Православная аскетика (по Зарину)



бет21/21
Дата02.05.2016
өлшемі1.62 Mb.
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   21

Глава: ПОКАЯНИЕ


Христианская религиозно-нравственная жизнь человека начинается покаянием. Являясь основополагающим актом нравственного воссоздания человека, покаяние есть первое и основное христианское аскетическое средство.

Проповедническая деятельность Спасителя началась и во время своего продолжения проникалась призывом к покаянию, которое Им Самим в качестве обязательного условия для вступления в Царство Небесное: "С того времени Иисус начал проповедовать и говорить: покайтесь, ибо приблизилось царство небесное" (Мф.4,17). В апостольской проповеди ясно выражена мысль о том, что именно в покаянии выполняется фактически цель домостроительства Божия о спасении людей, так как именно этим путем человек переходит из области греха в жизнь вечную. "Его (т.е. Христа) возвысил Бог десницею Своею в Начальника и Спасителя, дабы дать Израилю покаяние в жизнь" (Деян.5,31), "и язычникам дал Бог покаяние в жизнь" (Деян.11,18).

В Новом Завете в отличи от употребления этого слова у классических писателей покаяние означает не просто перемену образа мыслей, сообщение направлению жизни новых целей, но именно обращение ко Христу, вступление в такие отношения к Богу, которые не стоят более в противоречии с волей Божией. Покаяние есть дело воли, поскольку в покаянии человек влечется к Богу, отвращаясь от прежнего устроения жизни, от самого себя, по причине уклонения своей личности от нормы. В истинном покаянии вместе с самоотвержением обязательно присутствует любовь к Богу, так как, отрицаясь от прошлой своей жизни, человек чувствует потребность получить от Бога прощение в своей прежней неправедности, ищет союза с Богом и живого реального союза с Ним. В покаянии на первое место выступает вера в Бога, как любящего и милостивого Отца, надежда на прощение и помилование.

Психологически состояние покаяния содержит в себе следующие моменты: 1) самоосуждение, неодобрение своей наличной действительности, эгоистического начала своей жизнедеятельности; 2) сознание и чувство уверенности в существовании высшего идеала; 3) стремление к действительной переработке содержания своей жизни с целью возможно полного согласования ее с содержанием познанного Идеала. Следовательно сущность нравственного переворота в покаянии состоит в перестановке жизненного центра тяжести с себя на Бога и ближних, с отрицательной же стороны — в отречении от своей воли. На место эгоизма поставляется любовь, и воля человеческая именно таким образом подчиняется воле Божией. По словам преп.Исаака Сирина, "в самоотвержении души обретается любовь".

Нравственно-психологический анализ покаяния показывает, что христианский подвиг, а следовательно аскетизм в широком смысле, необходимо присутствует с самого момента обращения человека ко Христу. Аскетизм коренится в самой сущности христианского возрождения и безусловно неотделим от него. А так как вся последующая христианская жизнь представляет собой лишь продолжение и развитие тех элементов, начало которых было положено в состоянии покаянного обращения, то в жизни истинно христианской после Крещения аскетический момент не появляется вдруг, но органически раскрывается. При этом в разные периоды духовного роста человека он получает спецефические оттенки, особые формы выражения и способы осуществления.

С этой точки зрения уясняется аскетическое учение о том, что покаяние проникает всю христианскую жизнь человека с момента обращения до конца, составляя ее существенное содержание. Бесконечность идеала, с одной стороны, и несовершенство наличной действительности, с другой, являются подлинным основанием и главными мотивами постоянного покаянного настроения подвижника, на какой бы высокой ступени религиозно-нравственного развития он ни стоял.


Глава: НАЧАЛА АСКЕТИЧЕСКОГО СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ


Вся жизнь христианина направлена к тому, чтобы сохранить, развить, укрепить, всестронне осуществить те начала духовно-благодатной жизни, которым было положено основание в обращении. Однако и после обращения человека ко Христу его телесные и душевные силы остаются не только неприспособленными к новой жизни, но и сохраняют заметный уклон в противоположную сторону. В связи с этим долг христианина, по словам святителя Феофана Затворника, "противиться себе в худом и принуждать себя на добро". Отсюда вытекают начала аскетического совершенствования — самопротивление и самопринуждение, направленные на преодоление препятствий, имеющий свой источник в психофизической природе самого подвижника.

Основными принципами успешного течения христианского подвижничества, определяемого двумя названными началами, являются верность, ревность и терпение. Под верностью понимается соблюдение постоянства того именно направления жизни, которое принято христианином в обращении. Оно диаметрально противоположно лености, духовной беспечности, небрежности, нерадению. Христианская ревность о спасении характеризует охотное, одушевленное стремление, неослабное усердие, постоянную готовность проходить христианский подвиг постоянного и всестороннего совершенствования. Свт. Феофан Затворник пишет о ревности, что "это- добродетель, без которой не производится доброе; — от времени до времени она движет, возбуждет, распаляет и укрепляет человека пренебрегать плотию в скорбях и в страшных встречающих его искушениях, непрестанно предавать душу свою на смерть, и идти навстречу отступнической силе ради совершения того дела, которого сильно возжелала душа". Терпением обозначается собственно устойчивость, крепость человеческого духа, непоколебимо противостоящего встречающимся на пути благоугождения препятствиям — как внутри личности христианина, так и во внешних обстоятельствах. Терпение противопоставляется изнеможению духа, ослаблению духовной энергии, отречению от той цели, которая была намечена. По учению Священного Писания Нового Завета, терпение имеет принципиальное значение и обусловливается самым существом процесса усвоения каждым человеком спасения, совершенного Иисусом Христом, т.к. по слову Апостола "мы спасены в надежде" (Рим.8,24).



ЗНАЧЕНИЕ САМОПОЗНАНИЯ

Прохождение должным образом подвига трезвения обеспечивает достижение одного из главнейших аскетически-воспитательных средств — самопознания, которое служит исходным пунктом и опорой для дальнейшего непрерывного духовно-нравственного совершенствования. Самопознание осуществляется путем самоиспытания, которое имеет своей целью возможно ясное, глубокое и точное определение наличного состояния сил и способностей христианина, его достоинств и недостатков для целесообразного направления дальнейшего аскетического нравственного совершенствования. Требование самопознания и самоиспытания содержатся в Священном Писании: "да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей" (Кор.11,28), "каждый да испытывает свое дело" (Гал.6,4). Христианские подвижники советуют посвящать этому важному делу самонаблюдения и самоиспытания определенное время дня, преимущественно утро и вечер, преп. авва Дорофей, в качестве средства очищения рекомендует заниматься самоиспытанием кроме того, еще и каждые шесть часов.

Это самоиспытание должно быть искренним, правдивым, неподкупным, нелицемерным, так как должно совершаться перед судом совести. Совесть в этом случае должна являться, по выражению свт. Иоанна Златоуста, "неподкупным судилищем, обладающим способностью точного распознавания доброго и злого". Такая роль отводится совести человека в силу того, что совесть в нормальных случаях ее правильного функционирования служить показателем вложенного Богом в человеческую природу знания добра и зла. Добрые движения человеческой души совесть одобряет, а к настроениям и поступкам злым, греховным, она относится отрицательно, обличая человека немедленно по поводу возникновения в нем греховных движений, возбуждает в нем чувства виновности, до и во время, особенно же после совершения греха. В христианине вместе с обновлением, возвышением и укреплением силою благодати богоподобной стороны его природы — духа, совесть, как одна из наиболее возвышенных человеческих способностей, также очищается и, более того, становится органом богообщения, "престолом Господа", по выражению преп. Макария Египетского. Однако, присущие совести идеальные особенности могут являться в виде значительно ослабленном, парализованном, связанном и даже искаженном. Правильное функционирование совести обеспечивают благодатные воздействия, в первую очередь Слово Божие и молитва.

Глава: ЗНАЧЕНИЕ УМЕРЕННОСТИ


Христианское отношение к телу характеризуется подчинением его потребностей и инстинктов духу. Христианину предстоит долг не только подавления и искоренения страстей, и предотвращение возможности их возникновения, но и, вместе с тем, достигать такого состояния своей природы, чтобы она была послушным орудием духа. Однако, в деле господства человеческого духа над материальной, чувственной стороной его природы должна соблюдаться умеренность. Под умеренностью аскетическое учение понимает вообще пользование только необходимым, соответственно действительным нуждам тела. Понимаемое в этом смысле воздержание ведет христианина к умению довольствоваться удовлетворением лишь тех желаний, меру которых определяет сама природа, не дозволяя себе не только ничего противного природе, но даже просто выходящего за ее пределы, т.к. это рождает наклонность ко греху. Так что от исполнения некоторых желаний христианину иногда полезнее уклоняться.

Точно установить и правильно соблюдать принцип умеренности можно при непременном участии добродетели рассудительности. Иначе, по учению свт. Григория Нисского, возможны уклонения в две крайности: пристрастие к удовольствиям и наслаждениям или же печаль, вспышки гнева, злопамятство и все прочее, совершенно противоположное пристрастию к удовольствиям. Св. Отец с одинаковым неодобрением и решительным порицанием относится как к первому, так и второму роду поведения: если первый совершенно безнравственен, то второй свидетельствует о том, что подвижник переносит центр тяжести своей самосознательной жизни с духовной стороны на тело, обратив ум свой к наблюдению за телесными состояниями, человек таким путем вовсе не приближается к цели созерцательного единения с Богом, а наоборот от нее отдаляется. По словам свт. Григория Нисского, "совершеннейшая цель воздержания состоит в том, чтобы иметь в виду не злострадание тела, а облегчение служения души". Отсюда следует аскетическое правило, согласно которому "телесное подвижничество" должно "устрояться в видах нравтственных" (преп.Нил Синайский). Следовательно цель телесного воздержания, по словам преп. аввы Исаи, состоит в том, чтобы "тело покорилось душе, а душа — духу".

Умеренность одинаково далека как от роскоши, как и от такого воздержания, которое идет уже прямо против необходимых потребностей человеческой природы. В частности, в вопросе питания, Священное Писание и Святые Отцы принципиально допускают полную свободу употребления различных родов пищи, предостерегая только от излишества и неумеренности, так как оно препятствует господству духа над телом, усиливая и укрепляя физиологическую основу страстей. По свидетельству свт. Иоанна Златоуста, заслуживает порицания и осуждения "не чрево, а неумеренное пожелание, не пища, а излишество, роскошь, пресыщение, не природа и потребность тела, а безмерная ненасытность души". Норма умеренности одинаково чужда как излишествам в удовлетворении потребностей питания, сна и под., так и насильственного подавления их. Чрезмерное воздержание от пищи приводит расслабленное тело в изнеможение, которое является состоянием вредным именно для духа. По учению преп. Нила Синайского, чрезмерно суровое воздержание в пище внушается именно демонами с той целью, чтобы возбудить в подвижнике гордость и превозношение пред братьями. Итак, по слову преп. Иоанна Кассиана, "общее правило умеренности состоит в том, чтобы каждый, сообразно с силами, состоянием тела и возрастом вкушал столько пищи, сколько нужно для поддержания (здоровья) тела, а не столько, сколько требует желание сытости". Отсюда умеренность, рекомендованная отцами-аскетами, заключается в употреблении ежедневно такого количества пищи, чтобы после ее принятия все же чувствовался голод.

ПОСТ И ВОЗДЕРЖАНИЕ

По временам в качестве нравственно-аскетического подвига христианин практикует пост, т.е. на более или менее продолжительные сроки, в виду особых обстоятельств, событий и воспоминаний, по известным нравственным побуждениям, он совершенно отказывается от некоторых, трудно перевариваемых родов пищи, употребляя пищу легкую, растительную, или иногда, в зависимости от индивидуальных особенностей, вовсе оставаясь без пищи. Нравственная потребность поста глубоко коренится в природе человека, т.к. состояние душевной самоуглубленности, раскаяния и терзания совести естественно и непринужденно, в силу связи души с телом, сопровождается невкушением пищи, потерею аппетита. Вообще всякое состояние особенной душевной напряженности не располагает к обильному вкушению пищи. С другой стороны, в силу той же связи души с телом, воздержание на некоторое время от обычного питания представляет собой благоприятную почву для возникновения и развития в человеке указанных психических явлений. И в Священном Писании, и у Святых Отцов, пост упоминается в связи с покаянием и молитвой. Таким образом, пост имеет своей целью приспособление телесной жизни к созерцательному подвигу сосредоточенной самоуглубленности и покаянного самоиспытания.

Начало христианского поста восходит к примеру Самого Христа и Его Апостолов. Пост в соединении с молитвой в определенные промежутки времени, по поводу особо важных событий и обстоятельств жизни Церкви, практикуется христианами с самого возникновения христианских общин.

По учению Святых Отцов, пост имеет своей главной целью приспособление тела к созерцательной и покаянной деятельности души, способствует вообще господству духовной жизни над материальной, подрывает физиологические основы телесных страстей. Каждый отдельный человек в отношении подвига поста должен руководствоваться своими индивидуальными особенностями, состоянием здоровья, крепостью телесного организма, родом занятий и т.п., то усиливая, то ослабляя степень и меру воздержания. В связи с этим преп. Иоанн Кассиан пишет о том, что практика поста должна сопровождаться проверкой правильности предпринимаемого подвига поста перед судом совести, например, прежде всего "каждый" должен налагать на себя такую степень указанного подвига, которая необходима "для укрощения плотской брани". При нормальном, регулируемом рассудительностью прохождении подвига поста, последний не только не вредит физическому здоровью, в, напротив, способствует его укреплению. При этом Святые Отцы особенно предостерегают от гибельного в духовной жизни заблуждения, которое теоретически или практически переносит центр тяжести подвига поста на тело, убеждая, наоборот, полагать цель его в достижении духовных добродетелей, преимущественно любви. Следовательно пост важен, полезен и необходим именно постольку, поскольку чрез него достигается самое существенное содержание религиозно-нравственного христианского совершенства — чистота сердца и апостольская любовь. Поэтому свт. Иоанн Златоуст причисляет пост собственно к подвигам духовным.

По смыслу аскетического учения, целью коренной переработки телесной жизни должно служить только подчинение всего строя телесного организма нуждам, потребностям и запросам духовной жизни. Однако, обращаясь от теории к практике аскетизма, к истории христианского подвижничества, можно видеть, что многие великие подвижники подвергали себя поразительно суровым, чрезвычайным подвигам самоумерщвления.

Это объясняется рядом причин, в том числе и учение о наслаждении, как основе всякой страсти. Имея ввиду тот факт, что специфическим, наиболее характерным элементом страстей является стремление получить удовольствие, посредством удовлетворения известных потребностей, многие аскеты из боязни развить в себе страсть относились подозрительно и даже отрицательно ко всему вообще удовольствию, всеми мерами избегая чувства физической удовлетворенности и приятности. Последовательное развитие аскетических предпосылок приводило подвижников к мысли о необходимости избегать удовлетворения всяких потребностей, насколько это возможно. Если жизнь греховная характеризуется стремлением к удовольствиям, то противоположная ей жизнь, святая, должна быть, по взгляду многих аскетов, именно перенесением страданий, лишений, огорчений. И это тем более естественно и необходимо, что Христос- Спаситель претерпевал всю жизнь Свою на земле страдания и лишения, а верующие должны подражать Ему во всем. По выражению преп. Ефрема Сирина, "Бог ясно показует, что нет покоя на земле, желающим спасения".

Кроме того, по учению Святых Отцов, настроение покаянного самоуглубления, составляющее характеристическую черту истинно подвижнической жизни, по самому своему существу не совместимо со всяким телесным услаждением, физическим удовольствием и требует, наоборот, именно телесного удручения. По свидетельству преп. Иоанна Лествичника, "те, которые приобрели плач в чувстве сердца, возненавидели самую жизнь свою; а от тела своего отвращаются, как от врага".

Рассмотренное значение телесных страданий, причиняемых "неумеренными" подвигами воздержания углубляется и тем, что они были обоснованы связью христианского аскетизма с идеей христианского мученичества, обусловненной теми условиями, среди которых началась и продолжалась история Христианской Церкви. Христианство, по самому своему существу явилось торжеством добра и правды именно через победу, одержанную над злом и правдою мира путем терпеливого и самоотверженного перенесения страданий. Мученичество в узком смысле слова, имело влияние на аскетизм в двух отношениях: 1) аскетизм иногда рассматривался и практиковался, как приготовление к мученичеству, по мысли, например, Тертулиана, христианами должны быть отвергнуты все наслаждения, утехи, нега и роскошь которых может ослабить твердость веры; 2) аскетизм, в некоторых своих свойствах и обнаружениях являлся подражанием мученичеству, появившееся после гонений монашество сделалось как бы особой, новой, добровольной формой мученичества.

Вообще, в широком смысле, мученичество истолковывается в патристической письменности как принципиально-необходимое, общеобязательное христианское требование, всеобщий и всеобъемлющий подвиг христианского религиозно-нравственного совершенствования. Например, по мысли Климента Александрийского, путь христианского совершенствования вообще должен быть назван мученичеством в смысле самом действительном. Мученичеством жизнь христианина является постольку, поскольку она представляет собой непременное и постоянное распинание плоти с ее "страстьми и похотьми". В этом подвиге проявляется высшее, глубокое и постоянное самоотречение христианина, его полная активность, высшее напряжение его сил. Следствием этого подвига является как бы отвлечение души от тела, отречение души от самой себя через совершенное покаяние во грехах. По словам преп. Исаака Сирина, "не только те мученики, которые получили смерть за веру во Христа, но также и те, которые умирают за соблюдение заповедей Христовых".

Наконец, суровое отношение к телу и его потребностям у представителей — преимущественно восточного — аскетизма обусловливается его по преимуществу созерцательным идеалом. С этой точки зрения тело служило предметом истощения и изнурения вследствие того, что чувственность, телесность сами по себе рассматривались как препятствие к достижению высоты, чистоты т невозмутимости созерцательности. По учению свт. Василия Великого, благополучие, "доброе состояние тела", совершенно несовместимо с "благоустройством" духовной стороны человека, главным проявлением и свойством которой служит именно "созерцание". По выражению свт. Григория Богослова, именно присутствие плоти в природе человека делает душу "трупоносицею", "твердыми узами" привязывает ее "к жизни", заставляет "непрестанно тяготеть к земле". По словам преп. Исаака Сирина, "как невозможно остаться невредимым тому, кто на поле брани щадит своего врага, так и подвижнику невозможно избавить свою душу от погибели, если он щадит свое тело"; созерцать Бога препятствует душе наложенное на нее телесное, которое закрывает собою озарения истины, так что они не доходят до нас; поэтому, "человек постник молчанием и непрестанным постом старается уподобить свою душу естеству духовному".


Глава: ЗНАЧЕНИЕ ТЕЛЕСНЫХ СТРАДАНИЙ ДЛЯ ХРИСТИАНИНА


Не только духовная сторона подвижника, но и его телесная природа должна принимать непосредственное, ближайшее и притом непременно активное участие в подвиге христианского совершенствования. По учению преп. Нила Синайского, страсти могут быть погашены только в том случае, если и тело примет соответствующее участие в трудах подвижничества. Труд при должном отношении к нему человека является одним из наилучших и целесообразнейших средств к подавлению греха в его обоих формах — чувственности и гордости. Тяжесть, изнурительность труда как следствие грехопадения, как божественное наказание за удаление от Бога, имеют для человека педагогически исправительное значение, т.к. служат противодействием греху, одним из условий ослабления его власти над человеком. Свт.Иоанн Златоуст пишет: "тот, кто занят работою, не скоро допустит что-либо излишнее и в делах, и в словах, и в мысли, так как вся душа его совершенно предана трудолюбивой жизни". Таким образом, телесный труд, по учению аскетов, охраняет чистоту (преп.Исаак Сирин), приводит к смирению (преп. авва Дорофей), является помощником добродетелей (преп. авва Исаия). Все наиболее видные представители подвижничества сами усердно занимались каким-либо трудом (рукоделием) и другим настойчиво рекомендовали это занятие, как безусловно важное и существенно необходимое условие для достижения целей аскетизма. Свт. Василий Великий находит совершенно неосновательным поведение тех, которые "уклоняются от работы под предлогом молитвы и псалмопения. Совершать молитву человек может не только между делом, но имеет возможность воспевать Бога, если не устами, то во всяком случае сердцем, и в то время, как он выполняет свою работу". Итак, по христианскому учению, всякий труд, в том числе и умственный, является самым главным телесным аскетическим средством, т.е. средством для приведения и удержания телесной, физической стороны человека в должном, нормальном положении относительно духа.

В истории и практике христианского аскетизма известны и другие очень важные подвиги, общая сущность которых характеризуется тем, что в них или ограничивается или даже совершенно устраняется и задерживается удовлетворение тех или иных потребностей человека. В трудах апостола Павла содержится учение о необходимости подвига воздержания для осуществления христианского совершенствования. Понятие воздержания в святоотеческой аскетической письменности имеет широкое значение, захватывая своим содержанием не только внешнего человека, но также и человека внутреннего. По учению свт. Василия Великого, подвиг воздержания касается не одной только пищи, но простирается также и на все вообще, что так или иначе препятствует богоугодной жизни. В этом случае имеется ввиду прежде всего воздержание от всякой страсти, от лукавых и суетных помыслов. Целью такого подвига служит "отречение от собственных желаний" ради исполнения воли Божией, — достижение благочестия. С этой точки зрения аскетическое учение рассматривает воздержание как основную добродетель. Но если по отношению к греховным наклонностям воздержание применяется в смысле абсолютном и безусловном, в смысле решительной смерти греху (Ср.Рим.6,11), то в отношении естественных потребностей человеческой природы воздержание не может быть осуществлено без ограничений, т.к. христианство не только не рекомендует убийство тела, но оно неодобрительно относится к его изнурению.








Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   21


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет