Основы психологии Адлера Рудольф Дрейкурс



жүктеу 1.49 Mb.
бет1/15
Дата28.04.2016
өлшемі1.49 Mb.
түріУказатель
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15



Основы психологии Адлера.

Рудольф Дрейкурс,

С предисловием Альфреда Адлера.


Основы психологии

Адлера


Рудольф Дрейкурс, доктор медицины.

Преподаватель педагогики, Нортустернский университет

Профессор психиатрии, Chicago Medical School

Medical Director, Community Child Guidance Centers, Chicago


С предисловием

АЛЬФРЕДА АДЛЕРА

АДЛЕР


Школа Профессиональной Психологии

Чикаго, Иллинойс

Оглавление



С предисловием 2

Предисловие 4

Предисловие к американскому изданию. 5

Предисловие к перепечатанному изданию 6

Избалованный ребенок 18

Чувство неполноценности и стремление к значимости 23

Орган неполноценности 30

Наследственность и способности 35

Жизненный план и стиль жизни 43

Фиктивные цели – мужественный протест 46

ЦЕЛЬНОСТЬ личности 55

Неврозы 59

Преступление и умопомешательство 67

Воспитание 71

Три жизненные задачи 86

Любовь 90

Дружба 99

Эпилог 103

Библиография 107

Указатель 108




Предисловие

Прошло уже около двадцати лет с тех пор, как я пытаюсь предсказать будущее Индивидуальной психологии. Индивидуальная психология, которая является, по сути, ребенком того же возраста, будет постепенно влиять на мысли, поэзию и мечты человечества. Она привлечет к себе многих просветленных последователей, и еще больше тех, кто с трудом сможет вспомнить имена пионеров в данной области. Ее поймут не многие, но число тех, кто будет не правильно толковать ее, превысит первых во много раз. У нее будет множество сторонников, и еще больше врагов. Благодаря ее простоте, многие будут думать, что заниматься ею слишком легко, но те, кто действительно увлекутся ею, поймут, насколько она сложна. Своим последователям она не принесет ни богатства, ни славы, но они будут испытывать удовлетворение от того, что смогут извлечь уроки из ошибок своих оппонентов. Она разделит людей на тех, кто использует свои знания, с целью создания идеального общества, и тех, кто не будет этим заниматься. Ее сторонники обретут такую ясность видения, что даже самые темные уголки человеческой души не смогут укрыться от их взора, и это станет гарантией того, что огромным трудом заработанная способность видеть, будет направлена на служение прогрессу человечества.

Автор данной книги имеет все основания писать об индивидуальной психологии. Его жизнь, его работа, его первая книга о психической импотенции (опубликованная S. Hirzel, Leipzig) являются доказательством образа мысли, который характеризуется принятием индивидуальной психологии, энтузиазмом, стремлением к сотрудничеству и специализированными знаниями. Может статься, что введение в его новую книгу откроет многим несведущим секреты, которые заставят их отправиться на поиски истины.
Альфред Адлер.

Нью-Йорк, 1933 г.


Предисловие к американскому изданию.

Данная книга, издававшаяся ранее на нескольких европейских языках, до сих пор была не доступна американской публике. Она была написана в Германии в 1933 году. Книга основана на лекционном курсе, проводимом для терапевтов, состоящих в Академическом Сообществе Медицинской Психологии в Вене в 1932 году. Цель книги была и остается – дать студентам возможность краткого знакомства с психологией Адлера. Книга не предназначена для пристального изучения всех аспектов и основ психологии Адлера теми, кто хочет применять его методы для обучения, консультирования или психотерапии. Но она может внести вклад в понимание психологии Адлера, а также противостоять тенденции рассматривать все содержание психологии Адлера, как несколько фраз, ставших лозунгами.

Некоторые дополнения и исправления, внесенные в американское издание посредством сносок и дополнительных абзацев, имеют своей целью сделать материал более понятным. Предисловие, написанное Альфредом Адлером, единственное предисловие, написанное им самим, в публикациях материалов на данную тему (прим. автора), придает труду историческое значение. Его замечания стали пророческими. Его слова справедливы, как для 1933 года, так и для наших дней. Однако я с радостью отмечу, что трудностей в отношении понимания его научных изысканий, предсказанных им тогда, стало меньше.

Научные разработки и исследования человеческой натуры и его взаимоотношений, наряду с научными методами и процессами в целом, дали достаточное разъяснение идеям Адлера. Социология, социальная антропология, психология, психиатрия и в особенности педагогика движутся в том же направлении, в котором предсказывал Адлер. Исследования, проводимые философами и физиками в области теории познания, дали нам новые доказательства его теоретических и практических представлений.

Чикаго, декабрь 1949 год.

Доктор медицинских наук Рудольф Дрейкурс.


Предисловие к перепечатанному изданию

С тех пор, как Рудольф Дрейкурс впервые написал предисловие к американскому изданию «Основ психологии Адлера», данная книга была переведена на разные языки и стала популярной во многих странах. В результате богатейшего опыта совместной работы с Адлером и с его коллегами в Вене Дрейкурс достиг глубочайшего понимания теории, а также практики индивидуальной психологии. Он четко знал, что Адлер имел ввиду и чему он учил нас.

После смерти Альфреда Адлера Рудольф Дрейкурс распространял его учение посредством консультаций, лекций и печатных материалов. Дрейкурс являлся лидирующим представителем индивидуальной психологии, а также замечательным учителем. Он приобрел международную репутацию в качестве практика, который проводил свою работу в рамках теории Адлера. Он твердо верил, что практика индивидуальной психологии полностью уходит своими корнями в теорию, и для того, чтобы практика была эффективной, необходимо глубоко понимать и оценивать по достоинству теорию. Он без устали, самозабвенно помогал многим и многим людям обрести новое понимание и научиться пользоваться принципами и методами Адлера.

Дрейкурс написал данную книгу, чтобы разъяснить основы теории Адлера, и настоящее издание несет его учение новому поколению читателей. За это время вышло в свет множество книг, написанных другими последователями Адлера, многие из которых бывшие ученики Дрейкурса. Они дополняют, но ни в коем случае не заменяют того, что написал Дрейкурс в книге «Основы психологии Адлера». Настоящая книга представляет читателю основные концепции, которые до сих пор кажутся простыми при первом прочтении, но которые в итоге оказываются основательными и глубокими формулировками. В соответствии с когнетивно-развивающейся, социально-феноменологической теории динамики Альфреда Адлера данный труд Дрейкурса демонстрирует четкий стиль, ясно и кратко разъясняя основы теории психологии Адлера. Все больше и больше данная теория находит свое признание. Эта книга настолько же актуальна и современна сегодня, как и тогда, когда она была написана.

Эва Дрейкурс Фергюсон,

Эдвардсвиль, Иллинойс.

Основы психологии Адлера

Социальный интерес
Из чего состоит личность человека? Что заставляет его действовать так, а не иначе? Какие силы управляют человеческим сознанием? Все это фундаментальные вопросы, на которые уже много лет пытается ответить психология. Огромное количество людей исследует эти вопросы. Создано столько разнообразных теорий, что мы уже почти совсем запутались. Некоторые полагают, что жизнь каждого человека определяется опытом и желаниями его предков (Юнг). Другие рассматривают психику как поле битвы различных инстинктов, соответствующих различным формам сексуального инстинкта (психоанализ Фрейда). Многие полагают, что наиболее сложные поведенческие модели являются результатом автоматических действий определенных рефлекторных механизмов, которые выстроены и поддерживаются привычкой (Рефлексология Бехтерева). Третьи видят человека со всеми его функциями как простой продукт окружающей среды, которая посредствам обучения направляет его поведение (Бихевиоризм Ватсона). И еще много других теорий было разработано различными первопроходцами для того, чтобы объяснить феномен психики. Ведущая концепция индивидуальной психологии Альфреда Адлера заключается в признании важности человеческого общества, не только для развития индивидуального характера, но также и для направления каждого отдельного действия и эмоции в жизни человека.

Существуют определенные разновидности, которые не могут существовать без близкого контакта с особями своего вида. Люди таковы. Природа создала человека не способным выжить в одиночку. Он не снабжен преимуществами, других животных, борющихся за существование. У него нет такого оружия как, например, острые зубы, большая физическая сила или мощные когти. Он также не способен защитить свою жизнь с помощью ловкости или чрезвычайно малых размеров. Такое впечатление, что человек образует группы точно так же, как другие стадные животные просто для того, чтобы выжить1.



Многие из нас совершенно не представляют себе, насколько мы зависим от взаимодействия с другими людьми. Нам следует задуматься о тысячах людей, чей труд мы потребляем каждый день, скольким людям пришлось взаимодействовать, чтобы снабдить нас домами, одеждой, едой и удовлетворять еще тысячи различных нужд каждый день. В течение многих веков человек живет в более или менее тесном социальном контакте с такими же людьми и включает себя в систему разделения труда и взаимопомощи. Человеческий детеныш – одно из самых незащищенных существ в мире. Он не может найти пищу без посторонней помощи, он сам не может двигаться. В развитии всех своих функций он зависит от взаимодействия и сотрудничества других людей.

Здесь возникает вопрос: «В какой степени жизнь в тесно взаимосвязанном обществе может развить характер отдельно взятого человека?» На первый взгляд может показаться, как утверждал Фрейд, что человеческие инстинкты приспосабливаются к реальности близких социальных взаимоотношений только частично, то есть не полноценно, и что человеческая психика на самом деле находится во власти несовместимых потребностей: потребности приспособления к обществу и потребности удовлетворения основных инстинктов2. Наблюдения показывают, что не только среди людей, но и среди животных, близкие социальные взаимоотношения, в которых приходится приспосабливаться к нуждам тех, кто участвует в подобных взаимоотношениях, определенно влияют на природу и характеристики видов, и даже подвигают некоторых отдельных личностей освобождать себя от законов природы, которые на самом деле оказываются непреодолимы. Все живые существа испытывают непреодолимое желание поддерживать жизнь. Это побуждает их искать пищу и размножаться, что находит свой выход в сексе. И все же, в силу разных обстоятельств человек может отказаться подчиняться естественным инстинктам. Ребенок может решить не есть, если он считает, что подобная тактика – это лучшее, что он может предпринять, чтобы бороться с родителями. Заключенные голодают в качестве протеста. Существуют тысячи и тысячи людей, которые в своем желании уйти от требований, накладываемых на них любовными отношениями, подавляют в себе всяческое сексуальное желание. Человек приручил основные инстинкты и подчинил их своему отношению к окружающей среде. Это же, только в еще большей степени, мы наблюдаем у пчел. Они довели свой сексуальный инстинкт – всемогущей инстинкт, доминирующий над всем царством животных – до четко управляемой функции, которая регулируется в соответствии с нуждами их сообщества в каждый конкретный момент. Они не просто используют его для воспроизведения мужских или женских особей в зависимости от нужд группы, но они могут предписать выполнение сексуальных функций определенным индивидам, и лишить этого других с помощью простых изменений в диете. Таким образом, пчелы, живущие, как известно, в тесно взаимосвязанном обществе, могут изменить основные действующие биологические законы. Это подтверждает концепцию Альфреда Адлера о значимости влияния общества на развитие индивидуального характера среди человеческих существ.

Если мы понаблюдаем за людьми, мы обнаружим, что натура, характер и действия индивида определяются опытом, который он приобретает, взаимодействуя с обществом, в котором он растет. Здесь мы, казалось бы, подошли к теории бихевиоризма Ватсона о том, что человек является продуктом окружения. Но если заглянуть глубже, мы увидим, что в дополнении к влиянию окружающей среды необходимо изучить еще одно существенно важное обстоятельство. Разные люди реагирует по-разному на одну и ту же ситуацию или влияние. Человек не просто реагирует. Он привносит и запоминает индивидуальное отношение. Принятое отношение зависит от впечатлений, сформированных им в раннем детстве. Окружение – действительно сильный фактор. Тем не менее, окружение не является реальной окружающей средой индивида, это скорее окружающая его среда, которую он воспринимает субъективно. Поэтому решающим фактором развития характера является не окружающая среда сама по себе, а отношение к ней, выбираемое самим индивидом. Человек формирует свое характерное поведение, характер, через оппозицию или поддержку, отрицание или признание, принятие – непринятие группы, в которой он родился.

Стремление людей адаптироваться к случайным обстоятельствам окружающей их среды выражается в социальном интересе3, присущем каждому человеку. Но эта врожденная социальная характеристика, одинаковая у всех, должна развиваться человеком, если он хочет совершенствоваться в выполнении сложных требований общества, в котором живут цивилизованные взрослые.

Человеческое сообщество определяет три задачи для каждого индивида. Эти задачи следующие: работа, которая подразумевает под собой вклад в благосостояние других людей; дружба, которая охватывает социальные взаимоотношения между товарищами и родственниками, и любовь, которая является наиболее интимным союзом двух людей разного пола и представляет собой самые сильные и близкие эмоциональные отношения, которые могут существовать между двумя человеческими существами.

Эти три задачи охватывают всю человеческую жизнь со всеми ее желаниями и активностями. Все наши страдания происходят из-за трудностей, усложняющих выполнение задач. Возможность их выполнения не зависит ни от индивидуальных талантов, ни от умственных способностей. Человек выдающихся способностей может потерпеть неудачу там, где другие с гораздо меньшим потенциалом достигают относительных успехов. Все это зависит от социального интереса. Чем сильнее он развит, и чем счастливее отношения между индивидами и человеческим сообществом в целом, тем успешнее он выполняет три жизненные задачи, и тем лучше сбалансированы его характер и личность.

Социальный интерес выражается субъективно в сознании того, что у человека есть нечто общее с другими людьми, а также что он один из них. Люди могут развить в себе способность к сотрудничеству только если они чувствуют, что несмотря на внешние различия в основе своей они не отличаются друг от друга, то есть если они ощущают свою принадлежность обществу. Следовательно, человеческая способность сотрудничать может рассматриваться как средство развития социального интереса.

Конкретный пример поможет вам яснее представить ситуацию. Человек становится участником группы, членом клуба, политической партии или какой-либо другой ассоциации. Его социальный интерес выражается субъективно в осознании того, что он является частью чего-либо. Выраженный объективно, он покажет, насколько он в состоянии сотрудничать в данном сообществе. От его социального интереса зависит то, насколько быстро он установит контакты с другими участниками, сможет ли он вообще и до какой степени приспособиться к окружающим, способен ли он чувствовать и понимать членов группы. Человек, думающий только о себе, о том, как ему не потерять свое достоинство и как играть ту роль, которую он должен играть, несомненно будет являться причиной проблем, происходящих в кругу друзей или родственников.

Готовность к сотрудничеству, которая является одной из характеристик хорошего товарища, наиболее верно проверяется в трудных ситуациях. Многие люди готовы к сотрудничеству до тех пор, пока их все устраивает. Гораздо сложнее остаться хорошим товарищем в неблагоприятной ситуации. Если узы, связывающие человека с обществом, слабы, он легко разорвет их, как только произойдет что-то, что не будет его устраивать. Чем сильнее его чувство принадлежности группе, тем скорее он останется верным ей, даже если он не сможет воплотить свои желания. Мы никогда не попадаем в такие условия, которые полностью бы совпадали с нашими желаниями в любой области человеческих взаимоотношений, будь это дружба, семья, любовь или работа. Поэтому, рано или поздно мы вынуждены попадать в критические ситуации, и то, как мы ведем себя в них, показывает, имеет ли сообщество для нас значение или нет.

Еще одной характеристикой хорошего товарища является готовность требовать меньше, чем отдавать. В наши дни большинство людей, выросшие в больших городах, избалованы. Мерилом их счастья и удовлетворения становится то, сколько они могут получить. Это самая губительная ошибка, за которую тысячи людей расплачиваются несчастьем и страданием. Те, чьей целью является получить как можно больше, постоянно пытаются избежать пустоты. Они ненасытны. Лишь редкий и краткий момент приобретения может стать вознаграждением за месяцы и годы алчности и амбиций. Только тот, кто видит счастье в том, чтобы являться частью целого, а именно в том вкладе, который он сам вносит в развитие сообщества, может испытывать удовлетворение самим собой и жизнью в целом. Таким образом, социальный интерес выражается в желании вкладывать, не задумываясь о вознаграждении.

Если мы задумаемся о том, до какой степени определенное действие является объективным, то мы получим достаточно четкий критерий того, принимает ли каждое наше действие во внимание нужды сообщества. Под объективным действием мы понимаем соответствующее, правильное поведение в той или иной ситуации. Каждая ситуация заключает в себе особый и очень сложный набор обстоятельств, и никто не может сказать заранее, как с ними следует справляться. Возникают такие важные вопросы, как: «Соблюдались ли когда-нибудь правила общественной жизни? Готов ли человек подчинится этим правилам?» Если да, то он увидит более или менее правильное направление, как следует себя вести в определенной ситуации, не смотря на то, насколько это трудно, потому что этот человек будет способен воспринимать свои действия объективно. Ничто никогда не собьет его с толку, если он сможет подчинить свои эгоцентричные желания объективным нуждам группы.

Несмотря на очевидный хаос, возникший в наши дни в области социальных взаимоотношений, у нас есть правила, которые нас ведут. Эти правила известны всем, даже если человек никогда их для себя четко не формулировал. Каждый человек осознает безжалостную логику социальной жизни, как только он пытается уклониться от выполнения правил общества. Успех или поражение – это ответ, который дается нам обществом для оценки того, выполнил или не выполнил человек свои жизненные задачи.

Часто человек, чьи контакты с обществом, на первый взгляд, поверхностные, оказывается постоянно успешным, в то время как другой, кто, казалось бы, в достаточной мере приспособился к обществу, может вдруг сломаться. Объяснением этому может служить то, что сила социального интереса не всегда подвергается проверке. Если человеку все время сопутствуют благоприятные обстоятельства, и ему не приходится проходить жесткие испытания, у окружающих вполне может сложиться впечатление, что он способен решить любую проблему. Этот человек похож на ученика, которому пока удавалось избежать экзаменов. Знания достаются ему просто так. Если же человеку приходится переживать длительные трудности, недостаток жизненных навыков и умения преодолевать препятствия проявится быстрее. Но рано или поздно каждому приходится показывать, насколько у него развит социальный интерес. Этот момент определяет, может ли его жизнь быть счастливой или нет. Поэтому катастрофы и неудачи не являются неизбежными причинами страданий или разочарований, они просто являются тестовыми ситуациями, которые показывают, готов ли человек к сотрудничеству или нет. Одни принимают поражение, другие продолжают смело идти вперед. Они никогда не теряют чувства локтя своих друзей и партнеров, и, в конце концов, остаются в выигрыше.

Тем не менее социальный интерес не означает, как часто утверждают те, кто не правильно понимают учение Альфреда Адлера, просто чувство принадлежности определенной группе или классу людей, или доброжелательность по отношению ко всему человечеству. Иногда интересы различных групп вступают в конфликт. (Дилемма рабочего на стачке, который может колебаться между благополучием семьи и стремлением к солидарности с товарищами по работе). В таких сложных ситуациях социальный интерес заставляет нас увидеть, что интересы старшей группы, оправдываемые на основе объективных нужд, стоят у нас на первом плане4. Мы конечно хотим сделать все, что в наших силах, чтобы помочь людям найти общество, которое охватило бы всю человеческую расу, чьим интересам интересы каждого человека в отдельности и каждой отдельной группы могли бы подчиниться. Но на практике мы все еще далеко от воплощения этого идеала. Социальный интерес не имеет четко зафиксированной цели. Гораздо правдивее сказать, что социальный интерес – это создание отношения к жизни, желание сотрудничать с другими любым способом и умение решать возникающие в жизни ситуации. Социальный интерес – это выражение нашей способности давать и принимать.

Бесконечность
Несомненно, то, как человек выбирает относиться к проблемам жизни в обществе, не могло бы определять развитие его характера, если бы он с самого начала двигался в каком-либо направлении только в соответствии с врожденными наклонностями. Если инстинкты и другие наследственные силы управляют поведением человека в каждый момент, то возможна лишь определенная адаптация и модификация его личности в качестве реакции на окружающие его обстоятельства. Однако, обнаружилось, что все характеристики человека, и естественно вся личность в целом, развиваются под воздействием отношения к окружающей среде, которое он усвоил в раннем детстве. Фактически, это возможно только, если человеческая психика ориентирована телеологически. Другими словами, цель, которую человек преследует своими действиями, является определяющим фактором. Необходимо признать это, если мы верим в то, что отношение человека к окружающей его среде постоянно определяет его действия и сумму действий, то есть его личность.

Но, может быть, мы пытаемся оправдать себя, отвергая каузальность, закон, который в прошлом определял ментальное развитие всего человечества, и признавая бесконечность, которая предпочитает делать акцент на том, что человек может выбирать из огромного количества способов и средств? Теперь мы приходим к выводу, что не только психология, но и наука в целом начинает довольно сильно интересоваться подобными спорными вопросами, как то каузальность (причинность) или бесконечность.

Возможно Нео-виталисты первыми предположили, что вопрос пользы, был основополагающим законом, управлявшим любыми формами жизни. Они пришли к такому выводу, изучив эволюцию видов и органов, и ко всему прочему биологические процессы тела. По их мнению, симптомы болезни и все патологические изменения не являются вредными последствиями, причиненными некими агентами, скорее они являются оружием, убивающим вредных агентов. Классический пример этого – лихорадка, цель которой уничтожить инородные бактерии с помощью увеличения количества лейкоцитов. Таким образом, любые биологические изменения можно понять исключительно в свете того, каковы преследуемые цели каждого отдельно взятого процесса.

Совершенно вдалеке от биологических исследований, Альфред Адлер пришел к выводу, что все живое движется, и каждое движение должно иметь цель. Поэтому, соответственно Адлеру, все живые существа преследуют определенную цель. Если рассматривать человека в частности, Альфред Адлер утверждал, что поведение человека, его действия не возможно понять до тех пор, пока мы не знаем его цель.

Подобная телеологическая модель мысли, которая на первый взгляд противоречит всем нашим привычным убеждениям, в науке была встречена с большой долей скепсиса, и часто отвергалась как ненаучная. Последние большие достижения в естественных науках, в частности, основываются на принятии доктрины причинности, которая рассматривает каждый случай, как простое влияние каких-либо причин. Теорию о том, что связь, другая, нежели связь между причиной и следствием, может лежать в основе всего происходящего, очень трудно понять. И все же Индивидуальная психология на сегодняшний день испытывает огромное удовлетворение, поскольку ее принимает одна из самых точных наук, физика. Хотя, благодаря тому, что закон причинности был пересмотрен, появилась возможность установить границы причинности только в реальности атома. Это повлекло за собой фундаментальные изменения в законах мышления, так что страстность и частота студенческих дебатов на эту тему вполне объяснима. Подобная современная переформулировка принципов причинности со стороны физики – не просто совпадение, этот процесс прекрасно вписывается в ход эволюции научной мысли. Все это соответствует подобному направлению мысли в психологии, и в частности в теории Адлера.

Когда индивид действует определенным образом, у нас естественно возникает вопрос, почему он поступает именно так. В действительности это был единственный вопрос, задаваемый психологами еще до Альфреда Адлера. В самом начале психологических исследований люди пытались найти простое механистическое и материальное объяснение всем действиям человека. Они полагали, что впечатления переносятся в тело посредством органов чувств, и затем опосредованно – через рефлекс или мозговой процесс – вырабатывается определенное действие. Фрейд был первым, кто подверг сомнению теорию о том, что человеческие действия управляются физиологическими законами, и сделал акцент на необходимости принятия и признания чистых физиологических законов для человека, но даже он был введен в заблуждение теорией каузальности (причинности), и рассматривал прошлое как объяснение всех человеческих действий. Он утверждал, что все предыдущие психические опыты были направлены на то, чтобы накопить определенные психические энергии, и поэтому должны рассматриваться как обязательные факторы, которые всегда приводят к какому-либо результату.

Принцип каузальности, как бы он не трактовался психологами или последователями Фрейда, никогда не был ни полезным, ни практически применим. И чем более искусными методами они пользовались, чтобы отследить энергию действий человека, тем более хаотичной становилась картина, в которой они стремились воспроизвести многочисленные столкновения чувств и рефлекторных каналов и доказать, что человеком движут простые физиологические законы. С другой стороны, в результате попыток Фрейда найти закон, по которому энергия распределяется в человеке, и который гласит, что человеком управляет психика, побудил психологов пересмотреть первоначальные скоропалительные выводы. Эти теории не могли бы быть проверены на практике. Они могли бы лишь передавать определенную атмосферу психоаналитической консультационной комнаты. Следующим шагом должно было стать открытие абсолютно нового закона движения человеческих существ.

Адлер разрубил Гордиев узел, когда определил мотивирующую силу каждого действия человека, то есть цель действия. Это открытие подтвердилось личным опытом, поскольку оно касается непосредственно нормальной жизни здорового человека. Здесь могут возникнуть возражения лишь в отношении некоторых действий индивида, которые на первый взгляд бесполезны и бессмысленны и производятся против желания самого индивида или по крайней мере без его желания. Однако, не смотря даже на эти возражения, теория Адлера о целевой природе даже таких отклонений была поддержана почти всеми известными психиатрами, включая даже тех, кто мог бы мало, что сказать в защиту индивидуальной психологии, такими как Вагнер-Йорегг, Бонхоффер, Кан и другие. В действительности, они принимают очень немногое, что относится к телеологическому закону. Они не признают важность тенденции, проявляющейся с самого начала совершения нежеланных действий, только лишь в случае истерии и невроза, явившегося последствием несчастного случая. Но если они принимают эти исключения, тогда они косвенно допускают, что даже, если человек сознательно не признает факт, что его действия имели определенную цель – даже если ему кажется, что он действует против своей воли – тем не менее, его действия целенаправленны.

Явление непризнанной цели имеет непосредственное отношение к проблеме подсознательного, что требует более детальной дискуссии, чем ту, которую мы можем себе позволить в данной главе. Здесь мы себя ограничим утверждением о том, что человеку, когда он возбужден или взволнован, трудно принять, что все его действия имеют определенную цель. Поэтому ситуация, когда ему кажется, что из-за конфликта желаний, его сначала влечет в одном направлении, затем в другом, и ему не ясно, что он в действительности хочет, может зародить в нем впечатление, что человеческое сознание – это поле битвы различных инстинктов и импульсов, и что действие, совершаемое в результате борьбы, следует относить к победе самого сильного инстинкта. И все же, поскольку мы рассматриваем человека как индивидуальность, мы судим не только о результирующем действии, но и о предшествующем действию колебании, как последовательное и обоснованное «действие», служащее определенной цели так же эффективно, как нестесненное условиями выражение воли может служить другой цели. Этот вопрос будет обсуждаться более детально в главе, посвященной единству личности.

Из всего, что делает человек очевидно, что у него есть силы на то, чтобы приспособиться к определенной окружающей среде. Поскольку в конечном счете любое его действие и бездействие можно разрешить только вопросом: «В каком направлении, или каким образом?» или «С какой целью?» Человека ведет по жизни не его прошлое, он нацелен идти вперед в будущее – и побуждающая сила находится не где-то во вне. Он движется исходя из своих собственных соображений, со своего собственного согласия. Все его действия, эмоции, качества и характеристики служат одной цели. Они показывают то, как он пытается приспособиться к обществу. Характер определяется не каузально, не инстинктами, которыми он обладает, и не его способностями. Также характер формируется не окружающей его обстановкой, что отправит нас вновь к каузальным формулировкам. Вера в бесконечность основана на вере в «творческую силу», побуждающую человека искать свою цель, которая подходила бы только ему. Человек действует гораздо чаще, чем реагирует. На данном этапе индивидуальная психология перекликается со взглядами Бергсона, признающего существенную неопределенность любой живой субстанции в своей теории «сила жизни».



: templates
templates -> Образовательная программа дополнительного образования детей
templates -> Савченко Николай Юрьевич, педагог дополнительного образования Тюмень, 2010 Раздел II
templates -> Образовательная программа дополнительного образования детей
templates -> Адсорберы, выпускаемые зао
templates -> Календарь знаменательных и памятных дат на июнь-август 2015 год
templates -> Областной центр г. Киров: Первомайский офис
templates -> Правительственное попечение о народном образовании в россии (на примере оренбургского учебного округа. 1874-1917 гг.) 07. 00. 02 Отечественная история
templates -> Продукция линейки marokissime


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет