Приключения алекса



бет2/11
Дата17.05.2020
өлшемі7.74 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

КНИГА 1

АЛЕКС И АРНУВИЭЛЬ

Аннотация.
В этой книге повествуется о любви вольного охотника Алекса и эльфийки Арнувиэль. Однажды, эта любовь приведёт их обоих в заброшенный замок предков Алекса, расположенный в Покинутых Землях, где многое тайное станет явным. В числе прочего узнают они и о том, кто именно открыл ночью двери замка гоблинам с Закопчённых гор, в ту жуткую ночь, когда погибла вся семья главного героя. И это будет шокирующая, страшная правда…
От автора.
Мне всегда мечталось создать на страницах своих книг мир, в который вы, читатели, могли бы вернуться в трудные моменты жизни и почерпнуть из него силы, уверенность, оптимизм. Ведь там, пусть за гранью реального, остались верные, неунывающие друзья, знающие не понаслышке о том, что такое жестокий бой за Правое Дело. Да, они остались там, и они будут жить до тех пор, пока вы помните о них. Поэтому не забывайте их и в счастье, ибо забвение – оружие, медленно убивающие наповал. Но как бы то ни было, моя опека над созданным миром и его героями окончена. Теперь они сами должны доказать свою жизнеспособность. Вы же, должны либо признать их существование и успех сотворения уже упомянутого мира, либо отрицать всё это напрочь. Вам, полагаю, со стороны, конечно же, виднее. Решайте!

1 часть

СПОКОЙНЫЕ ЗЕМЛИ

Тут звон клинков

u Зло ударом получает на удар ...

Я - Алекс Стальная Лоза, и мне глубоко наплевать на типов, которым я чем-то пришелся не по душе. Об этом и многом другом я размышлял, сидя в душном, задымленном зале трактира «Белый Конь». На мысли о неприязни наводили косые, настороженные взгляды людей, сидевших за столами неподалеку, когда они обмацывали ими мой пятнистый, маскировочный плащ, свидетельствовавший что его владелец недавно прибыл с Границы. А уже только одно это звучало как обвинительный приговор. Ведь по разумению большинства обывателей, все, связанные хоть как-то с её обороной, перехлёстывли в своём рвении и тем излишне злобили тварей, расселившихся в Ничейных и Покинутых Землях. Чем, мол, собственно и провоцировали последних на прорыв кордонов и совершение жестоких рейдов на территорию Спокойных Земель. Нда-а… Вот уж действительно дурачье! Да если б не было Границы, не было бы ее стражей, следопытов, вольных охотников и разведчиков, долго простояли бы их зажравшиеся города? Долго? Ой, ли! Порой типы, подвыпившие больше других, совсем уж откровенно дерзко осматривали меня с головы до ног, но стоило только с вызовом, в упор посмотреть на наглецов, как те, стушевавшись, отводили взор. Ибо по большому счету, никому из них не хотелось всерьёз столкнуться с одним из тех отчаянных сорвиголов, что отираются на Границе и ходят в походы по Ничейным Землям. Тем более что у этого сорвиголовы надменный, презрительный взгляд, а за плечами меч в потертых кожаных ножнах. Впрочем, Господь создал не только черное, но и белое, что и доказывали женщины сего достойного заведения. Приятно контрастируя с мужчинами своей явно приязненной заинтересованностью к моей скромной персоне, они всячески пытались привлечь внимание. Но, увы, безуспешно. Да, я люблю женщин: блондинок, брюнеток, шатенок, рыжих, впрочем, блондинок особенно, но шлюхи и проститутки вызывали у меня всегда лишь жалость. Хм, но, конечно, бывали и исключения. Ну, так, иногда.

Отшив очередную полуголую красотку, я крепко призадумался о хлебе насущном, то есть о золоте, которое подходило к концу. Это было досадное обстоятельство подталкивающее меня повернуть на юг, к Долине Тысячи Ручьёв. Там всегда имелся шанс намыть золотишка. При известной удаче конечно. Но я то ехал домой, к Старому Бэну. Да только как после года отсутствия появится без ломаного гроша в кармане? А старик ведь надеялся, что я привезу деньги на ремонт нашего дома... Проклятье! И кто дернул меня тогда сесть за игорный стол? Не иначе сам Нечистый. Хм-м, или же что вернее, мое вечное желание испытать удачу… Словом, в эти распроклятые кости я спустил почти все. Почти, ибо наутро в кармане все же обнаружились последние пять золотых дублонов из когда-то многочисленной, тяжеловесной сотни. При этом воспоминании на душе стало совсем скверно. И я с покаянием представил укоризненный взгляд деда, безмолвно говорящий: - Послал Бог внучка, только вот за какие грехи, непонятно.

Мои невесёлые размышления прервал необычайно мелодичный голос:

- Сударь, разрешите присесть за ваш стол?

Я медленно обернулся к говорившей. Ею оказалась совсем еще юная девчонка в сильно запыленном дорожном плаще, капюшон которого был накинут ей на голову.

- Да распологайтесь на здоровье, - благодушно разрешил я. - М-м, правда, всего с одним условием – ступайте и приведите себя в порядок. Хотя, полагаю сделать это будет непросто. Но вы уж постарайтесь, постарайтесь.

Незнакомка одарила меня негодующим взглядом и гордо удалилась во двор. Я уж было, грешным делом, обрадовался, подумав, что она обиделась и ушла искать другой трактир, как двери распахнулись, впуская мою новую знакомую.

Не глядя ни на кого по сторонам девчонка прошествовала за мой стол, небрежно перекинув снятый плащ через левую руку. Теперь я смог получше её разглядеть. И надо сказать был сразу же огорошен. Но не идеальной фигуркой одетой в довольно шикарный костюм и не длинными роскошными волосами, заплетенными в две толстые светлорусые косы, а миндалевидными, тёмно-фиалковыми глазами служившими украшением нежного, чуть скуластого лица. Вместе с прелестными ушками, слегка заостряющимися кверху, они неоспоримо свидетельствовали о том, что их обладательница – эльфийка. А этот народ в Спокойных Землях не жаловали лет сто или чуть больше. Что и доказало недоброжелательное внимание едва ли не всего трактира, принявшегося вдруг пялиться в нашу сторону.

Едва же длиннокосая села, я невинно заметил:

- Госпожа, вы так чудесно преобразились. Представляю, чего вам это стоило. Ведь непросто столько грязи с себя отскрести за столь короткое время.

- Дурак! - вспыхнула красотка и уж было, приготовилась запустить в мою голову почти пустой винный кувшин, как появился сам хозяин.

- Что угодно госпоже? - не слишком любезно осведомился он. - Салаты, сыр, жареный картофель, рис, мясо пяти видов, вино, пиво, бренди?

- Сыр, салат и воды, - не менее неприязненным тоном буркнула моя соседка, после чего высказала напутствие в форме приказа: - Только, милейший, давай поживей! Одна нога тут, другая там.

Что-то, раздраженно ворча под нос, хозяин удалился.

- Ну вот, - я был сама покладистость. - Вы вновь можете взяться за кувшин. Но, может, прежде мы вместе опорожним его?

- Еще чего! - девчонка вела себя несносно грубо. - Я не пью вино, тем более в компании столь подозрительного типа, как вы.

- Тогда какого черта подсели? Если у вас обо мне сложилось такое прескверное мнение? – сухо осведомился я, начиная понемногу сердиться.

Незнакомка нервно оглянулась по сторонам и как-то сникла.

- Извините, - чуть погодя попросила она. – Но ведь не я первая начала, ну… Вы поняли о чём речь.

- Ладно. В таком случае - мир, - воспользовавшись моментом, благодушно объявил я и разлив в стаканы остатки портвейна, предложил: - Выпейте, госпожа за наше знакомство. Не откажите, так принято у нас, у людей.

Смешно передернув плечиками, длиннокосая эльфийка, брезгливо морщась, сделала маленький глоток.

- О Господи, какая дрянь! – тут же последовало молниеносное заключение. - Да это просто невозможно пить!

- Проклятье, - про себя выругался я. - Сопливая девчонка ко всему подходит предвзято, даже к такому превосходному напитку, как арнадский золотой портвейн.

- Хм-м, и где вы пробовали вино лучше, госпожа? - несколько иронично, затем спросил я. – Уж не в колыбельке, из которой не так давно вылезли?

- В Эльфийском Крае есть десятки сортов вин, намного превосходящих это ваше пойло, - сообщила моя соседка, держась, на удивление спокойно.

- Умнеет на глазах, - несколько поспешно решил я и тут же чертыхнувшись, едва успел перехватить ее изящную, тонкую руку с занесенным для удара, кувшином.

Появившийся с сыром и салатом, хозяин, установил хрупкое перемирие.

Чуть погодя длиннокосая, оставив на время свой салат, сказала, оправдываясь с видимой неохотой:

- Моё недавнее желание треснуть вас хорошенечко, было спровоцировано упоминанием колыбельки. Так что сами виноваты, - и немного поколебавшись, добавила: - Но как это ни странно, я все-таки рада; что ваша голова осталась цела.

- В ином случае мне и самому было бы очень обидно, - доверительно сообщил я. - Ведь я унёс ее целой с Границы.

Девчонка тут же ухватилась:

- А что, собственно, вы делали там, сударь? И имя, вы предложили даме познакомиться, но так и не назвали себя. Вас что, элементарным приличиям не учили?

- Я сирота с семи лет, какие уж тут приличия? – произнёс я голосом, способным выдавить слезу из камня.

- Вот как? Простите, не знала, - голос эльфийской грубиянки заметно потеплел. – Всё же, надеюсь, вы не разыгрываете меня?

- Ну что вы, барышня, - в притворном ужасе, закатил я глаза, – такими вещами не шутят. Нет!

- Согласна, но дальше! – словно хлыстом подстегнула меня собеседница, слегка при этом испортив предыдущее впечатление.

- В смысле? – непонимающе уставился я на неё.

– И вы что же, так и огибались с тех пор сами? До нынешнего дня?

- Ну что вы, нет, конечно, - я говорил внешне спокойно, но языкастая девчонка таки задела меня. - Через год моих юных странствий меня подобрал Старый Бэн, Мастер Рукопашного Боя. С тех пор он мне и отец, и мать, и дед. То-есть все вместе в одном лице.

Эльфийка задумчиво кивнула, однако ее глаза продолжали испытующе смотреть в мои.

- Дальше! – вновь потребовала она.

- Что дальше? - тут уже, не выдержав, вскинулся я. - Маленький мальчик вырос и много где побывал, но в данный момент он возвращается с Западной Границы, где служил Вольным Охотником. И там-то к нему и приклеилось его прозвище - Стальная Лоза. Имя же, которое он носит с рождения - Алекс.

- А почему, собственно; Стальная Лоза? - длиннокосая, не скрывая, серьёзно оценивала меня.

- Не знаю, - пожал плечами я. – Хотя… Скорей всего по ассоциации. Ведь лоза гибкая, прочная и больно бьется.

- Хм-м, надо признать ваше прозвище служит хорошей характеристикой, Алекс, - признала моя собеседница и чуть помолчав, спросила: - Ничего что я так запросто, по-дружески?

- Ну отчего же, я только рад этому. Да только и вы назовите себя и хотя бы чуть-чуть расскажите о прошлом.

- Ладно, - эльфийка вздохнула. – Но надеюсь, вы не из болтливых?

- Госпожа!

- Хорошо, хорошо, тогда слушайте. Мое имя - Арнувиэль. И конечно же, вы догадались, что я из Эльфийского Края.

- Да-да, а как же, - я закивал с видом круглого идиота. - Я очень, очень догадлив.

- Да будет вам, угомонитесь, - эльфийка на удивление благосклонно восприняла моё паясничанье и даже рассмеялась.

В моих ушах словно зазвучали, перекликаясь, дивные, хрустальные колокольчики.

- Родину меня заставила покинуть нерадостная весть о том, что в Покинутых Землях пропал мой родной брат Эарнил, служивший на Границе следопытом, - между тем продолжила она.

- Блистательный Эрни - ваш брат? – воскликнул я, не сумев скрыть изумление. – И… Что из этого следует?

- Я хочу найти его. Вы составите мне компанию, поедете в Покинутые Земли?

Благо в тот момент я ничего не глотал из еды, иначе неминуемо бы подавился и умер постыдной для воина смертью.

Прежде чем ответить я выдержал долгую паузу, выразительно глядя на эту дуру, а потом тихо, едва не шёпотом, спросил:

- Вы, конечно, простите, госпожа, но, может, у вас с головой не в порядке?

- Алекс, я в здравом уме, - с нескрываемой обидой отрезала эльфийка. – Уж будьте уверены!

- Тогда спишем всё на неопытность и незнание ситуации, - примирительно сказал я. – Но постараюсь вас немного просветить. А начну с того, что в стычках на Границе за год погибает от одной до трёх тысяч стражей. В Ничейных Землях за тот же период, Смерть вычёркивает из списка живых в два, а то и в три раза более, рейдеров, вольных охотников и следопытов. Покинутые Земли забирают гораздо меньшее количество людей. Впрочем, это лишь потому, что суются в них считанные десятки отчаянных храбрецов, имя которым – разведчики. Они элита, способная успешно выживать и сражаться там, где обычным хорошим воинам делать совершенно нечего. Да только и из них почти никто не добирается назад! Те же единицы что возвращаются, свидетельствуют о том, что Покинутые Земли это сущий Ад на земле. Ну, сами посудите! Там…

- Хватит запугивать девушку, Алекс Стальная Лоза, - в голосе длинокосой, прервавшей меня на полуслове, явственно зазвенел металл. – Скажите лучше другое. Вы сможете мне помочь, или следует поискать кого похрабрее?

- Ага, поищите, - ласково согласился я, указав на пьяные, красные рожи, окружавшие нас. – Среди этих…

- Хм, н-да-а, - эльфийка постучала ноготком по поверхности грубого дубового стола и тут же круто сменила тему.- А вы знали моего брата?

- Лично - нет, но много слышал о нем. В частности, что лучшего следопыта нет на всем севере Границы, и что как мечник он вообще непревзойдённый. А ещё что с полгода назад Блистательный Эрни поперся в одиночку, в Покинутые Земли и там пропал. Пожалуй… Это все, что мне известно о нём, милая госпожа. И если уж вы предлагаете мне путешествие в пекло, к черту на рога, то скажите на милость: вы догадываетесь, зачем он выкинул этот фортель?

- Несомненно, - кивнула головой эльфийка.

- Ну так посвятите меня в эту тайну, - настоятельно попросил я.

- Брат всегда мечтал побывать в Элиадоре – древнем королевстве наших предков. Вот он наверняка туда и отправился.

- Ха! А что он в нём позабыл?

- Элиадор гордость нашего народа. Утраченная гордость. И он хотел его увидеть своими глазами. Неужели это так трудно понять? – сверкнув глазами, с вызовом ответила она.

- Да, в общем-то, нелегко, госпожа! Учитывая, что расположен тот почти в самом центре Покинутых Земель!

- Пусть так, но речь сейчас не о том, - с достоинством напомнила эльфийка. Затем совсем другим тоном, она поспешно добавила: - Только не подумайте, что я задаром прошу вас помочь. Я… Хорошо заплачу!

- Сколько? - лаконично поинтересовался мой язык, но, сказать по правде, количество денег уже не имело особого значения.

- Двадцать золотых монет сразу и восемьдесят после возвращения.

- Щедро, очень щедро! Особенно если учесть, что памятник на эту сумму можно заказать довольно роскошный, - присвистнув, с иронией заметил я.

Эльфийка негодующе фыркнув, заявила:

- Они вам понадобятся живому. И не надейтесь вытянуть с меня больше. Только зря потеряете время.

- Госпожа, сотни вполне достаточно, но получить я её хочу сразу. Наперёд так сказать.

- А что за спешка? – она с подозрением уставилась на меня.

- Видите ли… Я как раз продул в кости указанную вами общую сумму. А на неё имел большие виды мой дед Бэн. Ну, знаете, хозяйство там и все такое.

- Какое мне до этого дело? - длиннокосая даже притопнула под столом ногой, обутой в кожаный сапожок. - Сказано – двадцать сразу, остальные - потом.

- Значит, всего двадцать, - продолжал терпеливо втолковывать я. - ­Ведь шансов вернуться назад, у нас практически нет. Выходит, всего-навсего два десятка золотых монет за погубленную жизнь. Маловато!

- А с сотней в кармане вам что, погибать будет приятней? Или она оправдает погубленную жизнь?

- А кто сказал, что я возьму её с собой? Я отправлю её деду, через местное отделение Шарнского банка.

Моя «подруга» открыла рот для ответа, но он был сорван приходом здоровенного амбала, нагло усевшегося рядом с ней. Его маленькие, заплывшие жиром глазки разглядывали эльфийку с откровенной похотью.

- Слышь, красавица, пойдем со мной, - прерывисто дыша, предложил он. - Здесь наверху; есть хороший номер. Гы-гы! Уютное гнездышко для двоих. Пойдём, не пожалеешь!

От нового соседа разило потом, пивом, чесноком и… Пожалуй, мочёй.

Мне это естественно не понравилось. Но более всего мне не понравилось то, что этот гад начисто игнорировал мое присутствие.

- Может, сперва отужинаете с нами? - я вежливо внес свое предложение в программу развлечений амбала на сегодняшний вечер. - Эй, трактирщик! Бадью мясного супа, да пожирнее!

Детина едва успел невнятно промычать согласие, как суп, принесенный двумя подростками-официантами, уже стоял на столе.

- Подставляй тарелку, дружище, - я щедро зачерпнул черпаком верхний слой жира и внезапно плеснул ухажеру эльфийки прямо в лицо. Тот на секунду зажмурился и обмер. Глаза он открыл, вероятно, в самом бачке, ибо я надвинул его амбалу по самые уши.

- А-а-а! - запоздалый вой потряс стены достойного заведения. Хм, вероятно, суп был слишком горяч, по крайней мере, для лица. Но мне-то какое до этого дело?

- По-моему, нам пора, - поспешно решила за обоих эльфийка. - Идемте отсюда скорее, Алекс.

Быстро оглянувшись, я отметил, что разговоры в зале стихли и все без исключения клиенты «Белого Коня» с откровенной ненавистью уставились на нас.

- Жаль, что эта идея не пришла вам десять минут назад, - пробормотал я себе под нос, одновременно надевая бачок амбалу на голову второй раз.

Бам!!! Глухой звон, извлеченный кулаком из уже пустой посудины и, видать, с рождения пустой башки, разнесся в готовой взорваться тишине. Бросив на стол три мелкие серебряные монеты, чего с избытком должно было хватить трактирщику, я схватил эльфийку за руку и потащил к выходу. На удивление, никто не выскочил, чтобы удержать нас. Правда, уже минуя последний стол, я едва не зацепился о демонстративно протянутые ноги долговязого рыжего парня, загородившего ими проход.

- Почем куриные окорочка? - вкрадчиво осведомился я, кладя ладонь на витую рукоять меча. Атмосферу накалявшегося торга разрядила эльфийка. Чертовка так звезданула рыжего стальным каблучком, что тот заорал благим матом и, избегая второго болючего пинка, со всей прытью, на которую был способен, наконец-то убрал ноги. Дверью я постарался хлопнуть так, чтобы штукатурки обсыпалось побольше. А что? Знай наших!

- Эй, парень, да ты никак спятил? - не преминул прицепиться ко мне привратник с фигурой бывшего борца и, с гнусной, бандитской рожей, покрытой сетью старых и совсем свежих шрамов.

- Вы что-то сказали, почтенный? - со всей возможной вежливостью переспросил я и резко, почти без размаха ударил «вышибалу» под дых кастетом. Сдавленно охнув, тот медленно осел на пол. Два работника у коновязи старательно делали вид, что происшедшего для них не существовало, но тем не менее на лице одного из них, со здоровенным бланшем под глазом, промелькнуло злорадное удовлетворение.

Отвязав своего золотистого жеребца, я в нетерпении оглянулся.

- Чего медлите, госпожа? Какое из этих животных ваше?

- У меня нет лошади, - эльфийка впервые потупила прекрасные глаза. - Обстоятельства заставили меня некоторое время путешествовать пешком.

- Вот как? - я даже присвистнул. - А сотня золотом? Существует ли она?

Эльфийка промолчала.

- Ладно, здесь не место для дискуссий, да и не время, - я легко поднял ее и закинул в седло позади себя. Мой Дублон потащил бы и троих, а легкая, словно перышко, девчёнка вообще была не в счет. - И куда теперь? - счел нужным осведомиться я, когда копыта Дублона зацокали по одной из трех самых больших улиц Ноттингема.

- Что вы имеете в виду?

- Где, в каком месте вы думаете одарить меня презренным металлом, то-бишь золотишком?

Но она не ответила и лишь руки её крепче вцепились в мои бока. Ее молчание заставило меня, призадуматься. Да только толку от подобных размышлений не было никогда. Я словно магнитом, всегда притягивал всякие неприятности.

Среди теснящихся, лезущих друг на друга двух - или трехэтажных домов, с правой стороны мостовой мое внимание привлекла красочная вывеска. Два веселых, розовощеких здоровяка пировали за щедро накрытым столом. Их руки были высоко подняты и держали пивные кружки, увенчанные шапками белоснежной пены. Внизу золотом вилась надпись: «Постоялый двор «Услада Гостей». Респектабельно и прилично, решил я, по крайней мере, с виду. Конечно, не будь со мной эльфийской госпожи, я б и не подумал о таких вещах. Воину с Границы не пристала изнеженность. Подбежавший слуга увел Дублона на конюшню, мы же толкнули толстую лакированную дверь и прошли вовнутрь. Хозяин, румяный и круглый, как колобок, мигом подкатился к нам.

- Чего угодно господам? Номер, сытный ужин или еще что?

- Хм, - я покосился на застывшую с непроницаемым лицом эльфийку.

- Нам, пожалуй, надо два отдельных номера и, само собой разумеется, ужин. Пока это всё.

- Э, м-м, видите ли, - «колобок» замялся, ему явно не хотелось упускать лишних клиентов, - свободный номер остался всего один, да и тот с единственной кроватью, - затем он с надеждой добавил: - Может, все-таки вас это устроит? А? Я б тогда не взял плату за овес, скормленный вашему жеребцу.

Неожиданно создавшуюся ситуацию разрешила моя компаньонка.

- Пожалуй, нам это подходит, - и неизвестно перед кем тихо оправдалась: - Если б я не так чертовски устала ... Ни за что б на такое не согласилась. .

Хозяин довольно потер пухлые ручки с. пальцами-сосисками и проводил нас на третий этаж в маленькую комнатку под самой крышей.

- Кушать когда изволите, господа? - «колобок» заинтересованно переводил взгляд с меня на эльфийку, правда, на ней он задерживался чуть дольше.

- Попозже, - я не удержался от короткого смешка. - Дело в том, что мы с госпожой не так давно с аппетитом поели. Э-э, ну, скажем, через пару часов принесите нам чего-нибудь легкого и, пожалуйста, сухое вино.

«Колобок» с готовностью закивал и укатился по лестнице вниз. Эльфийка же, не раздеваясь, оккупировала всю и без того неширокую кровать. Казалось, она сразу уснула, но я-то был уверен, что через притворно прищуренные глаза «компаньонка» настороженно наблюдает за мной. Попытка сесть на самый краешек «ложа» выдала ее с головой. Эльфийка вскочила и рванула с кровати, словно ветер, в дальний yгол комнаты, немного заросший паутиной.

- Вы что, идиотка? - с явной убежденностью предположил я.

- Нет! – выкрикнула она.

- Тогда какого, простите, черта вы доверяете жизнь человеку и при этом считаете, что он настолько низок, что способен на изнасилование? К тому же, - я просто не смог удержаться от шпильки, - вы ведь еще совсем дитя. Какое же желание вы можете вызвать у взрослого мужчины?

- Алекс! Прекратите ваши дурацкие колкости! И постарайтесь понять во мне женщину! – буквально вскипела эльфиечка.

- Ну уж вы хватили, - протянул я. - Если б речь шла о девственнице, я б, конечно, всё уразумел. Хм-м, но женщине-то чего, простите, бояться?

- Тупица!

В голову мне полетел маленький глиняный кувшинчик с цветами, схваченный эльфийкой с круглого столика. Можно сказать, третий за день, подумал я, едва успевая увернуться. С веселым звоном осколки упали у левой ноги,

- Я девственница! Девственница, слышал?

- Верю-верю! - для убедительности я поднял руки вверх и тут же, чтобы моя прелестная противница не стала праздновать победу, слегка ее урезонил. - Так как там насчет ста дублонов? Они вообще реальны или существуют только в вашем воображении? А? Достойная госпожа Арнувиэль?

Теперь пришел черед пасовать эльфийке. Нестерпимо долго помолчав, она, в конце концов, все-таки неохотно заговорила:

- Видит Бог, Алекс, деньги у меня были, но… Я лишилась их в одной из гостиниц, где останавливалась ранее.

- Лишились? То есть проворонили? - не сдержавшись, осуждающе проворчал я.

- Мне пришлось покидать гостиницу второпях. И дублоны остались в сундучке с вещами.

- Иными словами, вы бежали оттуда сломя голову. Почему?

- Но у меня осталось еще золото, хоть и немного, - попыталась перевести разговор на другое эльфиечка.

- Почему? - я был неумолим.

- Ну хорошо, - она отбросила все сомнения. - Вот вам вся правда, а там хотите - верьте, хотите - нет. Мой отец погиб в битве у Роковой горы, мать же, затосковав, ненадолго его пережила. Вскоре после этого старший брат Эарнил покинул Эльфийский Край, где тогда воцарился мир, и отправился к людям на Границу. Теперь, по причине его отсутствия, средний брат Элриад, стал главой нашего рода Платиновой Колонны, одной из Десяти Опор Государства. И пользуясь своей властью, он решил отдать меня замуж за Фейлинора, второго принца королевства. А я терпеть не могла, да и не могу, этого напыщенного, самодовольного юнца! Словом, я сбежала, прихватив деньги, коня и все необходимое. И куда мне было идти? Конечно же, к старшему брату, ведь только он, вернувшись домой, мог поставить на место зарвавшегося Элриада. Но едва я добралась до ближайшего города Спокойных Земель, как узнала от одного из стражей Границы, возвращающегося после ранения на родину, что Эарнил, или, как его прозвали товарищи, Блистательный Эрни, пропал в Покинутых Землях. И тут, в этом самом городке, меня настигает погоня, посланная братом и ненавистным Фейлинором. Все же я ускользнула от них тогда, но через день они застукали меня в одной маленькой гостинице Нелфаста. На сей раз спасло лишь то, что, бросив золото, одежду да лошадь, я вылезла из окна второго этажа и, чудом не поломав ноги, спрыгнула на землю. Так я осталась без ничего. Вот, собственно, и все, Алекс Стальная Лоза. Теперь решайте, стоит ли со мной связываться.

- Если б вы рассказали все это раньше, милостивая госпожа, - я специально сделал ударение на слове «милостивая», - то наши дороги давно бы уже разошлись. Ну и в историю вы меня впутали! Спасибо. Нет, ну почему тогда, в «Белом Коне», вы с этого не начали? А, госпожа?

- Сами говорите, что тогда я бы ничего не добилась, – не без цинизма, огрызнулась эльфийка.

- Что ж, от своих слов не отказываюсь, - мрачным тоном признал я. – Так оно и есть…

- Да не трусьте, Алекс! Вы же зрослый мужчина, воин Границы! И испугался какой-то погони.

- Какой-то? - я буквально задохнулся от возмущения. - Да у вас совесть была хоть когда-нибудь? Ведь всем в Спокойных Землях известно: стань поперек дороги эльфийским ищейкам или шпионам и все. Каюк! Амба! Либо стрела в глотку, либо отравленный нож в спину.

- Трудно разочаровываться в человеке, - постаралась, как можно тяжелей и артистичней вздохнуть эльфийка. – Воистину, времена настоящих мужчин и рыцарей миновали.

- Другими словами, дураки перевелись, - счел нужным расшифровать я ее слова.- М-да, прискорбно для женщин. А сколько все-таки у вас осталось монет?

Она с презрением швырнула на стол пять золотых.

- Вот-те раз, - это количество умилило меня. - Знаете, госпожа, столько же и у вашего покорного слуги. Ну да Бог с ними, с деньгами-то, если по-честному, я помогу вам просто за один поцелуй. Но здесь, сию же минуту!

- Алекс! - длиннокосая едва не задушила меня в своих объятиях. - Я даже поцелую вас два раза и еще один после возвращения.

- Тогда уж лучше сразу три! - тут же поступило встречное предложение.

- Хорошо-хорошо, вымогатель, - ее чарующий смех вновь зазвучал в моих ушах, перекликаясь звоном серебряных и хрустальных колокольчиков. Она трижды нежно поцеловала в губы, и, готов поклясться чем угодно, такой ласки я не обнаруживал ни у одной из известных мне женщин. Увы, все прекрасное в жизни так мимолетно.

В дверь деликатно постучали.

- Войдите,- разрешила эльфийка.

В комнату вкатился «колобок» с подносом, уставленным жареными яйцами с ломтиками румяной ветчины, кольцами белой и красной колбасы, миской, наполненной до краев черной икрой, а также свежим хлебом, сыром и несколькими сортами сухого и полусухого вина.

- Как изволили господа, - «колобок» был сама любезность, - легкий ужин.

- Ну, хозяин, - пораженно уставился я на принесенное изобилие. - Что же тогда по вашему разумению сытный ужин? Впрочем, все в порядке, спасибо. И, пожалуйста, внесите в счет разбитый цветочный кувшинчик. Госпожа была неловка и зацепила его.

Вышеупомянутая госпожа прожгла меня гневным взглядом.

- А что вы хотели? ~ оправдывался я после ухода хозяина. - Не очень-то приятно брать на душу чужие грехи.

- Рыцарь! - фыркнула эльфийка, вложив в это слово пару килограммов сарказма, что, впрочем, не помешало ей первой добраться до обширного подноса.

Оказалось, что за чужой счет аппетит у компаньонки вдруг здорово увеличился. На скромный салат она даже не глянула, а жадно впилась беленькими зубками в кольцо копченой колбасы. А девчонка-то изголодалась в дороге, запоздало смекнул я, но виду не подал. Покончив с едой в мирной тишине, мы еще какое-то время сидели молча, наслаждаясь сытостью и отборным вином. Потом я счел нужным предложить:

- Госпожа, купите себе лошадь за оставшиеся деньги. Если, конечно, не передумали разыскивать братца. Дублон, ясное дело, могучий конь, а вы легкая, словно перышко, но, сами понимаете, во время долгой и быстрой скачки это играет роль. И порой решающую.

- Жаль последних денег, - эльфийка нехотя протянула дублоны. - Хотя бы потому, что я теперь буду здорово зависеть от вас, Алекс. Но делать нечего, без лошади несерьезно затевать такой поход. Только покупать и выбирать ее будете сами, тут я полностью полагаюсь на вас.

- Ну, это дело подождет до утра, пока же нам нужно обмозговать другую проблему. Как сбить со следа эльфийских ищеек? Госпожа, насколько далеко вы оторвались от них?

- Точно не могу сказать, - Арнувиэль впервые улыбнулась загадочной, чуть кривоватой улыбкой. - Но полагаю, погоня еще пару дней будет искать мое тело на стремнинах Пьяной реки. При множестве свидетелей я весьма правдоподобно утонула.

- Недурной ход, - счел нужным похвалить я. - Но все же слишком полагаться на него я бы не посоветовал.

- Критиковать легко, - эльфийка прищурилась. - А вот что дельное

предложить... Алекс, идеи есть?

- Сразу несколько, но вряд ли хоть одна подойдет.

- Хорош советчик, ума палата, да толку от этого ...

- Проклятье, госпожа, вы все воспринимаете в штыки. Да у меня, если хотите, целый список интересных идей. Первая, например: обрежьте косы, а волосы перекрасьте в черный цвет. Лицо натрите орехом монастырского дуба, и получится истинно арабский загар. Вторая идея дополняет первую ну там, знаете, всякие накладные усы, борода, родимые пятна, шрамы, липовые бородавки на носу и т.д., и т.п. Третья ...

- Довольно, Алекс! - эльфийка поморщилась, как от зубной боли. ­Лучше не испытывайте моего терпения оглашением всего' этого бреда. Брр, аж не по себе стало от ваших извращенных фантазий.

- Ну, знаете, - теперь уже обиделся я. - На вас не угодишь. Сбежать от жениха хотите, братца найти тоже, но при этом не хотите приносить никаких жертв. Я уже молчу о том, что вы опять-таки задурно вовлекли в эту историю меня, подставив под эльфийские стрелы и все опасности Покинутых и Ничейных Земель.

- Как это задурно, Алекс? - нежные щечки компаньонки буквально запылали от праведного гнева. - А три поцелуя забыли? Кстати, один из них был авансом. Хотите, чтобы я пожалела о них? Да?

- Если будете так нападать, - проворчал я, - придется мне их вернуть своими тремя поцелуями.

- Упаси Бог, сударь. Вы что, развратник?

- Не более чем вы, госпожа, - метко парировал я.

- Алекс, полдня, проведенные в вашем обществе, стоили недели прошлой жизни. Нет, вру, гораздо большего, Давайте утром обсудим все те сложности, что стоят на нашем пути. А сейчас спать, я очень хочу спать, Надеюсь, вы ляжете на полу?

- Нет, госпожа, на потолке.

- Если я правильно вас поняла, то эта дурацкая шутка вроде пожелания спокойной ночи. Ну что ж, Алекс Стальная Лоза, спокойной ночи и вам.

Эльфийка с пренаглым видом заняла кровать, предоставленную «колобком» на двоих, укрылась одеялом и почти сразу же уснула. Или притворилась спящей. Негромко ругаясь, я устроился невдалеке от входа, меч вытащил из ножен и положил рядом. Жизнь давно приучила меня быть всегда настороже, тогда больше шансов дольше прожить. Тем более надо быть готовым ко всему после рассказа Арнувиэль. Эльфы, ее сородичи коварные создания. Добиваясь поставленной цели, они и в грош ломаный не оценят вопросы Чести. Размышляя подобным образом, я незаметно уснул. Рассвет застал меня уже на ногах. Ничего не поделаешь - привычка' с Границы. Какое-то время я позволил себе полюбоваться сладко посапывающей эльфиечкой. Чертовка действительно была чудо как хороша. Но время шло.

- Эй, Спящая красавица, пора вставать, - и я легонько коснулся ее плеча.

- Алекс, пялиться на меня вы могли бы еще хоть час, - не раскрывая глаз, сказала она. - Но руками-то, зачем, лапать?

- Тогда вставайте, нечего бока вылеживать, - я безуспешно попытался скрыть злость в голосе. Проклятая девчонка опять обвела меня вокруг пальца. Надо же, пока я обшаривал ее весьма заинтересованным взглядом, она, эта плутовка, тайком наблюдала за мной. И, 'готов поклясться Создателем, посмеивалась.

Умывшись по очереди из рукомойника, мы сели за стол друг против друга. Несмотря на сытный ужин, сон на мягкой кровати, причем, если учесть, что все эти удовольствия за мой счет, взгляд эльфийки был не менее задирист, чем вчера.

- Для воина, с Границы вы слишком долго спите; Алекс, - она, эта эльфийская стерва, еще издевалась надо мной. - Так дело не пойдет.

~ Послушайте, госпожа Арнувиэль, - не выдержав, вспылил я. - Мне до чертиков надоели' ваши язвительные шпильки. И если уж вам повезло найти дурака, согласившегося помочь, та хоть не изводите его. Ладно?

- Хм, простите, Алекс, - эльфийка заметна присмирела. - Давайте лучше обсудим на свежую голову, что нам делать дальше. Я тут, пока вы дрыхли, а потом ... э-э, смотрели на меня, кое о чем размышляла и в итоге пришла к выводу, что, в общем-то, вы правы. Внешность мне хоть немного, но изменить надо. Ну, конечно, косы я трогать не собираюсь, их я уложу короной на голове и запрячу под шляпу, которую вы мне, надеюсь, купите. Кстати, она закроет и мои эльфийские ушки. Цвет лица ... Тут я тоже

согласна с вами. Хороший восточный загар на короткое время мне не повредит. И одежда, она эльфийского покроя, ее обязательно надо сменить. Ах да, осталась лошадь. 'Надеюсь, вы способны выбрать достойное животное?

- В чем, в чем, - уверил я ее, - но в женщинах и лошадях я разбираюсь. Так что не волнуйтесь.

В дверь тихонько постучали. Получив разрешение, вкатился "колобок" с завтракам. С трудом разместив его на стол, он попросил позволения и ушел. Не тратя попусту благоприятные для покупок утренние часы, я быстренька перекусил и, оставив эльфийку одну, отправился на базар. Благо я хорошо знал Наттингем и потому через пятнадцать минут уже шел по торговым рядам, где продавали одежду. Довольно недорого я сторговал красивый, но не броский синий плащ' и модную шляпку из франкской соломки. Труднее была дела с вещами, катары е я надумал приобрести элъфийке для путешествия па Покинутым Землям. А нужны были пятнисто-маскировочные плащ, штаны, рубашка и полусапожки пограничного образца. Все же изрядна побегав и выложив остатки серебра, я приобрел что хотел. А оружие? О нем мы не подумали оба, а насколько я знал, у эльфийки его не было. Теперь следовало позаботиться и об этом.

Свернув на ряды оружейников, я долго не мог выбрать. Наконец, почти отчаявшись, заметил в простых ножнах шпагу. Интуитивно выдвинув клинок, я чуть не охнул. На нем стояло клеймо '- стройное дерево, а под ним единорог и семь звезд. Эта означало, что оружие отковано в Элиадоре, древнем королевстве эльфов, там, где пропал брат Арнувиэль, если он, конечно, добрался туда. От лезвия исходило слабое серебристое свечение.

- Сколько? - я небрежна вогнал клинок обратно в ножны.

Пьяница, продававший шпагу, захлопал глазами, ан, видать, уже не надеялся на удачу, а тут на тебе, покупатель. Пока он ворочал своими отупевшими от алкоголя мозгами, я сунул ему золотой и забрал шпагу, небрежна, будто палку, сунув ее под мышку. Теперь ходу! Душа моя ликовала. Да такой клинок стоил двадцати червонных дублонов, не то, что просто одного! Да-а, такое везение может подвалить разве что раз в жизни, не иначе. Так, теперь осталось прикупить лошадь, подумал я, оглядываясь по сторонам. Базар кипел, и нужно было найти кратчайший путь, ведущий на конные торги. И тут мой взор наткнулся на физиономию мрачного типа с наполовину оторванным ухом и стянутой рваным шрамом правой щекой. Тип пристально разглядывал меня из-под нависавших надбровных дуг.

- Что, приятель, обознался? - грубо спросил я. - Или у тебя есть ко мне дело?

Тип буркнул нечто маловразумительное и исчез в толпе. Все это слегка насторожило меня, но не более. Мало ли всякой рвани шастает по базару, а люди с Границы не по душе даже: им. Гнедую' лошадку я сторговал за четыре дублона. Хозяин просил сначала все шесть, но, видя, что перед ним не зелень какая-нибудь, скрепя сердце уступил. И так вроде бы все, что хотел приобрести, я приобрел и даже сверх того, поэтому, ведя лошадку за повод, отправился в «Усладу Гостей».

К своему удивлению, я отметил, что даже успел соскучиться за эльфийкой и, кроме того, немного беспокоюсь. Как там она? Все ли в порядке? Оставив четвероногое приобретение на конюшне возле Дублона, я мигом взбежал на третий этаж. Эльфийка сидела, глубоко задумавшись, и, наверное, поэтому сильно вздрогнула, едва только открыл ась дверь. Я сделал вид, что не заметил этого. Черт' Девчонка и так слишком горда.

- Прошу! - красноречивый жест указал на целую кучу купленного. ­Примерьте, пожалуйста.

- Ну и хламу вы натащили, Алекс, - эльфийка несколько озадаченно уставилась на шмотки. - Зачем столько? Ведь на это ушли и ваши деньги?

- А, пустяки, - отмахнулся я. - Но в' Ничейных и Покинутых Землях без спецодежды нельзя. С ней, видите ли, больше шансов выжить.

С любовью истинного знатока она долго разглядывала элиадорский клинок, гораздо дольше, чем всю одежду. Наконец, вдоволь налюбовавшись на мягкое серебристое свечение 'клинка, Арнувиэль со вздохом вогнала его в старые ножны.

- Воистину, Алекс, вы отыскали бриллиант в грязи. Как вам это удалось?

- Везение, - я скромно пожал плечами. - Ну и чуток интуиции.

- Спасибо огромное, - эльфийка немного смутилась. - Дело в том, что я, сколько себя помню, всегда млела от хорошего оружия, но такого ... Такой шпаги у меня не было даже дома, в Эльфийском Крае. Сколько ж вы отвалили за нее?

- Какая разница, много или мало? Главное - подарок хороший и от чистого сердца. Так что вам за дело до цены?

- Бога ради, простите, Алекс, и еще раз огромное спасибо. Но скажите, удалось ли вам купить еще и лошадку?

- Конечно, и смею заверить великолепную. Даже наследной принцессе и той не стыдно было б сесть на такую. Она сейчас на конюшне рядом с Дублоном.

Одежда моей компаньонке пришлась впору, но я не посоветовал ей переодеваться и гримироваться здесь. Зачем возбуждать подозрение хозяина или кого другого? Быстро упаковав свое имущество в седельные сумы, мы сошли вниз. «Колобок» низко сожалеюще поклонился.

- Уезжаете? Ай-ай-ай! А я-то стараюсь, поросеночка вам со специями на обед готовлю. Достойные господа, а может, все-таки останетесь?

- Спасибо, хозяин, - я щедро расплатился с ним. - Думаю, поросеночек ваш не пропадет. Нам же, простите, пора.

Толстяк развел руками: мол,· ничего не поделаешь, и мы с эльфийкой вышли. Гнедая лошадка понравилась ей сразу.

- Я буду звать эту прелесть Иль-Чара, - тут же решила она. - Что по-эльфийски означает Милая.

«Иль-Чара», - про себя повторил я. Правда, в моем сознании возник отнюдь не лошадиный образ. Что я, извращенец? Кратчайшим путем покинув старину Ноттингем, мы какое-то время степенно ехали по Разломному тракту. Затем, когда он опустел и нас никто не мог увидеть, свернули с него в' сторону кудрявой рощицы. Красящий кожу орех, шляпка, скрывающая роскошные косы, иного покроя плащ неузнаваемо изменили облик компаньонки.

- Недурно! - со стороны оценил я, но эльфийка еще долго придирчиво разглядывала себя в маленькое, обрамленное серебряным кружевом зеркальце. Слишком долго для того жестокого мира, в котором мы все живем.

Тропинку, бегущую между деревьями, с обеих сторон нам преградили отчаянного вида молодцы, и я не удивился, заметив среди них безухого с ноттингемского рынка. Похоже, он-то здесь и заправлял.

- Эй, вояка! - мой знакомец неприятно оскалился. - Прошли слухи, что у тебя и этой эльфийской лярвы в карманах полно золотых монет. Как насчет того, чтобы поделиться?

- В моих карманах гуляет ветер, - я с видом насмерть перепуганного дурачка вывернул их наизнанку. - То же могу сказать и о спутнице.

- А чего ты расписываешься за нее, ослиное дерьмо? - вдруг встрял в разговор другой разбойник, заросший густой черной бородой чуть ли не до самых глаз. И уже эльфийке: - Слышь ты; сучка смазливая, где деньги заныкала? Или хочешь, чтобы я сам их поискал? В таком случае не обессудь, прикосновение к женской плоти возбуждает меня, я теряю голову и, Господь прости, делаю большие глупости.

Он шагнул вперед, а я тут 'же почувствовал холод остро отточенной стали под левой лопаткой.

- Шевельнись только, парень, - сипло на ухо шепнул кто-то невидимый. - И все, ты конченый труп.

В который уже раз я пожалел о своей нелюбви таскать под плащом кольчугу. На Границе без этого, конечно, не обойтись, но тут, в Спокойных Землях, это всегда казалось излишним. Вот и теперь моя надежная железная рубаха бесполезным хламом лежала в одной из дорожных сум.

- А! Сволочь! - чернобородый вдруг дико, по-звериному взвыл. - Господи, мои шары! А-а-а! - и, скрутившись, он неистово засучил ногами по земле.

Тут уж я не стал теряться. Резко уйдя от готового впиться в спину Острия, я упал на землю и подсек противнику ноги. Падал тот так, как учил Старый Бэн, - на собственный же нож. Вскочил я уже с оголенным клинком, который тотчас скрестил с огромной ржавой саблей безухого. Эльфийка вовсю сверкала своей шпагой и как опытный боец сразу же стала спина к спине,

Безухий оказался довольно неплохим бойцом, чувствовал ась какая-то школа, хоть, видимо, и в далеком прошлом. Но это его не спасло. Выбив из жилистой руки саблю, я обратным ударом клинка разрубил рот. Захлебнувшись густой кровью, обильно хлынувшей из широкой раны, предводитель шайки упал.

Теперь нас ·осталось двое против сутулого мужика, поганой мордой сма-хивающего на пещерного тролля. Не слишком умело, но азартно он пытался достать эльфийку зазубренным, кривым мечом, но что-то ему слабо везло. Арнувиэль была целехонька, а вот на щеке ее противника багровел глубокий кровоточащий рубец. Кроме того, с 'кисти левой руки все обильнее стекали на землю алые капли. Наконец, осознав бесполезность дальнейшей борьбы, он хрипло выругался, плюнул в нашу сторону и позорно бежал. Мы не стали его догонять, хотя могли бы запросто.

- Не лей лишней крови, - всегда учил Старый Бэн. - Ведь даже очень плохой человек может исправиться, пока жив. И потому нельзя по-пустому отнимать этот шанс даже у мерзавца.

Наверное, впервые за все наше недолгое знакомство мы с эльфийкой действительно с приязнью посмотрели друг другу в глаза.

- А вы молодец, госпожа, ~ похвалил я ее. - Вот уж не думал, честное слово.

- Приятная для женщины лесть, Алекс, но если по-настоящему, то молодец вы.

С искренним уважением мы обменялись рукопожатием.

- Ой, ей-ей, мамочки! - нарушил идиллию непривычного мира жалостный скулеж.

- Яйца всмятку, - констатировал я, разглядывая до сих пор скребущего землю волосатика. - Не знал, госпожа, что вы любительница этого блюда.

- Полезное знание, Алекс, - тон компаньонки слегка заледенел. - Может, и вам когда-нибудь пригодится.

- Увольте, - слабо промямлил я. - И с какой стати? Я всегда хорошо себя веду с женщинами. Зачастую они сами пристают и не дают прохода.

- Бабник! - Эльфийка окинула меня уничтожающим взглядом. - Но если даже и так, то одного не пойму: и что эти дуры в вас находят?

Гася на корню вспыхивающую свару, я примирительно напомнил:

- Госпожа, пора отсюда линять. Тракт недалеко и, Господь знает, кого сюда может занести еще: Полицию, солдат или подобных же·мерзавцев.

Напоследок решив пошарить у бандюг по карманам, я вдруг уловил смертельно-осуждающий взгляд.

- Красть грешно, Алекс, даже у таких, как они. Неужели вам не стыдно?

- С какой стати трофей, добытый в бою, стал вдруг краденым? ­я вызывающе уставился на нее. - Они хотели обчистить нас до нитки, а·потом убить. Так что все справедливо.- По заслугам, так сказать. Кроме всего прочего, деньги никогда не повредят, тем более тогда, когда их почти нет.

- Делайте что хотите, - она с презрением отвернулась. - Но только я к этому отношения не имею. Понятно?

«Скажи так, уплетая добрый ужин, купленный за деньги разбойников, после голодного дня пути. Так ведь промолчишь, святоша!" - про себя подумал я. Вопреки ожиданиям, сильно разжиться за счет разбойников не получилось. Волосатик был вообще пустой. Озабоченный своей статью, скулежатник смог поделиться лишь тремя серебряными лунами, среднего достоинства и размера монетами. Безухий оказался щедрее всех, но дублон и мелочь не слишком наполнили мою душу восторгом. Видно, шайка давно на мели, либо же спрятала деньги в тайном месте.

Уже покинув рощицу, я все-таки вернулся назад. Старый Бэн учил милосердию, а бедняга, искалеченный эльфийкой, так мучился, что, сжалившись, я с помощью безболевого приема выключил его на пару ча­сов. Нагнав Арнувиэль, я, как ни в чем не бывало, пристроился рядом.

- Алекс, что вы сделали с несчастным? - она подозрительно уставилась на меня.

- Зарезал! - Я. кровожадно облизнулся. - Зачем нам свидетель?

У эльфийки округлились глаза, но язык она почему-то придержала.

Проехав до развилки, уводящей на север, я придержал Дублона.

- Свернем здесь? - спросила эльфийка.

- Да, пожалуй, это и будет наикратчайший путь к Ничейным Землям. К тому же, что немаловажно, больших селений мы на нем не встретим, люди, живущие здесь, простые и всяких там любопытных вызнавал не любят.

Солнышко стояло в зените, когда я предложил сделать привал. Расседлав коней, мы пустили их пастись по изумрудному, сочному лугу, а сами устроились в тени большого, раскидистого дуба. Жара" отбивала аппетит, и потому обед едва занял десять минут, зато прихваченное у «колобка» сухое вино пошло очень хорошо.

- Алекс, почему вы такой жестокий? - первой нарушила тишину эльфийка. - Зачем, ну зачем было добивать того беднягу?

Хм, кажется, моя шутка ее действительно потрясла.

- Да Бог с вами, госпожа, я просто на время выключил его сознание. Мой дед, знаете ли, Мастер Рукопашного Боя, кое-что и я усвоил. Это не слишком сложно, надо знать лишь определенные точки на теле человека.

- Спасибо, Алекс, - эльфийка ни с того ни с сего вдруг поблагодарила меня.

«Странная, подумал я, но кто поймет этих женщин?» Отдохнув и даже часа полтора поспав, мы вновь бок о бок ехали по дороге.

- Скажите, Алекс, - эльфийка непривычно замялась. - Какого дьявола вы мучаетесь со мной? Ведь не за три же невинных поцелуя? Нет? Тогда за, что? Понимаете, мне стыдно, правда, очень стыдно, что я втянула вас в эту историю. Простите ...

- Да ладно вам, госпожа, - я успокаивающе, но вместе с тем деликатно похлопал по ее руке, привычно державшей поводья. - Если честно, так я вам даже благодарен. Может, хоть теперь побываю дома не во сне или, скажем, в мечтах, а на яву.

- Не люблю загадок, Алекс. Насколько я помню, ваш дом в Ренвуде, - где, как вы говорили, в небольшом, уютном доме обитает Старый Бэн.

- Это второй дом, госпожа, - мне, скрытному и недоверчивому по натуре, захотелось все ей рассказать. Даже то, что не знал деда. Может, все потому, что эльфийка напоминала мне чем-то мать? Но вряд ли, ведь по прошествии стольких лет я даже не помню ее голоса или лица. - Первый же, мой родной дом, теперь в поглотивших его Покинутых Землях. И я родился в нем и рос до семи лет. Тогда это была еще Граница и славное княжество Лоншир, охранявшее опасные рубежи. Княжество, где правил мой отец, храбрый сэр Уильям, и испокон веков над башнями развевались малиновые стяги с золотым оленем, - тут я тяжело вздохнул. - Но однажды кто-то предал нас. Всю стражу на Границе усыпили и вырезали. А дверь замка открыла чья-то предательская, подлая рука, впуская в его предутреннюю, сонную тишину страшных гоблинов с Закопченных Гор, темных гномов оттуда же и нахлынувшую волной прочую нечисть с Ничейных и Покинутых Земель.

Эльфийка сочувственно взяла меня за руку, и, странное дело, Я не убрал ее.

- Не знаю точно, что там происходило дальше. Помню, проснулся я от страшного топота подкованных железом сапог, от грохота выбиваемых дверей, жуткого чужого хохота, полных паники криков женщин, в которые вплетались плач и вопли детей. Но тотчас же зазвенела и сталь.

Я знал, где-то там отец, он сражается. Но что может сделать один рыцарь с маленькой горсткой воинов? Погибнуть со славой, но не победить ... В диком ужасе я, то метался по своей комнате, то прятался под кровать или залазил под одеяло и все ждал: вот сейчас тяжелые шаги приблизятся к двери и станут вышибать ее. А потом ...

Я буквально потерял голову от страха, когда действительно кто-то, спотыкаясь, добежал до моих дверей.

«Солнышко, - позвал меня знакомый голос няни, - открой, милый ... ». Не колеблясь ни секунды, я подбежал и, отодвинув тяжелый засов', впустил ее к себе. А по коридору уже бежали косматые тени с факелами, они завывали и улюлюкали.

«Солнышко, - няня, задыхаясь, тяжело прислонилась к холодной стене, - не бойся, родной, я уведу тебя' отсюда».

И тут ударили в дверь. Няня затравленно' оглянулась и, прихрамывая, бросилась к плательному шкафу. В дверь ударили уже чем-то тяжелым. Неимоверно торопясь, няня отодвинула шкаф, но там была такая же каменная стена, как и везде. Пошарив рукой под подоконником, она быстро нашла нечто, приводящее в действие механизм тайного хода. Часть стены бесшумно отъехала в бок. А входная дверь уже трещала, и с нее во все стороны летели щепки ...

«Давай, торопись, солнышко!»' - няня затолкнула меня в темный зев тоннеля и едва ступила следам, как входная дверь поддалась и ее вышибли. 'Но от страшной толпы, ввалившейся в комнату, нас обоих защитила непроницаемая каменная твердь: С третьего раза няня зажгла светильник, висевший на стене, и только тут я заметил темное пятно, расплывшееся на ее спине.

«Солнышка, - няня, перехватив май испуганный взгляд, слаба улыб­нулась. - Дальше беги сам, уже чудо, что я с такой раной вообще добралась сюда. Силы на исходе ... Прощай, родной ... ».

Она упала на пал. Плача, я приник к ее груди и тут же отпрянул: сердце не билась. Что оставалось делать?

Подхватив затухающий светильник, я осторожно раздул огонек и, бросив на няню последний взгляд, сломя голову помчался к поджидавшему где-то впереди выходу. Что была дальше?

Покинутые Земли вместе с населявшими их тварями поглотили Лоншир, Граница отодвинулась далеко на северо-запад, а ваш покорный 'слуга стал беспризорным малолетним брадяжкой. Конечно, в этом тяжелом периоде моей жизни были и светлые страницы.

Например, кат Ворчун. Я познакомился с ним на чердаке одного старого, заброшенного дома, где нашел пристанище на долгих полгода. Необыкновенно крупный серый кот первым обнаружил меня в своих владениях. И, странное дело, он стал единственной опорой в тогдашней жизни. Ей-богу! Ну, как иначе? Ведь Ворчун воровал для меня цыплят и даже кур с ближайших ферм, а это однажды стоила ему искалеченной в капкане лапы. Он защищал меня от наглых, голодных крыс, готовых пожирать все, что только движется. И даже однажды отбил от стаи скелетоподобных собак, прибежавших с Диких просторов Покинутых Земель. С тех пар я даже мысленно не обидел ни одну кашку. Клянусь мечам предков!

Вдалеке замаячили первые домишки небольшого поселка. В густеющих сумерках мы как раз добрались до них и почти сразу же наткнулись на освещенную фонарем вывеску - постоялый двор «Два Брата». Указатель пути менее чем через пять минут привел нас к довольно неказистому двухэтажному зданию-коробке. За все эта время эльфийка так и не выпустила моей руки. Странная она, эта Арнувиэль. Странная и непонятная. Ей-богу! Хромой конюх с готовностью принял наших лошадей, мелкая луна подкрепила его усердие.

- Много гостей? '- я указал на рослых, как на подбор, коней, похрустывающих сеном и овсом в своих стойлах.

- Да так, приехали тут одни, - конюх неопределенно покачал головой, - странные типы, господин.

Войдя в большой с закопченными балками зал, мы сразу же увидели компанию, о которой говорил хромой. О, это была разношерстная публика: бывшие дружинники феодалов, личности с воровато бегающими глазами, несколько долболомных крестьян с глуповатыми, но агрессивными лицами, двое-трое горожан с испитыми до синевы мордами и даже щеголеватый молодой человек, по виду дворянин, а то и сын знатного' лорда. Хм, действительно, странное сборище. И что, интересно, их связывает? Впрочем, какое мне до этого дело? Пройдя через весь зал к широкой стойке, где молодой парнишка-бармен едва успевал наполнять высокие запотевшие бокалы, я· вежливо поинтересовался:

- Скажи-ка,- любезный, а свободные номера есть?

- Думаю, да, господин, - парнишка оценивающе уставился на мою компаньонку. - Хотя я бы на вашем месте снял комнату 'на двоих.

- Не твоего ума дело, сопляк! - рявкнул я, не сдержавшись. - Надо же, молоко на губах не обсохло, а лезет с советами. Ну да ладно, - я примирительно покатил в его сторону мелкого достатка луну. - Забудем. Так как насчет крыши над головой?

-, Поднимитесь на второй этаж, там, сразу у двери, столик управляющего гостиницей. Он-то уж точно знает, что у нас имеется на сегодняшнюю ночь.

~ Благодарю, молодой человек. Пойдемте, госпожа'

Поворачиваясь к лестнице, я краем глаза заметил полные ненависти взгляды странных типов, рассевшихся за одним большим, грубосколоченным столом. что ж, дело привычное, нашего брата-порубежника мало кто любит. Но все-таки, с чего бы такая лютая ненависть? Управляющий дремал, свесив редкую, козлиную бородку на тощую грудь.

- Э-эй, почтенный! - я легонько потряс за плечо. - Гости надо?

- О, господин, простите, - управляющий вскочил. - Так что вы говорите?

- Нам нужно два отдельных номера.

-' Найдется, господин, а как же!'

. - Алекс, вы что, спятили? - вдруг набросилась на меня эльфийка. - У нас что, завелись лишние деньги? Послушайте; почтенный, нас; пожалуй, устроит и один номер на двоих.

- Но с двумя кроватями, - я угрюмо поставил единственное условие. ­Спать, где попало, мне осточертело еще на долбанной Границе. Какого, спрашивается, дьявола я и здесь, в Спокойных Землях, должен' вести подобный образ жизни?

- Все будет как надо, господин, - заверил управляющий. - У нас есть· приличные номера даже с четырьмя кроватями.

- У меня что, ноги отстегиваются? На кой ляд мне столько кроватей? Или вы полагаете, что вместе с нами будут спать и наши лошади? Две, вы слышите, всего две кровати в номере.

Через пять минут мы уже осваивались в неказистой, однако же, чистой комнатушке. К неудовольствию Арнувиэль, кровати стояли рядом, а отодвинуть их подальше не было никакой возможности, ибо они почему-то оказались прикрученными к полу шурупами.

- Какое свинство! - эльфийка смешно наморщила лоб: - Что же делать? Ума не приложу.

- А вы ложитесь спать на пол, - подал я «добрый» совет. - Оно, конечно, жестковато будет, зато никаких проблем. Опять же и мне хорошо, не так будет слышно ваш раскатистый храп.

- Подлый клеветник! - эльфийка буквально задохнулась от праведного гнева. - Да я никогда в жизни не храпела. Никогда, слышите? Тем более раскатисто.

- Очень хорошо, - я едва успел увернуться от брошенного в голову сапожка. - Но если все так, то к чему эти нервы? А, госпожа?

Второй сапожок наподдал мне прыти и фактически подсказал идею слинять от компаньонки в расположенный внизу трактир. Постоянное общество одной-единствнной женщины начинало действовать на нервы. Управляющий опять задремал за своим дежурным столиком и потому не обратил на меня ни малейшего внимания. Подойдя к: стойке бара, я заказал бренди и бокал пива, затем через минуту спохватился.

- И, пожалуйста, ужин в номер для дамы.

Парнишка-бармен понимающе кивнул и, подозвав немолодого официанта, сновавшего между столами, отдал распоряжение. Теперь, по крайней мере, моя «пантера» встретит меня на сытый желудок и в добром расположении духа, искренне понадеялся я. Хотя ... Кто ее знает? Эта Арнувиэль' такая непредсказуемая. Одно слово - баба!

- А где хозяин? - от нечего делать поинтересовался я у паренька.

- Отец болеет, - он несколько замялся. - Головные боли, знаете ли.

Я понимающе кивнул, практически уверенный на все сто, что предок пацана - алкаш еще тот. Ничего не попишешь, профессиональное заболевание, либо обжора, либо пьяница. Может, и себе kaк-нибудь стать трактирщиком? Пригубив пивка, я быстро оценил' обстановку зала: ничего из ряда вон выходящего не было. Народ пил, гулял, наслаждался жизнью в обществе доступных девиц. Компания странных типов выделялась в том случае, если специально присмотреться к ней. Чем-то от них веяло скверным, и потому я, катанув еще одну луну мальчишке в руку, с деланным безразличием спросил:

- Что за люди сидят за большим столом? Видать, птицы разного полета, а, поди, ж ты, клюют из одной кормушки.

- Мне они самому не нравятся, - парнишка опасливо покосился на перешептывающихся гостей. - Лесли, наш официант, говорит, будто у них с собой Черный Манифест.

Я тихо присвистнул: дело пахло тюрьмой, полицией и допросами. И что самое неприятное - Святой Инквизицией. Примерно с полгода назад кто-то или что-то стал распространять в Спокойных Землях листовки, сеющие смуту. В них изливалась хула на Создателя, Церковь, силы Света и в конце говорилось: «Ты жаждешь золота? Приди в Покинутые Земли к Черному Королю и поклонись. И вряд ли какой лорд будет богаче тебя. Хочешь женщин, красивых и молодых? Ты сам выберешь себе гарем. Боишься, что однажды придет за тобой Костлявая? Тогда отдайся беззаветному, преданному служению Черному Королю, и он подарит тебе бессмертие!».

Хм, Черный Король. Вряд ли кто на Границе особенно серьезно верил в его существование, но все же ... Кое-какие факты настораживали и говорили о том, что действительно у Темных Сил в Покинутых Землях объявился Вождь. Например, нападения на пограничные форты стали более организованными, собиравшиеся полчища гоблинов; темных гномов и людей-отступников проявляли железную дисциплину, опять-таки листовки, расклеиваемые в самых людных местах и прозванные в народе Черным Манифестом, что-то да значили. И разведчики ... Их за последние полгода пропало в Покинутых Землях, наверное, больше, чем за все предыдущие десять лет. И если уж следопыты считались на Границе элитой, то разведчики были элитой элит.

Конечно, за всем этим кто-то стоял. Но кто, мифический Черный Король? Возможно. По крайней мере, Святая Инквизиuия стала подобна бешеной собаке, брызгающей слюной и кусающей всех без разбору. Она же придавала прыти полиции и доносчикам, призванным выявлять тайных друзей Черного Короля. А уж в случае удачи пылали жаркие костры Инквизиции и в воздухе стояла вонь от горящей человеческой плоти. И все бы ничего, да я сильно подозревал, что настоящие сторонники Зла не попадают в закинутые сети. Нет. Но костры горели часто ... А что стоит наклепать донос на соседа - и порядок: его огородик уже твой. Всего делов-то, листок бумаги, и его жена - твоя жена, его булочная - твоя булочная. Просто и быстро!

Проклятые времена, я даже мысленно грязно выругался. Выходит по всему, этот чертов Черный Король существует-таки. Иначе какого лешего всякий сброд потянулся в Покинутые Земли?

И как только этой идиотке удалось уболтать меня сунуть голову в петлю?

Ведь иначе, чем самоубийство, наше предприятие не называлось. А я к суициду тяги не имел никогда. К тому же я нарушил одно свое правило не связываться с эльфами. Никогда. Ни под каким видом. И на то были причины.

Мои покаянные размышления прервали уверенные шаги. Сзади подходил человек, и я готов был поклясться посохом Старого Бэна - это кто-то из подозрительной компании.

- Есть разговор, парень! - на мое левое плечо легла тяжелая в старых шрамах рука. Медленно, не торопясь, обернувшись, я оказался лицом к лицу с одним из бывших дружинников. По крайней мере, таковым он казался.

- Ступай за наш стол, там и потолкуем, - квадратная физиономия с упрямо выдвинутым подбородком выглядела не слишком вежливой.

- Я занят, - с изрядной дозой угрозы процедил я.

- В самом деле? - голос дружинника источал яд. - А с виду не скажешь. Идем, парень, добром прошу. Пока добром.

- Да пошел ты! - я опять отвернулся к стойке.

Квадратномордый сделал вполне естественную вещь: опять положил свою лапу мне на плечо. И тут же поплатился за это. Я привычно сделал захват и перебросил его через себя, куда-то далеко под стойку. Парнишка-бармен, сын хозяина, испуганно охнул и во избежание неприятностей тоже исчез под надежным дубовым укрытием.

Трактир возбужденно загудел. Друзья квадратномордого вскочили на ноги, в спешке опрокидывая табуреты и посуду со стола. Слух резанул легкий, привычный звон - из ножен на Свет Божий потянулись мечи и кинжалы. Дьявольщина! Оголенное оружие означало серьезный бой, то есть смертоубийство, а значит, возможное преследование полиции. Мне еще в довершение всех бед не хватало легавых на хвосте. Будто мало эль-фийской погони и необузданной авантюристки, свалившейся как снег на голову.

- Бей его! Пограничный пес! - раздались злобные, истеричные вопли.

Народ, не желавший попасть под горячую руку, сыпанул' с близлежащих от странной компании столов.

- Вот как? - я непроизвольно по-волчьи оскалился. - Жаждете крови? Ну, так идите сюда, сыновья гиен и шакалов!

Меч, кинжал, метательные звездочки, кастет были моей стихией. Старый Бэн ненавидел и презирал всякое оружие, но я, сколько себя помню, всегда в нем души не чаял. И старик мудро принимал этот факт.

Первым стойки бара достиг щеголь-дворянинчик.

- Смерд! - он вдруг тонко завершал и ткнул в меня острием длинной старомодной шпаги. С легкостью, граничащей с презрением, я отбил его своим клинком в сторону и тут же нанес юнцу сокрушительный удар кулаком в подбородок. Вряд ли тому когда-нибудь доводилось выключаться быстрее.

Но остальные были тут как тут. Я еще успел свалить им под ноги ближайший столик и схватить левой рукой тяжелый табурет, как входная дверь с впечатляющим грохотом распахнулась, впуская десятка два одетых в красные плащи дюжих молодцев с черными крестами на спине и левой стороне·груди. Среди них, выделяясь сумрачными тенями, мелькнули трое или четверо в сером. Матерь Божья! Я невольно пожалел вдруг замерших на месте врагов. Сама Святая Инквизиция пожаловала!

- Взять их! - худой, сгорбленный человек в серой сутане с большим серебряным распятием на животе повелительно указал на еще не пришедших в себя драчунов.

- Оружие на пол! - загудел голос старшего красноплашника.

С глухим стуком мечи и сабли упали вниз. Ничего не попишешь. Все знали, что Серые Сутаны - отцы-инквизиторы - отбирали в свои отряды наилучших бойцов. Уж это-то Я прочувствовал на своей шкуре, потому без резких движений и подозрительной поспешности, поставил на место табурет и вогнал меч в ножны.

- Обыскать мерзавцев! - велел опять худой инквизитор и повернулся ко мне:- Кто такой? И почему якшаешься со всяким сбродом?

- Смилуйтесь, святой отец, да эти парни едва не отправили меня на тот свет. Какие уж тут якшанья?

- Не будь таким скромным простачком, - тонкие бескровные губы! искривила неприятная, змеиная усмешка. - Зачем казаться меньшим, чем ты есть на самом деле?

Я проследил за взглядом его выцветших глаз. Как раз в это время из-под стойки извлекали слабо мычащего дружинника с неестественно вывернутой рукой. Не церемонясь, красноплащники грубо швырнули грузное тело рядом со щеголем, до сих пор пребывающем в спасительной отключке.

То-то обрадуется, увидев вокруг себя воинов Церкви!

- Так кто ты такой? - вновь, но на сей раз с вкрадчивой мягкостью повторил инквизитор.

-' Я Алекс из Ренвуда, - отвечать приходилось голосом безгрешного ягненка, при этом непоколебимо честно глядя в безжалостные, не имеющие цвета глаза. - Служил Господу нашему на Западе Границы.

- Так-так, - инквизитор задумчиво пожевал губы. По всему было видно, он еще не решил, что со мной делать.

- Ваше Святейшество! - застывшую тишину трактира взорвал ликующий возглас молодого красноплащника: - Бумаги! Я нашел бумаги, - и осторожно, держась за 'самый кончик двумя пальцами, он протянул инквизитору туго скатанный рулон. Тот осторожно размотал один лист и тут же, будто это была гадюка, бросил на пол.

- Черный Манифест! Ага, попались отступнички! Вяжите их, да покрепче вяжите! - в восторге от удачной охоты он едва не забыл обо мне, но все же незаметно улизнуть не удалось. - Стой! - резкий окрик буквально пригвоздил на месте. - Что хотели от тебя, Алекс из Ренвуда, поганые отступники?

- Понятия не имею, святой отец, - с ужасом я почувствовал, что теряю остатки самообладания и терпения. - Спросите-ка лучше у них самих.

- Хм, ладно, юноша.

Повинуясь команде, два красноплащника подхватили квадратномордого и поставили на колени.

- Какие дела связывают вашу шайку с этим молодым человеком? Отвечай, несчастный!

Бывший дружинник окинул инквизитора мутным взором полных боли глаз.

- Никакие, мы просто хотели нанять его проводником в Ничейные Земли.

- Вот как? А что вы там позабыли?

- Собирались малость подзаработать на отлове всякой нечисти, - квадратномордый тяжело дышал. - Клянусь! А! А! А! - святой отец резко вывернул назад основательно проломанную руку.

- Так куда вы шли? Говори правду, грязная свинья!

- К Черному Королю ... - свистящий шепот был приговором для всей компании. Окончательным приговором.

- Уведите отступников, - инквизитор довольно потирал руки. - С ними все ясно. А как быть с тобой, Алекс из Ренвуда? Может, ты все же заодно с этим сбродом?

- Что вы, святой отец, я верный сын Церкви нашей, - для вящей убедительности пришлось даже набожно осенить себя крестом. - В том порукой вся моя прошедшая жизнь.

- Оставайся с миром, сын мой, - таки поверил инквизитор. - Но и ныне, и впредь будь начеку. Враги Господа нашего не дремлют. Истинно говорю тебе.

Еще 'раз чиркнув по замершему залу острым взором бесцветных глаз, он в сопровождении двух других Серых Сутан наконец-то ушел. Ух! Я. отер проступивший на лбу пот. Никогда не любил эту Серую публику, но, впрочем, никогда по-настоящему и не боялся.

- Эй, малец! - окликнул я затем бармена. - А ну налей-ка дяде двойной бренди. Да вылазь ты на свет Божий. Сколько можно прятаться?

У парнишки дрожали руки, когда он пытался плеснуть мне спиртное в стакан. Пришлось ему помочь, иначе изрядно бы пролилось. Через десять минут трактир опустел. Святая Инквизиция никому не повышала аппетит либо настроение. Тяжело вздохнув, я отправился наверх, в клетку с дикой киской. Моя компаньонка нервно мерила шагами комнатушку. Нетронутый ужин стоял на столе.

- Явился! - она в нетерпении подошла поближе. - Алекс, что там за шум и вопли доносились снизу? Честно говоря, я, уж было, собрал ась спуститься в трактир.

- Не стоило этого делать, - ответил я с кажущимся безразличием. ­Святая Инквизиция сейчас не слишком жалует эльфов.

- Инквизиция? - у моей дамы округлились глаза. - Что она тут позабыла?

- Слышали про Черного Короля и его Манифест? Так вот те люди, ну разношерстная компания за большим столом, шли к нему. Кто-то, вероятно, донес, и их сцапали.

- Черный Король, - эльфийка насмешливо фыркнула. - Алекс, и вы, взрослый человек, верите в эти детские сказочки?

- Достаточно того, что в них верит Церковь.

- Но это же ...

- Это же безобразие, госпожа, - на полуслове прервал ее я, - что вы до сих пор ничего не поели.

- Одной не хотелось, - эльфийка отчего-то казалась немного грустной.

- Давайте вдвоем, Алекс?

На удивление быстро, мы подчистую уплели все принесенное официантом.

- Может, еще хотите? - я был полон искреннего энтузиазма. - Что заказать?

- Да вы рехнулись, Алекс, довольно. Не то я действительно растолстею.

- Вот бы посмотреть, - размечтался я. - Никогда не слышал о полненьких эльфийках.

- Хам!


. В ответ я вежливо поклонился.

- Шут!


Я поклонился второй раз.

- Ну скажите, Алекс, будет ли настоящий мужчина дразнить женщину?

- Будет, - с полной убежденностью последовал ответ. - Если женщина прехорошенькая.

- Честно говоря, Алекс, мне впервые в жизни хочется напиться. Знаете почему? Потому что ваши издевки переполняют чашу моего терпения.

- Да кто вас знает, может, вы алкоголичка? Так тогда' и скажите, я пойму. А то чаша терпения, издевки. Да вам, наверное, просто хочется найти пристойный повод.

В мою голову опять полетел, на сей раз уже цветочный, горшок. Это уже стало входить в привычку.

- А говорили, деньги надо жалеть, ~ счел своим долгом напомнить я ей. - Сколько мы уже на этой битой посуде потеряли!

- Плевать мне на деньги, - эльфийка была в бешенстве. - Ну, Алекс, последняя шуточка вам даром не пройдет. Посмотрите!

- Давайте лучше мириться, - пошел на попятную я. - Хотите что-то подарю интересное?

- И что же? - она подозрительно покосилась на меня. - Опять придумали очередную пакость?

- Нет, госпожа Арнувиэль. Возьмите на память вот это.

- Ой! - не смогла сдержать возглас удивления эльфийка. - Откуда он у вас? - в ее руках лежал искусно обработанный кусок янтаря. Внутри золотисто-солнечного мирка застыла переливающаяся всеми оттенками радуги колибри и почти настигший пташку, тоже цветной, чешуйчатый минидракончик с прозрачно-стеклянными крылышками.

- Погоня без конца, - прокомментировал я замершую в вечности сцену.- Алекс, откуда у вас это чудо?

- Если скажу, что из сказки, поверите?

- Вы расскажите, а там посмотрим.

- Пусть будет так, но Я, знаете ли, подустал давайте присядем на кровать, ноги не держат. А история длинная.

Удобно устроившись, я в который раз удивился: и чего я так изливаю душу перед девчонкой? Просто что-то в ней располагало так, что я доверялся охотно и без оглядки. Это было хорошо, но и плохо одновременно.

- В семье нас было четверо детей: старшая сестра Синдирлин, или попросту Синди, потом брат Чарльз - наследный князь Лоншира, затем Эрик и самый младший ваш покорный слуга малыш Алекс, - собираясь с мыслями, я немного помолчал. - Не все было гладко в то время. Отец, властный и решительный, дни и недели проводил на Границе и в походах по Ничейным Землям. Это был воин до мозга костей, и ничего, кроме войны, его по-настоящему не интересовало. Леди Шарлотта, моя мать, любила мужа, но вечные его отлучки сделали ее какой-то апатично-грустной. И, собственно говоря, мы, дети, оказались предоставлены на попечение своих нянек и воспитателей. Больше нами никто не занимался. Уже тогда я стал замечать, что Синди люто ненавидит Чарльза, впрочем, и меня она не обходила своим вниманием. Как-то после яростной ссоры с братом я услышал ее слова:

- Будь трижды прокляты ваши тупые христианские законы. Я! Я самая старшая, и я должна наследовать престол отца! Ну да погодите, щенки, я еще с вами разделаюсь.

Мне все стало ясно. Для Синди, С ее неуемной жаждой власти, братья стояли поперек горла. Мы ей мешали. До сих пор мне порой не по себе при воспоминаниях о сестре. Довести до отчаяния она смогла бы и камень.

Однажды Синди больно отхлестала меня по щекам за то, что якобы я сломал в саду ее любимую черную розу. Но ведь все знали, что она сама нечаянно сломала цветок. Убежав к себе, я забился под одеяло и долго не мог уснуть, дрожа от незаслуженной обиды. Тогда-то, в ту ночь, меня впервые посетил Лонширский Золотой Олень - старинный покровитель нашего рода. Я прыгнул ему на спину, и мы долго мчали по сказочному, дремучему лесу. Неожиданно могучие дубы расступились, и мы оказались в удивительном месте. Сиял яркий, летний полдень, но в небесной синеве сверкали, драгоценными камнями' огромные прекрасные звезды. Солнце соседствовало с луной, но больше' всего прочего внимание привлекал Источник, изливавшийся прямо с неба бурлящим золотым водопадом энергии, наполнявшим большое овальное озеро.

- Иди! - олень мордой подтолкнул меня к пологому берегу. - Ступай же! Зажмурившись, я повиновался. О! Что это оказалось за удовольствие побарахтаться в странных, золотистых водах! Олень все это время терпеливо ждал, но назад мы не поехали до тех пор, пока я не напился из Источника.

Проснувшись утром, я подумал: до чего реально все ощущалось. Будто и впрямь было наяву. После той ночи Олень стал часто навещать меня в снах, и мы вновь проделывали уже привычный путь по сказочному лесу. Потом я купался в озере, стоял под живительными, 'сильными струями водопада и пил, жадно пил золотистую небесную влагу. Иногда Олень приглашал гостей. Волки приводили своих волчат, и я гонял с ними наперегонки по изумрудному лугу. и, странное дело, я хорошо понимал их, а они, в свою очередь, меня. Приходили медведи, лисы, кабаны, прилетали разные птицы, и мы все находили общий язык. Странно, не правда ли?

Но однажды я все же уверился полностью в реальности происходящего.

На лугу, возле Источника, стоял плоский холм, весь покрытый белоснежными, похожими на орхидеи, большими цветами. Над ними подобно трудолюбивым пчелам постоянно сновали крылатые человечки. Они-то и подарили мне этот чудесный янтарь. Проснувшись утром и обнаружив его зажатым в кулаке, я уже ни в чем не сомневался. и, странное дело, страх перед Синди пропал подчистую. Я даже попытался отплатить ей, прикрепив к сиденью кресла здоровенную колючку с акации. Но она была старше на десять лет, и я опять получил основательную взбучку.

В последний раз я видел Лонширского Золотого Оленя накануне той страшной ночи, когда Покинутые Земли захлестнули отчий замок. Он появился взмыленный и загнанный, а из его груди торчала черная, вся в магических рунах стрела. Олень смотрел 'мне в глаза, пытаясь что-то сказать, но ... Не успел. Он упал грудой золотого меха и ярко, ослепительно вспыхнул. А наутро я расшнуровал на груди замшевую рубашку - на своей шее я обнаружил цепочку с амулетом - золотым оленем в прыжке. Вот с этим самым. С тех пор я с ним не расстаюсь.

Арнувиэль зачарованно уставилась на изящную фигурку животного.

- Вот это да, Алекс! Да у вас не жизнь была, а сплошные чудеса. Ах, да, извините Бога ради, я и позабыла про вашу милую сестричку Синди. - Пустое, я ее давно простил. Не дело на мертвых таить зло.

- А вы уверены, что в ту роковую ночь все ваши родичи погибли?

- Более чем. В замке было полно гоблинов С Закопченных Гор, а они, как известно, пленных не берут. Никогда ...

- В жизни всякое случается, Алекс, - эльфийка ободряюще смотрела на меня. - Да вы это, пожалуй, знаете лучше юной, неопытной девушки.

- Все в руках Бога, госпожа, - я помолчал. - Ну да ладно, на сегодня мы вроде бы уже наговорились. Давайте теперь спать. И не думайте ничего плохого обо мне. Поверьте, я не способен обидеть женщину, тем более вас;

- Почему тем более, Алекс? Я что, лучше других?

- Спокойной ночи, госпожа, а насчет лучше ... Знаете, мне всегда хотелось иметь хорошую сестру. Вы не сердитесь?

- Спасибо, Алекс, - эльфийка была явно растрогана, хотя и пытал ась это скрыть. - А насчет сердиться, да на вас просто не за что.

В эту ночь, впервые за последние несколько месяцев, мне вновь снились родные края: дубовый Лонширский лес, отчий замок, милая няня, родичи, но, как и прежде, это были первая половина сна, приятные воспоминания прошлого. Вторая - жуткое настоящее. Вот я иду пыльными, заросшими густой паутиной, темными залами лонширского замка. Иду в кабинет отца; где в стальном шкафу хранятся символы княжеской власти: корона из серебра, украшенная великолепными изумрудами, меч династии Лоншир, жезл Правителя и государственная печать. От сильного толчка ноги давно не смазанные, ржавые петли скрипят, но поддаются, и я, вздымая клубы пыли и тревожа заметавшихся под потолком летучих Мышей, вхожу в святая святых. Все, 'известное с детства, находится на своих местах: шкафы с книгами, разнообразное оружие и выцветшие гобелены на стенах, чучела медведя, кабана, волка и крапчатой рыси. А вот и отцов стол, тяжелый и черный, за ним кожаное кресло, в котором спиной ко мне кто-то сидит. Но кто это? Кто может сидеть один, в мертвом, мрачном замке? Я никогда не успевал разглядеть этого человека, ибо его безжалостный, издевательский смех будил меня. Вот так случилось и на сей раз.

В холодном поту я с трудом унял Колотившееся в груди сердце. В окно заглядывала равнодушная бледная луна, поблескивали холодные далекие звезды, а рядышком тихо, по-детски, сладко посапывала Арнувиэль. И почему ты действительно не моя сестренка? Пожалел я, но, впрочем, тут ' же и порадовался этому.

Из головы не шел много раз виденный сон. Что бы он, мог означать?

Предвещал будущее? Не знаю, не знаю ... От нерешенной загадки домой хотелось еще сильней. Неужели в Лоншире появился новый хозяин? Тот сидящий в кресле отца? Но что делать живому среди тлена и смерти? Нечего, если только сам он не жуткое, потустороннее существо.

Лоншир манил со все большей силой, но в то же время все больше и настораживал. Что-то там было не так. Но чего другого можно ожидать от давно заброшенного замка в Покинутых Землях? Немного поворочавшись, я опять задремал, и больше мне уже ничего не снилось. Разбудили нас первые лучи ласкового летнего солнца.

- Доброе утро, госпожа Арнувиэль!

- Доброе утро, Алекс! - обменялись мы первыми любезностями. - Как спалось?

- Спасибо, хорошо. А вам?

- Просто прекрасно!

Собрав свои нехитрые пожитки, мы спустились в трактир перекусить и взять в дорогу запас продовольствия. Слава богу, ни паломников к Черному Королю, ни Серых Сутан на сей раз там не было, а потому завтрак прошел без малейших происшествий. Расплатившись за постой и еду, мы вывели своих отдохнувших лошадей из конюшни на двор.

- Ну, с Богом, - я махнул рукой. - В путь, госпожа!

Поселок через пять минут остался позади, а перед нами вновь пролегла дорога. Кое-где вдали золотились нивы, вился сизый дымок из редко разбросанных ферм да порой вдалеке, на сочных зеленых выпасах, чернели точки немногочисленных коровьих стад. Людей, едущих в ту или иную сторону, не было вообще. Чувствовалась близость Ничейных Земель. Дальше стали попадаться заброшенные дома, и даже крупные фермерские хозяйства. Да-а, люди постепенно покидали этот край, уходя подальше в Спокойные Земли. И винить их в том не стоило, ибо как ни стерегли Границу ее стражи, а нечисть все одно порой находила лазейку и прорывалась. А уж тогда... Огонь, кровь и братские могилы ...

Невдалеке от дороги чернели обугленные останки некогда большого деревянного дома. Вокруг них разросся буйный, теперь уже дикий сад. Спрыгнув с коня, Я нарвал целый подол крупных, желто-румяных яблок. Благо этого добра тут было навалом.

- Угощайтесь, госпожа, - предложил затем я. - Должно быть, вкусные. Эльфийка молча захрустела яблоком, видно, заброшенность местности подействовала на нее угнетающе.

Ох, девонька, и куда ты только прешься? Ведь это еще не Ничейные Земли, уже молчу про Покинутые, подумал горько я и даже почувствовал угрызения совести за то, что не смог отговорить ее от столь пагубной затеи. Какое-то время эльфийка ехала, отрешенно уйдя в себя, но потом, мучительно подбирая слова, задала вопрос, на который и мне хотелось бы знать точный ответ.

~ Скажите, Алекс, почему Покинутые Земли медленно, но неотвратимо наступают?

- Может, чего полегче, госпожа? - я тяжело вздохнул. - Откуда мне знать?

- Как откуда, Алекс? А кто хвастал своей многолетней службой?

- Ну, это не одно и то же, госпожа. Чего вы хотите от простого солдата? Я знаю то, что я видел. Жители уходят из приграничных с Ничейными Земель, уж больно там ненадежная жизнь. После чего стражам Границы практически становится некого защищать. За их спиной вымершие деревни и городки, брошенные фермы и хутора.Вот так, постепенно, граница и отодвинулась...

- А что же вы, люди, отступаете? - в спокойном голосе эльфийки сквозило презрение. - Так дойдете до самого Эльфийского Края, а там-то уж вас ждут, не дождутся.

- Ага, - я согласно кивнул. - С калеными стрелами. А почему отступаем ... Ну, как вам объяснить, госпожа? Хм ... В общем, думаю, все дело в том, что охрана Границы и люди, служащие на ней; никому не нужны. Феодалы Спокойных Земель, финансирующие все пограничные Нужды, скупы до крайности. У них есть сотни и тысячи золотых дублонов на пиры, оргии, охоты, роскошные наряды, дорогих лошадей и многочисленных женщин, но на Границу их почти не оказывается. Ну так, жалкие крохи. И знаете ли, любезная госпожа, кто в основном служит на опасных рубежах? Фанатики! Да, утверждаю, потому что им приходится порой по полгода за бесплатно рисковать своей драгоценной шкурой. Но и они, что могут даже они, эти мужественные люди, сделать для кардинального решения проблемы? Что для этого может сделать цепь зачастую деревянных фортов, с гарнизонами, насчитывающими порой пятьдесят-шестьдесят человек?

Эх, госпожа, проблему эту, думаю,следует решать не на Границе, ибо корни ее не там. По моему скромному разумению, надо собирать большое войско и не только со Спокойных Земель. Кинуть клич Всеобщего Сбора в другие края. Эльфов позвать, гномов с Оружейных Гор, великанов с Красных Каньонов и самим двигать в Покинутыe Земли, пошерстить нечисть, отбросить ее как можно дальше. Хватит только обороняться. Тем более если принять во внимание эту новую зубную боль - Черного Короля. Э! - и я безнадежно, махнул рукой. - Да разве уговорить баронов раскошелиться, пока опасность где-то далеко? Нет. Надо, чтобы эта опасность, простите, госпожа, клюнула петухом в их толстые задницы. 'Только тогда-то поздно, пожалуй, будет.

- Алекс, дружище, - эльфийке былo явно неудобно за свои резкие слова. - Бога ради, я не хотела никого обидеть, тем более вас. Но ... Видите ли, я впервые покинула Эльфийский Край и тут, в Спокойных Землях, мне еще многое непонятно.

С удовольствием отметив про себя «дружище», я поспешил успокоить компаньонку.

- Что вы, что вы, госпожа, какие обиды? Обижаться следует на проклятых феодалов' и магистраты зажравшихся независимых городов. А вы то тут при чем? Так что давайте оставим эти разговоры, все равно от нас ничего не зависит. Я принимаю жизнь такой, как она есть. Плохие правила или хорошие, но я играю по ним, ибо давно понял одну истину: меняет их не человек, а Время.

После минутного молчания я постарался перевести разговор на другое.

- Кстати, госпожа, давно хочу спросить, а что означает имя Арнувиэль?

- Медовый Цветок, - эльфийка отчего-то зарделась. - Не нравится?

- Э-э, госпожа, прекрасное имя, - тьфу, черт, я чувствовал себя сопливым пацаном, ибо сам вспыхнул, словно помидор. - Слово Чести прекрасное, по крайней мере, лучшее из всех, что я когда-либо слышал.

Эльфийка сердито покосилась и, я готов был поклясться приходом. Мессии, едва не спросила: «А сколько из них, из этих имен, на вашем боевом счету, Алекс?» Игра в молчанку длилась до самого полуденного отдыха, место для которого мы облюбовали под плакучими ивами, росшими почти у самой речушки, чьи хрустальные воды несли листки и кусочки коры. Вовсю летали лазурные, алые и изумрудные стрекозы, плескалась на середине рыбешка, а стайки бесстрашных мальков подплывали к самому берегу. Где-то вверху, в пышных густых кронах, стрекотали потревоженные сороки, им нехотя отвечал козодой да изредка лениво постукивал по стволу красноголовый дятел.

«Рай, подумалось мне, и зачем куда-то идти?»

Эльфийка присела было на подстеленный плащ, но почти сразу же встала.

- Алекс, вам действительно можно доверять? - необычно настороженный тон удивлял. - Знаете ли, хочется выкупаться. Не будете подсматривать?

- Обещаю. Что я, голой бабы не видел? Обижаете, госпожа. Вот' мне-то посложней придется с купанием. Барышня вы молоденькая, к тому же уверяете, якобы! девственница. Где гарантии вашей скромности, а?' Я в смысле проявления нездорового любопытства.

- Ну это уже сверх всего! - Арнувиэль фыркнула, словно рассерженная кошка. - Алекс, вы либо квадратный болван, либо вновь принялись за свои гнусные насмешки.

- Плескайтесь себе на здоровье, госпожа, - хладнокровно парировал я.

Потом моя очередь. Все же думаю, вам можно доверять.

- Тьфу! - эльфийки плюнула себе под ноги. - Каков! Ну и ну!

Повернувшись спиной к компаньонке, я всецело ушел в приготовление обеда. Она же, мгновение поколебавшись, разделась и скользнула в воду. Прости, Господи, мой грех, но я вдоволь, во всех деталях налюбовался на эльфиечку. О! Что это было за зрелище! Неподготовленный либо слишком юный сошел бы попросту с ума. Всей моей закалки и богатого опыта едва хватило на то, чтобы сдержать закипевшую молодым вином кровь и' не броситься очертя голову к обнаженной богине. Но она-то, конечно, ниче­го не заметила. Что я, даром на Границе ел хлеб вольного охотника? А грех ... Да не беда, замолю в первой попавшейся церкви. Всего делов!

Вдоволь наплававшись, компаньонка-таки выбралась на берег. Не оглядываясь, я бросил ей чистое полотенце. Уже потом, одевшись и·расчесывая роскошные волосы костяным гребешком, она с удивлением заметила:

- А вы молодец, Алекс. Сдержали слово, вот не ожидала.

; Мне стало неловко, но всего лишь на миг.

- Теперь осталось сдержать вам свое, - я постарался насупиться поубедительней, а что, играть, так играть. Входя в воду, я позволил себе насмешливо улыбнуться и подумать: эх, желторотая, знала бы ты, что стесняюсь я тебя не более чем вон то дерево. Не более.

Эльфийка сдержала слово, по крайней мере, я, равно как и она, ничего не заметил. Приятно освеженные, мы с аппетитом принялись за жареную оленину и тушеные овощи. Десертом послужила малина, обнаруженная мной на заброшенной ферме неподалеку. Саму жилую постройку густо оплел колючий шиповник, и можно было ожидать, что через' пару лет здесь не останется следа человека. Дикость и Покинутые Земли неотвратимо наступали ...

Вернувшись на берег реки, мы еще часок отдыхали. Потом, уже в пути, эльфийка вдруг вспомнила моего усатого друга.

- Скажите, Алекс, а как вы расстались с Ворчуном? Ему что, тоже надоели ваши дурацкие выходки?

- Ворчун был неизмеримо терпимее вас, госпожа. А выходки ... Мне тогда было не до них. Голодному, оборванному и больному ребенку не до шалостей. А что касается расставания ... Ворчун погиб от ран после схватки со стаей одичавших собак: Помните, он спас меня от них.

- Алекс, какая же я дура, простите меня. Но клянусь, это все ваше пагубное влияние. Не верите? Правда!

- Вот так ложь! Да вы и до знакомства со мной были штучка еще та. Я это сразу понял, едва вы тогда вошли в трактир. А теперь, надо же, какое лицемерие, корчите из себя самую кроткую смиренность. Готов держать пари на любых условиях, что братцы ваши наплакались с вами в детстве. Да и не только в нем. Ведь, наверное, недаром этот,- как его, Элриад, возжаждал сплавить вас побыстрее. Достали вы его, видать, не иначе. Ай! - ·над головой звонко щелкнул хлыст. - Ай! - второй удар обжег левую руку.

Что оставалось делать? Дать шпоры Дублону! А позади, сломя голову, мчалась разъяренная эльфийка и материл ась так, что аж душа радовалась. Вот бы и себе поучиться подобным оборотам! Жаль, в данный момент времени не было, ибо кожаная плеть находилась в постоянной близости и следовало, по возможности избегать ее прикосновения. Ну да ничего, как-нибудь на привале попрошу компаньонку просветить дурака. Надо же, а я то думал, что могу ругаться. Наивный!

Погоня длилась долго, но ничто не вечно под луной. Горячая Kpовь эльфийки постепенно остыла и норов ее поутих.

- Эй вы, босяк! - она малопочтительно погрозила кулачком и таки оставила плеть в покое. - Да прекратите погонять свое бедное животное. Смотрите, оно все в мыле!

- Чего? - моя челюсть непроизвольно отвисла, а затем с лязгом захлопнулась. - Босяк? Знаете, дорогуша, я, пожалуй, надеру ваши симпатичные ушки. Честно сказать, давно руки чешутся. Да и ремешком по мягкой попке пройтись не помешает. Надо же, Лонширского князя оскорбить таким словом! - я действительно соскочил с коня и с самым серьезным видом стал вытаскивать из брючных петель плетеный ремень.

- Да вы спятили, Алекс! - глаза эльфийки стали круглые, словно блюдца. - Я из рода Платиновой Колонны, из рода герцогов и принцев! Во мне течет королевская кровь. Меня нельзя бить!

- О-хо-хо, а следовало, только желательно в детстве и почаще. Сейчас-то поздно, видать? А, герцогинюшка-принцесса? Или все-таки восполним пробел образования? - ремень в моей руке угрожающе покачивался 'из стороны в сторону.

- Нет уж, сударь, не стоит. Я, пожалуй, и так все поняла, - она непроизвольно поерзала в седле, словно пыталась зарыть в него свой прелестный задик. - Ну что вы уставились на меня? Мы едем дальше или нет?

- Ага, - я с трудом сглотнул слюну. Перед глазами, как наваждение, возникало видение купающейся богини реки. Брр, я даже помотал головой

- Алекс, вам что, плохо?

- Уже нет, госпожа. Просто голова закружилась, но теперь все прошло.

- Это у вас от излишней ехидности и злоязычия.

- Молчали 'бы про злоязычие ...

Дальше мы опять ехали бок о бок, заключив временное, так сказать, перемирие. В который только раз? Постепенно мы разговорились. Я расспрашивал Арнувиэль об Эльфийском Крае, она охотно и с восторгом отвечала. Только теперь, например, для меня стало откровением то, что у себя на родине эльфы, с помощью магии, конечно, поддерживают вечное, цветущее лето. Лютой зимы и печальной осени там 'нет вовсе. Взахлеб эльфиечка рассказывала о густо покрытых дивными цветами лугах, о пронизанных небесной синевой бездонных озерах, прозрачных реках и говорливых ручейках, возле которых живописно высились разноцветные замки и дворцы с тонкими, изящными шпилями.

- А как чудесны пиры и танцы в лесу при свете луны и звезд, - едва не стонала она, - когда под сенью древних дубов и вязов, не на одну ночь, ставятся изысканно украшенные столы и резные кресла, напоминающие царские троны! От одного только запаха дубов, свежесрезанных роз, разбросанных повсюду, от полного пряных ароматов ветерка, залетавшего с лугов, чувствуешь себя ошалевшей и пьяной, как после полного фужера старого, доброго вина.

Я вдруг неожиданно, почувствовал острый укол ревности.

- Ну ладно, вы пировали, дышали свежим, хмельным воздухом, потягивали отборное винцо, танцевали с симпатичными молодыми людьми. А потом, что бывало потом?

- Э-э, Алекс, странный вопрос. Потом опять садились пировать и слушать_музыку арф и баллады менестрелей. А что же еще?

Я недоверчиво скривился, рассказывай, мол, сказочки, знаем мы таких святош. К счастью, компаньонка не заметила этого выражения моего лица, и наш мир продолжался дальше. Уже под вечер с правой стороны дороги показались десятка два крестов. На каждом из них висел стальной шлем стража Границы. Я молча соскочил с коня и пошел между могил, эльфийка тихо последовала за мной. Прочитав все имена на табличках, я с некоторым облегчением вздохнул:

- Слава Господу Богу, никого из знакомых.

- Они недавно погибли? - эльфийка кивнула на свеженасыпанные холмики.

- Да, наверное, не прошло и месяца. Видно, гоблины прорвались, а настигли их уже только тут.

По дороге зацокали подкованные копыта, и через минуту с севера показался конный разъезд пограничной полиции. Притормозили они, конечно, напротив нас.

- Кто такие будете? - малоприветливо задал вопрос седоусый ветеран с обрубком левой руки и уродливым 'шрамом, пересекавшим наискось все лицо.

- Вольный охотник Алекс с Западных Рубежей, - я спокойно подошел к дороге и стал напротив него.

- Чем докажешь?

Я достал из внутреннего застегивающегося кармана стальную, четырехлучевую звезду с идущим по следу серебряным волком и протянул ему седоусый недоверчиво перевернул ее и посмотрел на выбитый сзади номер.

- Слышь; Хантер, да брось ты принюхиваться! - наперед выехал рослый светловолосый скандинав с внушительной, окладистой бородой. - Да это же Стальная Лоза из Обреченного Форта. Ну, тот отчаюга, с которым я ходил в Поход Сорвиголов. Помнишь, рассказывал? Эй, Алекс, привет. Как дела?·

Я внимательно всмотрелся в скандинава, ага, вспомнил.

- А ты не иначе Хендерсон из десятка Гэлада? Ну, мы и всыпали им тогда, по первое число!

- Да, такое, брат, разве забудешь? Взгляд седоусого заметно потеплел.

- Ладно, парень, порядок. Езжай с Богом куда тебе надо, да не серчай, сам понимаешь, время смутное.

- Что вы, командир, - я говорил с подчеркнутым уважением. - Все в полном ажуре.

- Ну удачи, сынок, - он протянул уцелевшую руку. - И девушку свою побереги. Сейчас, даже здесь, в Приграничье, иной раз творится такое: ... Будто тут уже Ничейные Земли.

Дружески распрощавшись с разъездом, мы двинулись дальше. Арнувиэль заметила, как двое полисменов почтительно поклонились мне, и живо заинтересовал ась:

- Алекс, вы что, были начальником полиции? Вот уж не поверю никогда, ибо звучит, как дикая чушь.

- А как еще должно звучать предположение, если придумали его вы?

- Но-но, Алекс, опять начинаете задираться?

- Бога ради, Арнувиэль, ведь вы сами виноваты, - с усталым терпением ответил я. - Поклонились же эти люди, наверное, потому, что признали во мне последнего отпрыска рода Лонширских князей. Сами они, видать, выходцы из наших покинутых деревень ...

- А что это за Поход Сорвиголов? - эльфийка была неугомонна. - Что вы там натворили? Признавайтесь, Алекс.

- Ничего плохого или сверхъестественного. Просто случилось так, что орде гоблинов удалось захватить в плен жителей маленького городка. На обратном пути они смяли форт и перебили выставленный заслон. Таким образом, дорога в Ничейные Земли оказалась свободна. И тогда сотник Харальд Меченый кинул клич по всей Границе. Мы быстро собрались, сотня с небольшим добровольцев, и, ведя в поводу двух-трех запасных лошадей, отправились в погоню. Войско гоблинов удалось настигнуть чуть ли не у границ Покинутых Земель. Орда разбила лагерь, остановившись на ночлег. И тут мы с ходу ударили, прочесав его из стороны в сторону тяжелыми латобойными копьями. В левой руке каждого бойца пылал факел, а то и два. Во время скачки назад они полетели в шатры, палатки и фурго­ны. О! Это было зрелище, скажу я вам.

Какой вой стоял - душа ликовала и возносилась на небеса. А паника-то, паника чего стоила! До сих пор едва захандрю, вспомню, и все проходит. Словом, мы воспользовались разгулявшимся бардачком, освободили людей, усадили на лошадок и были таковы. Вот, собственно, и все. Это потом уже кто-то из спасенных назвал наше рискованное предприятие Походом Сорвиголов. Жаль только, что по возвращении в городок жители упаковались и через пару дней полным составом отбыли в Спокойные Земли. Но разве их можно в чем-то винить? И вот что, госпожа, пока не забыл: скоро делаем привал и вы надеваете свою кольчугу. Понятно? И ходите днем и спите ночью только в ней, - не сдержавшись, я даже немножко сострил. - Теперь вам кольчужка вместо ночнушки.

- А вы-то, Алекс, вы тоже будете таскать эту металлическую дребедень?

- Да, и я тоже, потому что хочу еще пожить на белом свете.

На ночь мы остановились в придорожной лощине. Ветерок туда не задувал, а костерок увидеть можно было только вблизи. Компаньонку, несмотря на предупреждение, пришлось едва не силой облачить в легкое серебристое кружево тончайших колец. Сначала, когда она' мне показала кольчугу, умещающуюся на ее' ладони, я едва не рассмеялся. Но когда с трех раз не смог ее даже поцарапать, не то, что пробить своим мечом, то тогда проникся к этому шедевру подлинным доверием.

Убедившись в защищенности эльфийки от неожиданных превратностей Судьбы, я достал из дорожного мешка свою «одежку» И С внутренним не довольством надел под плащ. Потом, предоставив компаньонке хлопотать у костра, принялся за проверку тетив и отлаживание луков. Благо я всегда возил с собой запасной. В тех краях, куда мы ехали, без хорошего лука приходилось туго. Порой, даже очень.

Покончив с делами, я обратил свой взор к огню и «кухарочке». Хм, довольно удивительно, но следовало признать: герцогинюшка со своей задачей справилась отменно. В котелке аппетитно булькал мясной суп, в другом, уже отставленном с огня, доходило картофельно-грибное рагу.

Грибы эльфиечка умудрилась набрать по дороге. На вкус приготовленные блюда оказались вообще вне всяких похвал, что подняло компаньонку в моих глазах еще выше.

Наевшись до отвала, мы попивали горячий душистый чаек, блаженно вытянувшись на легких походных матрацах. Погоды стояли хорошие и 'ставить палатку пока не хотелось. Ведь много лучше, когда над толовой вольное небо, яркие звезды, ароматы земли; цветов, трав.

- Хотелось бы побывать у вас в Эльфийском Крае, - я мечтательно смотрел в ночной небосвод, густо усыпанный диамантовыми россыпями. ­Вы, госпожа, с такой любовью о нем говорили. Какое, наверное, счастье там родиться ...

- Сильно не обольщайтесь, милый Алекс. Признаться, я тоже так думала, будучи совсем юной, наивной дурочкой. Но, увы, все не столь прекрасно в нашем благословенном Эльфийском Крае.

- Что вы имеете в виду, госпожа?

- А! Да многое, Алекс. Это и вечная грызня за власть и влияние между десятью самыми могущественными родами государства. Непрекращающиеся придворные интриги, пропахшие кровью, предательством и смертью. Заносчивость и высокомерие всех и каждого, самоуглубленность, эгоизм. Довольно или продолжать? И, кстати, Алекс, а почему вы не любите эльфов? Я ведь заметила это.

- Однажды маленький больной босяк брел пыльной дорогой. Вздымая густые клубы, его обогнали надменные эльфы, посольство к герцогу Ланкастеру. Последними ехали лебедины, отборная королевская гвардия, за плечами которых позванивали на ветру серебристые крылья. Они-то, лебедины, по-нашему гусары, и оставили эти следы, - я закатил рубаху, на спине до сих пор виднелись ужасные рубцы.

- Сволочи! - чуть не заплакала Арнувиэлъ. - Но, Бога ради, зачем им понадобилось измываться над ребенком?

- Один из них плюнул в меня, в ответ получил камнем в лоб. Ну и ... В общем, я здорово заработал. Тогда-то меня и подобрал в придорожной канаве Старый Бэн. До сих пор помню, в малейших подробностях, как он шел ко мне - огромный медведь с грацией пантеры. Он-то и выходил подыхающего от побоев босяка. А после я везде был с ним. Деда кочевал от феодала к феодалу, из замка в замок, обучая воинов-баронов и стражей городских дружин. Многие из бывших учеников не позабыли деда и по сей день. Только представь, госпожа, Старый Бэн выходил в одиночку, с одним лишь посохом, против десяти матерых мечников и побеждал. Вот это' Мастер! Куда мне до него!

- Хотелось бы с ним познакомиться, - Арнувиэль задумчиво уставилась на рыжие язычки пламени костра. - А кстати, Алекс, - после пятиминутного молчания встрепенулась она. - Почему вы ничего не рассказали об Эрике, своем втором брате? Хоть понемногу, но вы упомянули про всех, но его как-то обошли. Ведь так?

- Не знаю, - я невольно замялся. - Просто мы с Эриком всегда 'недолюбливали друг друга. К тому же он постоянно лебезил перед Синди и бегал повсюду за ней хвостиком. Правда, и сестра относилась к нему благосклонно. Только к нему, проклятому Эрику. Но какое это теперь имеет значение? Все в прошлом - могильный тлен ...

- Как знать; Алекс; как знать ...

Незаметно тема разговора перекочевала на Историю. Как Арнувиэль подозревала, а я лишний раз убедился, у отчужденно живущих эльфов было несколько искаженное ее понятие. Например: истоки вражды между двумя расами эльфы искали в далеком прошлом. Мол, люди виноваты в возникновении Покинутых Земель, которые затем поглотили исконные эльфийские территории. То есть древний Элиадор, из которого они затем ушли на юг Английского Континента, где и обустроили Эльфийский Край.

- Но это же полнейшая чушь! - втолковывал я своей слушательнице. ­Во всех рукописях и манускриптах тех лет черным по белому записано: печати с Проклятой Горы двести пятьдесят лет назад нарушили трое - человек по имени Джандар, эльф Ирлундир и гном с Оружейных Гор Линтори Серебряная Подкова. Так что, если уж говорить о вине, то повинны в этом деле в равной мере как' люди, так и эльфы, так и гномы.

- А что вообще представляла из себя Проклятая Гора? Правда, будто там заточили самого Дьявола?

- Кого там прирыли, я в точности не знаю. Да и вряд ли знает кто, особенно теперь, после всех шмонов Святой Инквизиции по архивам и библиотекам. Может, разве самим Серым Сутанам известно что-то достоверное. Может быть. Выглядела же Проклятая Гора внушительно: посреди холмистой степи - черный каменный монолит с цепью загадочных знаков и символов, спиралью опоясывающей его от основания до вершины. В самых труднодоступных местах, на отвесных склонах, засохшей кровью рыжели запечатанные отверстия пещер. Всего их было двенадцать, но компа-ния придурков, вынюхивавшая' там сокровища, успела нарушить только, семь печатей, остальные сами, уже без их помощи, рассыпались бесполезными осколками. И тогда Гора задрожала, небо полыхнуло алым светом, а над миром зловеще воздвиглась Тень. Сформировалась она на самой вершине и поначалу была зыбка и расплывчата, но подпитанная кровью и плотью троих 'идиотов, вскоре обрела четкие очертания. Говорят; с тех пор скелеты человека, эльфа и гнома стали неусыпными стражами Горы. А. Покинутые Земли ....

Покинутые Земли начались с маленькой деревушки, расположившейся неподалеку от Проклятой Горы. Половину ее жителей внезапно охватило' безумие, они в диком бешенстве бросались' на все живое; вторая половина, кто успел, конечно, избежать разгулявшегося ада, со всей возможной скоростно унесла ноги. Но им вослед затряслась земля, и едва несчастные добрались до ближайшего городка, как он на их глазах превратился в жалкие руины. В течение каких-нибудь десяти-пятнадцати минут.

В конце концов беженцев приютил Иленгор, один из городов Торгового Союза Пяти. Но, видать, на них была какая-то зараза, ибо через неделю невидимая смерть выкосила большую часть горожан. И пошло-поехало! Ветер, птицы, животные, насекомые, уцелевшие люди разносили странный мор во все стороны. А тут еще вдобавок ко всему с Закопченных Гор спустились гоблины, темные гномы и тролли из племенных общин Сквознячных Пещер. На удивление, их зараза не трогала, и они беспрепятственно занимали оставленные людьми деревни и города.

С этого все начиналось, госпожа, с этого ... С малого. А уж потом, со временем, были потеряны Алинор - славное королевство ирлов, Беленриад - мощное государство шотов, Байлиран - где испокон веков владычили раскосоглазые байлы, ну и, конечно, госпожа, несравненный по красоте эльфийский Элиадор. А уж всяких там феодальных земель и вольных городов вообще несть числа, и среди·них мой родной Лоншир. Но это сравнительно новая страница покинутых Земель, написанная двадцать пять лет назад и пока еще не перевернутая.

- А что, Алекс, болезнь, возникшая в те времена, ну то черное поверие, скоро исчезла?

- Да как сказать, госпожа ... В одних исторических источниках указывается два-три года, в других - все десять. один Господь знает верно. Хорошо ведаю другое - зараза исчезла тогда, когда нечисть прочно обосновалась в Покинутых людьми Землях.

- Закопченные горы - странное название, не правда ли, Алекс?

- Отчего же? - я пожал плечами. - Говорят, там ·полным-полно курящихся вулканов, затягивающих окрестности смрадным дымом. Вот по этой-то причине и прозвали горы Закопченными. По сути, так сказать, или по запаху. А насчет вражды, госпожа ... Ее просто-напросто не было, предвечной неприязни между эльфами и людьми. По крайней мере, до Дележного Раздора. Слыхали про такой? Ах, нет? Хм, понятно ... Так вот, до Дележного Раздора, я утверждаю, между нашими расами царили мир и взаимопонимание. Иначе как могла процветать обоюдная торговля? А совместные победоносные походы рыцарей? Сами посудите, госпожа, где же логика? Но, конечно, всему этому положил конец злосчастный Дележный Раздор.

А началась сия история лет сто назад, когда из грозовых далей Океана Драконов на берег Английского Континента с больших парусно-гребных судов сошли' первые ханголы вместе с детьми, лошадьми, женами, кибитками, рабами и прочим кочевым имуществом. Потом, словно набегающие волны, стали появляться еще корабли. Десятки и сотни кораблей. Так было положено начало Саранчовых Войн, ибо пришельцы, словно голодная саранча, устремились на захват новых Земель. Люди, эльфы, гномы с Оружейных Гор и великаны с Красных Каньонов проиграл и первую битву. Во второй ни ханголы, ни англичане не одержали верха. Но вот третья, решающая битва окончилась полным разгромом врагов. Конечно, это многого стоило: тысячи погибших и искалеченных, на месте цветущих городов дымились руины, посевы вытоптаны, сады изрублены, колодцы загажены и отравлены. И повсюду плачущие вдовы и сироты. Да, цена была тогда заплачена дорогая, но главное - хан голов остановили и уничтожили.

И вот тут-то, госпожа, в этой великой победе и кроется истинная причина ссоры наших народов. Как я уже говорил, завоеватели имели огромный обоз, ведь все, прежде награбленное, приходилось таскать за собой. А там чего только не было: золотые украшения, драгоценные камни, серебрянная посуда, восточные ковры, породистые лошади, коллекции отборных вин, собранных, или вернее содранных, с полмира, и еще многое другое. Но главное - в гаремах богатых ханголов росли прекрасные, порой экзотические цветки - юные женщины. - Арнувиэль в этом месте негодующе фыркнула, а я продолжил: - И вот через день после разгрома полчищ врага вожди четырех братских народов собрались вместе для раздела доставшегося имущества.

. Все было честно: гномы получили свою долю и ушли домой в Оружейные Горы, великаны чуть раньше вернулись в свои Красные Каньоны, а вот вожди людей и эльфов не спешили. Почему? Конечно, из-за женщины. Поделив золото и каменья, они не смогли поделить одну-единственную смазливую бабенку. И эльфийскому вождю, И полководцу людей она очень понравилась, и никто не хотел уступать ее другому.

Кончилось тем, что эльф ударил человека кинжалом в живот, а тот, уже умирая, успел разрядить в недавнего союзника арбалет и громко кликнуть охрану. Ну и пошло-поехало. Эльфы и люди сошлись в беспощадной резне. О прошедшей трагедии смогли рассказать лишь несколько бойцов, чудом выживших после тяжелых ранений.

С тех пор и зародилась эта, до поры - до времени прикрываемая, ненависть. Из-за бабы, женщины то есть, кстати сказать; не доставшейся никому. Вот так-то, госпожа Арнувиэль, все и было. Ну, может, за исключением мелких деталей.

- Дележный Раздор, - эльфийка выглядела грустной. - До чего же все это глупо. Разве не так, скажите, Алекс?

- Эх, госпожа, то ли еще бывает! Давайте-ка лучше спать, уже самое время. Да не переживайте, Дублон - пограничный конь, если что, разбудит.

- Спокойной ночи, Алекс!

- Сладких снов, госпожа!

Я немного поворочался и незаметно задремал. И вновь Лоншир навестил меня.

- Солнышко!- на лестнице, ведущей к главному входу замка, стояла няня. Она горько плакала и в отчаянии заламывала руки. - Солнышко, не ходи в 'этот склеп, родной. Не место тут живым людям. Ой, не место!

Словно хлыстом, по няне стегнул, много раз слышанный, безжалостный смех, и та, вздрогнув, съежилась испуганно, а потом обреченно сникнув, побрела к распахнутым дверям. Все же она нашла в себе силы и, несмотря на непрекращающийся издевательский хохот, обернулась еще раз.

- Солнышко, здесь проклято, не ходи сюда, родной ... Молю тебя ... Проснулся я с чувством боли в душе. Няня выглядела такой несчастной и одинокой ... И этот поганый смех, признаться, он начинал меня доставать. Если действительно какая-то тварь засела в Лонширском замке и нагло посмеивается, то это ей даром не пройдет. Последним, кого я проучил за подобные юмористические шалости, был верзила гоблин, изгнанный соплеменниками.

Судьба свела меня с ним в Подрезе, самом хреновом из всех Бедламных Городов Кольца. Уродина взяла моду, по-идиотски кривляясь, комментировать все мои действия за игрой в драконьи кости. Пришлось отрезать язык. Жестоко, конечно, но зато наука на всю жизнь. Кто другой вообще отчекрыжил бы язык вместе с головой. Но я что, я в принципе добрый. Да-а!

- О чем мечтает Лонщирский князь? - Арнувиэль, оказывается, уже проснулась и, лежа на боку, внимательно меня изучала. - Никак опять женщины на уме?

- На кой черт мне бабы, когда жрать охота? - умышленно, грубовато прозвучал ответ. - К тому же с вами одной столько хлопот, что куда уж думать о чем-то приятном. Кстати, вы давно не швыряли мне в голову тяжелые предметы. Руки устали?

- Апекс, Aлекc, - эльфийка мелодично рассмеялась. - Все тот же старый репертуар. Ну да ладно, бог с вами. Бегите-ка лучше за водой к ручью, наберите в котелок и чайник. Надо же вас кормить и поить, а то, бедненький, от истощения уже и о женщинах думать перестал, До ручья-то дойдете? Пошевеливайтесь, лежебока, а то ведь чайник тя-яжеленький!

Пробурчав в адрес компаньонки нелестный комплимент, я отправился по воду. Эльфийка, доказав, что она гораздо лучший кулинар, теперь, видимо, возжелает нахально притеснять меня в выполнении черной кухонной работы. Дудки! В следующий раз она сама пойдет по воду. И картошку будем чистить по очереди. А то, смотри ты, нашлась принцесса! Впрочем, после прекрасного завтрака плохое настроение улетучилось. Мы мирно ехали рядышком и беседовали обо всем понемногу. Арнувиэль даже заинтересовалась историей Кольца Бедламных Городов.

- Вы там были, Алекс, сознавайтесь? - она обвиняюще ткнула в меня тонким пальчиком. - Если нет, то, слово чести, я буду здорово поражена. Ну, что молчите

- В Кольце прошла часть моей жизни, - тут я позволил себе откровенно, по-бандитски ухмыльнуться. ~ Впрочем, если говорить точно, больше всего времени я провел в двух городах: Подрезе и Химер-тауне. О-хо-хо, госпожа, что это были за золотые деньги!

- Хм, ну, конечно, где мне, порядочной девушке, представить. Все же кое о чем я догадываюсь, сударь!

~ Да будет вам, госпожа, или я закрываю рот на замок и вы ни черта от меня больше не услышите.

- Продолжайте, продолжайте!

- Ага, так вот значит, кроме вышеупомянутых кольцо насчитывает еще семь населенных мест: это - Гоп-Стоп Городок, Бич-Сити, Чумной Тупик, Злодейский Вертеп, Гарем, Рулетка и Запой-Аут. Ах да, я совсем позабыл про Синюшку, НО это совсем небольшой городок, хотя спиртного там продают в таких объемах, что гораздо многолюдным Запой-Ауту и Рулетке до него очень далеко.

- Интересно, господин Aлекc, что вас привело в эту клоаку?

- Любопытство. Чистейшей воды любопытство и больше ничего, - нехотя пробурчал я. Не говорить же ей об истинных причинах, а они были таковы: как-то, еще семнадцатилетним юнцом, я крепко повздорил с дедом. И в знак протеста решил слинять из дому. Куда податься, вопроса не представляло, ибо все сверстники и друзья только и талдычили о Бедламных Городах. Стыдно сказать, но когда Старый Бэн через два месяца разыскал меня в номерах захудалой гостиницы Химер- Тауна, то погнал домой лозиной. И лупил ею, проклятый, всю дорогу до Ренвуда. Ой-ой-ой, и вспоминать-то тошно, не то, что рассказывать об этом насмешливой эльфийке.

- А правда ли, будто в прошлом на месте Кольца были золотые прииски? - вид компаньонки с головой выдавал нездоровое пристрастие к подобным «клоакам».

С изумлением я вдруг подумал: а этой негодяйке там, наверное, понравилось бы.

- Прииски? Верно, располагались в тех краях. Нынешние города и выросли-то из палаточных лагерей золотоискателей, исчерпавших презренный металл лет эдак за пятнадцать. Теперь там процветают игорный бизнес, Проституция, торговля опиумом, гашишем и маковым нектаром. Впрочем, чего только нет на бедламских рынках. Были б деньги и купишь все! Правда, могут запросто надуть на качестве или вообще вместо одной вещи подсунуть совсем другую. Но это, так сказать, детали реальности.

Вдалеке показался небольшой городок, и на какое-то время мы прервали нашу содержательную беседу. Еще на околице стало ясно: люди здесь не живут. Мертвую тишину замерших строений нарушал лишь скрип распахнутой двери, ведущей в серый двухэтажный дом и раскачиваемой слабым юго-восточным ветерком. Почему-то не удержавшись, я соскочил с Дублона и плотно ее прикрыл. Эльфийка вся как-то сжалась в комок, с опаской косясь в темные прищуры окон. Я испытывал сходное чувство, твердившее о том, что кто-то недобрый пристально рассматривает нас.

Звонко процокав по булыжнику мостовой, Мы без приключений миновали городок. Единственными живыми существами, встреченными на пути, оказались одичавший кот с бандитской мордой, шмыгнувший в заваленную мусором подворотню, а также стаи ворон и галок, с воплями вылетевших из арочных проемов церковной колокольни. Оставив покинутый город за спиной, мы с эльфийкой облегченно вздохнули. Чего только ни повидал, но все же ... Неприятно.

Дальше дорога шла среди холмов, поросших кудрявыми рощами. Где-то уже за полдень было решено сделать привал у родника на вершине холма. Ломящие зубы прозрачные струйки, слегка пузырясь, били ключом из расщелины в рыжевато-серых, поросших изумрудным мхом камнях. Громадная береза прикрывала ручей и весь холм зеленым 'шумящим шатром, и опять мне подумалось: это ли не Рай? А мы прямиком топчем дорожку в Ад ...

. - Так что там еще вы хотели рассказать мне про Бедламные Города? - эльфийка с аппетитом жевала бутерброд с ветчиной, при этом смотрела с видом Великого Инквизитора. - Как там публичные дома? На уровне мировых стандартов?

- Законы в каждом городе Кольца замечательные и справедливые - я умышленно игнорировал последний провокационный вопрос компаньонки. - Но их главная объединяющая особенность состоит в том, что они совершенно не действуют. Там царит только одно железное правило: кто сильный, тот и прав. Да и чего другого, госпожа, можно ожидать от типов, собравшихся в тех местах? Вот уж, поверьте, где мешанина рас и народов. В одном и том же трактире можно встретить надменного эльфа, ворчливого умельца гнома, людей с цветом кожи от белого до красного и черного оттенков, троллей из Сквознячных Пещер, Великанов с Красных Каньонов и даже угрюмых гоблинов с Закопченных Гор. В большинстве своем это все отъявленные негодяи, отщепенцы и изгнанники, нашедшие в кольце спасение от полиции или же от ищеек Славной Старушки Инквизиции: 'Да, госпожа, что и говорить, народы Английского Континента ярко представлены в Бедламных Городах.

Впрочем, там ошиваются не только англичане. Я, например,- встречал людей и прочих разумных существ из-за океана Драконов, с берегов моря Сирен и архипелага Калигорн, а также вообще с каких-то немыслимо далеких, сказочныx далей. И всех их привлекают вольная жизнь, лишенная гнета феодалов, церкви, заплывших от жира взяточников-полицейских и прочих притеснителей простого люда. Конечно, в Городах хватает и знатных особ, по разным причинам иной раз скрывающих настоящее имя; но это уже особый разговор.

. - Я-асно! - многозначительно протянула эльфийка. - Как вы там сказали? В Кольцо приходят конченные негодяи, жулье и разбойники? Понятно, почему и вас, Алекс, туда потянуло.

- Черт возьми, госпожа! - я в ·хорошо разыгранном бешенстве схватился за пряжку ремня. - Попридержите-ка свой острый язычок, не то я таки действительно задам вам трепку. Впрочем, в любом случае это вопрос времени.

- Ага, помечтайте, Алекс, но только тем дело и кончится, потому как я особа неприкосновенная. Даже такой неуч, как вы, сударь, должен это знать.

- Да наплевать мне на подобную чушь, отлуплю и все дела. Потом еще благодарить будете за науку. Не верите? Так давайте проверим!

- Смотрите, Алекс, чтобы я сама не взялась за хлыст, тогда посмотрим, у кого зад будет в синяках. Вот вы-то, вы-то все грозитесь впустую, а я без лишних слов уже успела наподдать вам жару. Плеточкой!

- Ладно, госпожа, давайте сменим тему, до чертиков надоела грызня.

- Ну хорошо, - снизошла эльфийка. - Замяли, компаньон. Поедем дальше?

- Пожалуй, пора, - я лениво посмотрел на припекавшее солнышко. ­Хотя если желаете еще отдохнуть ...

- С чего уставать-то, Алекс? - эльфийка сладко, с мягкой кошачьей грацией потянулась и пружинкой вскочила на ноги. - Я готова, сударь. В путь!

Приютивший нас холм с березой остался позади. Дорога' сделалась хуже колдобины, выбоины и всякий хлам встречались теперь на каждом шагу.

- Почему здесь все это валяется? - эльфиечка указала на брошенную старую куклу у обочины, какие-то одеяла, поломанную ручную тележку и что-то из кухонной утвари.

- Беженцы, - коротко пояснил я. - Верняк, впереди еще один опустевший городок.

Ошибиться было невозможно, и где-то в четвертом часу мы действительно добрались до большого поселка, притаившегося в напряженной звенящей тишине.

- Не хочу через него ехать, - вдруг заупрямилась Арнувиэль. - Оттуда несет бедой, как от трехнедельного трупа вонью.

Благо, оказалась окольная дорога, огибавшая городишко с востока, по ней мы его и миновали. Но не успели отъехать и сотни метров, как в спину ударил тоскливый колокольный бой. Так звонят по умершим, вдруг вспомнил я. Хм, похоже кто-то спешит нас раньше времени похоронить. Рано спешит. Арнувиэль, заслышав колокол, зябко поежилась, но спрашивать ничего не стала. Нервничает девчонка! Мне. стало ее искренне жаль, хотя все это даже еще не цветочки. И уж никак не ягодки.

Местность за городком постепенно сгладилась, рощи, срастаясь, удлинились, пока не превратились в лесной массив по обеим сторонам тракта. Дублон, размеренно преодолевавший заметно улучшившийся путь, вдруг повернул ко мне голову и тихо заржал. Спрыгнуть на землю и приложить к ней ухо было делом одной секунды. Ее вполне 'хватило, чтобы ясно понять: Дублон не ошибся, спереди приближались всадники. Равно как и сзади. Конечно, это могли быть стражи либо приграничная полиция, но инстинкт твердил другое: едут враги.

- Прочь с дороги, госпожа! - я замахал руками на замешкавшуюся Арнувиэль. - За деревья, за деревья уводите свою Милую. Да поскорее, поскорее, госпожа!

Мы едва успели спрятаться, как на дороге, со стороны Ничейных Земель, показалась тройка эльфов в охотничьих костюмах и в шапочках с фазаньими перьями. Едва те, первые, остановились, с другой стороны появились еще четверо ловцов. Капкан с эффектом захлопнулся.

- Не такие уж дураки ваши сородичи, - прошипел я на ухо Арнувиэль. - Трюк с утопленницей потерпел фиаско. Что будем делать?

- Сражаться! - глаза компаньонки опасно блеснули. - Или вы, Алекс, позволите им забрать меня и отдать этому гадкому, изнеженному интригану Фейлинору? Неужели позволите?

- Хм, госпожа, в таком случае понимаете ли вы, что вам придется самым серьезным образом обратить оружие 'против ваших земляков?

- Ну и что? Пусть только сунутся! - эльфийка изготовила к стрельбе свой лук.

- Прекрасно! - я достал из колчана рябую, с ястребиным оперением стрелу и внимательно ее осмотрел. Что надо! Старый Бэн научил меня делать бронебойные наконечники, крушащие даже прочнейшие стальные доспехи.

В прошлом я вдоволь испытал их на нечисти в Ничейных Землях, да и кое-кому из людей тоже довелось отведать моих гостинцев. Теперь' настал черед эльфов. Правильно все-таки говорит деда: «Каждому овощу свой срок». В этот день созрели эльфы. Как раз к ужину.

Быстро посовещавшись, ловцы выдвинулись чуть ближе к подлеску нашей стороны дороги. Наперед всех выехал высокий, худощавый эльф с высокомерным выражением лица. Подняв обе пустые руки вверх, он дал понять, что хочет мирных переговоров. Не дождавшись с нашей стороны никакой реакции, парламентер громко крикнул:

- Эй, человече, выходи, разговор есть. Выходи, безопасность гарантирую. Слово Чести!

Укрывшись за стволом толстой березы, я недовольно поморщился. И какого черта? Воевать, так воевать! Вечно эти эльфы со своими штучками. Арнувиэль, залегшая рядом, у наполовину вросшего в землю замшелого валуна, смотрела на меня, как на полного идиота.

- Вам что, Алекс, солнце голову напекло? Куда собрались?

- Твой землячок, госпожа, дал Слово Чести, - я поймал себя на мысли, что почему-то оправдываюсь, - и для Меня будет позором не откликнуться на его просьбу.

- Алекс, какой вы к черту воин Границы? Да вы просто бестолковый, спятивший дурак. Слово Чести! - она ехидно, с обидной иронией передразнила мои слова. - Сами ведь как-то говорили - эльф во время войны наступит на Слово Чести и не замарается.

- Хм, оно-то так, но, может, до войны и не дойдет? Во всяком случае отсюда я вряд ли узнаю, что хочет наш длинный приятель.

- Вернее сказать, что он подлого затеял. Не ходите, Алекс, мой вам совет.

- Будьте здесь, госпожа, и не высовывайтесь. А в случае чего ... Прикройте мое геройское бегство своими стрелами. Лады?

- Дурак, но, будь, по-вашему.

Без лишней поспешности я спокойно вышел на дорогу. Эльф терпеливо ждал.

- О чем говорить будем, приятель? - намеренно панибратски обратился я. - Какие проблемы?

- Человече, - процедил длинный, - проблемы у тебя. За похищение знатных дам у нас в Эльфийском Крае знаешь, что делают?

- Послушай, остроухий, но ты ведь не в Эльфийском Крае? Чего же даром грозить? К тому же я никого не похищал. Но как бы то ни было, ты меня заинтриговал. Так что там говоришь у вас творят с похитителями?

- Лишают наследства, то есть' способности к размножению, - голос длинного источал яд. - А ты, человече, изобличен в оном тяжком преступлении. Но все же, если ты сейчас одумаешься и добром вернешь нам герцогиню Арнувиэль из рода Платиновой Колонны, то мы, возможно, и пощадим тебя.

- Эльф! - я вложил в это слово максимум презрения. - У тебя что, уши, немытые заложило? Я ведь уже сказал тебе, здесь не Эльфийский Край, где ты привык хозяйничать. А госпожа ... Ну та, якобы похищенная мной, целится сейчас в чье-то сердце. Догадываешься в чье? Молодец! И еще ... Убирайтесь-ка отсюда прочь. Покуда я вас еще отпускаю.

Злобная гримаса исказила красивые черты эльфа. Дернувшись, он потянулся к висевшему на поясе узкому стилету.

- Не делай глупостей, - посоветовал я, - и держи слово. Или ты бесчестен?

- Червь! Смерд! Деревенщина! И смеешь рассуждать о таких вещах? На кол пойдешь!

- Нет, остроухий, - я несогласно покачал головой, - я пойду к заждавшейся меня эльфиечке, а уж после пусть нас рассудит Господь. Пока'!

Возле самых деревьев в спину словно ударило молотом, пошатнувшись, я едва не упал. Стрела! Вот тебе и Слово Чести, права была Арнувиэль. Не оборачиваясь, я метнул в ответ стальную звездочку, неотвратимо вонзив­шуюся в горло длинному. Теперь мы уже вряд ли когда встретимся, приятель. Прощай! Одна за другой со стороны валуна вылетели стрелы. Молодец компаньонка! Пригнувшись и петляя, как заяц, я дал стрекача. Близкий посвист пернатых эльфийских посланниц лишь усиливал мою прыть •. Через минуту береза надежно укрыла меня от их хищных стальных клювов. Почти тотчас рядом оказалась эльфийка, ужом подползшая к де­реву.

- Вы ранены, Алекс? - голос компаньонки предательски дрожал. - Покажите спину!

- Пустое, - отмахнулся я, - всего лишь кровавый синяк. Кольчуга выручила.

И с благодарностью вспомнил: за нее Старый Бэн вылжилл половину своих сбережений, накопленных за последние десять лет. Это был подарок в дорогу, когда я в первый раз отправился на Границу. Да-а, надо признать, гномы Оружейных Гор, изготовившие ее, потрудились на славу, ибо она уже не раз спасала мне жизнь.

- А вы, госпожа, дуйте за свой кирпич. Какого беса нам светиться здесь вдвоем? - внешне грозно прикрикнул я.

Арнувиэль еще раз зыркнула на отметину намоем пятнистом плаще, после чего вновь скользнула к своему укрытию. Как раз в этот момент эльфы, перебегая от дерева к дереву, пошли в наступление.

- Сволочи! Устраивать облаву в приграничье на вольного охотника! - знакомая холодная ярость охватила меня. -Ну, суки, держитесь!

Трижды я посылал рябые ястребиные стрелы в приближающихся врагов и столько же раз в ответ раздавался предсмертный вопль. Недаром моим учителем по стрельбе из лука был старый хангол Селим, а он порой заставлял тренироваться с черной повязкой на глазах, к тому же из самых неудобных положений, полагаясь исключительно на интуицию да отчасти на слух.

Арнувиэль тоже не плоховала: еще когда я рвал когти с дороги, она тяжело ранила одного из преследователей в горло. Теперь тот, наверное, уже подох. После первого попадания четвертым выстрелом она таки достала самого настырного стрелой ·в глаз. Верняк, труп на месте, компетентно определил я. Остался последний, седьмой, эльф, и он собирался улизнуть.

- Не дай ему уйти, Алекс! - завопила герцогинюшка. - Не то эта ищейка наведет на наш след еще одну свору. А может, и не одну.

Конечно, было далековато 'уже, и я послал стрелу по большой дуге. На излете она таки клюнула беглеца в плечо, но существенного вреда не причинила.

- Ждите здесь, госпожа, - приказал я, на ходу выхватывая из ножен сверкающий полированной сталью клинок. - Эй, остроухий, постой! Мужчина ты или эльф?

Но тот, не слушая, улепетывал со всех ног. Бесшумной тенью я быстро нагнал его и в прыжке ударом ноги свалил наземь. 3прочем, эльф довольно прытко вскочил и, пользуясь тем временем; что я любезно предоставил, стал в боевую стойку. Мечи со звоном скрестились, и я сразу же стал теснить противника. Непрерывно отступая, тот вдруг неожиданно отскочил в сторону, при этом бросив оружие на землю. «Проклятье! Остроухий решил сдаваться, не на шутку рассердился я, что теперь прикажете с ним делать? Ведь я не палач, безоружных не бью».

- Эй ты, чучело! - заорал я. - Подними меч.

Но эльф стоял неподвижно и смотрел он даже не на меня, а на блестящий клинок с выгравированным соколом и вороном. Губы его кривились и что-то невнятно лихорадочно бормотали в то время как руки мелко подрагивали. Только теперь я как следует разглядел противника. Боже правый, я едва не убил пацана! Моему «противнику" исполнил ось лет едва ли не меньше, чем Арнувиэль, а с детьми я не воюю.

- Мальчик, - спокойный тон внушил эльфенышу надежду, - сколько еще ловцовых групп идет по нашему следу?

- Других нет, господин, - заикаясь, ответил тот. - Все, кто был, остались там,- и махнул рукой в cторону, где произошла схватка.

- Ладно, - решил я, - бери свой меч и катись на все четыре стороны. Только живо! Ну же!

Не веря своим ушам, парнишка уставился на меня.

- Господин, смилуйтесь ...

- Дурак, - резко оборвал я, - никогда не было в спину. Я не эльф, понятно? Пшел вон! Ну? Еще повторить?

Схватив меч и сунув его подмышку, словно обычную палку, эльфеныш, петляя, рванул по дороге прочь. Я провожал его взглядом, пока он не скрылся из виду за очередным поворотом, потом вернулся назад. Арнувиэль сидела под березой, закрывавшей меня от зорких глаз эльфийских ловцов. Теперь из могучего, в наростах ствола торчали бело-оперенные длинные стрелы. Выдернуть их было делом нескольких секунд.

- Как успехи, Алекс? - Арнувиэль смотрела прищурясь. - Надеюсь, управились?

Я промолчал. А что было говорить?

- Вы язык проглотили, Алекс?

- Госпожа, здесь не стоит задерживаться, но прежде чем уехать, думаю, нам следует позаботиться о телах погибших. Нельзя, чтобы они достались волкам, и воронью.

- Не переводите разговор на другое, сударь. Впрочем, можете молчать, я и так поняла: отпустили вы того мерзавца. Отпустили! Наведет он такую теперь облаву, что только держись. Алекс, может, я с вами таки даром связалась? Уж больно вы добренький!

- Заткнитесь, госпожа, и идемте, мне будет нужна ваша помощь. Вдвоем мы углубили маленькими лопатками старую полуобвалившуюся яму и, сложив туда тела ловцов, присыпали землей. Эльфийка работала неохотно, а вместо эпиграфа напоследок пробурчала:

- Собакам собачья смерть!

В молчании мы поехали дальше. А она может быть очень жестокой, моя компаньонка, засела в голове невеселая мысль. Н-да, все-таки эльфы оставались для меня загадкой. Недаром же никогда не хотел иметь с ними дело, ибо свяжись с остроухими, И неприятности покатятся, 'что океанские валы. Истинно так оно и есть!

Уже в синеющих cyмеркax мы остановились на отдых в небольшой дубовой рощице. Правда, ручья либо речушки тут не было и в помине. Heбольшой костерок и ужин все же отогрели сердечко эльфиечки, и она посматривала на меня с несколько большей приязнью. Но я молчал, игнорируя все ее примирительные взгляды.

- Да будет вам, Алекс, - голос «кающейся грешницы» колебался от просительного до требовательного. - Чего дуетесь? А еще мужчина!' Может, довольно?

Я оставил на время тряпочку, которой наводил лоск на полированную гладь клинка и впервые за вечер заговорил.

- Вы, госпожа, действительно обидели меня. Помните чем? Ох, нет? Что ж, напомню: «Алекс, может, я с вами даром связалась? Уж больно вы добренький. Ваши ведь слова? Так вот, госпожа, я такой, какой есть, и в угоду кому бы то ни было меняться не собираюсь. Понятно?

Эльфийка пристыжено закивалa, а на ее крепких щеках, уже давно отошедших от ореховой краски, заалели яркие маки.

- Простите, Алекс, я больше не буду. Правду говорю, не верите? Хотите поклянусь?

- Опять листвой великого Древа Счастья? - я непроизвольно улыбнулся. - Пожалуй, лучше не стоит, а то она еще опадет. Что тогда эльфы делать станут?

- Не надо насмехаться над беззащитной девушкой, я ведь серьезно. Экий вы все-таки грубиян.

- Ну, скажем, про «беззащитную» девушку вы загнули, госпожа, и довольно-таки сильно загнули. Как считаете?

Эльфийка негодующе фыркнула и уж было собрал ась разразиться гневной тирадой, но я ее быстро обезоружил,

- Впрочем, как бы там ни был, но прощение вы получаете, Полное. Ну что, мир?

- Мир, ясное дело, - эльфиечка аж засветилась изнутри, - Только не начинайте снова вонзать в меня свои колкости.

- Все зависит от вас, госпожа.

Глядя на мои старания над и без того ослепительным лезвием, она машинально вытащила из легких серо-черных ножен шпагу и тоже принялась ее старательно начищать,

- Простите, госпожа, - я стукнул себя по лбу, - ведь ваше оружие с клеймом, значит, и имя у него есть. А ну-ка дайте его сюда.

Потирание пальцем металла под копытами выгравированного единорога примерно через минуту дало результат. Полукружьем вспыхнули два рунических слова, Я всмотрелся в них и с сожалением повел плечами.

- Увы, госпожа, древнеэльфийский для меня за семью печатями. Эльфийка бережно взяла из моих рук клинок и запросто прочитала:

- «Звездная Сказка», Боже Всемогущий, какая прелесть. Спасибо вам еще раз, Алекс, за столь чудесное оружие, Но почему такое поэтическое название?

- В старые времена люди, и не только они, обожали поэзию, Может, из-за этой страсти и клинкам давали красивые имена,

Тем временем светящееся полукружье стало затухать и вскоре исчезло вовсе. Арнувиэль еще минуту-другую зачарованно смотрела на то место, где только что горели руны, а потом вдруг встрепенулась.

- Алекс, так ведь и ваш меч несет на себе почетное клеймо, значит, у него тоже есть имя, И откуда он, наверное, из Элиадора?

- Нет, госпожа, - я 'приложил все усилия, чтобы мой голос не дрогнул от печали. - Это байлиранский меч, его принес с Покинутых Земель разведчик Нэд Паладин, мой хороший друг и сам байл по происхождению.

Он утверждал, что меч принадлежал его прапрадеду, королю Байлирана, а не верить ему у меня никогда не было оснований, Да, госпожа, увы, нас много таких на Границе: потомков Лордов, баронов, князей и королей, А куда нам еще деваться? Там мы хоть как-то можем отомстить тем, кто лишил крова и отчей земли. Знать Спокойных Земель чурается нас, мы же ведь нищие, бездомные, глядишь, еще чего попросим. А насчет имени' меча ... Смотрите! - я опять потер пальцем гладкую сталь под соколом, разящим ворона, и там, как 'по мановению волшебной палочки, высветилось полукружье слов, Правда, знаки, из которых они состояли, мало походи-ли на древнеэльфийские руны, Теперь уже компаньонка смотрела на них без малейшего соображения.

- Алекс, что это за переплетенные колючки? И на каком языке эта надпись?

- Ну, раз сам меч из Байлирана, то, естественно, и написано по-байлирански. А означают·сии слова в переводе на·Общеанглийский - «Спорящий С Ветром».

- Э-э, мм,- компаньонка немного помял ась в нерешительности, потом все же отбросила деликатность в сторону. - А как, интересно, он попал к вам?

- Несколько лет назад Нэд получил смертельную рану в пограничной стычке с гоблинами и людьми, служащими Тени, и уже будучи при смерти завещал его мне. Вот так «Спорящий с Ветром» оказался у вашего покорного слуги, - я коротко вздохнул. - Если же вы, госпожа, очень интересуетесь оружием, то посмотрите еще этот кинжал - я снял с поясного ремня ножны из темно-красной кожи с· охватывающими их черно-стальными кольцами. - Он из Лоншира, мой, «Волчонок».

Арнувиэль осторожно выдвинула лезвие и тихо ахнула, на нем в малейших деталях жила гравировка: ощеривший острые зубы злобный взъерошенный волчонок.

- Вот это да! Какой балдеж! - была ее искренняя, восторженная реакция. - Он, наверное, многого стоит?

- Да, госпожа, но я ни за что на свете не продам его. Понимаете?

- Ясное дело, Алекс, а знаете, у меня тоже есть неплохой кинжал, вернее, стилет, правда, без граверных символов,- и·она достала из потайных ножен под плащом маленький узкий и острый ножичек, отделанный золотом и рубинами. - Я так и прозвала его - «Рубинчик». Смешно, не правда ли?

- Хорошая вещь, - осмотрев стилетик, серьезно одобрил я, - но, правда, как на мой вкус, сильно разукрашенная. Впрочем, для прекрасной юной дамы в самый раз.

- Правда? - эльфийка польщено улыбнулась - Алекс, а вы можете быть джентльменом. Когда захотите, конечно.

В кустах неподалеку громко зашелестело, казалось, неведомое существо специально дает о себе знать. Эльфийка 'внезапно вздрогнула и утихла. - что это, Алекс? - немного позже спросила она. - Наверное, дикий зверь?

Подлесок зашуршал совсем близко, и моя компаньонка потянулась к шпаге.

. - Оставьте оружие, госпожа, - небрежно посоветовал я, - это всего лишь леший:

- Не может быть, - эльфийка вытаращилась на меня, - лешие не существуют!

- Да? А луна существует? Но ведь вы не можете ее потрогать. Так, может, она тоже обман? А ветер? Разве вы его видите? Но он-то есть! Лешего же можно и увидеть, и потрогать, если сначала поймать, конечно. Хоть я и не посоветовал бы этого делать.

- Детские сказки рассказываете, Алекс, - недоверчиво протянула компаньонка. - Думаете, я так и поверила?

- Дело ваше, верить или не верить, но только подумайте - зачем мне вас обманывать? Чтобы испугать? Глупо, ибо лешаки практически безобидны, а нас же с вами уже в ближайшие дни ожидают встречи с созданиями поистине ужасными.

Я встал, сладко потянулся и стал собирать незваному визитеру гостинец: немного сыра, ржаной хлебец, несколько вареных картофелин, кусок окорока и пару яблок. Все это я отнес в заросли и положил на плоский камень. Эльфийка смотрела за моими действиями во все глаза. Когда же я вернулся назад, она постаралась незаметно пересесть поближе, все время настороженно косясь на притихшие заросли. Вскоре оттуда донеслись шумное чавканье, затем удовлетворенное отрыгивание и даже добродушный смешок.

- Нет-нет, это все равно не леший, - эльфийка упрямо держалась своей точки зрения. - Вы просто разыгрываете меня.

Вылетевшая из чащи кость от съеденного окорока глухо стукнула ее в лоб.

- А вот вам, и подтверждение, - я злорадствовал не таясь. - Неужели и теперь будете упорствовать?

- Ах, мерзость! - эльфийка поднялась на ровные ножки. - Да как он посмел, пенек замшелый!! Вот я ему сейчас задам.-

И она бы в ярости ринулась с обнаженной шпагой в кусты, не ухвати я ее сзади 'за талию.

- Оставьте его, госпожа, сами ведь виноваты. А ты, дедушка, - я даже погрозил в сторону кустов пальцем, - не шали. Некрасиво, пожалуй, а? Прожил много, мудрости много, а женщину обижаешь. Нехорошо, очень нехорошо.

Ответом послужило пристыженное покашливание, оно меня вполне удовлетворило. Я еще раз подошел к лошадям, проверил, все ли в порядке, а потом, вернувшись, предложил:

- Давайте спать, госпожа. На эту ночь у нас лучший из сторожей, так что можете чувствовать себя' в полной безопасности. Лешие - благодарный народ. Не правда ли, дедушка?

С чащи донеслось согласное:

- Угу-у!- и вновь зашелестели шаги.

- Батюшки! - эльфийка мертвой хваткой вцепилась в мой левый рукав.- Алекс, а вы палатку не поставите? Что-то зябко нынче ночью.

- Как скажете, госпожа, - подавив улыбку, я взялся за один из дорожных мешков, где лежал нужный сверток. Раскинуть походную палатку было делом нескольких минут. - Готово, располагайтесь,- я сделал приглашающий жест вовнутрь, сам же остался неподалеку от входа. Зачем смущать девственницу? Непонятно из-за чего, но я долго и беззвучно смеялся.

Ночь прошла идеально спокойно. И если б поблизости появились чужаки, чуткий лешак тут же дал бы знать. Наутро погода испортил ась, и я решил дать девчонке выспаться, все-таки как-никак герцогинюшка, привыкла, небось, к изнеженности и уюту. Около девяти часов дождик перестал, деревья, кусты блестели умытой листвой, запели примолкшие птицы, зажужжали насекомые.

- Э-эй, госпожа! Госпожа-а! А ну-ка подъем, дьявол вас побери! ~ малоприятным голосом заорал я. - Будете так долго спать, замуж никто не возьмет.

- Алекс, чего вопите, или вас оса укусила за зад? - эльфийка высунула хорошенькое заспанное личико через приоткрытый полог. - А насчет замужества сообщу одно - никогда к нему не стремилась. Но хватит об этом; лучше скажите, а как насчет завтрака?

- Давно готов и ждет вас, - я принялся расставлять на скатерть посуду и раскладывать еду. - Приводите себя в порядок и прошу за «стол».

Подкрепившись, эльфийка несколько раз зыркнула на заросли, наконец, не выдержав, она спросила:

- Интересно, а куда это старый хрыч подевался? Что-то давно не слыхать его возни. Может, издох или трухой рассыпался? Вот было б забавно.

- Госпожа! Иногда, ну в тех случаях, когда вы ведете себя прилично, я даже забываю, что вы - эльфийка. Но порой вы просто расписываетесь в принадлежности к своей расе. Бога ради, нельзя же быть такой злой, тем более имея такую ангельскую внешность. Дaлся вам бедолага - лешак. Ну что он такого сделал?

- Ага, вот, значит, как, меня охаиваете, а всякую нечисть защищаете? - эльфийка буквально задыхалась от возмущения. - Конечно, это же ведь не вас огрели костью по башке.

- Заслужили, нечего всех направо и налево оскорблять. Леший вам не Алекс, что все стерпит. Как там говорится: сами нарвались!

Эльфийка надулась и замолчала. Так ни слова не сказав больше, мы покинули приютившую нас дубовую рощу. Через пару километров дорога раздвоилась: одна убегала на восток, другая продолжала вести на север. Заброшенных ферм и деревень становилось все меньше. К полудню мы околицей миновали всего один полуразвалившийся поселок. Чувствовал ась близость Границы и Ничейных Земель. Как говорится, повеяло родным духом.

Несколько раз нас останавливали разъезды приграничной полиции, но, завидев мой знак вольного охотника, тут же без претензий и лишнего любопытства отпускали. Некоторые из полисменов, сами бывшие стражи Границы, узнавали меня в лицо и тогда вообще не возникало никаких проблем. Часа в два мы оставили за собой крутую возвышенность, по которой вела дорога, и там, наверху, перед начинающимся спуском, решили остановиться и перекусить. Но, прежде всего мы долго с пристальным вниманием осматривали окрестности. С правой стороны, на высотке, располага­лась внушительная каменная крепость, от которой дорожными столбами разбегались сторожевые башни и наблюдательные вышки.

- Вне Эльфийского Края это был дом вашего братца, госпожа, - я ткнул указательным пальцем в направлении неприступной твердыни: - Прошу любить и жаловать - форт Бешеных!

Эльфийка с жадностью уставил ась на него, будто надеясь разглядеть там Блистательного Эрни. Да-а, издалека этот форт производил действительно внушительное впечатление, а вот вблизи ... Изъеденные временем, непогодами, осадами и штурмами, древние бастионы не наводили на мысль об их особой надежности. Уж я-то это знал достаточно хорошо.

Соорудив внушительные бутерброды из хлеба, сыра и вареного мяса, мы неторопливо жевали, поглядывая в сторону укреплений форта

- Пожалуй, нам даже не стоит соваться в саму крепость, - немного погодя решил я. - Ваш братец был известной личностью на Границе, так что все о нем интересующее можно ·узнать в любой сторожевой башне. Кстати, к вон той, с круглой плоской крышей, и ведет эта дорога.

- Полагаю, вам лучше знать, Алекс, - эльфийка выглядела погрустневшей, - к башне, так к башне ...

«Ох-хо-ха, - про себя вздохнул я, - а девчонка-то любила брательника».

. - Будет вам, госпожа, - постарался я затем ее приободрить. - Найдем мы вашего Эарнила, вот посмотрите. Да если б я сомневался в этом хоть чуть-чуть, я и сам не пошел бы в Покинутые Земли и вас постарался бы отговорить. А так чует душа: жив он, жив.

- Спасибо, Алекс, - эльфийку тронуло мое участие. - Я тоже верю в успех. Стараюсь верить ...

Запив еду сухим вином ·из большой плетеной бутылки, мы еще какое-то время отдыхали, грызя сухие травинки и думая каждый о своем. Эльфийка первая встала.

- Идемте, Алекс, пора, а то мы расселись тут, как сонные мухи, еще заснем вдруг.

Поначалу спуск был больно крут и с лошадей пришлось' слезть, но вскоре дорога выровнялась настолько, что мы вновь вскочили в свои седла. К башне,· вернее, к ее огороженному каменной стеной прямоугольному дворику нас привела уже совершенно прямая, выложенная древними плитами тропа. В обитой толстолистовым железом двери открылось маленькое окошечко, и грубый голос неприветливо рявкнул:

- Эй, куда, мать вашу, претесь? Или жить надоело, сосунки'? Здесь Граница!

- Правда? - я недоверчиво огляделся по сторонам. - Что-то не похоже.

Дверь распахнулась, и через проем протиснулся медведеподобный мужчина лет пятидесяти в зеленых суконных штанах и грубо зашитой на мощной груди когда-то синей майке.

- Мальцы! - уже со злостью прорычал он, а его маленькие глазки опасно заблестели. - Катитесь-ка отсюда побыстрее, не то порки вам не миновать. Надо же, франтовая публика стала ошиваться даже здесь. Безобразие!

- Хватит орать, Тэдди, - я говорил специально тихо, так как хорошо знал, что слух у верзилы намного превосходит слабоватое зрение. - Вот, значит, как ты встречаешь старых друзей?

- Что? - тип в майке бочком подошел поближе и, подслеповато прищурясь, вгляделся в мое лицо. - Алекс, ты ли это? Молчи, приятель, сам вижу. Хвала Создателю, ты-таки выкарабкался после той скверной раны в бок, а я то и не надеялся встретиться с тобой еще раз. Да-а, Стальная Лоза, ты всегда был живуч, словно кошка. А это что за 'кралечка при тебе? - он вдруг пристально уставился на эльфийку. - Вроде как не наших кровей а, приятель?

- Верно" старый товарищ, моя спутница - эльфийка. Сюда же, на Север Границы, нас привело одно дело. Но прежде, чем его изложить, может, ты пригласишь нас войти?

- Я старый дурак, а не товарищ, - Тэдди сокрушенно постучал пудовым кулаком по голове. - Прошу вас, гости дорогие, проходите, - и он посторонился.

Мы прошли в дверь и очутились в небольшом внутреннем дворике, посреди которого под старым тенистым каштаном стоял грубый деревянный стол, за которым сидели, обедая на воздухе, человек пять ветеранов. Наше появление не вызвало любопытства или удивления на их загорелых, обветренных лицах. Они всякого повидали на своей нелегкой службе, так что им какая-то пришлая парочка? Тэдди, закрыв засов двери, подошел сзади и представил:

- Знакомьтесь, парни, это Стальная Лоза, наш брат с Западных Рубежей. С ним его спутница, элъфийская госпожа. Как вы говорите? Ага, госпожа Арнувиэль. Прибыли они по делу. Вот так.

Худощавый мускулистый рубака с вислыми седыми усами вдруг рассмеялся:

- А, Погонщик Троллей! Рад встрече с тобой. Но скажи на милость, в этой истории все правда или молва преувеличила?

- Да будет тебе, Фрэнк, - сердито заворчал Тэдди и даже возмущенно замахал руками. - Что за вопросы, когда гости с дороги и стоят перед накрытым· столом? А ну-ка, лодыри, освободите живо место! Присаживайся, Алекс, и вы, госпожа Ариувиэль, прошу вас.

Отведав немудреной пограничной еды, мы получили по огромной кружке свежего, холодного пива. Да-а, порой все же жизнь бывает хороша! Впервые за долгое время я по-настоящему расслабился. Так хорошо было ощущать себя в кругу верных товарищей, больше того, соратников и однодумцев. И ни тебе Матушки Святой Инквизиции, ни заносчивых вельмож, ни тупых в своей ненависти лавочников и прочих подонков.

- Так все-таки, Алекс, - седоусый Фрэнк решил выяснить интересующую проблему до конца. - Правда в той байке существует?

- В определенной степени да, - ответил я, чувствуя на себе взгляды присутствующих, но особо заинтригованно смотрела Арнувиэль. - В принципе все было очень просто, это потом уже история приукрасилась и растянулась. Обследуя ночью окрестности гоблинского лагеря, я получил в подарок от одного из часовых стрелу прямо в ляжку, да еще с зазубренным наконечником. Смыться оттуда как можно подальше я, конечно, смылся, но вот с ногой дело становилось неладно. Рана сильно загноилась и почернела. Ее срочно надо было показать хирургу, да вот беда, за день до этого погиб мой прежний конь и быстро вернуться в Обреченный форт я не мог. Забравшись на дерево, я размышлял о превратностях Судьбы, как вдруг услышал внизу осторожные шаги. под деревом стоял пещерный тролль; справлявший малую нужду. Я подождал сколько следует, а потом и сиганул сверху, прямо ему на плечи. Удавка на шее оказалась достаточно хорошим аргументом, в основном благодаря ей я и прибыл на второй день назад в форт, Верхом на Брын-гин-гин-дыле, так звали моего двуногого скакуна. Зрелище было, скажу я вам, ухохотное, сам капитан Морвель, начальник нашего форта, едва живот себе от смеха не надорвал. Признаться, я даже потом своего Дублона хотел назвать Брын-гин-гин-дылем в честь того тролля-молодца, да потом-таки передумал: обидеться мог конь.

Дружный хохот перекрыл мои последние слова. Смеялись все, но заразительнее других Арнувиэль.

- Он хоть в портках шел-то, тролль твой? - вытирая слезы, спросил Фрэнк.

- В них самых, только вот с мотней нараспашку. Пуговицы я ему приказал оторвать, чтоб, значит, было чем занять руки, Так он всю дорогу и протопал, уцепившись за штаны.

-, А как поживает Маленький Джон? - все еще улыбаясь, поинтересовался Тэдди. - Верзила все так же весел? Помню, когда наши отряды встретились в Скулящих Трясинах, а ты загибался от той раны в боку, твой побратим даже тогда тащил тебя на себе и все угощал пикантными историями и анекдотами. Да, хороший он малый, этот Джон с Красных Каньонов.

- Так он что, великан? - эльфийка сделала круглые глаза, - Интересно, и где же, этот Джон·сейчас?

- Пару месяцев назад вернулся на родину, - я с немалой досадой поморщился: чего скрывать, Малыша мне недоставало здорово. - Ничего не поделаешь, дела семьи потребовали его присутствия. А это у великанов свято.

- Истинно так, брат Алекс, - степенно подтвердил Тэдди. - Но позвольте теперь узнать, что вас лривело сюда? Если вдруг срочно нужна наша помощь, то, ради бога, только скажите. А понадобится, свистнем еще ребят с форта.

- Нет, Тэдди Медведь, - я отрицательно замотан' головой, - мы здесь пока лишь для того, чтобы побольше разузнать о Блистательном Эрни. Видишь ли, эта госпожа - его родная сестра.

Ветераны за столом на несколько секунд уставились намою компаньонку, словно она была не «телка», хоть и эльфийского племени, а невесть что поразительное. Потом так же дружно все опустили Глаза' в опустошенные тарелки и кружки с остатками пива.

- Хм, а что именно, госпожа, хочет знать? - Тэдди Медведь осторожно подбирал слова. - Ваш брат был личностью незаурядной, разносторонней, я бы сказал. Так что же?

- Все! - категорично потребовала эльфийка. - Все, что знаете вы либо ваши друзья.

- Кхе, Кхе, - Тэдди откашлялся в кулак. - Я даже хорошо помню, как Эрни впервые появился в форте Бешеных. Лето тогда было, пожалуй, на исходе, а я стоял на посту в восточной башне и скучал. Вдруг гляжу, по тракту, ведущему из Спокойных Земель, пешкодралом чешет паренек. Его конь, хромая, шел за ним следом, без Повода, ну чисто собака. Нашлись, конечно, шутники и давай подначивать: где, мол, купил верблюда или в какую цену килограмм мясца, и тут же высказывались предположения, что подобная кляча много не стоит. Словом, раздраконили паренька, и он себя показал.

На кулаках, один на один, набил кровавые сопли Питеру Молотобойцу, а, фехтуя с Дином Вернером, лучшим мечником форта, непостижимым образом обезоружил того. Естественно, такого удальца никто не захотел упускать, и его оставили, через месяц' приняв в Пограничное Братство. Зрни оказался на самом деле стоящим парнем, даже несмотря на то, что был эльфом. Хм, кхе-кхе, вы уж простите меня, госпожа. Особенно мечник он был хоть куда, как говорят, от Бога. Вот, скажем, Алекс - отменный рубака, но до Блистательного Эрни ему далеко. Да и вообще, в этом искусстве он не знал' себе равных.

Я кивнул, полностью соглашаясь с Тэдди, и искоса поглядел на компаньонку. Упоминание второй раз имени братца в прошедшем времени покрыло ее прекрасное лицо смертельной бледностью. Я про себя выругался. Тэдди иногда олицетворял собственной персоной неуклюжего медведя на все сто процентов.

- Но самым любимым занятием вашего брата, госпожа, - продолжил затем он, - являлось коллекционирование древних книг, особенно тех, что были связаны с магией и колдовством.

- Я знаю, - эльфийка не удивилась, - этот интерес у него чуть ли не с раннего детства. Мне даже порой кажется, что и на Границу-то он отправился потому, что даже в Ничейных Землях до сих пор полно заброшенных замков с манящими, покрытыми пылью библиотеками.

- Как в воду глядите, госпожа, - Тэдди хохотнул. - Вашего брата хлебом не корми, но дай порыться в найденном старом архиве или в выбранных из-под обломков книгах. Сколько раз в Ничейных Землях приходилось его торопить, когда надо было покидать замок либо дом, дававший нам на время приют. Дa-a, не счесть, и почти всегда Эрн и кое-что выбирал и уносил с собой. А уж берег-то как он эти книги, пылинке не давал упасть.

И все бы ничего, милая госпожа, у каждого ведь есть хобби, то есть сдвиг, да только с годок назад Эрни вдруг заговорил о библиотеках Элиадора, вашей эльфийской прародины. Те, кто достаточно знало Покинутых Землях, отговаривали его от путешествия туда, но брат ваш, госпожа, слушать ничего не хотел. Да и вообще, он становился каким-то вспыльчивым, нетерпеливым, постоянно затевал ссоры с товарищами. Не знаю, чем бы все это кончилось, не уйди-таки он в Покинутые Земли, в Элиа­дор. Назад Блистательный Эрни не вернулся. Вот, госпожа Арнувиэль, и все, что я знаю, и думаю, вряд ли кто из присутствующих сможет добавить больше.

- Значит, правильно я думала. Элиадор, - в глазах компаньонки застыли слезы. - Сердце не могло ошибиться. Эх, братик, братик ... Что же ты наделал?

- Не падайте духом, госпожа, - незаметно шепнул я, - здесь небольно любят слезливых. Выше голову, все будет в порядке, вот увидишь.

Эльфийка благодарно улыбнулась, и словно солнышко проглянуло из-за туч, мягко согрев лица присутствующих.

- И что же вы дальше думаете предпринять, госпожа Арнувиэль? - Тэдди явно лез не в свое дело, но винить за это его было нельзя. - Неужели вы решили ... Нет, прости Господи, не может быть! Но все-таки, госпожа?

- Ваша догадка, сударь, верна; - с завидным мужеством подтвердила эльфийка. - Мы с Алексом отправляемся на поиски моего старшего брата Эарнила и отыщем его, где бы он ни находился.

- Конечно, это ваше право, госпожа, - Тэдди растерянно смотрел на нас обоих. - Но я думаю, Стальная Лоза хотя бы в общих чертах объяснил вам, что такое Покинутые Земли? Я вот всю жизнь на Границе, но, хвала Создателю, там и ногой не ступал. С меня и Ничейных хватает за глаза! Одумайтесь!

Ветераны за столом согласно загудели, им было жаль глупенькую эльфиику, любому по возрасту годившуюся в дочери, да и мне они, понятно, зла не желали.

- Ценю вашу заботу, братья, но решать нам, - непоколебимо отрезал я.

- Госпожа, конечно, затеяла очень опасное дело, но я дал слово ей помочь.

Разговоры за столом сразу смолкли, ибо Слово Чести уже многие десятилетия на Границе было ·свято.

- Ну что ж, - тяжело вздохнул Тэдди, - тогда счастливого Пути и возвращения без потерь.

- Спасибо, Тэд, и вам спасибо, братья, - я с уважением склонил голову перед старшими товарищами. - Всего доброго и вам, и тоже никаких потерь. Да, а не знаете ли вы, каким путем пошел.- Эрни?

- Никто этого не знает, - ответил за всех вислоусый. - Вечером он поужинал вместе со всеми в столовой форта, а потом пошел в свою комнатку, «келью», как у нас говорят. Наутро же его и след простыл, лишь на столе он оставил приколотую записку, в которой прощается и сообщает, что ушел в Элиадор посмотреть на землю предков.

- Ладно, - вздохнул я, - разберемся. Пойдемте, госпожа, и да осветит Пресвятая Дева наш тернистый путь.

- С Богом, брат.

- Удачи вам, легкой дороги.

- Ни пуха, ни пера! - послышались искренние пожелания, но в них проскальзывала какая-то безысходная угрюмость, словно стражи прощались с покойниками. «Ну уж нет, - мелькнула в голове злая мысль, - не так легко убить Алекса Стальную Лозу. Так что рано хороните, братья-стражи. Рано».

Тэдди проводил нас к вспаханной полосе, обозначавшей Границу с Ничейными Землями. Мы ударили по рукам, и толстяк ушел, что-то сожалеюще бормоча себе под нос.

I I


Каталог: downloads -> books
downloads -> График проведения аттестации педагогических работников №
downloads -> Ғылыми кеңесшісі: тарих ғылымдарының докторы, профессор, Қр білім және ғылым министрлігінің Р
downloads -> Қазақстан Республикасының юнеско және исеско істері жөніндегі Ұлттық комиссиясы
downloads -> Жүйесінде пайдалану ТҰжырымдамасы алматы, 2004 ббк 74. 200. 52 Ш 21
downloads -> Қазақстан республикасы Білім және ғылым министрлігі
books -> -
books -> Н. В. Романовский «Хоровой словарь»
books -> Рассказы. В книге «Роман судеб»


Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет