Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики за III квартал 2011 года



жүктеу 0.54 Mb.
бет1/3
Дата17.04.2016
өлшемі0.54 Mb.
  1   2   3
: UserFiles -> orgs
orgs -> Они не вернулись с войны уроженцы деревни александровка
orgs -> Кириллов Александр Ильич
orgs -> Деревня Белое Озеро (Список односельчан, вернувшихся из войны)
orgs -> Всероссийская олимпиада школьников по биологии Муниципальный этап
orgs -> 1. цели и задачи
orgs -> . Награжден значком «Отличнику здравоохранения» (1988), Почётной грамотой Госсовета чр. Заслуженный врач чр
ОБЗОР

кассационной практики

Судебной коллегии по уголовным делам

Верховного Суда Чувашской Республики

за III квартал 2011 года

 

В соответствии с планом работы Верховного Суда Чувашской Республики на II полугодие 2011 года судебной коллегией по уголовным делам проведен анализ судебной практики в суде кассационной инстанции, изучены наиболее часто встречающиеся причины отмен и изменения приговоров, а также отмен постановлений судов в кассационном порядке за III  квартал 2011 года.



В обзоре приведены примеры из кассационной практики, которые могут быть использованы судьями в целях недопущения ошибок при рассмотрении аналогичных дел.

 

1. Ошибки, допущенные судами при квалификации действий осужденных.

Судебная коллегия переквалифицировала действия осужденных с п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ на п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.03.11. №26-ФЗ), предусматривающей ответственность за тайное хищение чужого имущества, совершенное по предварительному сговору группой лиц.

Приговором Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 30 июля 2011 года И. осужден по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года №26-ФЗ) к лишению свободы на срок 2 года без штрафа и ограничения свободы.

На основании ст.70 УК РФ к данному наказанию присоединено частично не отбытое наказание по приговору от 16.04.07 года и окончательное наказание по их совокупности назначено в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев без штрафа и ограничения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

К.  осужден по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года №26-ФЗ) к лишению свободы на срок 1 год без штрафа и ограничения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

И. и К. осуждены за то, что 16 августа 2010 года около 7 часов 30 минут, вступив в предварительный сговор на совершение кражи, пришли к дому №8 коллективного сада «Травянка», где К. взломал запорное устройство входной двери, оба проникли в дом, откуда тайно похитили металлическую кровать стоимостью 200 рублей, принадлежащую А.

В суде осужденные вину не признали.

В кассационных жалобах осужденные привели доводы о непричастности к совершению преступления, выразили несогласие с приговором суда в части назначения им наказания в виде лишения свободы.

Судебная коллегия приговор изменила, указав в определении следующее.

В соответствии со ст.ст.380 и 382 УПК РФ основанием для изменения приговора является несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также неправильное применение уголовного закона.

Делая вывод о виновности осужденных в совершении преступления, предусмотренного п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ, суд первой инстанции исходил из содержания показаний осужденного И., данных в ходе предварительного расследования, пояснившего, что 12 августа 2010 года он познакомился с К., который предложил совершить кражу из какой-либо дачи для приобретения спиртного. Они подыскали дачу, К., дернув за ручку двери, сорвал петлю, на которой находился навесной замок, после чего оба вошли в помещение дачного домика, откуда похитили металлическую кровать.

Вместе с тем, суд признал относимыми и допустимыми и показания осужденного К., данные в ходе предварительного расследования, и также положил их в основу приговора.

При этом показания К. содержали существенные противоречия относительно показаний И. Так, К. как в ходе предварительного расследования, так и на судебном заседании показывал, что с И. он познакомился накануне дня, когда продали кровать. И., узнав, что ему негде ночевать, предложил пойти с последним и привел в дачный домик, который фактически не закрывался, где они и переночевали. Утром оба мучились с похмелья, и И. предложил продать металлическую кровать из дачного домика, что они и сделали.

Противоречия в показаниях осужденных относительно мотивов проникновения в дачный домик (И. заявил, что с целью кражи, а К. – для ночлега) судом устранены не были.

При этом судом не учтены требования ч.2 ст.77 УПК РФ, согласно которой признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств.

Показания И. в ходе предварительного следствия и сведения, изложенные в протоколе явки с повинной, на который судом также сделана ссылка в приговоре, о том, что И. познакомился с К. и в этот же день по предложению К. и при активной помощи последнего совершил кражу, для чего незаконно проник в дачный домик потерпевшей А., другими доказательствами не подтверждены.

Совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств установлено, что осужденные вдвоем тайно похитили из дачного домика потерпевшей металлическую кровать стоимостью 200 рублей. Данные об этом содержатся в показаниях свидетеля С., видевшего как осужденные вдвоем несли похищенную кровать, фотоснимках, сделанных С., показаниях свидетеля К.

Однако для квалификации действий осужденных по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ установления таких данных недостаточно.

Суду следовало проверить и обосновать в приговоре, что умысел на совершение кражи возник у виновных лиц еще до проникновения в жилище.

По настоящему делу этого сделано не было и доводы осужденного К. о том, что он вместе с И. вошел в дачный домик потерпевшей для того, чтобы переночевать, опровергнуты в приговоре не были.

При наличии не устраненных противоречий в показаниях осужденных, положенных в основу приговора, судебная коллегия исходила из того, что все сомнения должны толковаться в пользу осужденных, в связи с чем пришла к выводу о необходимости переквалификации действий осужденных с п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ на п.«а» ч.2 ст.158 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.03.11. №26-ФЗ), предусматривающей ответственность за тайное хищение чужого имущества, совершенное по предварительному сговору группой лиц.

И. было назначено судом кассационной инстанции с учетом наличия судимости наказание в виде 2 лет 2  месяцев лишения свободы без ограничения свободы, а К. в виде штрафа  в размере 3000 рублей.

К. из-под стражи был освобожден.

                                                                             Кассационное дело № 22-2653

 

2. Нарушение требований уголовного и уголовно-процессуального закона при назначении осужденным наказания.

Суд кассационной инстанции не согласился с назначением осужденному по ч.3 ст.264 УК РФ за нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств с причинением по неосторожности смерти условного лишения свободы, отменив приговор с направлением дела на новое рассмотрение.

 Приговором Ядринского районного суда Чувашской Республики от 23 июня 2011 года П. осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 4 годам лишения свободы с лишением права управлять транспортным средством сроком на 3 года. На основании ст.73 УК РФ основное наказание назначено условное с установлением испытательного срока на 4 года.

Разрешен гражданский иск и взыскано с П. в пользу  Т. в счет компенсации морального вреда 150 000 рублей.

 Приговором суда П. признан виновным в том, что, управляя технически исправным автомобилем, принадлежащим на праве личной собственности, нарушив правила дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, совершил наезд на пешехода Т., причинив ему по неосторожности смерть.

В кассационном представлении прокурор поставил вопрос об отмене  приговора суда ввиду чрезмерной мягкости назначенного наказания.

На кассационное представление прокурора потерпевшей Т. и осужденным П. принесены возражения, в которых они просили приговор оставить без изменения.

Судебная коллегия приговор суда отменила с направлением дела на новое судебное рассмотрение ввиду нарушения при назначении наказания норм уголовного и уголовно-процессуального закона, указав в определении следующее.

Суд, определяя размер назначаемого виновному наказания, неправильно применил уголовный закон и назначил наказание вопреки требованиям ч.1 ст.62 УК РФ.

Более того, в соответствии с ч.1 и ч.3 ст.60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, с учетом положений его Общей части. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в  том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние  назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Пункт 4 статьи 307 УПК РФ предусматривает, что описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.

В силу требований ст.73 УК РФ вывод суда о применении условного осуждения должен быть основан на всесторонней и объективной оценке обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, с обязательным приведением в приговоре мотивов принятого решения.

Признавая П. виновным в совершении указанного преступления и назначая наказание в виде 4-х лет лишения свободы условно с установлением испытательного срока на 4 года, суд в приговоре указал, что учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого – по месту жительства и работы характеризуется положительно, имеет грамоты и благодарности руководства района за добросовестный труд, привлекается к уголовной ответственности впервые, преступление отнесено законом к категории средней тяжести. Суд также указал, что обстоятельствами, смягчающими наказание виновного, признает наличие малолетних детей, добровольное возмещение материального ущерба. Отягчающих наказание обстоятельств не имеется. С учетом всех обстоятельств дела, в том числе наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, личности подсудимого, суд счёл необходимым назначить наказание в виде лишения свободы с применением ст.73 УК РФ с лишением права управлять транспортными средствами.

Между тем, суд, делая вывод о возможности применения к подсудимому условного осуждения, в приговоре не указал, почему, несмотря на наличие неблагоприятных для потерпевшей последствий, перечисленные выше обстоятельства суд счел достаточными для такого вывода, в то время как совершенное преступление законом отнесено к категории средней тяжести и представляет собой повышенную общественную опасность, максимальный срок наказания, предусмотренный ч.3 ст.264 УК РФ, составляет 5 лет лишения свободы.

Суд первой инстанции не учел, что после совершения наезда на потерпевшего осужденный скрылся с места дорожно-транспортного происшествия, не оказал необходимую помощь.

Судебная коллегия посчитала, что поскольку сбив потерпевшего, осужденный скрылся с места ДТП, скорую помощь и сотрудников ДПС не вызвал, пытался скрыть автомобиль, назначение наказания в виде условного осуждения является необоснованным и несправедливым.

                                                                          Кассационное дело №22-2480      

 

В соответствии с требованиями п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ лицам, осуждённым за преступления, совершенные по неосторожности, отбывание наказания в виде лишения свободы назначается в колониях-поселениях.



Приговором Чебоксарского районного суда Чувашской Республики от 04 июля 2011 года Г. осужден по ч.5 ст.264 УК РФ к лишению свободы на срок 3 (три) года с лишением права управлять транспортными средствами на 2 (два) года, с отбыванием наказания в колонии общего режима.

Постановлено взыскать с Г.:

- в пользу Ф. 80 тысяч рублей в счет возмещения морального вреда, 5 тысяч рублей в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя;

- в пользу С. 100 тысяч рублей в счет возмещения морального вреда, 5 тысяч рублей в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя.

Г. признан виновным в нарушении п.п.1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 10.1, 11.1 Правил дорожного движения РФ при управлении автомобилем марки «Форд Транзит- 222702», повлекшем по неосторожности причинение водителю автомобиля«ВАЗ-2112» Ф., пассажиру С. тяжкого вреда здоровью и смерть пассажиров С. иК.

В судебном заседании осужденный Г. виновным себя в предъявленном обвинении признал частично.

В кассационной жалобе осужденный Г. выразил свое несогласие с приговором, просил пересмотреть его уголовное дело с учетом экспертного исследования дорожно-транспортного происшествия и дорожных обстоятельств (гололед, снежные заносы на обочине, отсутствие дорожных знаков обгон запрещен, опасный поворот). Кроме того, просил смягчить назначенное наказание с учетом имеющихся смягчающих обстоятельств и изменить вид исправительного учреждения, назначив к отбыванию колонию-поселение.

В возражении на кассационную жалобу государственный обвинитель выразил свое несогласие с доводами жалобы, просил приговор суда оставить без изменения, а жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационных жалоб и дополнения к ним, судебная коллегия нашла приговор суда в целом законным и обоснованным.

Вместе с тем, судебная коллегия приговор изменила в части вида исправительного учреждения, указав в определении, что в соответствии с требованиями п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ лицам, осуждённым за преступления, совершенные по неосторожности, отбывание наказания в виде лишения свободы назначается в колониях-поселениях. С учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного суд может назначить указанным лицам отбывание наказания в исправительной колонии общего режима с указанием мотивов принятого решения.

Суд первой инстанции необходимость назначения Г. для отбывания наказания исправительной колонии общего режима не достаточно мотивировал, приведя лишь диспозицию статьи (смерть двух лиц), в связи с чем, суд кассационной инстанции назначил ему для отбывания наказания колонию-поселение.

                                                                         Кассационное дело № 22-2446

 

Добровольное возмещение вреда было признано судебной коллегией смягчающим наказание осужденного обстоятельством, а назначенное наказание снижено.



Приговором Калининского районного суда г.Чебоксары от 9 июня 2011 года П. осужден по ч.2 ст.162 УК РФ к 3 годам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

М. осужден по ч.2 ст.162 УК РФ к 3 годам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения ему изменена на заключение под стражу, срок отбывания наказания исчислен с 9 июня 2011 года.

М. и П.  признаны виновными в совершении разбоя группой лиц по предварительному сговору. Преступление совершено 26 марта 2011 года в г.Чебоксары.

В судебном заседании осужденные вину в совершении преступления признали и полагали необходимым квалифицировать их действия как покушение на грабеж.

В кассационной жалобе осужденным М. и его адвокатами ставился вопрос об изменении приговора и назначении ему условного наказания с применением ст.73 УК РФ.

Обсудив доводы жалоб с изучением материалов уголовного дела, судебная коллегия пришла к выводу о необходимости изменения приговора в части назначенного наказания, указав в определении следующее.

Наказание осужденным, в целом, назначено с соблюдением требований ст.60 УК РФ. При этом приняты во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства дела, данные о личности осужденных, а также смягчающие наказание обстоятельства.

Осужденными совершено тяжкое преступление.

Ранее они к уголовной ответственности не привлекались, характеризуются по месту жительства и учебы положительно.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел положительные характеристики, явку с повинной, а в отношении М. также и возмещение потерпевшему вреда.

В то же время, из материалов уголовного дела следует, что П. выплатил потерпевшему в счет компенсации вреда 7000 рублей. Данное обстоятельство также подлежало признанию смягчающим наказание П.

В связи с этим добровольное возмещение вреда было признано судебной коллегией смягчающим наказание П. обстоятельством, и наказание  по ч.2 ст.162 УК РФ снижено до 2 лет 10 месяцев лишения свободы без штрафа и ограничения свободы.

                                                                         Кассационное дело №22-2274

 

3. Ошибки при применении норм уголовно-процессуального закона.

Приговор суда первой инстанции отменен, так как  был постановлен без проверки всех значимых для выводов суда обстоятельств.

Приговором Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от 23 мая 2011 года А. осужден по ч.5 ст.264 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года 6 месяцев с лишением права управлять транспортными средствами на 2 года с отбыванием наказания в колонии-поселении.

А. признан виновным в нарушении п.п.1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения при управлении механическим транспортным средством, повлекшем по неосторожности смерть троих лиц.

В судебном заседании осужденный вину не признал.

В кассационных жалобах:

- осужденный А. просил приговор отменить, прекратив в отношении него уголовное дело. Он указал, что ни органы предварительного расследования, ни суд не учли при расследовании и рассмотрении дела, что водитель второго автомобиля – участника дорожно-транспортного происшествия находился в состоянии алкогольного опьянения, что исключало возможность управления транспортным средством. Положенное в основу приговора заключение технической экспертизы не дало ответов, с какой скоростью двигались оба транспортных средства до момента столкновения. Он настаивал, что его автомобиль двигался со скоростью не более 60 км/час, а автомобиль под управлением С. – со скоростью свыше 80 км/час. Считает, что и исследованные в судебном заседании доказательства не дают оснований утверждать о его виновности в совершении дорожно-транспортного происшествия.

В кассационном представлении государственного обвинителя – заместителя Шумерлинского межрайонного прокурора была изложена просьба об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение. Приведены доводы о несправедливости назначенного приговором наказания вследствие его чрезмерной мягкости. Указывалось, что суд не учел, что А. вину в совершении преступления не признал, а содеянное последним привело к гибели троих человек.

Судебная коллегия приговор отменила с направлением дела на новое рассмотрение по следующим основаниям.

Осужденный А., как в ходе предварительного расследования, так и на судебном заседании, не признавая себя виновным, показывал, что Правил дорожного движения не нарушал, двигался по полосе движения для его автомобиля, и что причиной дорожно-транспортного происшествия явились действия водителя автомобиля «Киа», который неожиданно выехал на полосу для встречного движения.

Признавая А. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ, суд в приговоре указал, что доводы осужденного о невиновности опровергаются показаниями свидетелей и эксперта А.

Вместе с тем, из материалов дела и исследованных в судебном заседании доказательств следует, что очевидцев дорожно-транспортного происшествия, которое произошло 31 декабря 2010 года на автодороге «Сура», не имелось, и ни один из свидетелей, допрошенных судом, не дал показаний о месте столкновения автомобилей – участников ДТП.

Перечисленные в приговоре свидетели дали показания лишь относительно места расположения автомобилей «ГАЗ-3110» и «Киа Авелла» после столкновения, поскольку оказались на месте ДТП уже после произошедшего. Из их показаний действительно следует, что автомобили после столкновения находились в середине проезжей части дороги, это зафиксировано и в протоколе осмотра места происшествия. Однако установленные судом обстоятельства о расположении транспортных средств после столкновения сами по себе не являлись достаточными доказательствами для выводов о нарушении осужденным Правил дорожного движения.

Для установления указанных обстоятельств, а, следовательно, и для решения вопроса о месте столкновения требовались специальные познания, в связи с чем в ходе предварительного расследования по делу назначалась и проводилась автотехническая экспертиза. Согласно выводам экспертизы место столкновения автомобиля «Киа Авелла» и «ГАЗ-3110» находится на середине проезжей части, при этом оба автомобиля частично своей левой частью находились на полосе встречного движения.

Указанное экспертное заключение не могло иметь предопределяющего значения и подлежало оценке в совокупности с другими доказательствами.

В частности, согласно протоколу осмотра места происшествия и схеме к нему осколки разбившихся фар столкнувшихся автомобилей, а также разлившиеся в результате аварии жидкости располагаются на полосе движения автомобиля «ГАЗ-3110».

При этом из исследовательской части автотехнической экспертизы, а также из показаний допрошенного в судебном заседании эксперта А. следует, что данные о расположении разлившихся жидкостей, скоплении осколков стекол и пластмасс и т.д. относятся к данным, позволяющим эксперту определить механизм столкновения транспортных средств на проезжей части в момент первоначального контакта.

Вместе с тем, в заключении автотехнической экспертизы данные о расположении осколков и жидкостей оценки не получили. Экспертом брались во внимание только сведения о расположении транспортных средств на проезжей части дороги после столкновения и характеристика повреждений, полученных транспортными средствами в процессе столкновения.

Не дана оценка указанным данным и судом.

Не принимая во внимание данные протокола осмотра места происшествия о нахождении на дороге осколков и жидкостей, суд в приговоре указал, что розлив масла и мелкие осколки могут характеризовать место столкновения лишь приблизительно.

Делая такой вывод, суд не учел, что и данные о расположении транспортных средств после столкновения, и характеристика повреждений, полученных транспортными средствами в процессе столкновения, характеризуют место расположения транспортных средств до момента столкновения также приблизительно. Об этом прямо указано в исследовательской части автотехнической экспертизы, где сказано, что наиболее достоверную информацию для эксперта дают следы шин на дороге, которых по настоящему делу зафиксировано не было.

Таким образом, имея экспертное заключение о том, что местом столкновения транспортных средств является середина проезжей части дороги, а также данные протокола осмотра места происшествия о расположении осколков стекол и разлившихся жидкостей на полосе движения автомобиля «ГАЗ-3110», суд не указал в приговоре, почему он принял заключение экспертизы и отверг другое доказательство.

                                                                     Кассационное дело №22-2092

 

 Постановление суда апелляционной инстанции отменено и дело направлено на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в судебном постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом.



М. обратилась в суд с жалобой в порядке частного обвинения, в которой обвиняла С. в том, что последний около 11 часов 13 марта 2010 года, находясь на лестничной площадке шестого этажа первого подъезда дома №36/1 по пр. М.Горького г.Чебоксары, на почве личных взаимоотношений нанес ей удары руками и пинал ногами по ногам. За такие действия М. просила привлечь С. к уголовной ответственности по ч.1 ст.116 УК РФ.     

Приговором мирового судьи судебного участка №3 Московского района г.Чебоксары Чувашской Республики от 8 ноября 2010 года С. признан невиновным и оправдан по ч.1 ст.116 УК РФ за отсутствием состава преступления.

Приговор суда был обжалован М.

Апелляционным постановлением Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 16 февраля 2011 года  указанный приговор  оставлен без изменения.

В кассационной жалобе частный обвинитель М. просила отменить состоявшиеся по делу судебные постановления.

Судебная коллегия постановление суда апелляционной инстанции отменила  в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в судебном постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, указав в определении следующее.

Соглашаясь с доводами суда первой инстанции об оправдании С. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ, за отсутствием в действиях последнего состава преступления, то есть по основанию, исключающему виновность лица, суд апелляционной инстанции в постановлении в то же время указал, что факт нанесения побоев С. потерпевшей М. подтверждается показаниями самой потерпевшей и заключением судебно-медицинской экспертизы (о наличии у потерпевшей телесных повреждений), то есть, признал доказанными обвинения М., выдвинутые в адрес С.

После этого суд апелляционной инстанции начал рассуждать, что показания М. и заключение экспертизы недостаточны для подтверждения вины подсудимого, что также противоречит его же выводам о доказанности обвинения.

При этом суд при рассмотрении дела в апелляционном порядке не учел, что такие же противоречия содержались и в приговоре суда первой инстанции.

Кроме того, давая оценку показаниям потерпевшей М. и признавая их непоследовательными, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что М. об обстоятельствах преступления, в совершении которого последняя обвиняла С., давала противоречивые показания.

Однако такие выводы суда материалами дела не подтверждаются. Во всех заявлениях, объяснениях и показаниях М. указывала, что С. 13 марта 2010 года в ходе конфликта по поводу решения об отключении электроэнергии бил ее руками и пинал ногами по ногам. Именно за эти действия она и просила привлечь С. к уголовной ответственности. Такие обстоятельства и подлежали проверке судом.

Кроме того, сомневаясь в правдивости показаний М. относительно многочисленности ударов, суд апелляционной инстанции взял на себя несвойственные ему функции эксперта и сделал вывод, что при описываемых потерпевшей обстоятельствах С. должен был причинить М. больше и более существенные повреждения. Такие выводы суда законными признать нельзя. Более того, суд второй инстанции, проверяя законность приговора мирового судьи, не учел, что такие же выводы имелись и в приговоре, и не дал указанным обстоятельствам никакой оценки.

Суд также связал достоверность показаний М. с тем, что последняя сразу не обратилась с заявлением о привлечении С. к уголовной ответственности, а также не сразу обратилась за медицинским освидетельствованием.

Такие выводы суда нельзя признать основанными на законе, поскольку уголовно-процессуальное и уголовное законодательство не связывают решение вопроса о виновности или невиновности лица в совершении преступления со своевременностью обращения потерпевших за помощью. Более того, ст.20 УПК РФ по делам частного обвинения решение вопроса об обращении за защитой своих прав полностью оставляет за потерпевшим и ограничивает сроки такого обращении исключительно сроками давности привлечения к ответственности.

Вместе с тем, в суде апелляционной инстанции был допрошен в качестве свидетеля работник милиции (теперь - полиции) В., который пояснил, что приезжал по вызову о конфликте по поводу отключения электроэнергии и что в ходе разбирательства кто-то говорил об избиении, но по прошествии времени он не помнит подробностей. Этим показаниям судом оценка не дана.

Кроме того, при вынесении апелляционного постановления суд не учел  и другие обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Так, судом исследовались показания свидетелей Н. и С., из которых следовало, что М. сразу после происшествия рассказала им о нанесении С. побоев, а через несколько дней показала кровоподтеки (Н. видела один кровоподтек, С. – 2). Эти показания оценки со стороны суда не получили. Не получило оценки и заключение судебно-медицинской экспертизы о наличии у М. двух кровоподтеков в области левого бедра, по давности относящихся к событиям, описываемым частным обвинителем. Выводов о том, почему указанные доказательства не приняты судом во внимание и не могут быть положены в основу обвинения С., в обжалуемом постановлении не имеется.

Признавая бесспорными доказательствами невиновности С. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ,  показания свидетелей защиты Г., Ж., П. и М., пояснивших, что они не видели, чтобы С. наносил М. побои, суд не учел, что последние не наблюдали за происходящим постоянно. Так, из показаний М. и Г. следует, что последние периодически подглядывали в дверной глазок, из показаний П. – что он с лестничного пролета между 5 и 6 этажами видел как С., М. и Н. скандалили по поводу отключения электроэнергии, а затем спустился на 5 этаж и спрятался, чтобы его не заметил спускавшийся Н. Из своего тайного места вышел, когда конфликт уже закончился, и на площадке 6 этажа никого не было. Свидетель Ж., по его же показаниям, вообще ничего не видел, а только слышал разговор и шаги на площадке из-за металлической двери. Эти обстоятельства также остались без оценки со стороны, как суда первой, так и суда второй инстанции.

                                                                   Кассационное дело № 22-801                                                                                                                  

Нарушение права осужденного на защиту в судебном заседании повлекло отмену постановления суда и направление материала на новое рассмотрение.

Приговором Алатырского районного суда Чувашской Республики от 18 июня 2007 года Д. осужден по ч.1 ст.115, ч.2 ст.167 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года 2 месяца условно с испытательным сроком 3 года.

Постановлением Алатырского районного суда Чувашской Республики от 10 июля 2008 года условное осуждение Д. отменено, и осужденный для отбывания наказания направлен в колонию-поселение.

 Администрация учреждения, в котором Д. отбывает наказание, обратилась в суд с представлением о переводе осужденного для дальнейшего отбывания наказания в исправительную колонию общего режима как злостного нарушителя установленного порядка отбывания наказания.

Постановлением Алатырского районного суда Чувашской Республики от 6 июня 2011 года Д. переведен из колонии-поселения в исправительную колонию общего режима для дальнейшего отбывания наказания по приговору суда.

 В кассационной жалобе Д. просил постановление отменить как незаконное. Привел доводы о том, что режим отбывания наказания не нарушал. Указал на нарушение его права на защиту, приведя доводы о том, что он согласился на рассмотрение вопроса о переводе в исправительную колонию в отсутствие адвоката только под давлением начальника исправительного учреждения. Просил принять во внимание его исправление, желание трудиться и помогать семье.

Судебная коллегия постановление отменила по следующим основаниям.

В соответствии с п.2 ч.1 ст.379 УПК РФ основанием для отмены судебного постановления является нарушение уголовно-процессуального закона.

Согласно части 4 ст.399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации осужденный может пользоваться помощью адвоката в судебном заседании при разрешении вопросов, связанных с исполнением приговора, в том числе и при разрешении вопроса об изменении вида исправительного учреждения.

Как видно из представленного материала, в судебном заседании 30 мая 2011 года Д. заявил о том, что нуждается в помощи адвоката на суде при рассмотрении вопроса о переводе его в исправительную колонию общего режима.

Признавая право осужденного на осуществление своих прав с помощью адвоката, суд первой инстанции принял решение об отложении рассмотрения материала, но возложил обязанность по обеспечению участия адвоката на самого осужденного (следует из протокола судебного заседания).

Такое же решение принял суд и в судебном заседании 6 июня 2011 года, когда объявил перерыв, предоставив осужденному возможность поговорить с адвокатом о возможности участия в судебном заседании.

Принимая такие решения, суд первой инстанции не учел, что Д., являясь осужденным и отбывая наказание в местах лишения свободы, ограничен в возможности реализовать свои права на самостоятельное  заключение соглашения с адвокатом, как в силу особенностей условий его содержания, так и в силу отсутствия финансовых возможностей.

Хотя после перерыва осужденный согласился на рассмотрение вопроса об изменении ему вида исправительного учреждения без участия адвоката, такое согласие в отсутствии адвоката следует признать вынужденным по изложенным выше основаниям.

В данной ситуации суду следовало принять меры к назначению адвоката в соответствии со ст.50 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, при рассмотрении вопроса об изменении вида исправительного учреждения  суд нарушил требования п.4  ч.2 ст.381 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

                                                                            Кассационное дело № 22-2624

 

В приговоре суда апелляционной инстанции в обоснование выводов о виновности подсудимого перечислены доказательства (показания потерпевшей, свидетелей, письменные доказательства) без изложения их содержания. Более того, мотивировка по вопросам доказанности  его  виновности в совершении преступлений и квалификации его действий по статьям УК РФ в приговоре суда апелляционной инстанции являлась точной копией текста приговора мирового судьи с той лишь разницей, что слова «мировой судья» заменены на слова «суд апелляционной инстанции». Данные обстоятельства повлекли отмену приговора суда апелляционной инстанции с направлением дела на новое рассмотрение.



Приговором мирового судьи судебного участка №2 г.Алатырь Чувашской Республики от 5 апреля 2011 года Б. признан виновным в нанесении побоев и совершении насильственных действий, причинивших физическую боль, в отношении своей матери – Б. 22 июля и 17 ноября 2010 года; в оскорблении матери в эти же дни, а также в угрозе убийством в отношении матери 17 ноября 2010 года. За указанные действия он осужден по ч.1 ст.116 УК РФ (по двум эпизодам) к обязательным работам на срок по 150 часов за каждый из эпизодов; по ч.1 ст.130 УК РФ (по двум эпизодам) к обязательным работам на срок по 100 часов за каждый из эпизодов и по ч.1 ст.119 УК РФ (в ред. Федерального закона от 07.03.11 года) к лишению свободы на срок 1 год 3 месяца.

В соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ окончательное наказание по совокупности преступлений назначено путем поглощения менее строгого наказания более строгим – в виде лишения свободы на срок 1 год 3 месяца.

На основании ст.73 УК РФ наказание постановлено считать условным с установлением испытательного срока на 2 года. На Б. возложены соответствующие обязанности.

Приговором Алатырского районного суда Чувашской Республики от 25 мая 2011 года, вынесенным в апелляционном порядке, указанный приговор изменен: в соответствии с ч.2 ст. 69 УК РФ окончательное наказание Б. назначено в виде лишения свободы на срок 1 год 3 месяца с отбыванием в исправительной колонии общего режима, в остальном приговор мирового судьи оставлен без изменения.

В суде Б. вину не признал.

В кассационной жалобе осужденный Б. просил приговор суда апелляционной инстанции отменить. Привел доводы о своей непричастности к совершению преступлений и об оговоре его матерью, с которой сложились непростые отношения.

Судебная коллегия приговор отменила на основании п.2 ч.1 ст. 379 УПК РФ, указав в определении следующее.

Согласно положениям ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна, в числе прочего, содержать доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности подсудимого. Эти требования по настоящему делу не выполнены.

В приговоре суда апелляционной инстанции в обоснование выводов о виновности Б. перечислены доказательства (показания потерпевшей, свидетелей, письменные доказательства) без изложения их содержания.

Более того, мотивировка по вопросам доказанности виновности Б. в совершении преступлений и квалификации его действий по статьям УК РФ в приговоре суда апелляционной инстанции является точной копией текста приговора мирового судьи с той лишь разницей, что слова «мировой судья» заменены на слова «суд апелляционной инстанции».

В соответствии с ч.1 ст.360 УПК РФ суд, рассматривающий уголовное дело в апелляционном порядке, проверяет законность, обоснованность, справедливость приговора и иного судебного решения.

Копирование мотивировочной части приговора суда первой инстанции и отсутствие в приговоре суда апелляционной инстанции собственных суждений относительно квалификации действий Б. свидетельствуют о том, что судом второй инстанции требования ст.360 УПК РФ не выполнены и доводам апелляционной жалобы осужденного о незаконности приговора мирового судьи оценка не дана.

                                                                                Кассационное дело №22-2339

 

В соответствии с ч.2 ст.367 УПК РФ в решении суда апелляционной инстанции указываются основания, по которым приговор суда первой инстанции признается законным, обоснованным и справедливым, а доводы лица, подавшего жалобу или представление, необоснованными. Несоблюдение данного требования закона повлекло отмену постановления суда апелляционной инстанции.



Приговором и.о. мирового судьи судебного участка №2 г.Шумерля Чувашской Республики от  8 июня 2011 года Н.  осуждена по ч.1 ст.116 УК РФ к 130 часам обязательных работ.

Н. признана виновной в том, что 15 февраля 2011 года, находясь в помещении детского сада, в ходе скандала на почве личных неприязненных отношений нанесла несовершеннолетней В. удар кулаком в область лица, поцарапала ее лицо, руки и шею, причинив физическую боль и телесные повреждения в виде кровоподтеков и ссадин головы, ссадин шеи и верхних конечностей.

В суде Н. вину не признала.

По итогам апелляционного рассмотрения дела постановлением Шумерлинского районного суда Чувашской Республики от 21 июля 2011 года приговор и.о. мирового судьи судебного участка №2 г.Шумерля Чувашской Республики  от 8 июня  2011 года в отношении  Н. оставлен без изменения, а апелляционная жалоба осужденной и кассационное представление государственного обвинителя – без удовлетворения.

В кассационной жалобе осужденной Н. была изложена просьба об отмене судебных постановлений. Указывалось, что приговор не соответствует требованиям п.1 ст.297 УПК РФ, несовершеннолетняя В. и ее законный представитель Б. оговорили ее, судом не проверены  и не оценены значимые по делу обстоятельства, в приговоре не приведены доказательства вины, показания свидетелей изложены без логической последовательности, не дана оценка показаниям свидетелей, заключению судебно-медицинского эксперта.

Судебная коллегия постановление отменила в связи с несоответствием изложенных в нем выводов фактическим обстоятельствам дела, указав в определении следующее.

В соответствии с ч.2 ст.367 УПК РФ в решении суда апелляционной инстанции указываются основания, по которым приговор суда первой инстанции признается законным, обоснованным и справедливым, а доводы лица, подавшего жалобу или представление, необоснованными.

По выводам суда, вина Н. подтверждается совокупностью следующих доказательств: показаниями потерпевшей В., ее представителя   Б., свидетелей А., Ч., О., заключением эксперта № 120 от 15 марта 2011 года.

Суд апелляционной инстанции ограничился указанием в постановлении, что доводы Н. о ее невиновности опровергаются вышеизложенными доказательствами. Хотя производство по уголовному делу в суде апелляционной инстанции осуществляется в порядке, установленном главами 35-39 УПК РФ.

                                                                         Кассационное дело № 22-2771

 

Уголовно-процессуальным законом не предусмотрено приостановление производства по делу в связи с назначением и проведением судебной экспертизы.



Определением Ибресинского районного суда Чувашской Республики от 13 июля 2011 года по уголовному делу в отношении потерпевшего С. назначена дополнительная комиссионная судебно-медицинская экспертиза, и производство по делу приостановлено.

С принятым решением не согласились потерпевший и его представитель, обжаловав его в кассационном порядке.

В своей совместной кассационной жалобе потерпевший С. и его представитель указали на то, что нормами УПК РФ возможность приостановления производства по делу в связи с назначением и проведением экспертизы не предусмотрено. Вынося определение о назначении дополнительной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, и назначая ее проведение в ГУ Республиканского бюро судебно-медицинской экспертизы МЗ Республики Татарстан, суд нарушил требования ст.207 УПК РФ, поскольку дополнительная экспертиза проводится в том же экспертном учреждении, что первая, то есть в ГУЗ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» МЗСР Чувашской Республики.

Судебная коллегия определение суда отменила, указав в определении, что поручая производство дополнительной судебной экспертизы экспертам другого экспертного учреждения, суд нарушил требования ч.1 ст.207 УПК РФ. Такое решение суд мог принять только при назначении повторной судебной экспертизы.

Кроме того, уголовно-процессуальным законом не предусмотрено приостановления производства по делу в связи с назначением и проведением судебной экспертизы.

 

В соответствии с п.1 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени и способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Нарушение данного требования закона повлекло отмену постановления суда апелляционной инстанции.



Приговором мирового судьи судебного участка № 3 Калининского района г.Чебоксары ЧР от 18 января 2011 года К. осужден по п.«а» ч.2 ст.115 и п.«а» ч.2 ст.116 УК РФ за умышленное причинение из хулиганских побуждений совместно с неустановленным следствием лицом легкого вреда здоровью Д. и побоев.

Этим же приговором осуждены Б. и Т. по п.«а» ч.2 ст.116 УК РФ за нанесение побоев и иных насильственных действий Д., Ш., П. из хулиганских побуждений 21 марта 2010 года в г.Чебоксары.

В судебном заседании осужденные виновными себя не признали.

Апелляционным постановлением Калининского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 6 июля 2011 года указанный приговор оставлен без изменения.

В кассационной жалобе адвокат в защиту осужденного К. просил постановление отменить и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель П. просил постановление оставить без изменения, считая доводы жалобы несостоятельными.

Судебная коллегия постановление суда апелляционной инстанции отменила по следующим основаниям.

В соответствии со ст.361 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора и постановления мирового судьи.

По настоящему делу эти требования закона судом апелляционной инстанции не выполнены.

В соответствии с п.1 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени и способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

При этом согласно п.4 ст.380 УПК РФ, если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, на правильность применения уголовного закона или определение меры наказания, это является основанием для отмены судебного постановления.

Принимая решение об оставлении приговора мирового судьи без изменения, суд апелляционной инстанции эти положения закона не учел. При этом апелляционный суд оставил без оценки те обстоятельства, что выводы суда первой инстанции о виновности осужденных в совершении конкретных преступлений и описание преступных действий осужденных, изложенные в приговоре, содержат такие существенные противоречия, которые исключают возможность установить, в совершении каких действий они признаны виновными.

Так, описывая в приговоре преступные деяния осужденных, признанные доказанными, суд первой инстанции указал (относительно к моменту, когда на место преступления подъехали Б. и неустановленное лицо), что потерпевшую Д. били: К.- нанес один удар кулаком по носу, Б. – нанес один удар кулаком в область лица, в височную область, в область уха, хватал за одежду, таскал по земле, откидывал в сторону; неустановленное лицо – нанесло несколько ударов ногами и руками по лицу и различным частям тела. Потерпевших Ш. и П. било неустановленное лицо - нанесло несколько ударов ногами и кулаками по различным частям тела Ш., хватало ее за плечи, волокло по земле, а также нанесло несколько ударов ногами и руками по различным частям тела П.

Описав таким образом действия осужденных и неустановленного лица, суд в то же время в приговоре привел доводы о том, что телесные повреждения Ш. и физическая боль П. были причинены осужденным К. совместно с Б. и Т., что противоречит выводам, указанным выше.

Далее, давая мотивировку относительно квалификации действий осужденных, суд в приговоре сделал вывод, что К. совершил преступные действия только в отношении Д. и признал его виновным в умышленном причинении легкого вреда здоровью Д., а также в совершении в отношении неё иных насильственных действий, причинивших физическую боль,  что также противоречит ранее приведенным доводам о том, что К. совместно с другими осужденными были причинены телесные повреждения еще и Ш. и физическая боль П.

Квалифицируя действия Б., суд указал, что он, кроме нанесения ударов потерпевшей Д., также хватал за одежду Ш., волок последнюю по земле, дважды отшвырнул, нанес удар по телу, что противоречит приведенным выше выводам, что такие действия в отношении Ш. совершало неустановленное лицо.

Давая квалификацию действиям Т.  по п. «а» ч.2 ст.116 УК РФ, суд указал, что он, кроме нанесения ударов П. (в этой части противоречий нет), хватал Ш. за пальто, дергал за грудки, отталкивал в стороны, хватал за руки, дергал, причинив физическую боль. При этом при описании преступного деяния такие действия Т. отражения в приговоре не нашли.

Наличию таких противоречивых и даже взаимоисключающих выводов судом апелляционной инстанции никакая оценка не дана.

                                                                            Кассационное дело № 22-2513

 

 



  1   2   3


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет