Предисловие переводчика



жүктеу 4.18 Mb.
бет12/23
Дата28.04.2016
өлшемі4.18 Mb.
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   23
: book -> age psychology
book -> -
book -> Бандар ибн Найиф әл-Утайби «аллаһТЫҢ ТҮсіргеніне сәйкес емес басқару (билік қҰРУ) ЖӘне шешім шығару»
book -> -
book -> Білместікпен жасалған көпқұдайшылық (ширк) кешіріледі ме?
book -> ЖАҢа жылдың келуін мейрамдауды харам ететін себептер
book -> ЖАҢа жылдың келуін мейрамдауды харам ететін себептер
age psychology -> К 90 На приеме у психолога подросток: Пособие для практиче­ских психологов. Спб.: Изд-во ргпу им. А. И. Герцена; Издательство «союз», 200! [Серия «Практическая психоло­гия»]. 350 с
age psychology -> -
Хайнц Л. Ансбахер

Университет Вермонта, февраль 1978 г.


ЧАСТЬ I. СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ И ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ РАБОТЫ

1. МИФ О ЖЕНСКОЙ НЕПОЛНОЦЕННОСТИ1

РАЗДЕЛЕНИЕ ТРУДА И ПОЛОВОЙ ДИМОРФИЗМ2

Доминирующее влияние на все психологические процессы оказывают два фактора: социальный интерес и стремление к личной значимости. В обустройстве и сохранении условий своей жизни, при столкновении с кругом трех основных жизненных проблем — любовью, профессиональной деятельностью, положением в социуме — человек всегда активизирует свой социальный интерес и стремится к достижению личной значимости, превосходства и власти. Чтобы правильно понять любое явление психологического характера, надо оценивать его с точки зрения количественного и качественного соотношения этих двух факторов. Их взаимосвязь определяет, насколько личность будет способна постичь логику человеческого общежития и адаптироваться в условиях разделения труда, на которые и оказывает влияние эта логика.

Разделение труда является жизненно необходимым для сохранения человеческого общества. Следовательно, каждый человек, условно говоря, должен занимать свою определенную нишу. Если же он не участвует в осуществлении этого обязательного условия, то он отказывается от сохранения социальной жизни как таковой, равно как и от сохранения собственно рода человеческого. Он забывает о своей роли как о человеке-собрате и становится некто, создающим проблемы. В относительно легких случаях имеются в виду дурные манеры, злонамеренность, потакание своим прихотям; при сложных же мы наблюдаем эксцентричность, правонарушения, а в последующей жизни и преступление. Эти явления возникают исключительно вследствие их отдаленности и несовместимости с требованиями социальной жизни.

Достоинство человека определяется тем, насколько он соответствует тому месту, которое занимает в сообществе в плане разделения труда. Утверждаясь в социальной жизни, человек становится значимым для других; он начинает представлять одно из звеньев грандиозной цепи, на которой и зиждется продолжение человеческого общества; и в случае отсутствия определенного количества звеньев социальная жизнь приходит к упадку. В идеале, именно индивидуальные способности каждого человека определяют его место во всеобъемлющем общественном трудовом процессе. Однако в это положение закралось некоторое противоречие; оно нарушило эту концепцию разделения труда, выдвинув ошибочный критерий оценки значимости личности. По той или иной причине человек может и не соответствовать своему месту в обществе; также могут возникнуть трудности на почве жажды власти или неоправданной амбиции у некоторых индивидуумов, которые в своих эгоистических интересах препятствуют этому способу человеческого общежития и сотрудничества. Личная власть или экономические интересы становятся причиной такого распределения видов труда, чтобы более приятное положение, дающее больше власти, доставалось определенным группам общества, в то время как другие не допускаются к нему. А так как жажда власти играет в этом случае огромную роль, то процесс разделения труда никогда не протекал гладко. Стремление к власти как мощный, незатухающий феномен постоянно создавало ситуацию, когда одним предоставлялась привилегированная работа, а другим работа в роли подчиненных.

Подобное разделение труда привнесено и в половой диморфизм людей (деление на два противоположных пола). Уже изначально это явление отстраняет одну часть, женскую, от определенных видов деятельности из-за ее физической конституции; в то время как, наоборот, другие профессии минуют мужчин, потому что их можно лучше использовать в иной области. Подобное разделение труда следует осуществлять в соответствии с абсолютно беспристрастными критериями.

Женское движение, умеющее не доводить до критической точки свою борьбу, признало логику именно этой точки зрения. Она не лишает женщин их начала, как и не разрушает естественное отношение мужчины и женщины к тем видам трудовой деятельности, которые наиболее подходят им. На протяжении развития человечества разделение труда приняло такую форму, когда женщина берет на себя ту часть работ, которая при этом не мешает мужчине оставаться занятым чем-либо другим; в то время как последний может с большей пользой использовать свои возможности. Такой способ разделения труда можно считать оправданным до тех пор, пока трудовые ресурсы не начинают растрачиваться в связи с этим впустую, а интеллектуальный и физический потенциал использоваться не по назначению.

КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Мужское господство3

Рассматривая развитие культуры через призму стремления к власти, особенно через призму попыток отдельных людей или целых классов сохранить для себя привилегии, можно видеть, что разделение труда отдано на откуп сильной половине человечества. Эта тенденция существует и по сей день; ее результатом является то, что человеческая культура характеризуется чрезмерным возвышением значимости мужчин. Таким образом, разделение труда — это не что иное, как наделение мужчин гарантированными привилегиями. Занимая доминирующее положение, мужчины оказывают влияние на положение женщин в разделении труда и создании материальных благ с целью достижения собственных преимуществ: Мужчины не только предписывают женщинам соответствующую им сферу жизни, но и навязывают ее; они определяют для женщин и образ жизни, который подчиняется мужскому миропониманию.

Состояние данной проблемы на сегодня таково, что мужчины постоянно стремятся к господству над женщинами, в то время как последние постоянно выражают недовольство по поводу мужских привилегий. И хотя, однако, оба пола теснейшим образом связаны друг с другом, тем не менее наблюдается постоянное напряжение между ними, нарушение психологической гармонии. Эта всеобщая психологическая ситуация исключительно болезненно переживается как той, так и другой стороной и ведет к далеко идущим неблагоприятным последствиям.

Доминирующее положение мужчины не имеет естественного происхождения и его пришлось закрепить рядом законов. До этого, должно быть, существовали периоды, когда приоритет мужчин не был так четко выражен. Действительно, имеются исторические свидетельства о периоде матриархата, когда мать, женщина играла более важную роль в жизни, особенно в отношении к детям, а все мужчины племени выполняли перед ней определенные обязанности. На это указывают до сих пор существующие обычаи и традиции, например, использование шутливого обращения к каждому мужчине как к дяде или брату ребенка.

Переходу от матриархата к патриархату предшествовала большая борьба. Действительно, первоначально мужчина не имел своих привилегий, которые, как он сейчас пытается представить, даны самой природой; ему пришлось бороться за них. Хорошим подтверждением такой эволюции служит работа Августа Бебеля «Женщина и социализм» (1885). Победа мужчин была равноценна поражению женщин. В особенности об этом процессе дискриминации красноречиво свидетельствуют протоколы принятия законов.

Преимущество мужчин не имеет природного характера, но стало необходимым только во время непрекращающейся вражды с соседними племенами, когда главенствующая роль выпала на долю сильного мужчины, который в конце концов прочно захватил лидерство. Параллельно с этим шло укрепление частной собственности и закона о наследственности как основы закрепления за мужчиной его приоритета перед женщиной, поскольку обычно мужчина зарабатывает на жизнь и является собственником.



Взгляд на женскую неполноценность4

Чтобы оправдать свое лидирующее положение, мужчина прибегает к утверждению о том, что, помимо того, что оно якобы принадлежит ему по праву, женщина как таковая представляет собой низшее существо. Подобная постановка вопроса о второсортности женщины настолько распространена, что это явление кажется привычным для всех людей. Вдобавок, в характере мужчин можно найти определенный элемент тревоги, который, возможно, сохранился в нем со времен его борьбы против матриархата, когда женщина действительно была раздражающим фактором для мужчины.

В истории и литературе мы постоянно встречаем ссылки на это. Так, древнеримский писатель отмечает: «Mulier est hominus confusio» (Женщина это беспокойство для мужчины). На церковных соборах предметом жарких дискуссий был вопрос о том, есть ли у женщины душа; были написаны научные трактаты по проблеме является ли женщина человеком. Охота на ведьм, казнь их через сожжение длились столетия, и это является печальным свидетельством ошибок, чудовищной неуверенности в жизни и тревожности того времени в отношении к данному вопросу.

Женщину часто представляют причиной всех зол на земле, начиная от библейской истории первородного греха или гомеровской «Илиады», в которой женщина была способна ввергать целые народы в несчастье. В легендах и сказках всех времен показана нравственная несостоятельность женщин, их греховность, злобность, лживость, непостоянство и неверность. В подтверждение незыблемости законов как антитезу употребляют словосочетание «женская легкомысленность». Подобным образом умаляют в женщинах их компетентность и представительность. В каламбурах, анекдотах, поговорках и шутках всех народов мы встречаем уничижительную критику в адрес женщин. Их обвиняют в склочности, непунктуальности, ограниченности и глупости.

Собрано великое множество доказательств женской неполноценности, достаточно только вспомнить такие имена, как Стринберг, Мобиус, Шопенгауер, Вейлингер. Их круг может расширить большое число женщин, которые покорно разделяют точку зрения о женской неполноценности и о заслуженной ею второстепенной роли. Неуважение к женщине также выражается в очень неравноценной оплате за ее труд, намного меньшей, чем за труд мужчины, даже если они выполняют одинаковую работу.

Правда, тесты по выявлению способностей показали, что по определенным предметам, таким, как математика, преуспевают мальчики, а, например, в языках успешнее девочки. Мальчики действительно обнаруживают больше способностей, чем девочки, к тем дисциплинам, которые готовят их к мужским профессиям. Однако здесь речь идет, по-видимому, только об их большей способности. Если более пристально приглядеться к девочкам, то обнаружится, что рассказы о низких способностях женщин не более чем выдумка, ложь, которые только на первый взгляд похожи на правду.

Дальнейшим аргументом против предрассудков о женской несостоятельности является весомое число женщин, которые стали выдающимися личностями во многих областях жизни, особенно в литературе, искусстве, технике и медицине; и их достижения на этих поприщах нисколько не уступают достижениям мужчин. Между прочим, можно встретить огромное количество мужчин, которые не только не блещут какими-либо достижениями, но и проявляют высокую степень некомпетентности, что могло бы стать основанием для мифа о несостоятельности мужчин, что в конечном счете также будет несправедливо.

Серьезным результатом мифа о неполноценности всего, что несет в себе черты женского начала, является своеобразная полярность позиций. Все мужское просто идентифицируется с значимостью, силой и непобедимостью; женской половине отводится покорность, раболепство и второсортность. Подобный образ мышления настолько глубоко укоренился в нашей культуре, что любое совершенство априори отдается мужчинам; в то время как все несовершенное и вызывающее возражение представляется женской характеристикой. Общеизвестно, что для части мужчин самым сильным оскорблением является брошенная фраза: «Ну просто как женщина!» Для девушек же обвинение в мужественности нисколько не умаляет их достоинств. Акценты всегда расставляются таким образом, что любое упоминание о женском начале означает неполноценность.

Явлением, часто подтверждающим этот миф, являются при ближайшем рассмотрении последствия задержки в развитии. Мы не собираемся провозглашать, что из каждого ребенка с обычным потенциалом могли бы сотворить одаренную или очень способную личность. В то же время не сомневаемся, что в любом ребенке мы могли бы «загасить» всякое проявление таланта и объявить его затем неодаренным. Разумеется, мы никогда не делали подобного, однако нам известно, что другие довольно неплохо преуспели в этом. На сегодняшний день наиболее вероятно то, что данное явление представляет собой проблему больше для девочек, чем для мальчиков. В нашей практике есть случаи таких «неодаренных» детей, которые однажды настолько проявили свои таланты, что казалось, будто бы они фактически из одних превратились в других.

ВЛИЯНИЕ НА ДЕТЕЙ



Мальчики5

Вся наша социальная система, традиции, законы, мораль и обычаи свидетельствуют о привилегированном положении людей мужского пола, на которых они ориентированы и с помощью которых они сохраняют свою жизнеспособность. Они окружают ребенка чуть ли не с его младенчества и оказывают огромное влияние на его психику. И хотя мы не можем утверждать, что ребенок ясно осознает эти связи, однако он чувствует их. Представьте себе мальчика, который на требование облачиться в девичью одежду впадает в неистовое негодование. Подобные случаи дают нам достаточно оснований для детального рассмотрения этих связей. Таким образом, мы вновь, но уже с другой стороны, подходим к выводу о существовании стремления к власти.

Когда однажды стремление мальчика к собственной значимости достигает определенного уровня, он предпочтет ступить на тот путь, который гарантирует ему как мужчине привилегии, наблюдаемые им кругом. Современное семейное воспитание весьма благоприятствует взращиванию стремления к господству, а отсюда и склонность к возвышению мужских привилегий и желание к их достижению. Причина в том, что обычно именно мужчина, отец предстает перед ребенком в качестве символа власти. Своими таинственными приходами и уходами он вызывает у сына много больший интерес, чем мать.

Очень скоро ребенок замечает главенствующую роль, которую играет отец; как он повышает голос, отдает распоряжения и руководит жизнью семьи. Ребенок видит, что каждый считается с указаниями отца, а мать постоянно обращается к нему за помощью. И в каждом случае ребенок видит мужчину только со стороны силы и могущества. Для некоторых детей отец является настолько авторитетным, что любое его слово становится для них священным; и когда они хотят придать весомость своим словам, то прибегают к единственной фразе: «Так сказал отец».

Даже когда влияние отца не столь очевидно, дети все равно будут отдавать ему предпочтение в превосходстве, потому что им будет казаться, что основной груз семейных забот лежит на нем, в то время как фактически только разделение труда дает отцу возможность наилучшим образом проявить себя.

Растущему ребенку не обязательно черпать из книг знания в данном контексте. Даже если ему вообще ничего не известно об этом, он все равно почувствует, что муж чина является главным добытчиком и привилегированным лицом, даже если благоразумные родители охотно откажутся от традиционных взглядов на привилегии в пользу равноправия. Чрезвычайно трудно объяснить ребенку, что мать, несущая на себе все тяготы по дому, является равноправным партнером отца.

Представьте себе, что должен чувствовать мальчик. который с первых дней наблюдает вокруг себя предпочтительность мужчины. Уже сам факт его рождения встречается с большей радостью, нежели появление девочки, и его чествуют как принца. Все знают, что большинство родителей в первую очередь хотят мальчиков. На каждой ступени развития мальчик ощущает свою исключительность в силу того, что он является продолжателем рода. Каждое слово, адресованное ему или подхваченное им, снова и снова подчеркивает для него важность роли мужчины по сравнению с ролью женщины.

Превосходство мужского начала мальчик обнаруживает еще и в том, что живущие с ним под одной крышей женщины занимаются менее привлекательными видами деятельности, и наконец в том, что женщины в его окружении не всегда уверены в своей равноценности с мужчинами. Они обычно играют роль второстепенного и подчинительного характера.

Ребенок сталкивается со всеми ситуациями, которые вытекают из этих взаимоотношений. Результатом являются всевозможные эпизоды и высказывания, касающиеся сущности женщины, в которых она, как правило, появляется в довольно неприглядном виде. Психологическое развитие мальчика, таким образом, принимает мужское направление. Все, о чем он может мечтать, стремясь к превосходству, — это исключительно приобретение мужских черт характера и положения в мире.

Из описанной иерархии семейных взаимоотношений вырисовывается характеристика мужских добродетелей.

Определенные отличительные черты, которые помогают нам выделить это, выводят нас на «мужские» и «женские» признаки, не требуя для этой характеристики каких-либо доказательств. Когда мы сравниваем мальчиков и девочек и находим явное подтверждение этой классификации, мы тем не менее не можем утверждать, что эти качества носят естественный характер. Скорее всего, мы можем отметить мужские или женские черты в людях, которых уже вогнали в определенный образ, чей жизненный план, чья магистральная линия уже сведены к четко выраженным притязаниям. Эти иерархические взаимоотношения окончательно закрепили за такими людьми соответствующую им нишу, в которой им и придется искать пути для своего развития.

Различение мужских и женских характерных признаков, таким образом, не имеет достаточных оснований. Мы видим, что как те, так и другие половые признаки могут отвечать требованиям стремления к превосходству, что можно добиться власти и с помощью «женских» средств, например, через смирение и покорность. Используя свой арсенал возможностей, покорный ребенок может больше преуспеть в своем продвижении вперед, чем его упрямый сверстник, хотя в обоих случаях стремление к превосходству будет иметь место. В анализе внутреннего мира личности мы часто испытываем трудности в том плане, что для достижения результатов стремление к превосходству как таковое прибегает к использованию широкой гаммы черт характера этой личности.

Чем старше становится мальчик, тем осознание им своей роли как мужчины становится почти обязанностью. Его честолюбие, его жажда власти и превосходства становятся единым качеством, направленным на выполнение своего мужского долга. Многие дети в своем стремлении к господству не довольствуются только одним внутренним осознанием того, что они принадлежат к роду мужчин. Они всегда хотят продемонстрировать и доказать, что они мужчины, и, следовательно, им полагаются привилегии. С одной стороны, они постоянно хотят выделиться и в этих попытках преувеличивают свои мужские достоинства; с другой стороны, они всегда стараются продемонстрировать свое превосходство женскому окружению, как это делают все тираны, проявляя полное пренебрежение или подлое коварство, в зависимости от того противодействия, которое им оказывают.

Поскольку каждого человека оценивают с точки зрения своеобразного идеала, присущего мужскому началу, то не удивительно, что с этими мерками подходят и к мальчику, и сам он в конце концов оценивает себя таким же образом. Он будет спрашивать себя и оценивать себя со стороны, всегда ли он ведет себя как мужчина, похож ли он уже на мужчину и т. д. Все, что сегодня подается как «мужское» начало, очень знакомо — это нечто совершенно эгоистичное; нечто, удовлетворяющее себялюбие (то же, что и превосходство); главенство над другими — все это наряду с такими активными качествами, как мужество, сила, гордость, воспоминания о всевозможных победах (особенно над женщинами), продвижение по службе, награды, звания, склонность не поддаваться на женские капризы и т. д. Это проявление непрекращающейся борьбы за личное превосходство, потому что считается, что только мужчина и должен занимать высокое положение.

Таким образом, мальчик вберет в себя те черты, которые позаимствует от образцов только взрослых мужчин, в особенности от отца. За этим фетишем искусственно созданного величия можно наблюдать везде. С ранних лет мальчик испытывает искушение приобрести для себя как можно больше власти и привилегий. Они для него означают ни много ни мало как наличие истинной мужественности. Эта мужественность в сложных педагогических ситуациях очень часто оборачивается хорошо известными примерами грубости и жестокости.

Девочки6

Преимущества, которые очень часто демонстрирует мужское начало, являются величайшим соблазном; вот почему многих девочек привлекает идеал сильной личности. Это может быть выражено как неутоленное страстное желание или как критерий для оценки своего поведения, или как способ самовыражения и деятельности. «Находясь в социуме, каждая женщина хотела бы стать мужчиной». Данное положение имеет в виду тех девочек, которые в неукротимом своем желании предпочитают только те игры и такую активность, что по физическим характеристикам могли бы быть присущи мальчикам. Они взбираются на деревья, любят вращаться в компании мальчиков, а женские виды деятельности подвергают остракизму. Они находят удовлетворение только в тех областях, которые принадлежат мужчинам. Все это можно объяснить с позиции предпочтения девочками мужественности. И мы можем ясно увидеть, как борьба за более высокое положение, стремление к превосходству направлены больше на внешнюю сторону ее проявления, нежели на реальную их сущность и действительное положение в обществе.

Девочке постоянно и в различных вариациях чуть ли не каждый день подчеркивают, что девочки ни на что не способны и что им подходит только легкая и неответственная работа. Понятно, что у маленькой девочки нет возможности проверить правильность подобных утверждений, и она будет считать женскую несостоятельность чем-то неизбежным и роковым и тем самым сами вынуждена будет поверить в собственную несостоятельность. Таким образом, лишенная уверенности в себе, она без нужного интереса будет заниматься школьными предметами (такими, как математика) — если ей вообще когда-либо придется — или потеряет к ним интерес. Вот так она и лишается внешней и внутренней подготовки.

При подобных обстоятельствах доказательство женской несостоятельности, конечно, покажется незыблемым. Однако здесь по двум причинам имеет место ошибка. Первая причина это то, что человека все еще оценивают по внешнему проявлению его качеств, то есть с точки зрения одностороннего абсолютно своекорыстного подхода. Учитывая это, действительно можно просмотреть, в какой степени связаны психологическое развитие девочки и ее внешние данные и способности.

Вторая и главная причина заключается в том, что девочка с детства знакома с мифом, который, вероятно, и должен поколебать ее веру в собственные силы, подорвать уверенность в себе и лишить надежды достигнуть в чем-либо компетентности. Она вынуждена считать так, постоянно видя перед собой эпизоды, когда женщинам отводятся только второстепенные роли, и становится понятным, что она растеряет уверенность, никогда больше не захочет взять на себя ответственность и в конце концов отступит от жизненных проблем.

И в этом случае она естественно предстает перед нами ни к чему не способной и ни для чего не приспособленной. Это все равно, что мы при знакомстве внушим кому-то доверие, а затем от его имени разрушим все надежды, которые он с чем-то связывает; когда мы таким образом развенчаем его уверенность в себе и удостоверимся, что ее у него как не бывало, — тогда никто не скажет, что мы правы, более того, нам придется признать, что именно мы являемся причиной этой трагедии.

Не так-то легко девочке в условиях нашей культуры иметь мужество и уверенность в себе. Между прочим, даже при тестировании способностей мы встретились со странным фактом: определенная группа девочек 14—18 лет оказалась на высоте перед другими группами, включая сюда и мальчиков. Все эти девочки были выходцами из семей, в которых женщина, мать или только она одна имели профессии, требующие от них личной ответственности и самостоятельности. Это означает, что данные девочки выросли в атмосфере, в которой они не ощущали этот пресловутый миф о слабой способности женщин или чувствовали это в меньшей степени, потому что они могли сами видеть, как их матери успешно двигались вперед благодаря своей компетентности. Таким образом, саморазвитие девочек шло более свободным и независимым путем, почти не обремененное распространенным мифом.

ВЛИЯНИЕ НА ЖЕНЩИН



Протест против женской доли7

Первенство мужчин вызвало серьезное затруднение в психологическом развитии женщин, что нашло отражение почти в повсеместной неудовлетворенности ими своей ролью. Они живут и действуют в тех же условиях, что и все люди, но по какой-то причине унаследовали неослабевающее ощущение неполноценности. Надуманный миф о природном происхождении их неполноценности является дополнительным, отягощающим фактором в их психологическом развитии.

Если тем не менее большая часть девочек находит хоть какое-то компромиссное удовлетворение, то это происходит благодаря их характеру, уму и, возможно, определенным привилегиям, которые, однако, говорят о том, что одна ошибка немедленно вызывает другие. Подобными привилегиями являются всякого рода льготы, предметы роскоши, приятный флирт, — они создают некую видимость преимущества, скрывая в себе ложное уважение к женщине. Наконец, и женщину также идеализируют, но Результатом этого является то, что ее считают созданной Для удовольствия мужчин. Одна женщина точно заметила: «Достоинство женщин — это удачное мужское изобретение»*.



1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   23


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет