Психологические труды



жүктеу 4.91 Mb.
бет16/21
Дата31.03.2016
өлшемі4.91 Mb.
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   21
: book -> contact
book -> -
book -> Білместікпен жасалған көпқұдайшылық (ширк) кешіріледі ме?
book -> ЖАҢа жылдың келуін мейрамдауды харам ететін себептер
book -> ЖАҢа жылдың келуін мейрамдауды харам ететін себептер
contact -> Лекция первая. Начало пути внутрь родник и ауфтакт. О движении в первый раз как об органе. Пятое измерение. Миф о памяти-кладовке. Любимых помнят, не уча на память. О постоянстве в любви. "Дядя
contact -> Гастон Дюрвиль, Андре Дюрвиль в сотрудничестве с художником Эмилем Байи. Чтение по лицу характера, темперамента и болезненных предрасположений
contact -> Основное в содержании речи Объективность
8. Влияние рода деятельности и положения человека на понимание им других людей

Мы уже не раз подчеркивали в этой книге, что каждый человек становится субъектом познания других людей лишь при том непременном условии, если он включается в какой-то вид деятельности, благодаря чему между ним и окружающими его людьми возникает множество определенных отношений.

Существование зависимости формирующихся у человека знаний о других людях, а также степени их обобщенности от особенностей профессиональных задач, которые человек решает по отношению к другим людям в том или другом виде деятельности, раскрывает исследование, выполненное в нашей лаборатории Н. Ф. Федотовой120. На основе анализа характеристик, которые следователи дают обвиняемым, она предприняла, во-первых, попытку выяснить содержание, структуру и объем знаний следователя о личности обвиняемого.

271


Таблица 21

Сведения о личности обвиняемого

Процент сведений по группе стажа

1-й

2-й

3-й

в среднем по всей группе

Возраст

3,2

3,3

2,7

3,1

Образование

1,5

1,9

1,1

1,5

Внешность

4,7

3,7

3,2

3,9

Биографические данные

5,3

3,9

2,8

3,9

Отношение к труду

9,1

9,8

9,4

9,4

Отношение к людям

20,6

19,7

19,3

18,8

Отношение к себе

2,4

2,4

1,9

2,3

Поведение во время допросов

16,1

17,0

16,9

16,7

Интеллект

6,9

6,3

7,3

6,8

Опыт

1,6

2,0

3,9

2,6

Характер в целом

7,6

8,7

8,5

8,3

Воля

5,1

4,1

4,4

4,4

Эмоции

5,9

8,1

8,3

7,5

Темперамент

1,9

0,9

1,7

1,5

Склонности и интересы

5,9

6,7

5,4

6,1

Мотивы преступления

2,3

1,2

3,2

2,2

Во-вторых, ее интересовала степень зависимости содержания этих знаний от профессионального опыта следователя, и, в-третьих, она стремилась выявить связь этого содержания с типом преступления. В качестве испытуемых Н. Ф. Федотовой были привлечены следователи со стажем работы до 5 лет, от 6 до 10 лет и свыше 10 лет. Среди характеризуемых следователями лиц были 34 обвиняемых в хулиганстве, 35 — в убийстве, 15 — в изнасиловании, 16 — в краже и 31 — в служебных злоупотреблениях. Из материалов, собранных и проанализированных Н. Ф. Федотовой, нам кажется, особенно заслуживают внимание те, которые отвечают на второй и третий вопросы из сформулированных Н. Ф. Федотовой в начале исследования. В табл. 21 приведены данные о соотношении между отдельными сведениями об обвиняемых в зависимости от стажа работы следователя (в %).

Материалы таблицы свидетельствуют, что в содержании понятий о личности обвиняемого у всех следователей

272

независимо от стажа преобладает оценка его отношения к труду, к людям, а также поведения во время допроса. Вместе с тем, когда обвиняемых характеризовали следователи, имевшие большой стаж работы, несколько увеличивался процент суждений о характере обвиняемого в целом, об его интеллекте, об особенностях его эмоциональной сферы, т. е. как раз о тех особенностях, которые обычно являются основой выбора тактических приемов допроса. В группе следователей с большим стажем Н. Ф. Федотовой было отмечено и некоторое повышение процента характеристик, в которых была предпринята попытка назвать мотивы преступления.



Данные этого сравнения позволяют вместе с тем предположить, что в процессе профессиональной деятельности у следователей вырабатывается способность к более глубокому пониманию личности обвиняемого. Видимо, о формировании именно такой способности свидетельствует и тот факт, обнаруженный Н. Ф. Федотовой, что если в характеристиках, полученных от следователей со стажем 5 лет и менее, устойчивые черты личности обвиняемого фиксируются примерно в трети всех высказываний о нем, то у следователей со стажем от 6 до 10 лет указание на эти свойства составило 42% от числа всех суждений об обвиняемом, а у следователей со стажем свыше 10 лет — 45%.

Очень показательны, по нашему мнению, данные, также полученные Н. Ф. Федотовой, в которых выступает зависимость содержания понимания следователем личности подследственного от типа преступления, в котором тот обвиняется.

Сравнивая характеристики обвиняемых по типам преступлений (табл. 22), можно обнаружить, что доминирующими группами сведений почти во всех случаях являются отношение к труду, отношение к людям и поведение во время допросов (об этом в другой связи уже было сказано). Но наряду с ними, и это надо подчеркнуть особо, в характеристиках высок процент сведений, важных для понимания того, мог ли подследственный совершить то или иное преступление и почему. Так, специфику характеристик обвиняемых в хулиганстве составляют указания на черты, свидетельствующие о том или ином (чаще отрицательном) отношении к труду, об отношении к людям. Специфику характеристик обвиняемых в убийстве определяет доминирующее положение суждений об эмоциональной сфере.

273


Таблица 22

Сведения о личности обвиняемого

Процент сведений по

хулиганству

убийству

изнасилованию

кражам

служебному злоупотреблению

всем типам преступлений

Возраст

3,5

3,3

3,1

2,6

2,7

3,1

Образование

1,4

1,5

3,5

1,5

0,7

1,5

Внешность

4,1

3,2

6,0

4,5

2,6

3,9

Биографические данные

4,6

4,8

3,2

5,6

1,5

3,9

Отношение к труду

9,2

10,3

10,7

8,2

8,6

9,4

Отношение к людям

23,1

20,6

15,9

20,3

17,6

19,8

Отношение к себе

2,4

1,2

0,5

1,3

4,6

2,3

Поведение во время допросов

16,9

14,6

17,6

16,7

17,8

16,7

Интеллект

5,7

4,0

8,3

7,1

9,6

6,8

Опыт

0,5

1,2

1,2

0,8

7,1

2,6

Характер в целом

7,9

7,2

5,3

10,2

10,6

8,3

Воля

4,6

3,0

5,2

5,6

5,7

4,4

Эмоции

7,0

13,3

6,7

5,8

3,9

7,5

Темперамент

1,6

2,4

0,9

2,6

0,1

1,5

Склонности и интересы

6,9

5,7

11,9

4,4

3,8

6,1

Мотивы преступления

0,6

3,7



2,6

3,1

2,2

Особенностью характеристик обвиняемых в изнасиловании является увеличение количества сведений об интересах и склонностях и об их резко выраженном отрицательном характере.

Процент таких сведений почти в два раза превышает средние данные. Специфика характеристик обвиняемых в служебных злоупотреблениях состоит в частом доминировании сведений об интеллекте и опыте. Сравнительно со средними данными количество свойств интеллекта, названных при характеристике обвиняемых этой группы, увеличилось в полтора раза, а число оценок опыта — в два с половиной раза.

Таким образом, в материалах, которые собрала Н. Ф. Федотова, изучавшая особенности познания других людей следователями, отчетливо выступает определяющая роль деятельности в формировании у ее участников знаний о людях.

Влияние деятельности, побуждающей ее участников смотреть друг на друга под определенным углом зрения, из-за чего взгляд на окружающих людей может

274

стать для человека устойчивой его характеристикой, четко было прослежено также в работах О. Г. Кукосяна121. Взяв большое число представителей профессий, в которых работа с людьми занимает резко неодинаковое место и заставляет выступать по отношению к ним с не во всем совпадающих позиций (физики, экономисты, юристы, физиологи, художники и др.), он показал общее и особенное в психическом отражении ими человека и, учитывая продолжительность их профессионального стажа, рассмотрел становление у человека профессионального взгляда на других людей в развитии. Особенно убедительно он выявил и исследовал образование связанных со спецификой профессии оценочных стереотипов, актуализирующихся у юристов, художников и др. при познании окружающих их людей.



Интересную работу, целью которой было изучение особенностей представлений и понятий о других людях у писателей, художников и инженеров, проделала С. П. Шульц122. Ею были проанализированы мемуары десяти известных писателей, десяти художников и десяти инженеров. Для выравнивания выборки по полу были отобраны мемуары только мужчин. Учитывались все высказывания авторов мемуаров о внешности и качествах личности описываемых ими людей.

Изучив таким образом содержание высказываний о 805 мужчинах, 124 женщинах, о которых шла речь в мемуарах, С. П. Шульц заключила: писатели намного богаче, ярче и всестороннее, чем художники или инженеры, видят и описывают выразительное поведение людей. Они подробнее воссоздают их внутренний мир и чаще останавливают свое внимание на отношении к самим себе тех людей, о которых они рассказывают в мемуарах. Созданные ими описания людей несут в себе и больше динамики, чем описания, созданные художниками и инженерами.

Кроме «профессионального» взгляда на людей у каждого из авторов, которые интересовали С. П. Шульц, она попыталась установить индивидуальную манеру видения и понимания людей, которую она затем выразила

275


с помощью специально разработанных индексов оригинальности портрета. По ее данным, наиболее выражено улавливали и воссоздавали индивидуально неповторимое в облике каждого человека художники. У писателей индексы фиксирования индивидуальности были ниже. У инженеров в описаниях людей преобладали стандартные элементы и качества, переносимые из портрета в портрет и из одной характеристики в другую, правда, в новых пропорциях.

Любой конкретный вид деятельности всегда требует от человека проявления совершенно определенных качеств личности, и по мере того как участники этой деятельности усваивают ее задачи, у них создается тенденция отмечать в человеке такие качества, а, также соотносить уровень их развития с требованиями деятельности. Таким образом, в формирующееся у участника деятельности знание о личности другого человека, сотоварища по деятельности, прежде всего включаются качества личности этого человека, наибольшему проявлению (а следовательно, и познанию) которых данная деятельность благоприятствует. При включении человека в другую деятельность, требующую от него актуализации иных качеств, в формирующемся о нем мнении участников этой деятельности на первый план выступят новые качества, а те, которые были значимы в условиях первой деятельности, отходят на второй план или подвергаются переоценке.

Факты, собранные Н. Ф. Федотовой и О. Г. Кукосяном, а отчасти у С. П. Шульц, показали также, что, наблюдая за человеком, анализируя, синтезируя, обобщая информацию о нем, люди опираются на свой прежний опыт и круг теоретических знаний о той категории лиц, к которой они его отнесли. И, как показывают те же исследования, уровень квалификации человека-«оценщика» играет очень существенную роль в том, что он увидит в другом человеке и какой «приговор» ему вынесет123.

Эти исследования свидетельствуют также о том, что отмечаемые в другой личности качества не структурируются в формирующемся у человека понятии о ней рядоположно. Какие из них начинают играть роль своего

276

рода основы, с которой связываются все остальные важные, по мнению оценивающего, для деятельности характеристики, а какие качества занимают подчиненное положение — это опять-таки связано прежде всего с требованиями деятельности, в условиях которой взаимодействуют оцениваемый и оценивающий, а во-вторых, это, безусловно, зависит и от индивидуальных характеристик оцениваемого. Указанный факт был специально прослежен Ю. П. Степкиным, исследовавшим на ленинградском заводе им. Козицкого по нашей просьбе понимание рабочими тех качеств деятельности мастера, которые обусловливают его социально-психологическую совместимость с коллективом рабочих124.



На основании оценок рабочими девяти позитивных признаков психологической структуры деятельности мастера было выявлено три соотносительных уровня рассматриваемого явления. Каждый из них характеризуется определенными значениями и соотношениями оценок. Так, если на «высоком» уровне оценки рабочими умения мастера организовать работу, поддерживать трудовую дисциплину и знание производства близки к возможной максимальной, то на двух других уровнях оценки этих признаков значительно ниже и достоверно отличаются от оценок признаков первого уровня.

Показательно и соотношение значимостей этих признаков на каждом уровне. Если на «высоком» уровне первое место занимает умение мастера организовать работу, а умение поддерживать дисциплину и знание производства соответственно — второе и третье, то на «среднем» и «низком» уровнях порядок противоположный. Знание производства на «среднем» уровне занимает первое место, а умение организовать работу — только третье. На «низком» уровне ни один из этих признаков не выступает в качестве доминирующего. Прослеживание изменения оценок признаков от одного уровня к другому позволяет выявить значимость того или иного признака в психологической деятельности мастера,

277

как она выступает в глазах подчиненных. Из рассмотренных признаков наиболее значимым является умение мастера организовать работу125. Видимо, это наиболее интегральный признак психологической структуры его деятельности, ассимилирующий в себе влияние всех остальных признаков и ими опосредуемый.



Понятно, что в ходе совместной деятельности предварительно сложившееся у человека впечатление о каждом из ее участников не остается неизменным. Однако и в этом случае образ человека и понятие о его личности, меняющиеся со временем у его партнеров по деятельности, продолжают выполнять для них регулятивную роль, оказывая воздействие не только на дальнейшее планирование ими своего поведения, но и на их самооценки.

Динамика межличностного восприятия, а также те изменения, которые отмечаются в содержании понятий о личности друг друга в ходе деятельности у ее участников, изучались в нашей лаборатории В. В. Унгулом и Н. Ф. Федотовой. Первый прослеживал эти изменения в условиях спортивного состязания борцов, а вторая — при решении учащимися гомеостатических задач.

В. В. Унгул проводил свое исследование в два этапа126. На первом этапе он изучал изменения в содержании перцептивных образов. На втором этапе исследовался вопрос точности знаний о себе и своем противнике. В обоих случаях испытуемыми у него были студенты ленинградских вузов, занимающиеся борьбой (на первом этапе 60 человек, на втором — 48), различающиеся по уровню спортивной квалификации и по продолжительности занятия этим видом спорта.

Испытуемые, которые в качестве спортивных противников встречались впервые, были разбиты на пары для спортивной борьбы, и каждому из них было предложено дважды охарактеризовать своего противника — сначала перед поединком, а затем после его окончания. В качестве эталона при оценке точности знаний о противнике

278

использовались обобщенные характеристики, данные четырьмя компетентными лицами: старшим тренером борца, тренером, преподавателем по основам физической подготовки и экспериментатором.



Сравнение характеристик, данных борцами до соревнования, с характеристиками, данными друг другу по окончании схватки, свидетельствует о значительной перестройке содержания их знаний о противнике. Как видно из табл. 23, в которой отражена частота фиксирования спортсменами-борцами характеристик облика противника в процентах, во втором случае в характеристики не включается описание внешности противника, но зато дается более полное описание психических свойств его личности: увеличивается частота фиксирования свойств личности, упоминаемых до схватки, и отмечаются новые свойства (активность, жестокость, хладнокровие и др.). Ряд свойств, отмеченных до схватки только борцами высшей квалификации, после поединка отмечается также борцами I и II разрядов.

Как видно из табл. 23, все характеристики противника, даваемые спортсменами высокой квалификации, значительно полнее характеристик, которые дали спортсмены более низкой квалификации. Это проявляется как в большей частоте фиксаций ряда важных для борьбы свойств (выносливость, особенности техники и тактики, собранность, активность), так и в умении фиксировать такие «тонкие» свойства борца, которые спортсмены более низкой квалификации не замечают или почти не замечают («чувство противника», «тягучесть», упорство).

Оценки, даваемые борцами высокой спортивной квалификации, как установил В. В. Унгул, отличались также большей точностью, чем оценки, даваемые борцами более низкой спортивной квалификации и с меньшим опытом спортивной борьбы. Средняя величина ошибок в характеристиках, даваемых своему противнику до схватки, у мастеров и кандидатов в мастера в 1,5 раза меньше, чем у перворазрядников, в 2,2 раза меньше, чем у второразрядников, и в 3,9 раза меньше, чем у третьеразрядников и новичков. Ошибок характеристик противника после схватки у мастеров и кандидатов в мастера в 1,2 раза меньше, чем у борцов I разряда, в 2 раза меньше, чем у борцов II разряда, и в 3,4 раза меньше, чем у третьеразрядников и новичков.

279


Таблица 23

Характеристики

Мастера и кандидаты в мастера

Перворазрядники

Спортсмены II разряда

Спортсмены III разряда и новички

Общие данные

до схватки

после схватки

до схватки

после схватки

до схватки

после схватки

до схватки

после схватки

до схватки

после схватки

Рост

100



93



93



86



93



Телосложение

74



80



86



64



76



Возраст

93



74



26



93



71



Вес

74



86



58







55



Развитие рук

58



52



64







44



Развитие ног

42



20



42







26



Развитие шеи





7



20



26



13



Фигура

64



42











27



Экспрессия лица

36



12











12



Особые приметы

26



7











8



Сила

100

100

86

100

93

93

86

100

91

98

Быстрота



52

64

80

86

93

58

74

52

75

Выносливость

100

100

64

80

42

58



36

52

69

Ловкость









64



93



39



Гибкость

20

33

36

52

58

64

36

52

38

50

«Чувство противника»

64

64

52

64









29

32

«Тягучесть»



36



42



7







21

Техника

100

100

100

100

93

100

64

93

89

98

Тактика

100

100

100

10

93

100

20

58

78

90

Смелость

58

64

36

52

42

58

64

74

50

62

Решительность

36

42

33

52

58

74

26

58

38

57

Инициативность

42

58

58

80

33

80

7

20

36

60

Настойчивость

36

52

20

26

26

58

33

36

26

43

Упорство

58

80

42

58





7

12

27

38

Собранность

33

42

12

26



7





11

19

Хитрость

74

80

42

58



12



7

29

39

Выдержка









20

7



20

5

7

Хладнокровие











36



26



16

Воля в целом













42



11



Опытность

52

64

33

58



12

20

36

26

43

Перспективность



86



58



58



36



60

Активность



64



36



42



42



46

Жестокость



74



26



7







27

Взрывность



80



58



58







49

Среднее по всем элементам

62

69

50

62

58

51

48

46

41

50

Тот факт, что характеристики противника включают главным образом свойства личности, от учета которых зависит успех в соревновании, а также большая содержательность и точность характеристик, данных спортсменами высокой квалификации, свидетельствуют о

280


том, что эти знания являются психологической основой для формирования тактики борьбы и как компонент127 включаются в тактическое мышление борца во время состязания.

Интересно отметить также, что в исследовании, проведенном В. В. Унгулом, обнаружилось влияние результата поединка на характер оценок и самооценок. Особенно отчетливо оно проявилось у борцов низшей квалификации. После успешно проведенного поединка их самооценки значительно повышались, а оценки противника снижались. Неуспех приводил к обратному результату: снижению уровня самооценки и повышению оценки противника.

Н. Ф. Федотова128 и Р. А. Максимова также изучали изменения в суждениях людей друг о друге, когда они решали задачи, требовавшие от них взаимодействия. В качестве испытуемых в этом опыте выступали абитуриенты факультета психологии Ленинградского университета, впервые познакомившиеся друг с другом в момент выполнения экспериментального задания.

Испытуемые в этих опытах объединялись для решения задачи в группы по три человека. Каждый из них последовательно выполнял три задания: 1) используя разработанную экспериментаторами шкалу, характеризовал по первому впечатлению двух своих товарищей по «тройке»; 2) вместе с ними решал гомеостатическую задачу; 3) снова характеризовал своих партнеров, придерживаясь той же шкалы, что и в начале опыта.

Решая гомеостатическую задачу, которая, повторяем, была рассчитана на согласованные действия, испытуемые могли обмениваться информацией в виде: 1) сообщений о положении стрелки на приборе; 2) предложений и команд; 3) соображений о способах решения задачи; 4) выражения согласия и несогласия с предложениями партнеров; 5) вопросов к ним (запроса информации).

Решение гомеостатической задачи помимо получения данных о степени согласованности действий в группах позволило оценивать степень активности каждого участника деятельности. Показателем степени активности служило

281

отношение числа предложений, команд и запросов информации, высказанных испытуемыми, к общему числу высказываний.



При обработке характеристик подсчитывались частота оценок и средний балл по каждому из обозначенных на шкале качеств, которые могли быть приписаны оцениваемому. Те же данные подсчитывались и по каждому испытуемому.

Сопоставление характеристик, данных участниками опыта друг другу до работы на гомеостате и после такой работы, выявило существенные различия между ними. Вместе с тем эти различия в первой и последующей оценках коснулись не всех перечисленных в шкале качеств личности (всего их было 33), о выраженности которых можно было высказываться, а лишь тех, в которых отражались отношения к труду, к другим людям, а кроме того — качеств воли и ума. По частоте оценок этих свойств различия достоверны (t = 2,70 при t табл. = 2,01), по среднему баллу недостоверны.

Значительно повысилась частота оценок и заметно изменился средний балл оценки десяти качеств. Качества эти следующие: 1) властный; 2) дисциплинированный; 3) решительный; 4) настойчивый; 5) собранный; 6) быстрый; 7) добросовестный; 8) уверенный в себе; 9) умеющий считаться с мнением группы; 10) сообразительный. Особенно сильно изменились оценки последних двух качеств.

Вероятность оценки качества «умеет считаться с мнением других» поднялась с 0,45 в первых характеристиках до 0,93 в характеристиках, составленных после работы на гомеостате. Частота оценки сообразительности возросла с 0,31 до 0,83.

Н. Ф. Федотова и Р. А. Максимова далее сопоставили степень активности испытуемого при решении гомеостатической задачи со средним баллом, которым его оценили партнеры (по отношению к труду, к другим людям, по волевым и интеллектуальным чертам). Между этими признаками обнаружилась положительная корреляционная связь (коэффициент корреляции r=0,650). Более высокая корреляция между уровнем активности и средним баллом оценки обнаружена по десяти выборочным качествам (r = 0,91, корреляция значима для всех уровней значимости).

Обнаружена зависимость между уровнем активности при решении гомеостатических задач и средним баллом оценок отдельных качеств. Например, корреляция между

282

уровнем активности и уровнем оценки по качеству «властный» оказалась равной 0,495 (коэффициент значим для p=0,1; p=0,05 и p=0,02). Качество «умеет считаться с мнением других» наиболее высоко оценивалось у лиц с низким уровнем активности, но умевших подчиняться команде лидера.



Продолжая это исследование, Н. Ф. Федотова, далее, установила, что характер знаний, формирующихся о другом человеке у взаимодействующих с ним людей, зависит от успешности совместной деятельности, а также от ролей, которые им приходится при этом выполнять.

В проведенном эксперименте 75 молодых людей, которые до этого не общались друг с другом, были объединены в группы, состоящие из трех человек. Каждой группе предлагалось решить задачу, заключающуюся в подборе трех рядов из десяти числовых значений по заданным условиям. Условия были таковы, что для решения задачи требовалась согласованность действий. Чтобы обеспечить ее, членам группы разрешалось вести переговоры между собой.

После окончания эксперимента каждой из групп давались оценки успешности решения. И по тому, как они решали задачу и какое количество времени затрачивали на ее решение, они получали одну из трех (высокая, средняя, низкая) категорий успешности. Вслед за этим каждому члену группы давали оценочные листы и предлагали оценить по пятибалльной системе свойства личности двух своих партнеров, о выраженности которых у оценивающего создалось определенное мнение. Средние оценки личностных свойств Н. Ф. Федотовой сопоставлялись с успешностью группового решения и с той функциональной ролью, которую испытуемый выполнял в процессе группового взаимодействия. При сопоставлении данных Н. Ф. Федотовой учитывались не все свойства, а лишь наиболее значимые для данной ситуации (табл. 24).

Как правило, в процессе выполнения групповой задачи происходила ролевая дифференциация. В группе выделялся лидер, который брал на себя руководство групповым взаимодействием и вносил наибольший индивидуальный вклад в решение задачи. Наряду с этим в группах были члены, участие которых в групповом решении состояло преимущественно в ответах на запросы информации, согласии с предложениями лидера и выполнении его предложений.



283

Таблица 24

Качества личности

Успешность группового решения

высокая

средняя

низкая

лидеры

ведомые

средние данные

лидеры

ведомые

средние данные

лидеры

ведомые

средние данные

Инициативный

4,5

3,3

3,9

4,4

3,4

3,9

3,6

2,9

3,0

Общительный

4,2

3,4

3,7

4,0

3,3

3,5

3,8

3,6

3,7

Разговорчивый

4,0

3,5

3,8

3,9

3,0

3,2

3,1

3,5

3,2

Умеет считаться с мнением других

3,9

3,6

3,8

3,4

3,3

3,4

3,0

3,4

3,2

Тактичный

4,2

3,4

4,0

3,5

4,1

4,0

2,6

3,7

3,2

Скромный

3,5

3,4

3,5

3,2

3,4

3,5

2,8

3,7

3,4

Уверенный в себе

4,5

3,6

3,8

4,3

3,4

3,5

3,7

3,3

3,5

Выдержанный

4,2

3,7

4,0

3,6

3,5

3,6

2,7

3,6

3,2

Умный

4,6

3,7

4,0

4,2

3,4

3,8

2,7

3,2

3,0

Сообразительный

4,6

3,4

4,0

4,5

3,3

3,8

3,3

3,2

3,3

Серьезный

4,4

3,4

4,0

3,4

3,4

3,6

3,5

4,0

3,7

Самостоятельный

4,4

3,5

4,0

4,6

3,4

3,8

3,7

2,9

3,3

Энергичный

4,8

3,2

3,9

4,0

3,4

3,5

3,3

3,1

3,2

Умеет организовать работу

4,1

2,6

3,4

3,9

3,1

3,3

2,8

2,9

2,9

  По всем качествам

4,3

3,4

3,8

3,9

3,4

3,6

3,2

3,4

3,3

Как видно из табл. 24, средние оценки наиболее значимых личностных свойств наиболее высоки у членов групп с высокой успешностью решения, ниже у членов-групп средней успешности и еще ниже в группах низкой успешности129. Различия оказались еще большими между оценками лидеров в группах высокой, средней и низкой успешности. Средние оценки по четырнадцати наиболее значимым свойствам у лидеров групп 1-й, 2-й и 3-й категорий успешности соответственно составили в этом случае 4,3, 3,9 и 3,2130.

В оценках ведомых серьезных различий в зависимости от успешности групповой деятельности в этом опыте обнаружено не было. В группах высокой и средней успешности, а также во всей выборке данных было выявлено

284

значительное превышение средних оценок лидеров сравнительно со средними оценками ведомых. В группах низкой успешности такого превышения оценок лидеров сравнительно с оценками ведомых в данных, полученных Н. Ф. Федотовой, выявлено не было. Даже наоборот, по ряду свойств (тактичный, скромный, выдержанный и др.) оценки ведомых оказались выше оценок лидеров. Можно предположить, что здесь сказалось то избирательное влияние успешности на оценки лидеров, о котором мы говорили выше.



Результаты этого исследования, оцениваемого в целом, позволяют, как нам кажется, утверждать, что при взаимодействии определенных лиц в условиях какой-то деятельности у них происходит такая трансформация понятий о личности друг друга, которая прямо определяется ходом этой деятельности, вкладом каждого в ее исход и его соответствием эталонам, имеющимся у каждого из партнеров. Таким образом, содержание понятий о личности другого человека, так же как и содержание его образа (а об этом свидетельствуют ранее выполненные исследования), обусловливается характером, ходом и результатами деятельности (промежуточными и окончательными). Понятие о другом человеке как личности, как и образ его, связано с целью и характером коммуникаций, а сами эти коммуникации в свою очередь зависят от характера, хода и результатов деятельности.

Вместе с тем исследование, осуществленное Н. Ф. Федотовой, вскрыло зависимости, связывающие содержание понятий, формирующихся у участников деятельности друг о друге, с теми ролями, которые оценивающие в этой деятельности выполняют. Однако в исследовании Н. Ф. Федотовой было прослежено лишь то, как роль, выполняемая человеком в деятельности, определяет характер оценок, которые ему выносят другие люди. Но ведь роль, принимаемая человеком или поручаемая ему в деятельности, не может также не сказаться и на том, как этот человек оценивает других.

Роли, которые закрепляются за участниками одной и той же деятельности, как правило, означают, что разные участники ее выполняют неодинаковые функции и различаются правами и обязанностями по отношению друг к другу. То же самое приходится сказать и о значении положения, занимаемого человеком в неофициальной структуре коллектива. Оно также влияет на то, как один член коллектива оценивает других.

Исследования Кемпбелла, Экслайна, Шоудрея и

285

др.131 достаточно убедительно показали, что лица, находящиеся в группе в положении лидеров, оценивают остальных членов группы не так, как «отвергаемые», и, кроме того, оценки, которые дают другим людям «деловой» и «эмоциональный» лидеры группы, не совпадают. Кемпбелл, если в группе были два таких лидера, пытался установить, кто же объективнее оценивает других людей. Казалось бы, если это эмоциональный лидер, т. е. хранитель секретов других членов группы, если это человек, которому все обиженные в коллективе поверяют самое сокровенное, то он должен оценивать людей в микрогруппе наиболее правильно. Однако это предположение не подтвердилось. По данным Кемпбелла оказалось, что, для того чтобы более или менее верно оценивать других людей, вовсе не требуется быть на пересечении всех интимных зависимостей в большом коллективе или в малой группе. У «делового лидера», если принять факты, полученные Кемпбеллом, как выяснилось, более удобная, чем у эмоционального лидера, позиция для оценки других, и его мнение о них и по этой причине всегда более объективно.



Все отмеченные выше различия в содержании и частных целях выполняемых дел и в официальном, и в неофициальном положении по отношению к другим участникам деятельности, с одной стороны, способствуют развитию и закреплению у человека тенденции оценивать поведение других участников деятельности под углом зрения занимаемого по отношению к ним положения и выполняемых обязанностей, а с другой — усиливают внимание людей к тем сторонам поведения этого человека, которые говорят им, насколько он сам отвечает требованиям своего положения и выполняемым обязанностям.

Указанная зависимость формирования понятия о личности другого человека от официального положения познающего по отношению к этой личности и от тех задач, которые он решает в повседневном общении с нею,

286

отчетливо выступает при сравнении содержания тех понятий, которые формируются о личности школьников того или иного возраста у их сверстников, с одной стороны, и у педагогов — с другой.



Имея данные о том, какими особенностями характеризуется понимание учащихся разных возрастных групп их сверстниками132, мы предложили педагогам-воспитателям различных классов дать подробные характеристики школьникам, с которыми они работают. Это задание выполнили 74 человека: 6 воспитателей пятых классов, 16 — шестых, 23 воспитателя седьмых классов по 11 человек, работавших в восьмых и девятых классах, и 7 воспитателей десятых классов. Всего они дали нам 222 характеристики.

Высказывания воспитателей о различных сторонах личности учащихся были сгруппированы нами в том же порядке, в каком были рассмотрены перед этим суждения учащихся, когда они характеризовали особенности личности сверстников. Было обращено внимание на то, какие стороны личности и как часто каждый из принимавших участие в опытах воспитателей фиксировал в личности школьников.

Проанализированного в этом опыте количества характеристик, конечно, недостаточно, чтобы делать далеко идущие выводы, однако и в полученном материале вполне определенно проявляются особенности понимания личности школьника педагогом, связанные с той ролью, которую последний выполняет по отношению к ученику.

Прежде всего необходимо отметить, что в содержании понятий о личности учащихся, которые формируются у учителей, явно дает себя знать педагогическая профессиональная установка в подходе к школьнику. И в V, и в VII, и в X классах воспитатели, высказывая свое мнение о личности учащегося, упор делают на ее наиболее значимые в условиях школы стороны. Педагоги, излагая свое понимание личности ученика, отмечают такие ее проявления, в которых раскрывается отношение к учению, к людям, к коллективу и познавательно-творческие возможности. При этом процент фиксирования педагогами большинства качеств, в которых эти стороны в личности учащихся V—X классов выражаются, более стабилен, чем процент фиксирования этих же

287

сторон и качеств в личности школьника его одноклассниками. Как в V, так и в X классах педагоги намного чаще самих школьников (в среднем в 15 раз), характеризуя личность ученика, говорят об особенностях его внимания, указывают на особенности речи (в V классе чаще самих учеников — в 22 раза, в X классе — в 2 раза). Намного чаще, чем это делают сами учащиеся, педагоги называют качества памяти характеризуемых ими школьников. По сравнению с характеристиками личности ученика, авторами которых являются сами школьники, в характеристиках, даваемых ему педагогами, отношение его к учению называется в V классе чаще в 1,5 раза, в X — в 2,9 раза. Такое качество, как дисциплинированность, педагоги выделяют в личности пятиклассника в 2,7 раза чаще, а в X классе — в 7,6 раза чаще, чем это делают одноклассники характеризуемых учеников. Чаще, чем школьники, педагоги обращают внимание и на такие черты в личности ученика, в которых выражается его отношение к труду по самообслуживанию (в V и в X классах) и к труду на производстве (в X классе).



Все эти данные, конечно, прежде всего говорят о том, что характер задач, решаемых человеком по отношению к другим людям, с которыми он взаимодействует, определяет осознание им сторон и качеств в личности каждого из этих людей. Но, кроме того, полученные в данном исследовании факты свидетельствуют о том, что на содержание понятия о личности конкретного человека, формирующееся у взаимодействующего с ним субъекта, помимо общих задач, решаемых субъектом по отношению к этому человеку совместно с другими людьми, влияют также и частные задачи, решаемые непосредственно только этим субъектом. Оказывается, например, что при прочих равных условиях учителя математики и физики, высказывая свое мнение о личности конкретных учащихся, называют качества ума чаще, чем это делают инструкторы, обучающие ученика работе на станке, обращению с инструментом. Последние, хотя и отмечают у учеников смекалку, скорость образования трудовых навыков, гораздо чаще называют у них отношение к производственному труду, так же как воспитатели в интернате относительно чаще учителей обычных школ указывают, например, на отношение школьника к труду по самообслуживанию и характеризуют особенности его контактов с другими детьми.

В. М. Раздобудько в подтверждение этих положений

288

целенаправленно прослеживала влияние специальности учителя на понимание им учащихся, с которыми ему приходится работать133. Из полученных ею данных следует, что учителя гуманитарного цикла чаще учителей естественнонаучного цикла фиксируют все основные качества личности учащегося (за исключением отношения к труду). При этом различия в частоте фиксирования этими двумя группами учителей коммуникативных черт характера, интеллектуальных и волевых качеств статистически значимы (p<0,01).



Вместе с тем она установила, что по мере увеличения общего стажа работы в школе той или другой группы учителей у них отмечается постепенное уменьшение количества фиксирований различных психических качеств личности учащихся, с которыми они работают. Одновременно отражение этих учащихся учителями приобретало черты все большей обобщенности, причем в одних случаях эта обобщенность аккумулировала попытку учителя увидеть и назвать наиболее характерное, индивидуально-неповторимое в личности школьника, в других случаях она просто подчеркивала его похожесть на определенный тип учащегося или вообще человека, представление о котором имелось у характеризующего школьника учителя.

Вместе с тем данные, собранные В. М. Раздобудько, свидетельствовали о том, что учителя-женщины все качества личности учащегося фиксируют чаще, чем учителя-мужчины, за исключением отношения к труду (различия статистически значимы при p<0,01). И перечень качеств, которые учителя-женщины имеют обыкновение отмечать у школьников, оказывается намного шире, чем перечень качеств, отмечаемых у этих же учащихся учителями-мужчинами. Попыток охарактеризовать личность в целом также было отмечено больше (в два раза) у учителей-женщин, чем у учителей-мужчин.

Неодинаковость частных задач, решаемых людьми при взаимодействии их с одним и тем же человеком, вызывает различие в их взглядах на его личность и обусловливает в каждом новом случае проявление у них внимания к иным, чем прежде, его сторонам. Но обусловленность различий в понимании одной и той же личности разными людьми теми частными задачами, которые

289


каждый из них решает в процессе обращения, — не единственное объяснение причин расхождения в понимании этого человека.

В опыте, когда учителя излагали свое понимание личности конкретных учащихся, имели место случаи, когда работающие в одном коллективе и даже находящиеся по отношению к учащимся в одинаковом положении педагоги (воспитатели одного и того же класса в интернате) расходились в оценке личности того или иного школьника. Как показал анализ, это явление может быть результатом действия многих причин134.

Часть выявившихся различий объясняется неодинаковой осведомленностью воспитателей о поведении характеризуемых учеников в разных обстоятельствах. Сюда относятся случаи, когда, высказываясь о характере школьника, воспитатель опирается на свои впечатления, образовавшиеся в процессе наблюдений за поведением ученика только в узкой сфере совместной деятельности и общении с ним. Этим, в частности, объясняется большее единодушие педагогов в оценке характерологических качеств ярких (положительно и отрицательно), активных школьников и одновременно большой разнобой в оценках характеров так называемых «середнячков» и пассивных в школьных делах учеников. В эту группу входят также случаи, когда воспитатель, формулируя свое мнение о характере школьника, не делает поправки на помехи и отклонения в его поведении, вызванные особенностями взаимоотношений, сложившихся между этим школьником и самим воспитателем, когда, стало быть, ситуационная форма поведения принимается за широко и постоянно проявляемую.

Другая часть различий в толковании характера одного и того же учащегося разными воспитателями объясняется тем, что индивидуальные представления о том психологическом содержании, которое надо иметь в виду, говоря об определенной черте характера, не полностью тождественны, даже если все учителя считают, что эти черты должны быть высоко развиты в характерах школьников. Одни из воспитателей, например, не называют ученика недисциплинированным, если видят, что для него характерны дисциплина «борьбы и преодоления» (Макаренко), активный поиск поведения, наиболее

290

полезного коллективу. Для других ученик дисциплинирован, если он тих, послушен, исполнителен, а иногда даже безлик.



Такой же разнобой в знаниях воспитателей о личности их воспитанников обнаруживается, когда они высказывают свое понимание и многих других качеств личности. Например, из 25 педагогов, которых мы попросили сказать, какого человека они считают умным, 8 испытуемых связали это качество исключительно с широтой знаний, 9 человек заявили, что, по их мнению, умный человек тот, у которого развита способность находить оптимальный способ поведения в данных обстоятельствах. Один человек в этой группе утверждал, что к умным надо причислять людей, умеющих учиться на ошибках, другой считал умными тех, кто не проходит мимо нового, прогрессивного. Один из преподавателей подчеркнул, что умные в отличие от других людей обладают выраженной способностью раскрывать взаимосвязи между явлениями, другой относил к умным тех, кто все делает последовательно и аккуратно. Один связывал это качество с «выраженной подвижностью нервной системы человека». И, наконец, трое испытуемых раскрыли свое понимание умного человека, дав описание его облика и поведения. Например, один из них, отвечая на наш вопрос, сказал: «У умного — высокий лоб, внимательные глаза (острый взгляд). Чаще всего умный человек спокойный, внимательно следит за всеми и всем. Для него характерна уверенность во взгляде и поступках».

Воспитатели, далее, могут вкладывать одно и то же содержание в такие, например, понятия, как «трудолюбие», «коллективизм», «инициативность», «самостоятельность» и др., но у них могут не совпадать конкретные представления о том, как сильно и широко у ученика должна проявляться тенденция к совершению в определенных условиях определенных поступков, чтобы можно было бы сказать о высоком, среднем или низком уровне сформированности у него названных черт. И в результате одни из них считают, что развитие характера данного школьника или формирование той или иной черты у него достигло желательного для этого возраста максимума, а другие полагают, что до достижения такой проектной отметки ему еще более или менее далеко.

Эти факты одновременно свидетельствуют о том, что каждый из воспитателей руководствуется при оценке развития как характера учащегося в целом, так и отдельных черт, его составляющих, определенным

291


представлением — эталоном, с которым он сопоставляет свои впечатления, накопившиеся о каждом школьнике. Эти эталоны соединяют в себе как идейный, так и образный запас знаний о людях, накопленный воспитателем. Каждый из них есть своего рода сплав общегражданских требований к человеку вообще и к школьнику в частности, преломленный воспитателем через опыт совместной деятельности и общения с разными людьми, в том числе и с учащимися того возраста, к которому относятся характеризуемые школьники. В силу неодинаковости этого опыта, разной степени анализа и обобщения его каждым педагогом эталоны, которыми воспитатели пользуются как измерителями развития личностных качеств каждого учащегося, полностью не совпадают.

Очевидно, мы вправе предполагать, что все выявленные выше зависимости, влияющие на содержание формирующихся у разных учителей понятий о личности учащегося, имеют более общее значение, что они дают о себе знать не только в сфере общения педагога и школьника.

Выявляя значение деятельности в образовании знания о личностных качествах ее участников, необходимо видеть и те «белые пятна», которые в таком знании могут быть. При взаимодействии людей только в условиях одного вида деятельности, а тем более в условиях ее отдельных проявлений у субъекта часто формируется бедное, одностороннее и порой просто неправильное понимание другого человека.

Мы провели изучение понятий, формирующихся у учащихся о личности каждого из работающих с ними педагогов. В содержание этих понятий оказались включенными главным образом такие стороны и черты личности учителя, от которых зависит успех или неуспех его учебно-воспитательной деятельности и которые в этой деятельности наиболее ярко проявляются.

Свое мнение об особенностях личности 15 учителей нам высказали 50 юношей и девушек, только что окончивших среднюю школу. Все их суждения по содержанию четко подразделяются на 11 групп. Молодые люди высказывались об идейной убежденности своих бывших наставников, отмечали их общий культурный уровень и широту знаний. Абсолютно все опрошенные дали оценку педагогическому мастерству учителей (насколько хорошо каждый из них вел свой предмет). В характеристиках содержались также высказывания выпускников

292


школы об отношении каждого из учителей к своим обязанностям (любит ли он педагогическую работу или не вкладывает в нее души). В личности учителей отмечались также в ряде случаев отношение каждого из них к себе, качества ума, воли, эмоционально-динамические качества и были предприняты отдельные попытки решить, насколько характеризуемый учитель в целом отвечает имеющемуся у каждого школьника идеалу воспитателя. Все без исключения характеристики содержали оценку отношения каждого учителя к учащимся. Особенности этого отношения по сравнению с другими проявлениями личности учителя были осмыслены недавними выпускниками школы более полно и детально.

В содержании сформировавшихся у юношей и девушек понятий о личности каждого из их бывших учителей оказались отображенными лишь такие качества последних, о которых школьники могли заключить, наблюдая за действиями и поступками учителей в обстановке школы135.

Односторонний и ограниченный характер понятия о личности учителя, которое формируется у школьников, хорошо виден и при непосредственном ознакомлении с их высказываниями об учителях. Вот несколько таких высказываний:

Преподаватель химии — Е. А. Б-ч — добрая, чуткая женщина. Пользуется у учеников истинной любовью, иногда в ущерб авторитету педагогов. Хорошо знает предмет, хорошо ведет уроки, но недостаточно требовательна к ученикам. Очень мягкий человек, что, все-таки, я считаю ее недостатком. Уроки проводит живо и интересно, ценит юмор учеников и разрешает его проявлять, поэтому атмосфера на ее уроках очень шумная, но в границах допустимого, и деловой характер урока от этого не теряется. К ученикам относится, как к взрослым сверстникам, что, видимо, правильно. Немного больше твердости и немного меньше мягкотелости — лучшего педагога трудно вообразить. (Автор характеристики — Д.)

С-ва М. Н. — завуч школы. Блестящее знание предмета выделяло ее среди других учителей. Присущие ей чуткость и отзывчивость, непримиримость к нарушителям и отсутствие штампов в работе, а также высокая эрудиция и внутренняя культура вызывали у учеников уважение к M. H. Я не слышал из ее уст высокопарных речей. В каждом ее шаге чувствовалась партийность, но не на словах, а в делах. Нужно сказать, что я не был ее любимцем и не раз попадал под ее «огонь», но справедливости ради нужно добавить, что у нее не было любимцев. (Автор характеристики — Л.)

293


Особенность формирования у человека понятия о другой личности, зависящая от характера объединяющей людей конкретной деятельности (что сообщает содержанию этих понятий известную односторонность), ярко выступает и в тех характеристиках, которые дают руководители производственных коллективов отдельным работникам.

Вот, например, две характеристики, данные старшим мастером одного из цехов Кировского завода Ленинграда отдельным рабочим этого цеха, которые также иллюстрируют указанную особенность.

Тов. С-на Ольга Михайловна окончила техническое училище. В механический цех пришла токарем 4-го разряда. Тов. С-на учится на 2-м курсе техникума и продолжает работать токарем. Общественной работой занимается с удовольствием. Член комсомольского бюро, ведет культурно-массовый сектор. Хорошая спортсменка. В этой работе активности хоть отбавляй. Но общественная комсомольская работа плохо увязывается с производственной. В отношении к труду С-на проявляет недисциплинированность, и это сказывается отрицательно на качестве работы. В цеху чувствует себя, как в гостях. Не любит свою профессию.

Тов. Д-н Георгий Федорович пришел из технического училища токарем 5-го разряда. Это спокойный, уважительный товарищ. С профессией быстро освоился. Потребовалась помощь наладчика только первое время. В производственном отношении это старательный и настойчивый человек. Может выполнять самые сложные задания, но часто теряет веру в себя. Иногда дело доходит до паники. Требуется к нему особый подход, чтобы заставить его поверить в свои собственные возможности. Так было, например, с составлением комплексного плана, когда Д-н заявил: «Что Вы, товарищ А-в (автор характеристики. — А. Б.), мне не составить!» А сейчас Д-н имеет два комплексных плана и одно рацпредложение. С товарищами замкнутый и вовлечь его в какое-нибудь коллективное дело бывает трудно.

Таким образом, и в последних двух случаях в содержание имеющегося у человека понятия о конкретной личности оказываются включенными по преимуществу качества, раскрывающиеся в узких рамках конкретного вида деятельности (производства) и связанного с ним общения.

Однако подобный ограниченный и односторонний характер складывающегося у человека впечатления о характеризуемых им лицах, к сожалению, отнюдь не мешает ему давать этим лицам обобщенную оценку. Явление, когда на основе психологической оценки поведения человека в условиях одной деятельности другой человек выносит затем оценку личности в целом, не замечая узости той эмпирической базы, на которую опирается его общее суждение о другом человеке, в практике

294

общения встречается чрезвычайно часто. У человека в таких случаях возникает уверенность, что другого человека он знает хорошо и всесторонне, и в дальнейшем это мнение начинает влиять на его поведение по отношению к данному человеку. Естественно, это мнение может оказаться и часто действительно оказывается ошибочным.



Одна из многих положительных сторон движения бригад коммунистического труда, члены которых стремятся жить, учиться и работать по-коммунистически, заключается в том, что члены их общаются друг с другом не только во время работы, но вместе отдыхают, участвуют в общественной жизни, помогают друг другу в учении, в быту. Взаимодействие членов бригад коммунистического труда развертывается, таким образом, по многим направлениям, благодаря чему у каждого из них знания о других членах бригады таковы, что в совокупности они дают разносторонний, содержательный и правдивый облик товарища по бригаде.

Всесторонняя оценка другого человека как личности, фиксирование людьми наиболее существенных ее характеристик (что зависит от широты контактов с этим человеком и «человековедческих» способностей познающих его лиц) всегда положительно сказываются на качестве прогнозирования поведения этого человека в самых разнообразных ситуациях. Отбор и включение в содержание формирующегося понятия о другом человеке действительно типичных черт его характера, его главных ценностных ориентаций, отражение в этом понятии его способностей означают создание совершенной модели личности этого человека, которая затем выступает как необходимое условие для последующего адекватного поведения по отношению к нему тех, кто такую модель оказался в состоянии создать.

Несовершенство такого моделирования, с которым связано неумение психологически правильно расшифровать существо оцениваемой личности или каких-то сторон в ней, как правило, имеет своим следствием неоправданный выбор мер воздействия по отношению к оцениваемому, малую эффективность форм контакта с ним, низкую результативность общения.

Таким образом, содержание представлений и понятий человека о других людях и поведение, которое он повседневно по отношению к ним практикует, составляют звенья одной цепи. И зная, как человек оценивает других, что в них для него значимо, на чем он прежде

295

всего фиксирует свое внимание, можно с большой долей вероятности предположить, как он поведет себя; как проявит себя в общении с конкретным лицом. И, с другой стороны, когда старая истина «о человеке надо судить не по словам его, а по его делам» реализуется в психологическом исследовании общения, она позволяет нам на основе изучения действий и стиля поведения человека по отношению к другим людям выявить особенности, характеризующие отражение им этих людей. По тому, как в совместной деятельности с другими людьми мы ведем себя по отношению к ним, можно с большей долей определенности сказать, насколько глубоко мы их понимаем и правильно оцениваем. Пример, который мы приводим, нам кажется, подтверждает справедливость сказанного.



Нами были изучены стили поведения, проявившиеся: при работе с учащимися VII, VIII, IX и X классов у 22 воспитателей. По особенностям стиля руководства учащимися воспитатели условно были разделены на три группы: «автократическую», «либеральную», «демократическую». После этого им было предложено выполнить серию заданий, которые требовали от каждого из них: 1) назвать наиболее яркие положительные и отрицательные качества (если они есть), характеризующие, по их мнению, подростков и старших школьников; 2) указать на шкале «полярных профилей», до какого уровня и какие характерологические качества развиты у большинства названных групп школьников; 3) перечислить, какие качества и какого уровня развития они хотели бы видеть в личности этих учащихся; 4) охарактеризовать определенных учащихся из классов, в которых они работали.

Количественно-качественный анализ полученных or учителей ответов показал, что педагоги, отнесенные к «автократической» группе, сильно недооценивают развитие у учащихся, которых они характеризуют, таких качеств, как коллективизм, инициативность, самостоятельность, требовательность к другим. Одновременно у них обнаружилось преувеличенное представление о сформированности у подростков и старших учащихся таких качеств, как неорганизованность, недисциплинированность, лень, безответственность, импульсивность.

Воспитатели, входящие в группу «либералов» (в своих взаимоотношениях с учащимися пассивно-уступчивые), наоборот, полагают, что названные выше первыми качества плюс смелость, общительность, самолюбие,

296


правдивость развиты у школьников VII—X классов до высокого уровня. В отличие от воспитателей из первой группы они, кроме того, считают, что организованность, дисциплинированность, трудолюбие, ответственность, скромность, выдержка и настойчивость у учащихся, о которых они высказывались, развиты по крайней мере до среднего уровня.

У педагогов, условно отнесенных по особенностям их стиля руководства учащимися к группе «демократов», крайностей, выражающихся в сильной переоценке развития у школьников VII—X классов либо отрицательных, либо положительных качеств, обнаружено не было. Мнения воспитателей с «демократическим» стилем руководства, когда они высказывались о степени сформированности различных качеств личности у учащихся и о желательном уровне их развития, были более разнообразными и индивидуализированными, чем у представителей «автократической» и «либеральной» групп. Выяснилось также, что, оценивая учащихся, воспитатели с «автократическим» и «либеральным» стилями руководства допускают значительно больше ошибок типа «стереотипизации», «действия ореола» и «проецирования», чем представители «демократического» стиля, судящие о личности школьника более точно.

В научной литературе имеются и другие данные, подтверждающие существование указанных зависимостей между характером поведения человека по отношению к другим людям и его социально-психологической оценкой их личностных особенностей; эти данные были получены при изучении руководителей производственных коллективов, типов врачей, родителей и т. д.136. Все они свидетельствуют и о том, что образ конкретного человека, а также понятие о его личности ни в коей мере не являются результатом анализа индивидом облика, поведения только одного этого человека. Здесь всегда так или иначе сказывается весь прошлый опыт прямого

297


и непрямого взаимодействия с людьми, накопленный и систематизированный познающим эту личность индивидом. Формы поведения, которые последний избирает в своем общении с конкретными людьми в настоящем, также теснейшим образом связаны с поведением, которое он практиковал по отношению к подобным людям в прошлом.



1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   21


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет