Правила доказательства и опровержения и основные ошибки, возникающие при их нарушении



жүктеу 122.71 Kb.
Дата01.05.2016
өлшемі122.71 Kb.


ПРАВИЛА ДОКАЗАТЕЛЬСТВА И ОПРОВЕРЖЕНИЯ И ОСНОВНЫЕ ОШИБКИ, ВОЗНИКАЮЩИЕ ПРИ ИХ НАРУШЕНИИ

Теория доказательства содержит ряд правил, обязательных для обеспечения обоснования истинности или ложности суждения. Их несоблюдение приводит к логическим ошибкам. Выделяют правила по отношению к тезису, аргументам и демонстрации.

Правила по отношению к тезису:

1. Тезис должен быть сформулирован ясно, точно и однозначно. Соблюдение этого правила предостерегает от неопределенности и двусмысленности при доказательстве того или иного тезиса. Если тезис сформулирован неточно, спор может возникнуть лишь по той причине, что спорящие по-разному понимают выдвинутый тезис, вкладывая в него различный смысл. Такой спор ведется впустую, является беспредметным и бесплодным. Во избежание этого необходимо, выдвигая тезис, уточнить смысл и объем понятий, входящих в состав тезиса, и его модальность. Спор, в котором не соблюдаются вышеперечисленные требования, называется «логомахия».

2. Тезис должен оставаться одним и тем же на протяжении всего доказательства или опровержения. Это правило является следствием закона тождества. Нарушение данного правила ведет к ошибке «подмена тезиса». Сущность ее состоит в том, что, начав доказывать один тезис, в дальнейшем доказывают уже другой, отличный от него по содержанию, тезис.

Правила по отношению к аргументам:

1. Аргументы должны быть истинными, доказанными суждениями. Несоблюдение этого правила приводит к следующим ошибкам:

а) «ложное основание», или «основное заблуждение». Эта ошибка возникает тогда, когда хотя бы одно из суждений, выступающих в качестве аргумента, является ложным;

б) «предвосхищение основания». В доказательстве и опровержении аргументы должны быть не только истинными, но и доказанными суждениями. В науке и повседневной практике нередко пользуются суждениями (например, гипотезами), имеющими вероятностный характер. Они могут оказаться как истинными, так и ложными. Поэтому использование таких суждений в доказательствах недопустимо, оно ведет к упомянутой ошибке;

в) «кто много доказывает, тот ничего не доказывает». Сущность этой ошибки состоит в том, что в качестве аргументов берутся такие суждения, из которых логически вытекает не только доказываемый тезис, но и положения, противоречащие известным фактам;

2. Аргументы должны быть суждениями, истинность которых устанавливается независимо от тезиса. При нарушении этого правила возникает ошибка «круг в доказательстве». Сущность ее состоит в том, что доказываемое положение обосновывается доказываемым тезисом. А так как тезис еще не доказан, то и аргументы, выступающие в качестве основания, оказываются недоказанными суждениями;

3. Аргументы должны быть достаточным основанием для тезиса, т. е. между аргументами и тезисом должна быть фактическая и логическая связь. Нарушение этого правила ведет к следующим ошибкам: «не следует» (из аргументов фактически не вытекает тезис); «довод к личности» (в качестве аргумента берется характеристика лица, имеющего отношение к доказываемому тезису, хотя из нее тезис с необходимостью не следует); «довод к публике» (вместо обоснования тезиса лишь воздействуют на чувства людей); «от сказанного в относительном, условном смысле к сказанному безотносительно» (в качестве аргументов приводятся суждения, истинные лишь при определенных условиях, но понимаемые как верные в любом случае и в любом смысле).

Правилами по отношению к демонстрации являются правила используемого умозаключения, поскольку формально-логическое доказательство всегда протекает в форме какого-либо умозаключения. Нарушение хотя бы одного из них приводит к несостоятельности всего доказательства, которая выражается в ошибке «мнимое следование».

Часто допускается ошибка «учетверение терминов». Она возникает в том случае, если доказательство строится по форме простого категорического силлогизма, в котором средний термин употребляется в двух различных смыслах.

Нередко в доказательствах встречаются ошибки, связанные с употреблением условно-категорического силлогизма, когда умозаключают от ложности основания к ложности следствия или от истинности следствия к истинности основания.

ЗАПРЕЩЕННЫЕ АРГУМЕНТЫ

Аргументы, доводы, используемые нами в споре, делятся на две большие группы. Одни из них относятся к предмету спора, к защищаемому или опровергаемому положению. Эти аргументы безусловно корректны, и с точки зрения логики только они и могут использоваться в дискуссии.

Аргументы второй группы относятся не к существу дела, направлены не на обоснование или опровержение выдвинутого положения, а используются лишь для того, чтобы одержать победу. Они носят общее название argumentum ad hominem — аргумент к человеку. Их называют так потому, что они затрагивают личность оппонента, его убеждения, поведение и т.п. Предмет спора остается в стороне, а сам спор из интеллектуального состязания, из противоборства умов и идей превращается в столкновение характеров, в борьбу низменных целей и страстей. С точки зрения логики все аргументы ad hominem некорректны, и их использование служит верным симптомом того, что участники дискуссии отбросили выяснение истины и переходят к выяснению отношений.

Разновидностей аргументов ad hominem бесчисленное количество. Мы познакомимся лишь с некоторыми, наиболее распространенными.

1. Аргумент к авторитету - ссылка на высказывания или мнения великих ученых, общественных деятелей, писателей и т.п. в поддержку своего тезиса или в опровержение тезиса противника. Такая ссылка может казаться вполне допустимой, однако она некорректна. Дело в том, что человек, получивший признание благодаря своей успешной деятельности в одной области, не может быть столь же авторитетен во всех других областях. Поэтому его мнение, выходящее за пределы той узкой сферы, в которой он работал, вполне может оказаться ошибочным. Ну какой вес, например, имеет мнение Нильса Бора о качестве женской косметики, хотя он и был великим физиком! Кроме того, даже в той области, в которой творил великий человек, далеко не все его высказывания безусловно верны. И даже то, что в его эпоху было верным, со временем, как правило, оказывается устаревшим, требующим оговорок и уточнений. Поэтому ссылка на то, что какой-то великий человек придерживался такого-то мнения, ничего не говорит об истинности этого мнения.

Лишь в одном случае апелляция к авторитету имеет некоторое оправдание - когда оба оппонента признают этот авторитет и речь идет о таких вопросах, относительно которых мнение авторитетного человека действительно важно. Скажем, физики обсуждают теорию самоорганизации - ссылка на одного из создателей этой теории Илью Пригожина будет вполне корректной; два марксиста спорят о каких-то социальных проблемах - ссылка на П. Сорокина здесь допустима; историки выясняют побудительные мотивы внешней политики Ивана IV — ссылка на его переписку с князем Курбским вполне уместна. Но обратите внимание: такого рода ссылки на авторитет уже не будут аргументами ad hominem, они в таких случаях становятся аргументами по существу дела, аргументами ad rei1. Во всех иных случаях они недопустимы.

Да ладно бы еще ссылались на людей, которые действительно имели собственные мнения! Которые пришли к этим мнениям в результате длительных, напряженных, порой мучительных размышлений! А то ведь сейчас авторитетом для многих становятся безголосый шоумен или спекулянт, наживший миллионы благодаря махинациям или связям. Гадко и смешно смотреть, когда потеющий от волнения корреспондент спрашивает у такого "авторитета": "А в чем вы видите смысл человеческой жизни?", "А как вы оцениваете политику президента?", а спрашиваемый в ответ важно бормочет какую-то глупость, которая благодаря телевидению завтра уже становится авторитетным мнением.

Аргумент к авторитету имеет много разнообразных форм. Апеллируют к авторитету общественного мнения: "Считается общепризнанным, что...", "Никто не сомневается в том, что..." Ну и что из того, что некая мысль, некое убеждение считается общепризнанным или даже на самом деле является таковым? Все общество может заблуждаться так же, как и отдельный человек. Когда-то все считали, что Земля неподвижна, но прав-то был Галилей! Да и если более внимательно присмотреться к тому, что собой представляет так называемое общественное мнение, то часто обнаруживается, что это мнение небольшой кучки людей, сумевших с помощью газет и телевидения внушить его простодушному населению.

Поэтому прочь ссылки на общее мнение!

Апеллируют к авторитету аудитории: "Присутствующие согласятся с тем, что..."; к авторитету мундира, должности: "Я же все-таки профессор, поэтому..."; к авторитету возраста: "Я постарше вас, молодой человек, поэтому..." — как будто к старости люди умнеют2! Все эти ссылки не имеют отношения к вопросу об истине, о существе обсуждаемого вопроса, поэтому должны быть отброшены. С особой наглостью данная уловка употребляется в тех случаях, когда выдумывают несуществующие авторитеты или реальным великим личностям приписывают убеждения, которых они никогда не выражали: "Я лишь повторяю тезис академика Лапшина-Ушанского...", "Еще профессор Ретроградов показал, что...", или "Но даже Блез Паскаль полагал, что без рынка нет демократии", "Китайский мудрец и философ Конфуций обосновал положение о том, что пиво полезно для человеческого организма".

2. Аргумент к публике

Здесь имеется в виду обращение к присутствующим с целью привлечь их на свою сторону и оказать психологическое давление на оппонента. Иногда это могут быть совершенно случайные люди. Стоите вы с кем-нибудь в коридоре, спорите. Вдруг ваш оппонент хватает за руку пробегающего мимо человека, останавливает его и восклицает: "Ты послушай, что он говорит! А ну-ка повтори еще раз то, что ты мне сейчас сказал!"

Наиболее острую и эффективную форму эта уловка приобретает в тех случаях, когда вы апеллируете к материальным интересам присутствующих, когда вам удается показать, что тезис противника — если признать его истинным — затронет доходы или скажется на служебном положении свидетелей спора. Вот здесь-то что бы вы ни сказали — любую чушь, глупость, бессмыслицу — все будет принято аудиторией с одобрительными кликами, а слова вашего противника потонут в воплях ярости и злобы присутствующих, будь он хоть сам Цицерон! Артур Шопенгауэр назвал эту уловку "рубить дерево под корень": действительно, люди сразу же бросают теоретизирование, как только чувствуют угрозу своему материальному положению. Эта угроза вздымает такую волну страсти, которая легко сносит хрупкие преграды, возводимые разумом.

3. Аргумент к силе (к палке) — угроза неприятными последствиями, в частности угроза прямого физического насилия. Очень часто применяется!

Вообще, у человека, наделенного властью, физической силой или вооруженного, всегда велико искушение прибегнуть к этим средствам в споре с интеллектуально превосходящим противником. Нужно обладать немалым душевным благородством, чтобы не поддаться этому искушению. Вам будет легче сохранить нравственную высоту, если вы осознаете одну простую вещь: согласие, вырванное под угрозой насилия, ничего не стоит и ни к чему не обязывает согласившегося.

Ведь вы не убедили его, и в глубине души он продолжает считать правым именно себя! Как только опасность исчезнет, ваш оппонент вновь будет вам противоречить или поступать по-своему.

4. Аргумент к жалости — пробуждение в оппоненте жалости и сочувствия в надежде на то, что под влиянием этих чувств он смягчится и не станет доводить спор до победного конца. Преподаватели часто сталкиваются с таким приемом на экзаменах, когда плохо подготовленный студент, сознавая, что по завершении беседы его ждет двойка, начинает рассказывать экзаменатору о том, как плохо ему живется — стипендия маленькая, болезни замучили, девушки не любят и совсем недавно он похоронил любимую тетушку (почему-то чаще всего "хоронят" именно их). Преподаватель ему сочувствует и почти всегда попадается на эту нехитрую уловку. Но, согласитесь, ведь его бедствия не имеют ни малейшего отношения к оценке его знаний!

Следует заметить, что этот аргумент бессознательно используется многими людьми, усвоившими себе манеру постоянно жаловаться окружающим на жизнь — на болезни, неудачи, нехватку средств, на пьяницу мужа, злодейку тещу и т.п. Вы, наверное, встречали таких людей с вечно постным лицом и плаксивым взглядом, требующим сочувствия. Пользуясь нашим естественным добродушием, толкающим нас помочь тому, кому плохо, эти люди часто весьма успешно обделывают свои делишки и, быть может, в душе посмеиваются над нашей простотой.

5. Аргумент к тщеславию — расточение неумеренных похвал сопернику с целью либо смягчить его, укротить его полемический задор, либо с целью подсластить ему поражение: "Вы же умный, опытный, образованный человек..." или "У вас, я знаю, достанет ума и благородства признать, что..." Используется эта уловка часто, причем иногда ее применение оправданно. С некоторыми излишне самолюбивыми или мнительными людьми просто невозможно разговаривать, кроме как постоянно расточая им комплименты. Если вы не ищете выгоды, а просто хотите избавить собеседника от комплексов, мешающих ему рассуждать разумно и спокойно, этот прием вполне допустим - пусть не логически, но по крайней мере этически.

6. Аргумент к невежеству - использование в полемике таких фактов и положений, о которых ваш противник ничего не знает, ссылка на сочинения, которых он заведомо не читал: "Как писал Платон в своем диалоге "Тимей"..." или "В записных книжках Леонардо да Винчи говорится, что..."

Все мы с вами порой попадаем в ситуацию, когда нам что-то говорят, а мы согласно киваем, хотя ничего не понимаем из сказанного. Многие люди — особенно молодые или просто самолюбивые — вообще стесняются признаться в том, что чего-то не знают или чего-то не читали. Им представляется, что подобное признание как-то роняет их достоинство. С такими людьми аргумент к невежеству срабатывает безотказно, да если еще он подается таким образом, будто все должны знать, о чем идет речь: "Вы, разумеется, помните то место у Флобера, где он говорит..." или "Всем известно, что в Кумранских рукописях сказано буквально следующее..."

А не надо стесняться! Не надо стыдиться сказать: "Не читал я Кумранских рукописей!", и тогда уловка легко обращается против того, кто ее применил: "Говоришь, в записных книжках Леонардо? А где же ты их читал? Когда они были изданы? Расскажи-ка, что в них еще написано, это интересно!" И оппонент тут же будет уличен в неблаговидности. Конечно, если ты вообще ничего не знаешь — это постыдно, но тогда не лезь в споры. Если же ты что-то знаешь, в чем-то разбираешься не хуже других, то спокойно можешь признаваться в том, что о чем-то не имеешь представления. В конце концов, нет человека, который знал бы все и все прочитал. Недаром античный мудрец когда-то сказал: "Я знаю только одно — что я ничего не знаю".

7. Дамский аргумент. Не волнуйтесь, милые дамы, этот прием используют и мужчины, хотя в устах женщин он приобретает особую тональность и особую эмоциональную окраску.

Суть его состоит в следующем. По многим вопросам нашей жизни часто возможно не два, а множество самых разнообразных мнений или решений, не только отличных одно от другого, но и прямо противоположных. Так вот, в споре, желая защитить свое мнение, недобросовестный оппонент противопоставляет ему самое крайнее, часто нелепое мнение из возможного диапазона и приписывает его вам.

Вы, конечно, эту крайность отвергаете, и тогда он делает вывод о том, что вы согласны с его мнением. Эту уловку легче понять на примерах.

"Напрасно вы ругаете своих учеников!" — "Что же, по-вашему, я молиться на них должна?" Ну почему выбраны только два варианта: либо ругать, либо молиться? "Мне кажется, вы мне мало платите". — "А вы что, хотите получать, как генеральный директор?" Но, конечно, не придумаешь ничего лучше того, что придумывает сама жизнь.

"Заспорили как-то муж с женой. И в пылу спора муж неосторожно сказал жене:

— Ты не права, дорогая.

И "дорогая" ему ответила:

— По-твоему, я говорю неправду! Выходит, я обманываю! Значит, я вру? Брешу, так сказать? Значит, я собака? Мама! Он меня сукой обозвал!"

Теперь понятно, почему этот аргумент называют "дамским"?

8. Нелепые доводы — бессвязная чушь, высказываемая с умным видом для того, чтобы огорошить противника, привести его в отупение, в столбняк. Прекрасный образец использования этого приема можно найти у Ф. Рабле. В своем романе "Гаргантюа и Пантагрюэль" он, в частности, описывает тяжбу между двумя вельможами, один из которых, по имени Пейвино, так отвечает своему оппоненту: "Милостивый государь и милостивые государыни! Если бы неправду можно было бы так же легко различить и вынести о ней суждение категорическое, как легко заметить в молоке мух, то мир — четыре быка! - не был бы в такой степени изъеден крысами, как в наше время, и всякий приложил бы свое коварнейшим образом обглоданное ухо к земле, ибо хотя все, что противная сторона говорит по поводу формы и содержания деяния, имеет оперение правды, со всем тем, милостивые государи, под горшком с розами таятся хитрость, плутовство, подвохи. Должен ли я терпеть, чтобы в то время, когда я ем себе суп по номинальной цене, не замышляя и не говоря ничего худого, в мой дом являлись морочить и забивать мне голову всякими соблазнительными танцами, плясами да еще приговаривали:

Кто суп кларетом запивает,

Тот слеп и глух, как труп, бывает..."

Что на это можно ответить?..

9. Аргумент к личности - самый гнусный, но, увы, самый распространенный прием. Он даже имеет особое название на латинском языке: argumentum ad personam3. Предмет спора оставляют совсем уже в стороне и нападают на личные особенности оппонента — черты внешности, убеждения, вкусы, поведение и т.п., переходят, как говорят, "на личности". "Ну что может сказать хромой об искусстве Герберта фон Караяна, — говорит в одной из своих юморесок М. Жванецкий, — если ему сразу же сказать, что он — хромой!" Действительно, что после этого скажешь?

Аргумент к личности имеет столько же разновидностей, сколько свойств и черт имеет каждый человек. Прежде всего, конечно, нападают на особенности внешнего облика: "С таким носом, а еще спорить лезет!" и т.п. Часто приводят оппонента в смущение указанием на то, что его собственное поведение расходится с защищаемым им тезисом. Это, конечно, не имеет отношения к делу: тезис может быть истинным, но люди далеко не всегда поступают в соответствии с проповедуемыми убеждениями. Хуже, когда такое указание просто притягивается за уши. Например, вы доказываете, что заработная плата рабочего в США выше, чем в России. Вместо анализа ваших аргументов оппонент кричит: "А что же вы сами до сих пор не уехали в свою Америку?"

Немецкий философ Гегель в статье "Кто мыслит абстрактно?" приводит хороший пример использования аргумента к личности: ""Эй, старуха, ты торгуешь тухлыми яйцами!" — говорит покупательница торговке. "Что? — кричит та. — Мои яйца тухлые?! Сама ты тухлая! Ты мне смеешь говорить такое про мой товар! Ты! Да не твоего ли отца вши в канаве заели, не твоя ли мать с французами крутила, не твоя ли бабка сдохла в богадельне! Ишь, целую простыню на платок извела! Знаем небось откуда все эти тряпки да шляпки! Если бы не офицеры, не щеголять тебе в нарядах! Порядочные-то за своим домом следят, а таким — самое место в каталажке! Дырки бы на чулках заштопала!""

Ну что, читатель, нравится вам такая манера спорить?



Едва ли имеет смысл продолжать перечисление запрещенных аргументов. Их общий характер ясен: не разобраться в сути дела, не решить вопрос, а задеть, оскорбить, обидеть, ввести в заблуждение оппонента — вот для чего используются такие аргументы совместно с общими запрещенными приемами. Логика открывает их в наших дискуссиях, описывает, классифицирует, однако человеческая изобретательность порождает все новые хитрости, так что угнаться за ней невозможно.

1 Здесь: "по делу" (лат).

2 Автор забывает, что к старости у человека накапливается жизненный опыт, которого нет у молодых. (прим. ред.)

3 Аргумент "к личности".






©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет