P. 101-105 клиническая антропология – методологическая основа целостного подхода в медицине



жүктеу 156.88 Kb.
Дата30.04.2016
өлшемі156.88 Kb.
Публикуется по изданию: Клиническая антропология -методологическая основа целостного подхода в медицине (Editorial) // Biomedical & Biosocial Anthropology. -2004. –N2. - P. 101-105

КЛИНИЧЕСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ – МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ ОСНОВА ЦЕЛОСТНОГО ПОДХОДА В МЕДИЦИНЕ

Н.А. Корнетов

Сибирский государственный медицинский университет, г. Томск

Ключевые слова:

Клиническая антропология, антропометрия, конституция, дисплазии, медицина, болезни
Резюме: Приводятся основные положения и принципы клинической антропологии. Конституциональный тип и болезни человека рассматриваются в фигурно-фоновых отношениях. Изложены исторические тенденции в развитии конституционального подхода, его современные основы, методы, дефиниции с пересмотром традиционных представлений классического периода медицины.

CLINICAL ANTHROPOLOGY IS METHODOLOGICAL BASE OF THE INTEGRATED APPROACH IN MEDICINE

N.A. Kornetov

Siberian State Medical University, Tomsk
Key words: clinical anthropology, anthropometry, human constitution, displasia, medicine, disease, disorder
Essential positions and principals of the clinical anthropology are presented. Constitutional types and human diseases are viewed in perspective nosology and human constitution relations. Historical tendencies in the development of constitutional approach in medicine, its modern bases, methods and definitions are described. Traditional points of view on constitutional somatotypes and disorders relation are reviewed and new states based on objective clinical-anthropometric research and statistical data are presented.
В рамках разрабатываемой модели целостного подхода к человеку в 80-90-е годы прошлого века особенно интенсивно развивались многие исследования на стыке биосоциальных наук и биомедицинских дисциплин, образовавшие новые области знаний и исследований. Они постепенно создавали ядро нового синтеза комплекса наук о человеке – интегративную антропологию [Колесников с соавт., 1995; Алексина, Корнетов, 1998; Никитюк, 1995, Никитюк, Корнетов 1998]. Охват проблем, определяемый понятием “интегративная антропология” необычайно широк – от изучения соматопсихического единства человека до познания личностно-социо-культурной целостности, совмещающей рассмотрение особенностей личности с ее окружением в виде системы социальных и культурный влияний [Никитюк,1994]. Интгеративность не является чем-то навязанным извне, поскольку она имманентно присутствует в каждой сфере знаний и является той важной гуманитарной, философской. психологической или естественно научной основой, которая уберегает клинициста и/или исследователя от соскальзывания в частные задачи конкретной области знаний. В комплексе медицинских наук это положение особенно важно подчеркнуть ввиду его высокой специализации и дифференциации.

В развитии интегративной антропологии в наибольшей степени проявила себя биомедицинская антропология, что является закономерным явлением ввиду задач, связанных с необходимостью индивидуализации в охране здоровья населения и совершенствованием тактики ведения различных неинфекционных многофакторных заболеваний с переходом на биопсихосоциальную модель оказания помощи страдающим людям (Щедрина,1989; Корнетов,1998). Медицинский или лечебный раздел интегративной антропологии называют также клинической антропологией. В широком смысле этот раздел интегративной антропологии призван выяснять многообразие соматопсихической изменчивости человека с учетом существующих дифференцирующих факторов для индивидуализации методов диагностики, лечения пациентов и претворения в жизнь главного принципа: лечить не болезнь, а больного [Мороз, Никитюк, 1998; Корнетов, 1997-1999]. Необходимо отметить, что этот принцип, несмотря на его постоянное повторение каждым поколением клиницистов, удивительным и таинственным образом стереотипно исчезал в последующих медицинских поколениях, появляясь лишь в книгах отдельных представителей врачебного искусства. Теперь в начале третьего тысячелетия, когда появилось новое заклинание “медицина основанная на доказательствах”, настает момент для инновационных технологий и в области, которая традиционно определялась следующим классическим сочетанием понятий: “конституция и болезнь”. Как подчеркивали В.М. Мороз и Б.А. Никитюк [1998] на втором Международном конгрессе по интегративной антропологии, накопленные данные по конституциональному полиморфизму многих психических и соматических заболеваний делают реальным определенный “прорыв” в теории внутренних болезней и нозологии. Методологический анализ и современная концептуализация многочисленных исследований в области изучения клинико-конституциональных закономерностей течения ряда заболеваний позволяют высказать некоторые основные положения по разделу “клиническая антропология” и относительно систематизировать базовые определения и принципы [Ходос, 1984; Колпаков с соавт., 1984 Корнетов,1986; 1996: Никитюк 1991; Белобородова с соавт., 1995].



Клиническая антропология входит самостоятельным разделом в систему интегративно-антропологических наук и изучает индивидуально-типологическую изменчивость фенотипа и психобиологические особенности личности пациента для оценки их клинико-патогенетического, прогностического и терапевтического значения. Исходя из этого следует, что клинико-антропологический подход переносит акцент на изучение факторов и форм межиндивидуальной изменчивости морфофункционального, онтогенетического, полового, соматопсихического, этнического, экологического и социального характера. При такой ориентации клинический полиморфизм изучаемой патологии сопоставляется с гетерогенностью биологии человека и этносоциокультурной, экологической средой его обитания. Основная методологическая установка клинико-антропологической модели медицины заключаются в одновременном и сопряженном анализе характеристик, репрезентирующих “фенотип” больного и семиотической структуры болезни с ее анатомо-физиологическими особенностями, который проводится в концептуальной аналоговой системе фоново-фигурных взаимоотношений. Фоном являются многочисленные характеристики больного, включая весь набор параклинических данных, рассматриваемых в контексте общего плана строения, функционирования организма и преморбидных биотипологических личностных основ индивида, фигурой - клинические переменные. Согласно данной модели причинность болезненного состояния будет определяться самим фактом взаимодействия внутренних генетических и внешних средовых факторов со свойствами реагирующего субстрата на разных иерархических уровнях его организации, которые обобщаются на целостности, называемой конституцией человека.

Возникновение и обоснование любого нового направления, пограничной науки, помимо определенной методологии, основных принципов и объекта исследования, должно иметь свои зоны соприкосновения с другими сопредельными дисциплинами и также базироваться на своем основном методе исследования. В этом отношении клиническая антропология образуется на пересечении медицинских наук и антропологии с большинством специальных отраслей психологии личности (генетическая, возрастная, дифференциальная, медицинская, психофизиологическая, психодиагностика, психотерапия), этологией, социальной экологией и этнографией, а также с нондуалистическими синтетическими субдисциплинами и концепциями - психосоматикой, психонейроиммунологией, психонейроэндокринологией, неогиппократизмом, холизмом и др.



Клиническая антропометрия - основной метод клинической антропологии, позволяющий с помощью специальных инструментов и шкал определить количественные и качественные особенности морфофенотипа конституции, его возрастную, половую, нормальную и патологическую изменчивость во взаимосвязи с клиническими проявлениями болезни. К этому следует добавить все современные методы изучения структур и функций биологической организации человека, позволяющие оценить изменчивость строения во взаимосвязи с общей его соматотипической принадлежностью: рентгеноконтрастные, радиоизотопные, ультразвуковые, магнитно-резонансные, органо- и гистометрические, микроспектрофотометрические и др. Биомедицинская клинико-антропологическая модель медицины базируется на учении о конституции. Важно выделять не конституцию вообще, а общую конституцию и ее частные подсистемы.

Общая конституция является интегральным понятием для совокупности относительно стабильных в период жизни человека его соматопсихобиологических характеристик, сложившихся в ходе фило- и онтогенеза, которые на уровне целостности обеспечивают генетически детерминированный способ реагирования в ответ на экзогенные и эндогенные изменения. Теория конституции является краеугольным учением клинической антропологии, поскольку она, прежде всего, ориентирована на соматопсихическую целостность индивида, на внутреннюю межсистемную сопряженность структурно-функциональных элементов его организации, на выражение патологического в индивидуальном. Последнее положение чрезвычайно важно для общей и частной медицины с точки зрения оценки родовых и видовых проявлений болезни. Род болезни, его нозология соотносится с ее видовым проявлением примерно также как философские категории всеобщего и особенного. Медицина как в своей гигиенической, так и клинической практике индивидуальноцентрична. Она стремится максимально приблизиться к наиболее ясным представлениям об индивидуальных свойствах и качествах пациента, оценить его приспособительные возможности, выявить locus minoris resistentia, особенности реагирования на те или иные вредности. Врач должен volens aut nolens одновременно правильно оценить специфическое, болезненное с точки зрения клинической семиотики, и неспецифическое, индивидуальное у своего пациента. Однако постичь индивидуальное, единичное невозможно перескочив от всеобщего родового свойства нозологии к единичному, оригинально по своему выраженному в каждом конкретном случае. Патологическое состояние или процесс объединяются общими закономерностями развития, совокупностью всех свойств, выражающихся в этиологии, патогенезе, патокинезе, патологической анатомии. Они составляют основание таксономической классификации болезней и расстройств жизнедеятельности человека. Поэтому категория особенного отражает индивидуально-типологическую группировку людей, которая и объединяет их по наиболее гомогенным организменным и личностным свойствам. Такое объединение и получило название конституции человека. Метафорически болезнь можно представить себе как белый луч со скрытым, невидимым набором всех цветов радуги, а конституция является той призмой, которая разлагает всю цветовую палитру на их особые сочетания. Чем более биологически осмысленна конституциональная классификация, тем в большей степени она отражает основные различия человека по морфологии, поведению, реагированию, наклонностям, способу жизнедеятельности, и тем более она состоятельна в научном и практическом отношениях.

Большинство крупных клиницистов классического периода придавали большое значение конституциональным особенностям человека для понимания многих клинических проявлений болезней. У истоков немецкой клинической конституциональной школы стояли Бенеке и Штиллер, французскую конституционологию сформировали исследования и обобщения Сиго, Шайю и Мак-Олифа, итальянскую - представляли Джиовани, Виола и Пенде, а англо-американская - восходит к исследованиям Гальтона и Пирсона. Не останавливаясь на развитии этих основных школ, отметим, что каждая из них существенно повлияла на общее развитие медицины, обогатив ее клинико-антропологическим видением различной патологии. В отечественной медицине учение о конституциях, созданное в начале ХХ века является предтечей современной биомедицинской и клинической антропологии. Среди видных ученых, создавших российскую конституциональную школу были патологоанатом В.П. Крылов, анатомы П.Ф. Лесгафт и В.Н. Шевкуненко, патофизиолог А.А. Богомолец, педиатр М.С. Маслов, терапевт М.В. Черноруцкий психиатры Т.И. Юдин и П.Б. Ганнушкин, антропологи В.В. Бунак и Я.Я. Рогинский [Никитюк, Корнетов, 1998].



В конце 20-х годов один из лидеров этой общей теории медицины проф. М.В. Черноруцкий писал, что учение о конституции уже делает свое полезное дело. Только пока еще следы его надо искать не в практической деятельности врача, а в плоскости врачебного мышления, врачебной методологии и врачебной идеологии вообще. Здесь, по его мнению, тихо и незаметно подготавливается крупный переворот. Однако этому концептуальному повороту в мышлении врача не суждено было состояться по причинам политико-идеологического, а не научного характера. Учение о конституциях на 50 лет было вытеснено с магистральных путей развития биомедицинских наук на обочину научно-исследовательской мысли. Необходимо отметить, что с 70-х гг. по мере возрождения целостных, конституциональных идей в медицине, колоссальный вклад в которые внес Б.А. Никитюк – основатель Международной академии интегративной антропологии, стали повторяться и некоторые устаревшие традиционные представления, не соответствующие новым современным фактическим данным, полученным в большой серии клинико-антропометрических исследований в рамках конституционального подхода [Корнетов,1986; 1998; Никитюк,1991;1995]. Эти отголоски устаревших представлений чаще всего касаются взглядов на конституцию как на диатез; оценки нормостенического типа телосложения как “нормального”; отнесение астенического и гиперстенического (пикнического) соматических типов к субпатологическим. По прежнему еще часто считается, что многие распространенные неинфекционные мультифакториальные заболевания имеют тропизм к тому или иному конституциональному типу. Но принципиально важным является совершенно другое. При патологических процессах и болезненных состояниях норма реакции генотипа в существенной мере определяет границы клинической вариабельности, полиморфизма и патоморфоза проявлений болезней человека. Эта норма реакции на фенотипическом уровне интегрально может регистрироваться по макроморфологической подсистеме общей конституции, ее морфофенотипу (синонимы: конституционально-морфологический тип, соматический тип, соматотип, тип телосложения). Таким образом, соматотип не есть частная конституция, рядоположенная с биохимической, нейродинамической и другими функциональными компонентами или подсистемами конституции, как считают многие исследователи. Роль соматотипа значимее уже потому, что он является, прежде всего, общим структурным выражением конституции, образуя ее ось, основу и внешнюю зримую и измеряемую конструкцию человеческой индивидуальности. Если первый структурный фенотипический уровень выражения конституции представлен хромосомами, то высший уровень фенотипической организации человека выражается его типом телосложения [Никитюк, Корнетов, 1998]. Соматическая организация человека является макроморфологическим проявлением общей конституции. Она наиболее доступна исследованию и измерению, относительно устойчива в онтогенезе. Морфофенотип конституции имеет сильную генетическая детерминированность, высокую межиндивидуальную и низкую внутрииндивидуальную изменчивость и в целом отражает основные особенности динамики онтогенеза, метаболизма, общей реактивности организма и биотипологию личности (темпераментные, энергодинамические свойства). Исходя из этого положения следует, что определение соматотипа это лишь первая базисная основа для последующего анализа, поскольку он является схваченной на определенном отрезке онтогенеза застывшей формой определенной функции. В соматотипе, во-первых, находят структурное закрепление те движущие силы, которые определяют особенности темпов роста и созревания, в том числе и системогенез мозга. Во-вторых, его обобщенная конструкция, компановка всей постройки (пропорции телосложения), частности и детали сооружения (девиации строения тела) имеют большое значение для всей общей и клинической медицины в плане индивидуализации анализа соматического и психического функционирования и их взаимосвязанных отношений [Ходос,1984, Корнетов, 1996; 1998]. Иначе говоря, определенная персонификация телесно-организменных и психических отправлений мыслимы на уровне целостности только в связи с определенной соматической организацией, рассматриваемой одновременно как анатомически, так и функционально. Объединение в единую систему всех морфологических, физиологических, эволютивных особенностей организма, наряду с психической составляющей конституции, выявляющейся в инстинктах, темпераменте, психомоторике, самоощущении, восприятии - является современным правилом биомедицинского клинико-антропологического подхода. Если прочертить линию изучения психической составляющей конституции от гуморальной концепции Гиппократа, начальных психосоматических представлений Галена, “кровяной” теории Аристотеля, то по мере умножения знаний об организме на смену гуморальным (физиологическим) представлениям пришла солидарная (морфологическая) концепция, видевшая связь индивидуальных качеств человека и происхождение его болезней в разной плотности и соотношении тканей его составляющих. Именно отсюда возникли обоснованные представления о различии в строении тела человека в едином представлении с соответственно коррелирующими психическими качествами, которые выходят далеко за рамки только темпераментных характеристик и составляют структурную основу личности, ее природно-психические свойства и качества. В противоположность этому, содержательная сторона личности не зависит от конституции человека, она многообразно детерминирована и является вторичным образованием. Однако здесь надо заметить, что структуру личности и ее содержание не следует абсолютно противопоставлять, так как властная печать конституции лежит не только на общем габитусе человека, его индивидуальных особенностях, склонностях и манерах, но и том, как формируется эта личностная содержательность, и какими врожденными потенциями она питалась и, наконец, каким способом она выражается.

В настоящее время наиболее биологически осмысленна трехмерная классификация конституциональных типов, которые определяются по объективным антропометрическим характеристикам. В биологии человека и медицине конституциональные типы встречаются под разными названиями, но по основным показателям соответствуют друг другу. Значимыми конституциональными осями являются астенико-нормо-пикноморфия (гиперстеническая), андро-мезо-гинекоморфия, макро-мезо-микросомная. Первая отражает вариации размерности тела в длину и ширину и наиболее связана с психобиотипологией индивида; вторая - степень соматической половой дифференциации (половой диморфизм) и наиболее коррелирует с гормональным профилем индивида; третья - отражает степень грацилоидности-атлетоидности и наиболее ассоциирована с различиями динамики онтогенеза. В тоже время данные конституциональные оси взаимно коррелируют в силу общности морфогенетического развития. Основной принцип конституционального подхода состоит не в поисках прямолинейной связи между определенным соматотипом и определенным заболеванием, а преследует цель выявить видовую трансформацию родовых свойств болезни на генетическом пересечении биологических основ конституциональных типов с факторами, обусловливающими возникновение болезни. Многочисленные исследования клинико-конституциональных закономерностей развития различных соматических и психических заболеваний доказывают, что в рамках каждого конституционального типа может быть определен характерный профиль патокинеза патологических процессов и состояний, имеющий значимое диагностическое, прогностическое и терапевтическое значение. Выявление повторяющихся по общепатологической логике конституционально зависимых проявлений клиники и течения при различных заболеваниях могут быть расценены, как обнаружение новой закономерности в учении о болезнях - конституциональной детерминации клинического полиморфизма. Сущность этой закономерности заключается, во-первых, в том, что вся совокупность клинических проявлений болезни, включая формы, типы течения и другие ее основные характеристики имеют качественные отличия в различных соматотипических группах больных; во-вторых, тенденции к относительно благоприятному или неблагоприятному течению патологии сбалансированы полярными морфофенотипами конституции: астеническим и гиперстеническим. Очевидно данная закономерность для болезней человека является производной от общего биологического принципа гомологической изменчивости, сформулированного Н. И. Вавиловым [Корнетов,1997].

Основное, как уже указывалось, методологическое искажение в учении о конституциях заключается в отсутствии различения нормальных конституциональных типов с патологическими, из-за чего крайние соматотипы рассматриваются как субпатологические, диатезные, предрасполагающие к определенному спектру расстройств и заболеваний. Диатез, как преимущественно наследственно обусловленное болезненное состояние организма и личности относится к патологическим конституциям, выявляется через признаки соматопсихического дизонтогенеза и/или по качественно иной способности реагировать на те влияния эндогенной и экзогенной среды, которые для нормальных конституциональных типов являются достаточно переносимыми или безразличными. Регионарные морфологические дисплазии, включающие как суб- и супранормальные девиации в строении тела, так и собственно малые аномалии развития, являются при их множественном накоплении фенотипической маркерной системой пренатального дизонтогенеза [Ходос, 1984; Корнетов,1996]. Дизонтогенез обусловливает постнатальную ретардацию в соматической половой дифференциации и эволютивные симптомы и синдромы асинхронии развития различных соматических и психических функций. В этом случае врачи, несомненно, чаще сталкиваются с конституциональной патологией и нарушениями развития органов и систем. Например, множественные клинические проявления системной дисплазии соединительной ткани.

Итак, клиническая антропология обладает своими методами в виде клинической антропометрии, морфометрии для количественной оценки и антропоморфосокопии для качественной оценки признаков. Клиническая антропология имеет определенные дефиниции и достаточно отчетливые принципы. В этом разделе интегративной антропологии четко отражается объект и предмет исследования. Она может быть общим междисциплинарным полем для патологической антропологии и клинической медицины, с одной стороны, а в восходящей трансцендентности межсистемных взаимосвязей клиническая антропология является основой для анализа функциональных подсистем конституции: эндокринной, иммунной, а также психофизиологии индивидуальных различий, типологии темперамента и характера, структурных основ личности в их клинической и социокультурной изменчивости.


Литература

Алексина Л.А., Корнетов Н.А. Интегративно-антропологические подходы в медицине // Биомедицинские и биосоциальные проблемы интегративной антропологии. – СПб: Изд-во СПбГМУ,1998.-Вып.2. – С.7-10.

Белобородова Э.И., Загромова Т.А., Корнетов Н.А. Частота возникновения и особенности течения язвенной болезни у лиц с разным конституциональным морфофенотипом Российский журнал гастроэнтерологии, гепатологии, колопроктологии. - № 1, 1995. - С. 40-45

Генетические и эволюционные проблемы психиатрии / Колпаков В.Г. Рицнер М.С. Корнетов Н.А. и др. Новосибирск: Наука, 1985.- 225 с.

Колесников Л.П., Корнетов Н.А., Никитюк Б.А. Интеграция наук о человеке (интегративная антропология) и роль в ней морфологических подходов Российские морфологические ведомости., 1993. - № 2-3-4. – С. 11-12

Корнетов Н.А. Учение о конституциях и клинико-антропологические исследования в психиатрии // Мед. реф. журн. Разд.XIV.-1986.- № I.- С. 1-8.

Корнетов Н.А. Глоссарий стандартизированного описания регионарных морфологических дисплазий для клинических исследований в психиатрии и неврологии Методическое рекомендации. - СО РАМН. - Томск, 1996. - 73с.

Корнетов Н.А. Клиническая антропология: от дифференциации к интеграции медицины (передовая статья) Сибирский медицинский журнал. –1997, № 3-4. - С.5-13.

Корнетов Н.А. Концепция коморбидности соматических заболеваний и психических расстройств – практическая парадигма интегративной антропологии в медицине // Вiсник Вiнницького державного медичного унiверситету. – 1998, Вып.2. – N 1. – С.138-140.

Корнетов Н.А. Основные постулаты Б.А. Никитюка в теории интегративной антропологии (памяти друга и соратника) // Биомедицинские и биосоциальные проблемы интегративной антропологии. Сб. матер. конф. – Санкт-Петербург, Изд. СПб ГМУ, 1999. - Т.1. – Вып. 3. – С. 5-8.

Корнетов Н.А. Клиническая антропология психических расстройств – раздел медико-антропологической парадигмы в психиатрии // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева, 1999. №3. – СПб. – С. 86-91.

Мороз В.М., Никитюк Б.А. Интегративная медицинская антропология сегодня и перспективы ее развития в XXI веке // Вiсник Вiнницького державного медичного унiверситету. – 1998. - Вып.2. - №.1. - С.138-140.

Никитюк Б.А. Конституция человека. – Итоги науки и техники. ВИНИТИ. Серия Антропология. – М., 1991 – Т.4. – 149 с.

Никитюк Б.А. Интегративная антропология –состояние, проблемы, перспективы // Росс. морфологические ведомости. – 1994. – N 3. – C.118-122.

Никитюк Б.А. Разграничение общей, биомедицинской и клинической антропологии // Росс. морфологические ведомости. – 1995. – N 3. – C.129-136

Никитюк Б.А., Корнетов Н.А. Интегративная биомедицинская антропология Томск: Изд. Томск. ун-та. –1998.- 182 с.

Ходос. Х.Г. Малые аномалии развития и их клиническое значение. Иркутск: Вост. Сиб. кн. изд-во. - 1984. - 88 с.

Щедрина А.Г. Онтогенез и теория здоровья: методологические аспекты. Новосибирск: Наука, 1989. –168 с.


Copyright

© Н.А.Корнетов



© Biomedical & Biosocial Anthropology, Винница, 2004




©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет