Николай Дамасский



жүктеу 0.74 Mb.
бет1/6
Дата28.04.2016
өлшемі0.74 Mb.
  1   2   3   4   5   6
: ist
ist -> Прижизненные публикации Чокана Валиханова. A издания Казахстана
ist -> Қазақстан Республикасы Ѓылым және Білім министрлігі
ist -> Ќазаќстан Республикасы Ѓылым жєне Білім министрлігі
ist -> История Вторжения кочевых племен Дашт-и Кипчака в Среднюю Азию (XVI в.)
ist -> Теорема Вейерштрасса. №2. Теорема
ist -> Топонимы географических названий святослава в бенине (африка) Полный перечень (около 1500) географических названий, содержащихся на Общегеографической справочной карте "Бенин", Масштаб 1 -1 000 000, фсгкр, пко "Картография, г. Москва, 1993
ist -> Губер А. А., Ким Г. Ф., Хейфец А. Н
ist -> Топонимы географических названий святослава в США (в самом одиозном государстве на Американском континенте) Полный перечень географических названий, содержащихся на Общегеографической справочной карте "сша", Масштаб 1 -6 000 000, фсгкр
Николай Дамасский

ИСТОРИЯ.


[Перевод: Е.В. Веселаго (фр. 35, 44), A.Ч. Козаржевского (фрагм. 24, 25, 53-56, 71-77), С.А. Ошерова (фрагм. 10-15, 26-31), Е.В. Федоровой (фрагм. 16-23, 32-34, 36-43, 45-52, 57-70).]


Текст приводится по изданию: "Вестник древней истории". 1960 г. № 3 и № 4.




(Используется греческий шрифт)






Номера фрагментов: 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111


Книги 1 и 2



10 (Якоби, 11; Мюллер, 72)

Exc. De insid., p. 3, 24: После войны с Индией Семирамида, проходя через область мидян, поднялась на высокую крутую гору; гладкие отвесные скалы делали её неприступной со всех сторон, кроме одной. Там она обозревала войско с экседры, которую немедленно построили по ее приказу. Пока она стояла там лагерем, евнух Сатибар и сыновья Онна составили против неё заговор. Задумал все Сатибар, а юношам он говорил, что если станет царем Ниний, то им угрожает смерть от его руки; значит, нужно, предварительно убить Ниния и его мать, а затем царствовать самим. Кроме того, он утверждал, что стыдно им смотреть сквозь пальцы, как их распутная мать, уже в таком возрасте, ежедневно тянется к первому встречному мужчине, лишь бы он был молод. А когда сыновья Онна спрашивали, как же выполнить задуманное, он отвечал, что это совсем нетрудно: нужно только подняться к ней на вершину горы, и, когда он прикажет (это дело он брал на себя), сбросить ее сверху вниз. Так они договорились и дали друг другу клятву возле какого-то святилища. Случайно за алтарем, где они договаривались, лежал один мидиец, который все слышал. Узнав таким образом о заговоре, он всё записал на табличке и послал ее с кем-то Семирамиде. Та прочла и на следующий день, взойдя на вершину горы, позвала сыновей Онна. Задумав что-то, она велела им прийти в полном вооружении. За юношами последовал Сатибар, радуясь, что их дело направляет сам бог, раз уж мать позвала сыновей вооруженными. Когда они пришли, Семирамида, приказав евнуху удалиться, сказала юношам: "О негодные дети совершенного отца! Вы послушались злого раба и задумали убить родную мать, вы хотели сбросить отсюда меня, получившую власть от богов! Так вот я! бросайте меня с этого утеса, прославьтесь среди людей: царствуйте, убив мать Семирамиду и брата Ниния!" Потом она обратилась с речью к ассирийцам. (Смотри "О речах перед войском").



11 (2; 3)

Exc. De virt., I, p. 329, 16: Тогда воцарился над ассирийцами Сарданапал, унаследовавший царство от Нина и Семирамиды. Он жил в городе Нине, проводя все время в глубине своих дворцов. Он не прикасался к оружию, не выезжал на охоту, как древние цари; зато он мазал себе лицо, подводил глаза, состязался с наложницами в красоте прически и вообще вел себя, как женщина. По установленному обычаю, к его дверям являлись сатрапы подвластных народов и приводили с собой упомянутые военные силы. Среди них был Арбак, правитель мидян, человек в жизни умеренный, в делах – опытнее всех, закаленный в охотах и битвах. Много благородных дел он совершил, но еще более многочисленные и великие замышлял в то время. Узнав о нравах и образе жизни царя, он подумал и решил, что власть над Азией принадлежит такому человеку только потому, что не находится более достойного мужа. И он принял решение захватить верховную власть.



12 (3; 9)

Exc. De insid., p. 4, 23: Когда над ассирийцами царствовал Сарданапал, мидиец Арбак, узнав о нравах, и образе жизни царя, подумал и решил, что власть над Ассирией принадлежит такому человеку только потому, что не находится более достойного мужа. А мидийское племя считалось самим храбрым после ассирийцев. Этот Арбак был близок с Белесием, архонтом Вавилона, потому что тот стоял по соседству с ним перед воротами дворца. Белесий был родом халдей (а они все были жрецами и пользовались величайшим почетом). Арбак сговорился с ним, и они решили вместе стремиться к захвату власти и к передаче господства из рук ассирийцев в руки мидян. Вавилоняне были самыми лучшими астрономами и превосходили всех искусным умением предсказывать будущее по снам и по чудесным явлениям, – словом, отличались познаниями во всем, что касается божественных дел. Однажды Белесий беседовал с Арбаком неподалеку от ворот дворца возле каких-то яслей, из которых два коня рассыпали мякину. Вскоре наступило время полуденного отдыха, и Белесий заснул. Во сне ему показалось, будто он видит, как один из коней несет в пасти и сыплет мякину на Арбака, который спал тут же. Другой конь спрашивает его: "Зачем ты это делаешь, глупый? Зачем ты носишь мякину этому человеку?" А первый отвечает: "Я завидую ему: ведь он будет царствовать над всем, чем сейчас правит Сарданапал!" Увидев и услышав все это, вавилонянин разбудил спящего мидийца. Имея обширные познания в божественных делах, он обдумывает значение этого сна и предлагает Арбаку пойти к реке Тигр, которая протекает близ Нина и омывает его стены. Они шли и о многом беседовали, как это бывает у друзей, и Белесий сказал: "Ну, Арбак, если повелитель Сарданапал поставит тебя сатрапом Киликии, что ты дашь мне за эту добрую весть?" Тот ответил: "Зачем ты смеешься надо мною, странный человек? Почему он поставит меня сатрапом Киликии и обойдёт других, которые лучше меня?" На это Белесий возразил: "А если он все же даст тебе эту должность (ведь я говорю, потому что знаю нечто большее), как ты меня отблагодаришь?" Арбак ответил: "Тебе не пришлось бы меня упрекать: ты получил бы немалую долю моей власти". Тогда Белесий сказал: "А если бы он сделал тебя сатрапом всей Вавилонии, кем буду я?" Арбак в ответ: "Перестань, ради Зевса, так меня оскорблять! Думаю, хоть я и мидиец, но не таков, чтобы вавилонянин мог смеяться надо мной". Но Белесий произнес: "Клянусь великим Белом, я говорю тебе это не в насмешку: ведь я догадываюсь о чем-то большем". Арбак сказал: "Если я стану сатрапом Вавилонии, то назначу тебя эпархом всей сатрапии". Вавилонянин ответил: "Я верю тебе. Но скажи мне вот что: если бы ты был царем над всем, чем теперь правит Сарданапал, что бы ты для меня сделал?" На это Арбак сказал: "Если бы тебя, несчастный, услышал Сарданапал, то будь уверен, что мы оба погибли бы злой смертью. Но что тебе пришло в голову говорить такой вздор? Почему ты не перестанешь болтать?" Тогда Белесий взял его за руку и произнес, подчеркивая свои слова: "Клянусь этой десницей, столь для меня почтенной, и великим Белом, – я не шучу, а говорю, хорошо зная божественные предначертания!" И Арбак ответил ему: "Я дам тебе Вавилон, и при твоем правления он будет свободен от налогов". А когда тот в подтверждение сказанного попросил дать ему правую руку, Арбак охотно протянул ее. И Белесий сказал: "Итак, ты будешь царем; будь уверен, это непреложно!". Порешив так, оба вернулись к воротам исполнять обычные обязанности. После этого, заведя знакомство с самым доверенным из евнухов, Арбак попросил показать ему царя: ему очень хотелось посмотреть каков этот повелитель. Евнух ответил, что увидеть царя невозможно и что никто еще не достигал этого, и тогда Арбак прекратил свои просьбы. Однако, немного выждав, он стал просить евнуха еще настойчивее, обещая дать ему за эту милость много золота и серебра. Так он уговорил евнуха, очень благожелательного человека. Евнух хотел отблагодарить Арбака и обещал, если представится удобное время, напомнить повелителю... 3 здесь окончил.

13 (4; 10 – 11)

Exc. De virt., I, p. 330, 5: Когда над мидянами царствовал Артей, преемник ассирийского царя Сарданапала, в Мидии жил некий Парсонд, человек, славившийся своим мужеством и силой, высоко превозносимый за свое благоразумие и телесную красоту у царя и среди персов, из которых был родом. Был он искусен и в ловле диких зверей, и в рукопашном бою, и в битве на колеснице или на коне. Однажды он увидел вавилонянина Нанара. В роскошных одеждах, с серьгами в ушах, гладко выбритый, он был женоподобен и слаб. Испытывая отвращение к этому человеку, Парсонд стал убеждать царя отобрать у Нанара власть и передать ему. Но царь не решался обидеть вавилонянина и нарушить установления Арбака. Дважды и трижды обратившись с этими просьбами к Артею и получая все тот же ответ, Парсонд перестал домогаться своего. Но все это не осталось тайной для Нанара. Узнав о намерениях Парсонда, он пообещал мелким торговцам, всегда в большой количестве следовавшим за его войском, богатые подарки, если кто-нибудь из них захватит Парсонда и приведет к нему. Как-то раз случилось, что Парсонд, охотясь, ускакал далеко от царя и выехал на равнину, расположенную вблизи Вавилона. Своих слуг он отправил в близлежащий лес и приказал им кричать и шуметь, выгоняя зверей на равнину. Так он поймал множество кабанов и оленей.



Наконец, преследуя дикого осла, он далеко оторвался от своих и, гоня его в одиночку, прискакал в Вавилонию, в то место, где находились торговцы, заготовлявшие припасы для царя. Увидев их, он попросил у них попить, таи как испытывал жажду. А они, с радостью увидев Парсонда, подошли к нему, налили напиться и, взяв коня, предложили поесть. Проведя весь день на охоте, он не без удовольствия выслушал это и велел отправить пойманного осла к царю, а слугам, оставшимся в лесу, сказать, где он находится. Торговцы, пообещав все сделать, усадили Парсонда, поставили перед ним разные кушанья и налили для питья самого сладкого вина, нарочно неразбавленного, чтобы он опьянел. Насытившись, он потребовал коня, чтобы уехать к войску царя. А они, приведя красивых женщин, стали ему их показывать и предлагать здесь лечь и провести с ними ночь, а на рассвете уехать. Парсонд, увидя этих женщин, остался переночевать в поле. От общения с ними и от усталости его охватил сон. Тогда торговцы, оттащив спавшую с ним рядом женщину, все вместе напали на него, связали и доставили к Нанару. Тот, увидев его (Парсонд отрезвел и понял, в какую он попал беду), спросил: "Разве ты сам Парсонд, или кто-нибудь из твоих близких видели от меня раньше какое-либо зло?" Тот ответил, что нет. – "Может быть, ты опасался испытать что-нибудь впредь?" – "Нет, конечно!" – "Так что же ты сам стал первым оскорблять меня; называть женоподобным, требовать у Артея мое царство, будто действительно я ничего не стою, а ты – человек дельный? Я очень благодарен Артею за то, что он не позволил себя убедить и отнять у нас власть, данную Арбаком. Ради чего ты это сделал, злой ты человек?". Парсонд, нисколько не заискивая, ответил: "Я думал, что я достойнее обладать этим даром, потому что я мужественнее тебя и полезнее царю, чем ты, гладко выбритый, с подведенными сурьмой глазами и намазанной белилами кожей". На это Нанар заявил: "И тебе не стыдно, что тебя, такого сильного, захватил более слабый только потому, что ты сам ослабел от еды и любви! Ну, а я сделаю так, что скоро ты станешь изнеженнее женщин, и кожа у тебя станет белее, чем у них". И поклялся Белом и Милиттой. Так ведь вавилоняне называют Афродиту. Тотчас призвал он евнуха, которому были вверены музыкантши и сказал ему: "Уведи этого человека, выбрей ему все тело и разотри пемзой все, кроме головы; мой его дважды в день и натирай яичным желтком; пусть глаза его будут подведены, а волосы уложены, как у женщин. Пусть он научится играть на кифаре и на лире. Пусть он научится петь, чтобы он мог служить мне вместе с музыкантшами, во всем подобный женщине. Когда тело его станет гладким, пусть он с ними проводит жизнь, пусть носит ту же одежду и занимается тем же ремеслом". Когда он сказал это, евнух, взяв Парсонда, выбрил ему волосы везде, кроме головы, выучил всему, чему было велено, изнежил его, моя дважды в день, и сделал его кожу гладкой; по приказу господина, он создал ему такой образ жизни, как у женщин. Вскоре тело Парсонда стало белым, нежным н женоподобным; а пел он и играл на кифаре много лучше, чем все музыкантши. Видя, как он прислуживает на пиру у Нанара, никто не усомнился бы, что это женщина, и к тому же более красивая, чем все прислуживающие вместе с ней.

А мидийский царь Артей, устав всюду разыскивать Парсонда и предлагать награды тому, кто найдёт его живым или мертвым, решил, что его растерзал на охоте лев или другой дверь, и очень сокрушался о нем, самом храбром своем приближенном. Прошло семь лет с тех пор, как Парсонд стал вести в Вавилоне такую жизнь. Как-то раз Нанар наказал кнутом одного из евнухов, подвергнув его тяжелым истязаниям. Парсонд, побуждая этого человека щедрыми посулами, убедил его тайно бежать в Мидию к Артею и рассказать царю, что твой, мол, воинственный друг Парсонд живет опозоренным, проводя жизнь среди музыкантш. Когда евнух сказал об этом царю, тот, одновременно и радуясь, и горько стеная, произнес: "Увы! Опозорен доблестный муж! Но как Парсонд, которого я хорошо знаю, вытерпел, чтобы враг изнежил и сделал женственным его тело!". И тотчас послал к вавилонянину одного из самых доверенных ангаров (так назывались царские вестники). Когда ангар явился и стал требовать выдачи Парсонда, Нанар, решительно все отрицая, заявил, что нигде не видел его с тех пор, как он исчез. Артей, услыхав это, послал второго ангара, более важного и с большими полномочиями, чех первый. С ним он отправил табличку с приказом, чтобы Нанар оставил свои вавилонские хитрости и возвратил человека, которого он передал музыкантшам и евнухам, или ему не сносить головы. Это он написал и одновременно приказал вестнику, чтобы тот, если Нанар не отдаст Парсонда, взял его за пояс и вел на казнь. Второй вестник пришел в Вавилон и объявил все Нанару, который, опасаясь за свою жизнь, обещал выдать Парсонда. Кроме того, оправдываясь перед ангаром, он заявил, что убедит царя в том, что справедливо покарал человека, который первым нанёс ему тяжкое оскорбление: ведь он причинил бы самому Нанару гораздо большое зло, если бы царь, его повелитель, не защитил его. После этого он угощал ангара. Оба пили вино и беседовали. Когда кушанья были поданы, вошли музыкантши, сто пятьдесят женщин, среди которых был и Парсонд. Одни играли на кифарах, другие – на флейтах, третьи – на лирах, но среди всех особенно выделялся красотой и искусством Парсонд, которого тоже принимали за женщину. Когда они насытились, Нанар спросил у ангара, кто из женщин, по его мнению, превосходит всех прекрасной внешностью и искусством игры. Тот сразу отвечал, что "эта", и указал на Парсонда. Нанар, захлопав в ладоши, долго смеялся и сказал: "Так не хочешь ли ты отдохнуть эту ночь с нею?" – "Конечно!" – ответил ангар. – "А я тебе не дам!" – воскликнул Нанар. – "Зачем же ты меня спрашиваешь?" – сказал приезжий. И Нанар, немного помедлив, ответил: "Это и есть Парсонд, за которым ты явился!" А когда тот не поверил, он поклялся. Тогда ангар скакал: "Удивляюсь, почему мужественный человек остался жить, превращенный в женщину, и не лишил жизни самого себя, если не мог сделать этого с другими. Как воспримет это повелитель царь, когда услышит?". А Нанар сказал: "Я легко докажу ему, что ни в чем не нарушил справедливости". Поговорив так, они отправились спать. На следующее утро вавилонянин, посадив Парсонда в повозку, отправил его вместе с ангаром. Когда они прибыли в Сузы, где находился царь, ангар показал ему этого человека. Артей долгое время был в недоумении, а потом, увидев вместо мужчины женщину, сказал: "Несчастный, как мог ты вынести, чтобы тебя так опозорили, и не умереть раньше?" А Парсонд ответил: "Говорят, повелитель, что судьба сильнее даже богов. Я же вытерпел все это и остался жить среди таких мук прежде всего затем, чтобы вновь увидеться с тобой, и потом, чтобы видеть, как Нанар будет тобой наказан; а если бы я умер, мне это не удалось бы. Тик не отнимай у меня исполнения второй моей надежды, повелитель, и покарай за меня дурного человека!". Артей обещал сделать это, как только прибудет в Вавилон.

Вскоре Парсонд вновь обрел свой естественный вид мужчины, а царь явился в Вавилон. Каждый день Парсонд громко взывал к нему, чтобы он наказал Нанара. Но тот пришёл к царю и заявил, что поступил справедливо. "Этот человек, не испытав ничего дурного, стал первым клеветать тебе на меня, – сказал он, – чтобы ты убил меня и дал ему власть над Вавилоном". Но Артей нашел требование Парсонда более справедливым: "Нужно было не самому судить и не отыскивать такого наказания, а предоставить решить мне. Тебе же я через десять дней объявлю, наконец, приговор, которого ты заслуживаешь". Нанар страшно испугался и прибег к Митраферну, самому влиятельному из евнухов. Он обещал дать Митраферну, если тот выпросит ему у Артея жизнь и власть над Вавилоном, десять талантов золота, десять золотых и двести серебряных чаш, а Парсонду – сто талантов серебряной монетой и драгоценные одежды; царю же он посулил сто талантов золота, сто золотых и триста серебряных чаш, тысячу талантов серебряной монетой, бесчисленное множество одежд и много других прекрасных даров. Евнух, пользующийся самым большим почетом, отправился к царю и после многочисленных просьб сказал, что Нанар не заслуживает смерти: ведь он не убил Парсонда, а лишь ответил оскорблением на ужасное оскорбление. "Даже если он заслужил бы смертную казнь, повелитель, – говорил Митраферн, – окажи мне эту милость, дай право просить за него! Он даст тебе, своему повелителю, много золота и серебра, а Парсонду в виде пени за содеянное выплатит сто талантов серебра". Царь поддался на эти убеждения и послал, наконец, своё решение Нанару. Тот преклонил перед ним колена, а Парсонд, покачав головой, сказал: "Будь проклят тот, кто первый открыл золото на погибель человеческого рода: из-за него я сделался посмешищем этого вавилонянина". Евнух, узнав, как он тяжело все это переживает, сказал ему: "Перестань гневаться, добрый человек, послушайся меня и стань другом Нанару: ведь этого хочет повелитель!". И Парсонд стал поджидать удобный случай, чтобы отплатить, если сможет, евнуху и Нанару; он нашел такой случай и отплатил. (Смотри "О действиях полководцев").



14 (5; 12)

Exc. De virt., I, p. 335, 20: Это было после убийства Мармарея, царя саков; Стриангей был давно уже охвачен тайной любовью к Заринее, так же, как и она к нему. Когда он оказался близ города Роксанаки, где у саков находился царский дворец, Заринея встретила его; глядя на него с большой радостью, она взяла его за руку и поцеловала на глазах у всех, а потом перешла на его колесницу, и они, беседуя, прибыли в царский дворец. Заринея приняла с большим блеском и следовавшее за ним войско. После этого Стриангей удалился в свои покои, стеная от любви к Заринее. Не в силах выносить это, он всё сообщил самому доверенному из евнухов, сопровождавших его. Тот, ободряя его, стал советовать ему отбросить излишнюю робость и сказать все самой Заринее. И Стриангей, послушавшись, вскочил и отправился к ней. Когда она очень радостно его приняла, он, после долгих промедлений и стонов, изменившись в лице, всё же решился и сказал ей, что он от сильной любви сгорает страстью к ней. Она же очень мягко отвергла его, сказав, что это было бы постыдно и пагубно для нее, а для него ещё намного пагубнее и позорнее, потому что он женат на Рэтее, дочери Астибара, которая, как она слышала, красивее и её самой, и многих других женщин. А ему нужно проявлять мужество не только с врагами, но и тогда, когда нечто подобное западает ему в душу. И не следует ради краткого наслаждения, которое он может получить и от наложниц, мучиться длительное время, если об этом узнает Рэтея. Потому, сказала она, пусть он оставит это и просит о чем-нибудь другом: ни в чем он не встретит с ее стороны отказа. Когда она все это сказала, он долго молчал, потом простился с ней и ушел; впав в еще большее отчаяние, он стал жаловаться евнуху. Наконец, исписав табличку, он взял с него клятву, что, когда он сам покончит с собой, евнух отдаст табличку Заринее, ничего не сказав ей заранее. А написано было: "Стриангей говорит Заринее вот что: "Я спас тебя и создал то счастливое положение, в котором ты пребываешь теперь. Ты же меня убила и сделала самым ненужным из всех. Если ты поступила справедливо, то пусть достигнешь ты всяких благ и будешь счастлива. Если же несправедливо, – пусть и ты испытаешь те же страдания, что я: ведь это ты побудила меня стать таким"!". Написав это, он положил табличку под изголовье и, мужественно удаляясь в аид, потребовал меч. Евнух же... 4.



15 (6; 13)

Etym. M., p. 180,5 42: Ахемен – герой, по имени которого персы называются Ахеменидами. Он был сыном Персея; назван был так потому, что его предок был из Ахеи. Так пишет Николай во второй книге "Истории".



(Фрагм. 91?)


Книга 3


16 (7; 14)

Exc. De insid., p. 6, 17: Сыновей Амфиона и Зета Антиопа родила прямо на дороге, а затем подкинула. После того как Лик был свергнут с престола, а царем над кадмейцами стал Лаий, Зет и Амфион не раз хаживали с Киферона в Фивы к Лику и к своей матери. Они знали ее и знали, что она терпит, но наедине поговорить с ней они не могли, потому что обыкновенно она содержалась взаперти по приказанию Дарки. Но когда царем был уже Лаий, Антиопа стала ходить за водой в сад Лика, а Зет и Амфион пришли туда же. Их мучила жажда, и мать дала им ведро воды напиться. Она сразу узнала своих сыновей и, так как они были одни, начала жаловаться на свои горести; обняв их, она стала умолять, чтобы они избавили свою мать от страданий. Она открыла им, что терпит все это из-за их появления на свет. Узнав все, они вознегодовали за обиду матери, тотчас убили Лика, а Дирку, побив камнями, бросили в реку, которая зовется Дирка в память о ее гибели. Лаий простил им это и отдал дом Лика и Никтея в вознаграждение за те несправедливости, которые им пришлось протерпеть. Так они освободили свою мать.




  1   2   3   4   5   6


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет