут разговора с пострадавшей в онлайне. И то большую часть времени заняли попытки добиться нужных ответов – бедняжка немного не в себе.

- Представляю… Так… Шерлок, ты уже знаешь разгадку? Тогда какой смысл?

- В деле-прикрытии есть только один смысл – прикрытие.

- Ладно, - усмехнулся я. – Разгадку ты, конечно, мне не скажешь? Но это не связано с нашим основным делом, иначе ты бы не упустил случая расследовать свежее дело с момента его возникновения. Но и не настолько просто, как поменявший объект поклонения поклонник, так как это слишком очевидно, это ответ по умолчанию. Хорошо. Вызов принят.

- Шерлок?.. – догадался я уже по дороге из аэропорта в отель. – Ты ведь поручил мне это дело, чтобы я понял, за что ты не любишь подобные, и раз и навсегда заткнулся о них? - Видимо, он решил, что прошлого раза с Фрэнки Кэрфакс мне не хватило. Ещё бы, тогда ведь был прав я. Иногда людей действительно похищают, против их воли, надо же.

- Блестящая дедукция, Джон, - почти без сарказма сказал Холмс.



Ну да, иногда Шерлок меня «учил». Со вздохом уступал мне, чтобы я на практике понял, что он не просто капризничает, что все его привычки и убеждения имеют под собой крепкую почву. Объяснять он не любил, возможно, потому, что я был слишком глупым для его объяснений. Каждый раз ссориться из-за того, что я не соглашался с ним, как доктор, или как человек, нам обоим не нравилось. После того, как я расстался полгода назад с Сарой, у меня были все шансы стать алкоголиком, так как уйти из дома после таких ссор я мог только в паб или к Гарри, что было равнозначно по количеству доступного алкоголя. К счастью, Шерлок придумал способ прекращать ссоры по самым частым поводам с помощью наглядной демонстрации.

Первой была проблема с его «диетой». «Процесс пищеварения отвлекает от мыслительного», - его объяснение было для меня бессмысленным. Я-доктор не мог смириться с ним. Шерлок уступил. Он поел при мне во время одного напряженного дела. Только чтобы исторгнуть весь ужин во время засады, в каком-то переулке. Мало того, он к тому же долго не мог есть даже после завершения дела. Он не сказал мне «Ну я же говорил», по крайней мере, не словами. Больше я не заикался о еде во время дел. На самом деле, во время работы Шерлок находится в состоянии такого напряжения и возбуждения, что весь его организм переживает сильный стресс. Я долго наблюдал и выяснил, что у моего соседа бывает три состояния организма. Первое - напряженное, которое наступает во время усиленной деятельности, как умственной, так и физической, во время которых его внутренние органы не могут работать в нормальном режиме, включая мозг. Шерлок пытался, также по моему настоянию, спать во время дела, также с довольно печальными последствиями - заснуть он так и не заснул, но после того, как у него кончились мысли по делу, а добывание новой информации ему было запрещено, он впал в тревожное состояние, и его мозг не только не отдохнул во время вынужденного безделья, но, наоборот, был измучен настолько, что отказывался работать. Всю оставшуюся часть расследования по Шерлоку было видно, сколько он не спал (хотя обычно, когда он работает без прерываний, он остается в активном состоянии гораздо дольше). При всём при этом эта стадия активности сопровождалась периодическим впрыскиванием эндорфинов во время «эврик», которые и позволяли организму этот стрессовый период пережить. Вторым состоянием было расслабление. Оно наступало после удачно завершенного дела. Организм приходил в норму, появлялся аппетит, Шерлок ел, спал, в общем, баловал организм. До тех пор, пока в мозгу не кончался эндорфин, впрыснутый туда во время дела. Тогда начиналась стадия третья – скука. Нет, не так. СКУ-У-У-УКА. Мозг снова устраивал организму стресс, психосоматически третируя его. Я очень хорошо успел познакомиться с тем, что такое психосоматика, на собственном опыте. К сожалению, у Шерлока имелось от его собственных психосоматических проблем такое же лекарство, каким он вылечил меня, то есть бегание по крышам, реальным и воображаемым. Но так как эндорфины во время затишья не вырабатывались, Шерлок заменял их единственным топливом для организма, которое могло также поддерживать его – адреналином. Без адреналина у него наступала депрессия. Также не забываем, что адреналин присутствовал и в первой стадии. Шерлок во время пиков напоминал тяжелого алкоголика, который способен питаться одним алкоголем. Шерлок способен питаться одним адреналином. Вот только в алкоголе есть какие-то калории, в адреналине – нет. Сошлись на том, что во время пиков Шерлок потребляет легкоусвояемые «батарейки», не вызывающие отторжения. Молоко, яйца, сахар, шоколад. Вместо фруктов и овощей пришлось найти оптимальный комплекс витаминов и минералов. Я всё ещё опасался за его пищеварительную систему, которая уверенно забывала, как работать, поэтому последнее время заменил молоко на кефир и йогурт, для лучшей наполняемости желудка. Шерлок, правда, к ним так и не привык, каждый раз морщась, для его вкуса это было просто прокисшее молоко. После моего ухода с работы Холмс уже полгода оставался моим единственным пациентом, так что нет ничего удивительного, что теперь к своему резюме я могу прибавить ещё и «диетолог».

Что же насчет самой причины подобных симптомов, то у Шерлока наблюдалось, похоже, биполярное аффективное расстройство, причем довольно высокого уровня, хоть и с кратким периодом гармонии. Единственное «но» - стадии не были случайными, они определялись вполне объективными причинами – наличием пищи для ума. Поэтому как клиническое состояние это не рассматривалось. Но всё равно мне пришлось изучить этот синдром - клиническое, не клиническое, а симптомы те же. Я уже говорил, что с Шерлоком я смогу в скором времени стать ещё и психопатологом? Да, Шерлок - живое собрание психопатологий. Ещё у меня была теория насчет того, почему все считают его холодным и неэмоциональным, хотя это далеко не так. Он, наоборот, излишне эмоционален, и длина волны высоких амплитуд его настроений подчас настолько мала, что он, как те пациенты в “Awakenings”, находился в параличе, но в своем, эмоциональном. И мне ещё предстояло найти для него его собственную L-Dopa.

Итак, я-доктор уже убедился в том, что Шерлок не просто так живет в том ритме, в каком живет. Теперь черед меня-человека убедиться в том, что, по крайней мере, одна из его «причуд» может быть не совсем лишена оснований. Хотя, - пообещал я себе, - какой бы ни была разгадка, я не обязан сводить всё к статистике. В конце концов, то дело, которое мы взяли у Майкрофта, уже является исключением. И даже он сам это понимает, раз взялся за него.

- Не бойся, в НИИ Психотехнологий я без тебя не пойду, там может быть опасно, - успокоил меня Шерлок в нашем номере гостиницы, после ланча. - Но с профессором Кекелидзе мне нужно переговорить наедине.

В Москве днем была такая же температура, как у нас ночью, то есть как раз та температура, к которой мы, можно сказать, привыкли, поэтому я больше не упоминал тему одежды. Хватало и мехового воротника, который Шерлок пристегивал к своему пальто в таких случаях. Но всё-таки что-то беспокоило меня. Я вообще не любил разделяться с Холмсом, хотя понимал разумность такого подхода. В незнакомом месте моё беспокойство было настолько сильным, что Шерлок его заметил, судя по ободряющему похлопыванию по спине.

- Ты не забудь, что у меня здесь нет оружия, - напомнил я ему. - Не ставь нас под пули своими действиями. Майкрофт сказал – только рекогносцировка. Будь осторожен. Мне не хватало потом найти тебя в какой-нибудь психушке в диагнозом атипичная амнезия.

Мой личный социопат только криво улыбнулся:

- Достать оружие в России – не проблема.

Мне ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть и, выйдя из отеля, разойтись с ним в разные стороны, надеясь, что он не пошёл прямиком к подпольным торговцам оружием.

Мария Южанина оказалась молодой симпатичной девушкой лет шестнадцати, хотя что-то выдавало в ней «ботаника». Нет, не очки – очков у неё не было, хотя, кажется, она носила контактные линзы. Возможно, уже намечавшийся шейный сколиоз, выработанный сидением за компьютером.

- Мистер Холмс?

- Нет, простите, Шерлок не смог… кхрм… Я его коллега, Джон Ватсон. Прошу вас, расскажите мне всё так, как рассказывали ему, с самого начала.

В её глазах проскользнула легкая обида. Я почувствовал себя неловко, а потом разозлился на Шерлока и на себя. На Шерлока - за то, что он, зная разгадку, послал меня сюда без ответов, которые могут облегчить боль этой девушки, а на себя - за то, что не подумал об этом сразу, проклятое тщеславие: «Вызов принят!» Тьфу.

- Мне посоветовал мистера Холмса кто-то из онлайновых друзей, поэтому я оставила описание моей проблемы на «Науке дедукции», - девушка говорила на хорошем английском, хоть и с легким акцентом. - Прошло уже два месяца, и я не ожидала… Скажите, только честно, у меня есть шанс?

- Можете не волноваться, Шерлок Холмс - самый лучший сыщик Англии, а возможно, и мира, - слегка прихвастнул я, уверенный в том, что хваленый сыщик уже разгадал дело, а значит, стоит хотя бы заверить бедную девушку в том, что всё будет хорошо.

- Вы уже знаете, что я разыскиваю человека, не зная о нем почти ничего. Разумеется, из-за этого смысла идти в милицию нет никакого. Но я боюсь, что с ним что-то случилось. Ладно, признаюсь –я боюсь, что это я сама виновата в том, что он пропал. Прошло уже почти три месяца, он не мог так надолго пропасть, даже если бы сердился на меня. Я кажусь вам сентиментальной дурочкой? – Я отрицательно мотнул головой. – Да не стесняйтесь. Я знаю, что именно такое впечатление и произвожу. Но мистер Холмс со вниманием меня выслушал… Меня ещё никто не принимал всерьез по этому поводу, все считают, что он меня просто «поматросил и бросил». В общем, встретила я его почти год назад. Вы… Вы знаете «Баффи», сериал? – Я неуверенно кивнул. То, что ты - гик со стажем, сложно признаваться солидному врачу и ветерану, – Вот он такой же, как Ангел. Мне кажется, что практически во всем, что меня больше всего и беспокоит. Нет, я, разумеется, не верю в существование вампиров, но темная сторона, знаете… Люди могут быть не меньшими монстрами, чем вампиры.- Я понимающе кивнул. – В общем, появился он в моей жизни так же загадочно, как Ангел в жизни Баффи. Таинственный незнакомец, который следит за тобой… Первый раз было страшно – я думала, он хочет на меня напасть или что… Испугалась. Но после именно он отогнал на самом деле напавших, вернее, больше напугавших меня. Я даже не успела поблагодарить – он исчез. Но на следующий вечер снова следил за мной. Так я поняла, что он – мой ангел-хранитель. Ну и просто – Ангел. Наконец, мы всё-таки заговорили друг с другом. У нас нашлись общие интересы и вообще… И главное, что сейчас очень редко – он был идеальным джентльменом. В общем, мы подружились.

- Простите, что перебиваю, но где именно и при каких обстоятельствах вы всё-таки познакомились и как потом встречались? – Мария создала увлекательный эмоциональный образ своих отношений с таинственным «Ангелом», но Шерлок бы сейчас задал именно этот вопрос.

- О… Простите, я увлеклась. Первый раз я увидела его в клубе. По сути, это был мой первый по-настоящему крупный «выход в свет». У нас в доме строгие порядки, мать с отчимом держали меня в ежовых рукавицах, поэтому это был такой прорыв. Хотя на самом деле меня всё это не увлекает, я лучше сериал дома посмотрю, но дело было в самом запрете, я не умею бунтовать, никогда не ослушивалась родителей, но неприятное ощущение, что у меня что-то отнимают, оставалось. Поэтому, когда мне, наконец, после долгих дебатов разрешили пойти со знакомыми в клуб, это было прецедентом для меня. Я буквально отрывалась, хотя во вкус так и не вошла. Второй раз я пошла чисто из упрямства, типа отгулять за все предыдущие годы. Разумеется, тогда и нарвалась на тех хулиганов, которых отогнал Ангел. Но если бы не он, я бы больше не пошла, если уж честно. Сначала хотела отблагодарить, а когда, наконец, набралась смелости, чтобы сказать ему спасибо…

- В каком клубе? – опять напомнил о деталях я.

- Ой, простите. Встретились мы в клубе Ангелов. Да, это сводится все к тому же. На самом деле было три повода назвать его Ангелом – он выступил в качестве моего ангела-хранителя, был похож на Ангела из «Баффи» и встретились мы в клубе Ангелов.

- Так это вы его так назвали? В смысле, Ангелом.

- Да.


- А он сам как-нибудь представлялся?

- Нет… После того, как он пропал, я долго себя изводила по этому поводу – почему я не узнала, как его зовут на самом деле?

- Он знал о том, что вы его так называете?

- В смысле?

- Ну, вы звали его так за глаза, или в лицо?

- О, боже, ну сначала за глаза, но когда мы познакомились… Надо было дождаться, пока он скажет своё имя, а я… Даже если бы он назвался ненастоящим, возможно, это что-то бы дало, а так – я не знаю о нем ничего, кроме прозвища, которое сама же ему дала… Дура.

- И дальше вы продолжали встречаться в том же клубе?

- Да, обычно забивались в какой-нибудь удобный угол, подальше от обслуживающего персонала, и тянули по одному коктейлю за вечер. Мы оба не настолько богатые, вход там дешевый, но всё остальное жутко дорогое.

- Значит, вы в курсе его финансового положения…

- Ну, он всегда за меня платил, но не стеснялся того, что не может себе многого позволить, не рисовался, как другие, знаете, когда хотят произвести впечатление на девушку. Это мне в нем тоже нравилось.

- Он говорил что-нибудь про свою работу, занятия, профессию, может, хобби?

- «Баффи» он смотрел, если что, - девушка грустно улыбнулась. – Как вы уже поняли, я большой фанат, и в доме все в курсе, и не просто в курсе, со мной иначе разговаривать не получается, ну вы уже поняли…

- Но ничего о работе или профессии?

- Нет, боюсь, он ничего не говорил.

- Когда он отгонял хулиганов, это было какое-то боевое искусство?

- Выглядело так.

- Это может быть частью его профессии. Тем более, вы говорили о «темной стороне»?

- Я так поняла, что он не может говорить о том, чем занимается, да и о своей жизни в принципе. Конечно, он не секретный агент какой-нибудь, в России мы в такое не верим, мы верим в другое – в мафию, к примеру. Но если он и бандит, то очень интеллигентный. И не только в плане интеллекта, я уже говорила – он очень… Он настоящий джентльмен.

- Расскажите, при каких обстоятельствах он пропал.

- Ну, буквально, как и Ангел… Понимаете… Мы в первый раз… - Девушке было явно неловко поднимать эту тему. - В общем… Сделали это… И после этого… Он пропал. Его телефон не отвечал – до сих пор не отвечает. Кстати, вот номер, - она дала измятую бумажку с цифрами. – Я уже дала мистеру Холмсу этот номер, он обещал, что попытается… но на всякий случай… Хотя я не знаю, что можно сделать.

Этого не знал и я, но бумажку взял, Шерлок может и не такое.

- Все, кто об этом знает, надо мной смеются – мол, он добился своего и слинял, как все мужики. Но я-то знаю, что это не… Не такой он, и… целый год? Понимаете? Мы встречались почти целый год. Как-то… не слишком ли для одной ночи? Иногда я думаю, что я что-то не так сделала. Может, это как раз он понял - что я такая как все, и разочаровался во мне. Это ведь я сделала первый шаг, он был настолько робким… Может, наоборот, испугался того, что я девушка… Была… Не знаю. Не понимаю. Но он был последнее время нервным, думаю, это связано с его «деятельностью». Может, это действительно какие-то бандитские разборки… Я обзвонила все больницы и морги. Не так-то легко, между прочим, в кино всегда говорят – я, мол, обзвонил все больницы и морги… Попробовали бы они реально сделать это в России. Ещё и не зная имени. В общем, когда со мной всё-таки разговаривали, я давала описание, и посетила всех больных, подходящих под его описание. И один труп. Но чаще всего меня просто посылали. Поэтому я не могу сказать твердо, что он не погиб и не попал в больницу. Тогда я и написала мистеру Холмсу. Скорее, от отчаяния.

- Не могли бы вы дать его описание мне?

- Лучше, у меня есть его рисунок. Я не говорила? Я учусь на худграфе. Я рисовала его по памяти. Все рисунки, которые я набросала с натуры – он их у меня выклянчил. Почему я ещё думаю, что у него что-то не так… Я себя, конечно, успокаиваю, думая, что не во мне дело… Это неправильно, надеяться на то, что он попал в неприятности, а не просто от меня сбежал?

- Это нормально, вам хочется думать, что он вас не предал, - успокоил я её, разглядывая на карандашном рисунке мужчину лет сорока с крупными чертами лица. Волосы и глаза были выделены коричневой пастелью.

- Фотографироваться он тоже не любил. У меня есть одна фотка, но она гораздо хуже рисунка, - она показала экран своего мобильника. На фотографии и действительно было очень смазанное лицо – возможно, увидев, что его снимают, «Ангел» намеренно дернулся в сторону. - Он отшучивался, что на фотографиях, как любой вампир, не проявляется.

- Можно мне немного осмотреться? – мне просто надо было подумать, я не ожидал ничего найти в квартире Марии. – Он здесь никогда не был, не так ли?

- Нет, не был.

- Вы живете с матерью и отчимом, я так понял? – удивился я отсутствию семейной фотографии. То есть отсутствию на ней отчима. Мужчин на фотографиях вообще не было.

- До недавнего времени. Яша… то есть мой отчим… В общем, мать подала на развод. Так и не поняла, что у них вышло, скандал был страшный, но мне было не до того – как раз пропал Ангел. Вроде бы Яша матери изменил, но она была зла только на него. Обычно, знаете, если изменяют, то достается обеим сторонам, помню, когда она разводилась с отцом – мать все косточки всем его пассиям промыла - и имеющимся тогда, и давно уже забытым. А тут… И я сейчас жалею, что не поговорила ни с одним из них тогда, не выяснила, что произошло. А сейчас уже поздно – отчим куда-то уехал и не оставил координат, а мать… Я пробовала, но она только губы поджимает. И… Мне кажется, она начала меня ненавидеть. За что? Было бы ещё понятно, если бы у меня была замечательная личная жизнь, чему было бы завидовать, но я сама в таком же положении… Не в таком же… Надеюсь, не в таком.

- В ваших с «Ангелом» встречах были какие-то перерывы раньше?

- Да, но он всегда звонил, скидывал смски. Вообще у нас скорее было наоборот, мы очень редко встречались, но иногда встречались чаще – когда мать или отчим уезжали в командировку. Но однажды, когда они вдвоем уехали в отпуск, он и вовсе почти пропал, пара смсок за неделю. Я-то как раз обрадовалась – думала привести его сюда…

У меня мелькнула дурацкая мысль. Потому что ситуация тогда была бы идиотской. Но Шерлок уже разгадал дело, значит «Ангел» не какой-то неизвестный благородный бандит, которого невозможно найти, он где-то тут, под носом. Но настолько буквально? Насколько эта девушка близорука?

- Вы что-нибудь ещё рассказывали Шер… мистеру Холмсу?

- Нет.

- А про развод вашей матери?



- Да, конечно.

У вас есть фотографии отчима?

- Да, на сотовом должно было что-то остаться, мама же всё у себя подчистила. Она даже от моего отца так тщательно не избавлялась. Вот.

Я уставился на экран поданного мне телефона, с которого на меня смотрело лицо, почти идентичное уже видимому мною рисунку. Только это был голубоглазый блондин. Я чуть было не спросил Марию, не находит ли она сходства, но прикусил язык.

- А, да, вижу, вы тоже заметили сходство, - заметила моё смятение девушка сама. – В отрочестве я была влюблена, совсем по-детски, в Яшу, - усмехнулась она. – Неудивительно, что я нашла похожего на него мужчину. На самом деле похожи они только в неподвижном состоянии. Разная мимика, голос, я уже не говорю про цвет глаз и волос. Я сама заметила сходство только после того, как посмотрела на рисунок через неделю после того, как нарисовала его – когда картинка перестал быть такой «живой» для меня, если вы понимаете, о чем я. Когда сравниваешь их вживую, они такие разные.

- А вы имели возможность сравнить их вживую? И вообще, видел его кто-то из ваших родственников и близких друзей? Может, они могли бы дать мне дополнительную информацию, - попытался я осторожно выяснить, не встречались ли «Ангел» и её отчим.

- У меня, в общем-то, нет в оффлайне настоящих близких друзей, знакомые его, конечно, видели, в клубе. Мать его видела, в самом начале, когда провожала меня до клуба в третий раз – после нападения я боялась идти одна. Она, кстати, сходства не заметила.

- Как она к нему отнеслась?

- Достаточно благосклонно - сказала, что с таким защитником мне провожатые не нужны, и ушла домой.

Нет, это точно была дурацкая мысль. Это никак не мог быть её отчим. Тогда что же я упустил? Или это Шерлок ошибся? Как можно не узнать человека, с которым живешь?

Вышел я из квартиры Южаниных с заверениями, что мы обязательно найдем «Ангела», или, по крайней мере, выясним его судьбу.

В подъезде стоял и курил какой-то неприятный смуглый тип в черной кепке и белом пуховике, и, когда я уже выходил на улицу, окликнул меня по-английски с американским акцентом – да, это был именно американский, а не русский, как можно было бы ожидать, акцент:

- Ну, что ты думаешь по поводу этого «Ангела»?

Я замер, держа руку на ручке двери. Но не обернулся, соображая, что же делать. Пожалел, что у меня нет оружия. Дело не настолько простое, разумеется, бандиты и русская (а может и американская) мафия всё-таки в них задействованы. Или, не дай бог, как в прошлый раз, торговцы людьми, хотя одно дело - похищение девушки, другое – взрослого мужчины. Может, на сей раз разведка и шпионы. Американские, поэтому даже Майкрофт нас с Шерлоком не убережет, впрочем, если этот тип решит меня убрать прямо сейчас... И последние мысли у меня будут про то, что Шерлок послал меня сюда, прекрасно зная, насколько это опасно… Значит, он где-то рядом. Потому что он не мог меня бросить одного. Самому броситься без меня в какое-нибудь пекло - это он может, но бросить меня…

- Джон? – услышал я знакомый голос. О боже, да, вот он, опоздал, конечно, как всегда, но… Я отвернулся, наконец, от двери, ожидая увидеть типа в пуховике на мушке у Шерлока, или что-то в этом роде, но увидел одного этого типа. На второй взгляд он был ещё неприятней и подозрительней, особенно отталкивала какая-то особо противная поросль над верхней губой. Я оглядел подъезд, пытаясь определить, где засел Шерлок.

- Не правда ли, очень странное совпадение с разводом её матери, - сказал с тем же американским акцентом тип в пуховике.

Он-то зачем указывает на это? Хочет, чтобы я принял эту странную версию и не копал в сторону мафии или на кого там работает «Ангел»?

Тип шагнул вперед, я отшатнулся назад. Можно было выбежать на улицу, но, судя по самоуверенности типа, там меня уже поджидали. Да и Шерлока, где он там, оставлять нельзя. Так что я только встал в боевую стойку, распределив вес.

- Ты уже ознакомился с рисунком и фотографией? – продолжал тип. – Всего лишь цвет волос и глаз, думаешь ты, и считаешь, что это невозможно. Как она не узнала его? Ну как, как она могла его не узнать? Может, потому что в программке не было его фамилии? Яков Ветров до женитьбы состоял в труппе любительского театра, но был вынужден бросить его ради денег, по настоянию своей жены, поэтому Мария ни разу не видела его в образе. Иначе бы тут же узнала. Также, как ты узнал бы меня сейчас, если бы хоть раз видел в каком-нибудь другом образе, нежели в образе Шерлока Холмса, консультирующего детектива. Обычно я действительно развлекаюсь так в одиночку, но завтра ты мне понадобишься, так что…

- Черт, Шерлок! – я узнал его за секунду до того, как он произнес своё имя, по голосу – он вернулся к своему глубокому баритону и своему королевскому британскому. О да, Шерлок прятался где-то в подъезде. Прямо на самом видном месте. Да, теперь я готов был поверить во что угодно. Но всё равно не хватало твердых улик.

- Телефон, с которого звонил наш таинственный «Ангел» Марии, - как всегда угадав мои мысли, указал на единственную улику Шерлок.

- Ты знаешь, кому он принадлежал? – вынул я бумажку с цифрами.

- Разумеется. Думаешь, откуда я знаю подробности его биографии? Я уже поговорил с ним на интересующие нас темы. Пошли, по дороге я расскажу, что там произошло. Хотя… Ведь ты сам уже всё знаешь.

- Нет, не всё, - мы направились на улицу, в поисках такси. Я старался не смотреть на такого необычного Шерлока. Он снова вернулся к американскому акценту, видимо, репетируя, и у меня было сюрреалистическое ощущение, что я шагаю рядом с незнакомым мужчиной. – Ладно, приемная дочь его не узнала, но его собственная жена? В это я ни за что не поверю. Она, конечно, видела его один раз и мельком, но…

- Они были заодно. На самом деле мать Марии и была зачинщиком этого мероприятия. Она очень боялась за дочь, считала её социально неадаптированной, впрочем, именно она же в этом и была виновата. Но она понимала, что после определенного возраста удерживать дочь больше не сможет. Так вступил в силу план «Ангел-хранитель». Сама она не могла приглядывать за дочерью, поэтому поручила это своему мужу.

- Который не ожидал, что влюбится в свою падчерицу? – спросил я, когда мы сели в такси.

- Думаю, в своей падчерице он нашёл то, чего ему не хватало в деловой жене – творческий подход к жизни. Жена начала что-то подозревать, наняла детектива, который и донес на «неуставные отношения». Скандал, развод. Было бы иронично, если бы Мария наняла этого же детектива, а не меня, искать своего возлюбленного. У неё была такая возможность, найти в доме его карточку или телефон.

- Почему Яша не вернется к Марии?

- Это очень сложно. Возможно, со временем, не сейчас. Он просил не говорить ей, что это был он.

- И мы сделаем так, как он попросил? Шерлок!

- Джон!

- Мы не можем оставить девушку в таком смятении.



- Это ещё что, представь, в каком смятении она будет, узнав, что переспала с мужем своей матери.

На это у меня пока не было, что ответить, но я твердо пообещал себе не оставлять девушку в таком подвешенном состоянии, хотя и подумать об этом завтра.

- Это что, электронная сигарета? – сменил я тему.

- А ты думал, я снова начну курить, стоит мне оказаться в стране, в которой это ещё не государственное преступление? У них не было пластырей моей марки.

- Это что, ваниль? – принюхался я.

- Она напоминает мне о тебе. Конечно, запах мокрой шерсти напоминает мне о тебе больше, но у них не было такого бренда, - сыронизировал он.

Я отобрал у Шерлока сигарету, раскрутил её, собрал заново и отдал обратно. Довольно примитивная конструкция, напоминающая мини-кальян с электронным впрыскиванием. Сигарета была черной и длинной, явно дамской. Шерлоку бы пошло. «Бы», потому что то, что сидело рядом со мной, было не Шерлоком. Карие контактные линзы и искусственный загар делали его похожим на индийца, зачесанные назад в хвостик волосы блестели под кепкой, придавая правдоподобия образу. Усики скрадывали слишком большие губы. Я уже видел, как мимика Шерлока могла имитировать любую эмоцию, но в данном случае он имитировал что-то иное. Возможно, целого человека.

- Значит, ты успел сходить в Институт имени Сербского, закупить новые вещи и заглянуть в салон на распрямление волос и автозагар, пока я всего лишь разговаривал с бедной девушкой? Ах да, ещё ты нашёл её бывшего отчима и успел вытрясти из него признание. Я ничего не упустил? – О да, я завидовал, ещё как. Шерлок всегда был гиперактивным, но вот эта способность играючи переделать за короткое время кучу разных дел бесила меня больше всего – я так не умел. То, что я просто-напросто заблудился по дороге к Марии, к делу отношения не имело. Я хотел познакомиться с общественным транспортом Москвы, а не сэкономить. Зато я увидел почти все достопримечательности этого города, правда, о большинстве из них я до этого не имел понятия, так они были вдалеке от маршрутов экскурсий. Так что от этого тоже был какой-то прок – я увидел настоящую столицу России, а не её рекламный плакат.

Мы вышли из такси и направились в номер.

- Ещё я записался на прием к интересующей нас Елене Русалкиной в «НИИ» Психотехнологий. И выдумал себе диагноз. Труднее всего было решить, в каком качестве предстанешь перед ней ты…

- Я тоже должен буду… преобразиться? – меня посетило амбивалентное чувство – я не то содрогался от такой перспективы, не то, наоборот, с любопытством приветствовал её.

- О нет, конечно, она тебя именно что не запомнит именно таким, какой ты есть, любые попытки тебя «преобразить» как раз произведут обратный эффект, ты начнешь бросаться в глаза.

- Ну, спасибо на добром слове, - проворчал я.

- В конечном итоге я решил остановиться на варианте с партнером, - проигнорировал он меня. - На родственника ты не похож, коллега – неправдоподобно, нужна более интимная связь.

- То есть… партнеры в… интимном плане?

- Проблема?

Ну да, разумеется, «труднее всего было решить, в каком качестве предстанешь перед ней ты», не «придумать» - «решить». Шерлоку не нравился этот вариант, но он был единственным приемлемым. Интересно, он не хотел из-за меня или из-за себя?

- Нет, всё нормально, - быстро ответил я.

- Не бойся, тебе не придется притворяться стереотипным геем – активы обычно мало чем отличаются от гетеросексуалов по поведению.

- Вообще-то, проблема есть, - всё-таки высказал я, присматриваясь к стоявшему рядом со мной в лифте незнакомому мужчине, в котором смутно угадывался Шерлок - вот, к примеру, в этом подчеркнуто манерном жесте, с которым он держит сигарету. Хотя он явно принадлежал пассивному гею, которого он собрался изображать. Хм…

- Да?

- Главная проблема будет заключаться в том, что мне придется притворяться, что я влюблен в этого… как тебя там?..



- Энтони Коэн.

Желваки у «Энтони» задвигались, снова выдавая в нем знакомого мне Шерлока Холмса.

- Я перестарался с загаром? – глаза у него забегали, перебирая варианты.

- Нет, с усами.

- О… - он потрогал мерзкую растительность над губой. Потом решительно её сорвал, заходя в номер.

- Боюсь, на единственный альтернативный вариант у нас нет трех суток, - проворчал он, хотя я прекрасно знал, что даже трое суток ему не помогут – я уже давно выяснил, что Шерлок пользуется какой-то эпиляцией лица, чтобы не утруждать себя бритьем. Но он до сих пор наивно предполагал, что я не знаю об этом. Как и о том, что волосы у него крашеные. Кстати, кроме распрямления волос и автозагара он что, успел там ещё и брови подкрасить? Вынув контактные линзы, Шерлок хотя бы глаза вернул от себя прежнего, хотя и те черные отдавали холодом, как и его настоящие, только не ледяным, а космическим.

- Автозагар держится неделю, - сообщил он мне, безошибочно сдедуктировав предмет моих волнений. – А распрямление волос я не делал, - снял он удерживающую хвостик резинку, волосы и, в самом деле, тут же свернулись знакомыми кольцами. – Всего лишь увлажняющий гель и физическое воздействие. К сожалению, препаратов автозагара с меньшим сроком нет. Но я нанес его только на лицо и руки.

Я хихикнул. Только Шерлок мог подумать, что это каким-то образом уменьшает эффект. Впрочем, ладно… Без усов Шерлок даже смуглый выглядел хорошо. Непривычно, но хорошо.

Утром Шерлок провел в ванной больше часа, экспериментируя над собственной внешностью. Он был прав, растительность на лице его преображала, и не было никакого другого средства, которым он мог бы добиться такого же эффекта, как вчера в подъезде. Я уже было хотел сказать ему, чтобы он не мучился и клеил усы, а уж со своим отвращением к ним я как-нибудь справлюсь (не целоваться же мне там с ними, надеюсь), но он, наконец, вышел. К крашеным бровям добавились подведенные ресницы. Причем, подведенные так умело, что казались настоящими. Теперь он был настоящим жгучим брюнетом – карие контактные линзы снова были на нем. Вместо раздражавших меня усов аккуратные бакенбарды обрамляли его высокие скулы. Но в целом он был всё же весьма узнаваем.

- Ну, - сказал он своим обычным голосом, - ты сможешь изображать, что влюблен в это?

О боже, да. Кажется, я сказал это вслух, впрочем, Шерлок вполне мог прочитать это у меня на лице – он улыбнулся своей обычной самодовольной улыбкой. Но потом необъяснимым образом сложил губы в две узкие полоски. И да, теперь я бы его не узнал. Самой узнаваемой частью его лица, несомненно, являются полные, красиво очерченные губы. От которых теперь осталось одно воспоминание.

- Мимика? Так ты там перед зеркалом рожи корчил целый час? – хихикнул я.

Тут я принял звонок от нашей «бедной Маши». Я в спешном порядке начал было думать, что же ей ответить, но голос её оказался на удивление веселым.

- Я хотела вам сообщить, что всё в порядке, Ангел нашёлся. Он прислал письмо, настоящее, бумажное, в котором объяснил свое поведение, и… в общем, мне больше не нужны ваши услуги… Но я готова оплатить…

- Нет, что вы, - быстро перебил её я. – Мы ничего не сделали.

- Но вы проделали такой путь…

- Нет, поверьте, у нас тут были свои дела.

- О… Ну тогда… Точно?

- Точно-точно, - заверил её я.

- Шерлок, «Ангел» прислал письмо! – сообщил я своему соседу, завершив звонок.

Холмс мыкнул что-то утвердительное, нисколько не удивившись.

- О, - догадался я. – Ты ведь не меня там вчера дожидался? Ты подкидывал письмо ей в ящик?

- Сможешь изобразить американский акцент? – сменил тему Шерлок.

- Вряд ли, - пожал я плечами.

- Конечно, русские так же вряд ли смогут отличить один от другого, но всё же следует быть более осторожным – говори только при необходимости.

- Объясни, в чем может заключаться опасность, - спросил я Шерлока по дороге.

- Если они поймут, что я на самом деле у них делаю, возможны неожиданности.

Я уже был готов к тому, что он сейчас сунет мне в руки пистолет, но, по всей видимости, вчера у него не хватило времени хотя бы на это.

- Значит, они - наши главные подозреваемые?

- Слишком много нитей ведет именно к ним. Но я сомневаюсь, что Русалкина имеет к этому какое-то непосредственное отношение, впрочем, как и её покойный муж. Но мы ведь всего лишь производим разведку. А лучше места для этого, чем место, без сомнения, контролируемое нужным нам преступным синдикатом, не найти.

- Контролируемое?

- Глупо думать, что эта самая организация не наблюдает дальнейшие продвижения своих «выкидышей». Особенно в местах, где те имеют реальный шанс что-то вспомнить. Сам Смирнов уже поплатился за добытые его фирменным способом сведения своей жизнью. Профессор Кекелидзе и то напуган до смерти, хотя его-то шансы вернуть память жертвам практически нулевые.

- К нему ты тоже ходил загримированным?

- Разумеется.

- И институт имени Сербского тоже под контролем этой самой организации?

- Гораздо меньшим, чем то место, куда мы едем. Да, кстати, у меня эпилепсия.

- Шерлок! – выдохнул я.

С него станется предупредить о таком серьезном заболевании своего личного доктора через год знакомства с ним, - а вот прямо перед приступом. Я просканировал его на предмет признаков судорожной готовности, но с его новым лицом это было нелегко.

- Энтони. У Энтони Коэна – эпилепсия, - объяснил он со вздохом. - Его привез сюда его спутник жизни Джон Расселл, на всякий случаем сделаем его британцем, но только если спросят.

- Черт, напугал, - вдохнул я. – Плачу, значит, я?

Он оглядел меня критически и отрицательно помотал головой. Ну да, я не слишком похож на «sugar daddy».

- Нет, ты только настоял на поездке, деньги общие, мы состоим в браке, помнишь? Хотя, ты прав, судя по тому, что у меня эпилепсия, львиную долю дал ты, так как у меня не может быть высокооплачиваемой работы. Умеешь оказывать первую помощь при эпилептических припадках?

- А что, намечается?

- Возможно. Так как?

- Разумеется. Не слишком большой опыт, но постараюсь сделать вид, что привык.

«НИИ Психотехнологий имени И.В.Смирнова» оказалось всего одним кабинетом на медицинском факультете Российского Университета Дружбы Народов, и на самом деле являлось не НИИ, то есть Научно-Исследовательским Институтом, а ООО – Обществом с Ограниченной Ответственностью. Разумеется, без Шерлока я бы на это внимания не обратил, хотя вчера просматривал их сайт.

- Почему Елена Русалкина, вдова Смирнова, оставила девичью фамилию? – обратил я внимание своего «коллеги» на это. Ответа у него не обнаружилось, значит, он об этом не задумывался. Наверняка никакого отношения к нашему делу этот вопрос не имеет, но уже через полгода работы с Шерлоком я понял, какого рода «second opinion» ему требуется. Слишком очевидные вещи, на которые он может не обратить внимание в силу их, собственно, очевидности. А также такие вот не относящиеся к делу моменты – Шерлок не только пропускал слишком очевидное, а значит, неинтересное, но и суживал фокус своего внимания тем, что может иметь отношение к делу, по его профессиональному мнению. По моему второму мнению, интересным было всё, а собственного взгляда на дело у меня, как правило, не было, поэтому я не ограничивал себя никакими рамками. Конечно, у меня была не настолько развитая наблюдательность, хотя она за последний год и возросла, не без тренировок моего соседа, и уж тем более у меня не было такой узкоспециализированной эрудиции, как у Шерлока. Сильней всего меня, пожалуй, раздражали бесконечные каталоги разнообразных товаров, которые он «сканировал», пребывая в туалете – я всегда забывал захватить туда что-нибудь для собственного развлечения, поэтому каждый раз вынужден был пребывать там наедине с этим барахлом. Но зато у меня была общая эрудиция, которой ему часто недоставало, и я уже не говорю про собственную специализацию. Хотя, если честно, ту же травматологию (вернее, определение того, чем именно человека травмировали) Холмс знал лучше, чем я, так что я мог похвастаться разве что способностью не только определить травму, но и оказать помощь при ней. Всё-таки в первую очередь, несмотря на накапливающиеся дополнительные «пункты в резюме», я был хирургом. Хотя вспоминал я об этом в последнее время редко, и слава богу, учитывая уже упоминавшуюся ситуацию с количеством пациентов.

Русалкина была элегантной пожилой женщиной, в глазах у которой застыло перманентное ощущение войны – такое не спутаешь ни с чем. Шерлок прав – очевидно, она, как и Кекелидзе, знала о том, что находится под наблюдением мафии. До сих пор мне, правда, так и не стало очевидным, каким способом мы могли извлечь информацию о продвижении «экспериментов» с «зомби» на Британские острова у этой женщины. Но не сомневался в том, что Шерлок уже представлял себе пару вариантов.

- Энтони Коэн, - представился Шерлок. – Это Джон Расселл, мой партнер. Полагаю, вы нас ждали?

- Да, конечно, проходите, - английский женщины был несколько хуже, чем у Южаниной, но достаточно правильным, не знаю, как бы Шерлок справился со своими позывами граммар наци, не нарушая своей маскировки.

Дальше пошли расспросы об истории болезни, на которые отвечал Шерлок, и только тут я выяснил, что у него, оказывается, височная эпилепсия (TLE), что он уже делал операцию (боже, он же ещё и шрам в ванной комнате там утром рисовал, да?), но приступы продолжались, несмотря на заверения нейрохирургов, что операция прошла прекрасно и должна была помочь. Потом Русалкина рассказала, какие процедуры Шерлоку, то есть Энтони, придется пройти. Общее сканирование с помощью MindReader’а в первую очередь, но для записи собственно лечебного диска предстояло провести ещё несколько углубленных сеансов. Пока же предлагалось, если всё пройдет гладко, первый диск всё той же общей направленности, для подготовки личности к более детальным коррекциям. Один сеанс длился примерно полтора часа. Русалкина увела нас в лабораторию, где Шерлока усадили перед монитором, одели на него наушники и велели жать на кнопку. Перед тем, как начать сеанс, Шерлок, вернее, Коэн, очень нежно пожал мне, то есть Расселлу, руку, и обменялся со мной теплым, слегка испуганным взглядом. Как я ни пытался отстраниться от своей роли любящего супруга, было очень сложно оставаться к этому равнодушным. На самом деле, чем мы отличались от Коэна с Расселлом? Только тем, что у нас не было совместной личной жизни (впрочем, раздельной, признаться, тоже, на данный момент), и от Шерлока невозможно было дождаться таких жестов, но в основном, потому, что он считал, что не нуждается в эмоциональной поддержке. Но всё равно вся эта игра в пару резанула меня по живому. Ни за что не хотелось мне становиться на каблучки Молли. Осознание того, что Шерлок не хотел применять этот вариант отношений наших альтер-эго из-за меня, впрочем, сгладило впечатление. Я в свое время понял, что этот высокофункциональный социопат не применяет свою высокофункциональность только на мне. Соблазнение Молли приравнивалось в его поведении к оскорблению Андерсона, так как и то и другое было проявлением социальных норм – «есть люди, которые нам нравятся, есть люди, которые нам не нравятся», по моему же собственному определению, помнится. И то, и другое было имитацией социального поведения, в котором Шерлок не нуждался сам по себе, но считал, что это нужно окружающим его людям. И то, что на меня эта имитация по большему счету не применялась, означало, что я нахожусь на самом лучшем месте рядом с ним, несмотря на видимую невыгодность этого места. Шерлок только со мной мог быть самим собой, и за это доверие я сносил всё. Так что ни за что я не потерпел бы от него опускания наших отношений до фальшивой имитации. Я гордился своим положением и ценил его.

Минут через двадцать после начала сеанса я, сидя в углу комнаты, откуда мне было удобно наблюдать за Шерлоком, заметил тревожные сигналы. Черт побери, он и впрямь решил подтвердить свою легенду – налицо был хорошо имитированный гранд мал. Я тут же кинулся к нему, как бы привычным движением придерживая его. Если бы я не был доктором и не мог мгновенно переключаться в режим врача, мне не удалось бы сохранить хладнокровие - судороги были даже чересчур натуральны. Интересно, он всю ночь, пока я спал на соседней койке, искал на ютюбе записи припадков и репетировал?

Когда «приступ» закончился, я с упреком посмотрел на лаборантку. Та всё это время только растерянно стояла посреди комнаты. Только тогда она догадалась привести Русалкину.

- Что? – сделал вид, что не помнит, как очутился на полу, Шерлок. – Черт… Я не закончил тест?

Я отрицательно помотал головой. Входящая в этот момент Русалкина выглядела виноватой.

- И часто у вас такое случается? – начал медленно закипать я. По роли, разумеется. – Эта машина, - кивнул я на продолжавший мигать цифрами монитор, - точно безопасна для его состояния? Все эти… мерцания?

- Через неё прошло много пациентов с эпилепсией, и пока она не вызывала ни у кого припадков. Наверняка дело не в ней.

- Джон, - пожевал губами встающий с моей помощью «Энтони», явственно в послеприпадочном состоянии. Я был рад, что он не дошёл хотя бы до такой натурализации, как недержание мочи. – Я уверен, что дело не в машине. Жаль, что тест придется проходить дважды.

- Сейчас? – засуетилась лаборантка.

- Мы уезжаем завтра, так что да, сейчас, пожалуйста.

И Шерлока уже через пятнадцать минут, убедившись, что он полностью пришел в себя, снова подключили к машине. Я пересел почти вплотную к нему, и во время подготовки мы держались за руки. На сей раз Русалкина осталась в лаборатории. Я нервно поглядывал то на «Энтони», то на неё. Если в этом и был план Шерлока, я не понимал, как он работает, но не давал Русалкиной спуску – когда замечал, что она пытается выйти, бросал на неё особенно уничижительные взгляды. Чертов Холмс, как всегда, не дал мне никаких четких инструкций, поэтому действовать приходилось наобум и в соответствии с ролью. Сейчас я был сердитым супругом и действовал соответственно.

Вторичный сеанс прошёл без происшествий, и вот я уже разминал уставшую от судорожного нажимания на кнопку руку своего «супруга», и уже мягче смотрел на сотрудников «НИИ». Мы перекочевали из лаборатории обратно в кабинет, и нам начали показывать выданную машиной распечатку.

- Для того, чтобы вы убедились в том, что тест правдивый, мы пройдемся по информации, которая наверняка достигает вашего сознания. Видите, это реакция на имена – сильнее всего вы отвечали на «Джон» и «Майкл». «Джон» – положительный отклик, «Майкл» – отрицательный. - Она вопросительно посмотрела на Шерлока.

- Ну с Джоном всё понятно, - растянулся в улыбке «Энтони», кивая на меня. – А Майк – это мой брат. Старший. Сволочь.

- Понятно, - усмехнулась Русалкина. – Ещё несколько пиков касаются вашей деятельности. Почему-то положительно по отношению к криминалу?

Я внутренне содрогнулся. О чем Шерлок вообще думал, машину не обманешь…

- О, я не преступник, - снова улыбнулся безгубой улыбкой «Коэн». - Я просто детективы люблю, хобби.

«Выкрутился», - выдохнул я.

-Понятно… Химия?

- Профессия, - кивнул он. – Я учитель химии.

- Математика?

А это откуда взялось?

- Увлечение молодости. Химия оказалась интересней.

Впрочем, ничего удивительного, подумал я. Математику не применишь на практике, химия однозначно победила. Вот только я не представлял маленького Шерлока, занимающегося такой скучной наукой. Он тогда в моем воображении был таким же, как и сейчас, гиперактивным. Возможно, учитель математики попался хороший, что сумел его так увлечь. Мой вот так и не смог.

- И музыка?

- Классическая, - кивнул он. – Тоже хобби, я немного играю.

- В личностных характеристиках у вас очень интересная мозаика, но ничто не выпирает, поэтому не будем пытаться вынести это на сознательный уровень. Мы разработаем на этой основе уточняющие тесты. Когда вы сможете посетить нас ещё раз?

- Через месяц, - кивнул Шерлок.

- Да, этого будет достаточно. Общий диск, - она приняла из рук вошедшей лаборантки лазерный диск. – Слушайте, желательно постоянно, каждую свободную минуту. Если за неделю-две эпиприступы не ослабят частоту и силу, или, не дай бог, усилят, позвоните нам, с общими дисками такое иногда бывает, но к тому времени мы уже будем знать, в чем дело, и, скорее всего, позвоним тогда сами.

Шерлок попросил скинуть ему содержимое диска на iPod, несомненно, купленный именно для этой цели – миниатюрный оранжевый квадратик-прищепка, и, когда, мы покидали «НИИ», он уже заткнул уши белыми наушниками и включил запись. Только в такси я осмелился спросить, что он, черт побери, делает.

- Неизвестно, какие последствия это может вызвать, - привел я свой аргумент.

Шерлок вынул наушники, пожал плечами и улыбнулся улыбкой Коэна.

- Шерлок, перестань.

И только после этих слов Шерлок вышел из образа. Или мне так показалось. Потому что в гостинице, приведя себя в относительно первоначальный вид – автозагар мне предстояло лицезреть ещё несколько дней, - он снова посмотрел на меня любящим взглядом Коэна, что вызвало во мне когнитивный диссонанс, потому что глаза были уже его, Шерлока - эти вечно сияющие чистым разумом ледышки.

Я поспешно отвернулся. То ли он заигрался, то ли сеанс на него так подействовал (да ещё и прослушивание этого их «общего диска»), то ли Шерлок неожиданно решил, что я нуждаюсь в стимуляции подобного рода, оценив мою реакцию во время этого маскарада… Возможно, он перестанет, если я теперь выражу своё резкое несогласие… или отвлеку..?

- Так ты что-то выяснил? – спросил я.

- Очевидно, что масштабного вторжения в Соединенное Королевство не намечается.

- И как ты это выяснил?

- Неважно, - отказался объяснять свои умозаключения Шерлок. На моей памяти практически не случалось, чтобы у него было время объяснять, а он этого не делал. Мы оба ловили определенный кайф от подобного взаимодействия, я – иногда просто от одного его голоса (хотя, конечно, в первую очередь от манящей меня красоты этого самого чистого разума, недоступной мне), он – от моего восхищения, как артист от аплодисментов.

- Мне бы хотелось послушать, - робко начал я.

- Ты мне не веришь? – вдруг внезапно окрысился Холмс.

- Нет, безусловно, я тебе верю, - попытался заверить его я.

- Майкрофту вот разъяснения не понадобятся, он поверит мне на слово, - фыркнул он.

- Я не это имел в виду, ты же знаешь… - замямлил я.

- Нам больше ничего не нужно сегодня делать? Мы возвращаемся завтра домой? – спросил я после обеда ставшего неожиданно нервным детектива, который устроился на кровати с лэптопом на коленях.

Он только буркнул что-то, потом, видимо, так и не сумев сосредоточиться, тряхнул всё ещё блестящими от геля кудряшками и потопал к сваленному у порога белому пуховику. Когда он вернулся с iPod’ом, вторая версия необъяснимого поведения, кажется, стала доминировать.

Я ловко выхватил у Шерлока iPod вместе с наушниками, но он только вернулся к пуховику и, вынув из его кармана диск, поспешил к лэптопу.

- Да что же это такое! – воскликнул я. Так же ловко выхватив у него диск, - Шерлок, слава богу, не сопротивлялся и даже не уклонялся, - я со звонким хрустом сломал его.

Холмс с опасением посмотрел на iPod, на котором осталась единственная копия «общего диска», и, не давая мне придумать, как можно уничтожить запись на нем, не пользуясь компьютером, принялся чуть ли не скулить:

- Ты не понимаешь. Мне нужно… Мне нужно дослушать. Я почти… Это важно.

- Это разновидность звукового наркотика? Про записи, вызывающие оргазм, я уже слышал, теперь ещё и это… Ничего удивительного, чего-то в этом духе я и ожидал за такие деньги, - проворчал я. Шерлок и, правда, вел себя как нарик в ломке. Передернувшись от мысли, что он им и был когда-то, до меня, я решительно подошёл к лэптопу.

- Ещё не поздно, делать нам, как ты говоришь, нечего, выйдем погулять, - как можно более спокойным голосом сказал я.

- Да что я там забыл? Куда мы пойдем? – раздраженно рявкнул Шерлок, напряженно следя за айподом. Но я всего лишь набил в браузере Google, и уже в нем – «Москва афиша концерты».

– Удиви меня, - повернул я к нему монитор.

- Я отдам тебе диск после того, как мы вернемся, - пришлось пообещать мне, когда Шерлок не тронулся с места. – Обещаю.

Уже через пятнадцать минут мы ехали в Московскую консерваторию. В Рахманиновском зале, как объяснил Шерлок, сегодня выступает Олеся Ростовская – одна из десятка профессиональных терменвоксистов мира. Что такое терменвокс, я не знал. И, если честно, так и не понял, несмотря на комментарии Шерлока («Игра на терменвоксе заключается в изменении музыкантом расстояния от своих рук до антенн инструмента, за счёт чего изменяется ёмкость колебательного контура и, как следствие, частота звука») и собственно игру Олеси, оказавшейся симпатичной полноватой девушкой. Звуки, извлекаемые этим странным инструментом, позволявшим играть на воздухе, были не похожи ни на что, и в то же время похожи сразу на всё – то это был человеческий голос, стонавший или напевавший что-то, то это была слегка приглушенная скрипка, то излишне плавная виолончель, иногда в нем чуялся гобой, хотя больше было похоже на завывания ветра. Но меня быстро перестало интересовать само действие на сцене. Я уже не раз наблюдал, какое воздействие оказывает на Холмса живая музыка. Стоит заметить, что единственные искренние слезы я видел у него только на концертах. И такую же искреннюю улыбку. Часто одновременно. Собственно, на это у меня расчет и был. Не знаю, что эти, из «НИИ Психотехнологий», записали на свой диск, но с настоящей живой музыкой это не сравнится, ведь правда, Шерлок? Я легко коснулся тыльной стороны его ладони, беспокойно лежащей на его колене, и Шерлок, проворно схватив мою руку и легко сжав, с улыбкой повернулся ко мне лицом. Так напугавший меня любящий взгляд никуда не делся, но теперь всё было нормально – он принадлежал не мне, а музыке, и это было успокаивающе привычно.

После концерта нервозность Шерлока ушла. Было уже достаточно поздно, и мы долго не могли найти такси. Шерлок был в своих вовсе не приспособленных для такой погоды ботинках, поэтому уже через пять минут стояния на морозе, который к ночи становился всё заметней, начал очень элегантно приплясывать.

- Ещё я мечтаю, что когда-нибудь появится хоть один концертного уровня терпситонщик, на которого можно будет сходить. То же самое, что и терменвокс, но всем телом, - пояснил он, изобразив предполагаемую игру на терпситоне, телом и голосом.

- Теперь я буду мечтать достать тебе этот самый терпситон, потому что хочу услышать музыку твоего тела, - брякнул я, не подумав. Некоторые вещи лучше звучат в голове, определенно.

- Всё ещё хочешь получить назад? – показав оранжевый квадратик, сменил я тему, хотя Шерлок, похоже, даже не заметил, отчего это я вдруг смутился.

Он остановился, взял у меня iPod и, повертев в руке, выбросил в сугроб. Я довольно выдохнул.

- Ты должен понять, - сказал Шерлок в такси, когда мы, наконец, его поймали (буквально, мы изобразили целую охоту с засадой, как какие-нибудь кошачьи, охотящиеся на газелей – кстати, машина вполне могла ей, «Газелью», и оказаться, но я плохо разбираюсь в русских марках). – На диске содержались ключи к моему подсознанию, я думал, что меня вполне защитит от воздействия ложный американский акцент, но через несколько минут понял, что защита не срабатывает - машина не настроена настолько тонко, так же, как и, к сожалению, мой мозг.

- Тогда ты и устроил «эпиприступ»?

- Запаниковал. Но, немного поразмыслив, решил, что терять мне нечего. Возможно, я уже находился под воздействием, - подтвердил он мои подозрения. – Но в конечном итоге я вряд ли выдал какие-то секреты государственной важности, для этого общий тест слишком… общ. Хотя теперь они мной определенно заинтересуются, - усмехнулся он.

- Значит, ты это сделал, чтобы тобой заинтересовалась эта самая русская мафия? Майкрофт сказал – только разведка!

- Это разведка, только это их разведка. А мы разведаем их разведку. Что мне оставалось, если я не смог выяснить ничего?

- То есть?

- Абсолютно ничего, никаких признаков и улик того, что они хоть как-то догадываются о том, что произошло в Англии.

- Тогда следовало просто уехать и посоветовать Майкрофту, чтобы он привлек их к лечению того несчастного подданного короны. Тогда ты, да и сам Майкрофт, не сомневаюсь, точно смог бы выяснить, что там происходит. Но не пытаться заинтересовать собой русскую мафию, ради бога, Шерлок!

- Ладно, может, ещё и не заинтересуются, - отмахнулся Холмс. Я не знал, что думать, то ли это всё ещё было воздействие проклятого сеанса, то ли он всегда был таким… безответственным. Был же, но почему-то я именно такого от него не ожидал.

Мы поужинали в гостиничном ресторане, и, поднявшись в номер, почти тут же повалились спать. Шерлок выглядел так, как будто у него, наконец, кончился завод.

Ночью я проснулся от тревожного чувства. Номер был однокомнатный, с двумя кроватями. На соседней сидел и задыхался Шерлок. О черт, а астма-то откуда?

- Шерлок, - подскочил я к нему. – Что ты чувствуешь? Удушье? – Он кивнул. Кашля не было, как и хрипов, в глазах даже несмотря на сумерки явственно читался ужас. – Попробуй выпрямиться, не зажимайся. Всё хорошо, не паникуй. Как только ты успокоишься, ты сможешь нормально дышать, я обещаю.

Я уложил его на кровать, постарался выпрямить, открыть грудь. Главные симптомы отсутствовали, да и Холмсу было бы трудно скрывать астму целый год.

- Это ведь не астма? У тебя никогда не было астмы? – Шерлок отрицательно помотал мокрыми кудрями. – Это паническая атака. Шерлок, слушай меня внимательно. С тобой всё в порядке. Ты не умираешь. И чего бы ты ни испугался, ничего этого нет. Даже если твой гениальный мозг твердит тебе, что всё плохо. Он тоже иногда ошибается. Вспомни, ты почти дослушал тот диск, наверняка дело в нем, он разбудил твои подсознательные страхи. Посмотри на меня, - я опустился к его лицу. – Я врач, ты это помнишь? Чертовски хороший врач. И теперь смотри, что я делаю. Видишь? Ничего. Я спокоен. Потому что твоей жизни ничто не угрожает. Я здесь только из-за того, что я твой друг, и тебе плохо. Иначе я пошёл бы спать. Врач во мне пошёл спать. А теперь короткие, размеренные, поверхностные вдохи. Не дыши глубоко, я знаю, ты думаешь, что тебе не хватает воздуха, но на самом деле его слишком много.

Меня этому трюку научили в Афгане, там у каждого второго хоть раз была паническая атака. Разумеется, этот трюк - «я врач, но мне нечего с тобой делать, потому что ты в порядке» - работал только в госпитале. На поле боя паническая атака – это адекватная реакция, поэтому нужно не успокаивать, а пугать ещё больше – «я врач, но мне нечего с тобой делать, потому что ты уже мертв – покажи мне, что ты жив». И они показывали, начинали двигаться, переставали хватать воздух ртом, вырывались из липких лап смерти. Ужас из глаз не уходил, но к этому привыкаешь.

Шерлок постепенно начал успокаиваться. Дыхание вернулось в норму, ужас сменился смущением.

- Это всё эти чертовы психотехнологии, - ещё раз подчеркнул я, пытаясь уменьшить испытываемый сейчас Шерлоком стыд, прежде чем и вправду пошёл досыпать. Хотя так и не смог заснуть, прислушиваясь к шорохам на соседней койке. Судя по ним, Шерлок тоже не смог вернуться к прерванному сну, но, что удивительно, даже не потянулся к лэптопу или хотя бы к Блэкберри, хотя они лежали у самой койки.

Самолет у нас был в середине дня, поэтому мы собирались не торопясь и успевали плотно позавтракать. Шерлок, не поднимая на меня глаз, уплетал свои легкоусвояемые яйца. Разговор не клеился. Я пару раз пытался спросить что-нибудь нейтральное, но Холмс не удостоил меня даже презрительного фырканья.

Белый пуховик мы, в силу его громоздкости, оставили, прям там, где Холмс его вчера свалил. Я очень надеялся, что слухи о русских не врут, и нам его действительно никто не попытается вернуть. Во-первых, Шерлок точно его больше никогда не наденет, как бы мне в особо холодные дни этого не хотелось, во-вторых, его пересылка стоит наверняка больше, чем он сам. А ещё он мне напоминал об Энтони Коэне. Впрочем, с ещё одним напоминанием мне осталось жить пару дней, пока дегидроксиацетон не сойдет с клетками эпителия. «Посоветовать, что ли, попользоваться скрабом, может, быстрее сойдет?» – думал я мстительно в самолете. Мы до сих пор не разговаривали, Шерлок морщился, отвернувшись к окну – его отражение в стекле было хорошо видно на фоне темных облаков.

Только в Хитроу он нарушил молчание, и то не ради меня – позвонил Лестрад. То есть, я понял, что это был инспектор, по короткому, стандартному для этих двоих разговору: Шерлок выслушивал обстоятельства дела и потом сообщал, интересно ему или нет. В этот раз ему было неинтересно.

- И что же там такого неинтересного? – попробовал выяснить я, так как подозревал, что дело тут в чем-то ином.

- Майкрофт.

- Я думал, звонил Лестрад.

- Звонил Лестрад, но за ним стоит Майкрофт – мы ещё из аэропорта выйти не успели. Только Майкрофт знал, где мы. И только он мог счесть, что мне нужно новое дело.

- Ты ведь даже не успел отчитаться по тому, которое он тебе дал? – не понял я.

- Он знает, что мне не о чем отчитываться.

- Откуда?

- Иначе бы я ему ещё вчера обо всем сообщил. Мне нужно в Ливерпуль, - ловя такси, сообщил он.

- Собираешься осматривать место, где нашли нашего «зомби»?

- Должен же я чем-то заняться, пока Майкрофту не сообщат о том, что у Джона Хёксфорда счастливо вернулась память. 221b, Бейкер Стрит, - назвал он адрес таксисту. Ну хорошо не сразу в Ливерпуль.

- Если ты в этом так уверен… Ты в этом не уверен? – догадался я.

- У меня нет улик в пользу версии о распространении случаев зомбирования, но нет и улик против. За все 11 лет это выходило за пределы России только один раз – но похищенный из немецкого городка Пенеберга, Петер Флек, был эмигрантом из России, и нашелся в городе Камышине Волгоградской области. Наш мистер Хёксфорд не эмигрировал из России. И после инцидента он не начал курить.

- Курить?

- Одно из самых интересных обстоятельств состоит в том, что почти все найденные закурили, делали они это до похищения или нет.

- Психотропные вещества давались им в виде сигарет?

- И никто не потрудился проверить найденные у них в карманах сигареты, - фыркнул Холмс. – Ну да, подумаешь, человек отсутствовал полдня и вернулся курящим, что в этом такого… Иногда я, честно, поражаюсь…

- Полдня?

- Очевидно, проверку на полезность проходили после, а не до похищения. Полезные служили от месяца до трех лет, остальных выкидывали, иногда практически немедленно. Пару подростков даже не удосужились отвезти на место сброса - осознали свою ошибку и оставили на месте.

- Так что, будем ждать, пока у Хёксфорда не диагностируют истерическую амнезию вместо атипичной? Зачем в Ливерпуле?

- Подальше от Майкрофта.

- Тебя так волнует его неудовольствие отсутствием четкого ответа? – поразился я.

Шерлок фыркнул.

- Конечно, нет, но это может дать ему повод уклониться от выполнения своей части сделки.

- Какой сделки? – спросил я, но тут же понял – вот зачем братья Холмс оставались наедине, и почему Шерлок так легко после этого согласился на дело. – И что же было его частью сделки?

- Это сюрприз.

- Кому?

- Тебе, не мне же.



- Знаешь, мне почему-то не нравятся сюрпризы, вот нисколечко. Особенно от тебя с Майкрофтом. Только от тебя – ладно, с ними я уже почти смирился, но Майкрофт… Меня нервирует то, что ты обратился за этим самым сюрпризом к своему всемогущему братцу. Мне не нужно ничего, что может достать только он, честное слово.

- Это приятный сюрприз.

- Ты меня не убедил, - я вышел из такси, чуть не заплатив нерастраченными рублями. В Лондоне было нисколько не теплей, чем в Москве, и я иррационально (так как смысла в этом всё равно бы не было) пожалел об оставленном пуховике. Шерлок после вчерашней охоты на русских «газелей» выглядел особенно уязвимым. Возможно, он действительно заболевал, надо будет всунуть в него что-нибудь для профилактики. Когда Шерлоку надо было принять лекарство, я чувствовал себя ветеринаром – для того, чтобы это самое лекарство не было проигнорировано, выплюнуто, запито его нейтрализатором и так далее, нужно было постараться.

Мы зашли в квартиру, и я тут же, не раздеваясь, поспешил к аптечке, чтобы проверить наличие нужного, всё равно сейчас предстоял поход за продуктами, не хотелось бы ходить дважды, если Шерлоку всё-таки приспичит разболеться.

- И ни в какой Ливерпуль ты не поедешь, я лично никуда не собираюсь, хватит с меня России, я отдохнуть хочу, - заверил я Холмса, - А одного тебя я не отпущу – не после вчерашнего.

- Но, Джон…

- Если ты боишься, что Майкрофт не выполнит свою часть сделки, я выскажу ему всё, что я думаю по поводу его самого, посылающего тебя в такую опасную поездку. К тому же, я пока не уверен, что мне нужно, чтобы он выполнял свою часть вашей сделки, разве я этого не сказал?

В аптечке, разумеется, не было нужного, очевидно, все её содержимое пало смертью храбрых либо в экспериментах Шерлока, либо в его попытках самолечения – да, это за ним тоже водилось, при личном докторе он умудрялся периодически пытаться лечиться самостоятельно, разумеется, почти всегда с плачевными результатами. Ну, химию-то он знал, но фармакологию – только на уровне «наркотик - не наркотик».

Холмс откопал откуда-то из-под дивана тот самый выпуск Daily Mail, в котором мы вычитали про Хёксфорда, и протянул мне, показывая на одну из статей.

«



  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет