Психотерапия Адлера Вит Ценёв



жүктеу 81.83 Kb.
Дата28.04.2016
өлшемі81.83 Kb.

Психотерапия Адлера

Вит Ценёв


Psyberia.ru
Время от времени я рассказываю о различных психологических школах и направлениях. Мы уже говорили о психоанализе Фрейда, транзактном анализе Берна, поминали добрым словом гештальтерапию и порассуждали о позитивной психотерапии. Ну а сегодня речь пойдет о еще одной психошколе, созданной Альфредом Адлером, которого все кличут не иначе как отступником психоанализа. За что же он впал в такую немилость?
В принципе, почти все бывшие единомышленники Зигмунда Фрейда, некоторое время с ним единомысля, вдруг обзавелись мыслей, что Фрейд мыслит как-то неправильно. Нет, он, конечно, и голова, и гигант мысли, и отвертка, и штопор подсознания, и этого никто не отрицает. Но мыслит он не совсем верно. Или совсем неверно.
И вот уже Юнг начинает мыслить в терминах аналитической психологии. Райх – в теориях оргона и панцирей. Хорни создает свою теорию, Адлер – создает свою. Все разбежались и оставили папу в монументальном одиночестве. От чего Фрейд, конечно, расстроился и огорчился.
Из всех этих безобразников, которые побросали Фрейда и пооткрывали свои институты, теория Адлера импонирует мне больше всего, ибо в ее основе лежит гениальная мысль о том, что все проблемы всех людей лежат в одной-единственной причине, – и совсем не в штанах, как это утверждал Фрейд, – а совсем в голове, то есть наоборот. Причина эта очень проста: люди страдают от всякого рода проблем не потому, что их мучают какие-то там детские травмы и изуверства подсознания, но потому, что каждый из этих людей хочет достичь превосходства над другими – и мучается от комплекса неполноценности, если этого достичь не удается.
Если попытаться изложить представления Альфреда Адлера попроще, то они, наверное, звучали бы примерно так: Фредди, ну это надо быть совершенно сумасшедшим, чтобы на полном серьезе утверждать, – будто людей одолевает какой-то комплекс кастрации или комплекс Электры. Конечно, можно годами (или десятилетиями) нудно интерпретировать приснившиеся пуговицы и шнурки от ботинок в поиске некоторого невероятно важного смысла и вероятного травматического материала. Это можно делать.
Но на самом деле люди мучаются не от того, что у них непорядок в штанах, а лишь от того, что у них полный непорядок в голове. Согласись, что у удачливого в бизнесе или в творчестве импотента много меньше шансов заработать невроз, чем у гиперсексуального неудачника. А все дело в том, что люди – жаждут достигать превосходства над другими. Причем любого свойства и качества, а не только того, что в штанах.
Проблема только одна: большинству людей или очень трудно, или невозможно добиться какого-то превосходства над другими людьми. И тогда они превращаются в невротиков и мучаются от комплекса неполноценности. Желание превосходства – единственное, что волнует людей. А штанное оно, творческое, денежное, карьерное, властное, или любое другое – не имеет никакого значения. Оно должно быть. Если его нет, то люди приходят к тебе и начинают искать объяснения вбитым гвоздям и зеленому цветку в коричневой вазе, когда им было пять лет.
И они будут приходить, ибо только так, интерпретируя пуговицы и ручки от сковородок, они проникаются ощущением собственной важности и уникальности. Какая-то поганая сковородка вдруг приобретает фантастические свойства и неземной смысл, способный открыть великие тайны их богатого, но жестоко травмированного детством внутреннего мира. И они буду платить и приходить, платить и приходить: ведь раньше их личность со всем ее реальным наполнением, ее уникальностью и богатством никого не интересовала. А тут некто с дьявольской заинтересованностью готов часами говорить о пуговицах или шнурках, о каждой мелочи их быта, о каждой веточке и пылинке далекого прошлого.
Естественно, они раздуваются от чувства значимости, и начинают ощущать себя очень и очень хорошо. А в штанах у них полный порядок. И во всем остальном тоже.
Адлер рассуждал здраво: если люди стремятся удовлетворить желание превосходства над другими, то логично будет предположить, что они только это и делают. Вся беда и все неврозы возникают тогда, когда человек начинает удовлетворять эту потребность неадекватно. То есть – он не просто стремиться достичь превосходства, а он только и делает, что его достигает, причем любыми возможными и доступными ему способами. И даже такими, которые приносят ему огромный вред.
Приведем пример. Допустим, у нас есть некая дама, к которой муж относится весьма прохладно. Дама хочет, чтобы муж уделял ей больше внимания, но этого не происходит. Если бы это случилось, то дама получила бы искомое удовлетворение своего желания, и избавилась бы от комплекса неполноценности. Но этого, к сожалению, нет.
И вот дама заболевает. Супруг, естественно, приплясывает возле её постели: подносит ей чай, лекарства, заботится, поправляет подушки. Естественно, комбинация нейронов в голове, отвечающая за желание испытывать чувства превосходства, приходит у дамы в страшное возбуждение и заключает убийственный вывод: надо болеть, и тогда все будет хорошо. Тогда можно будет млеть от удовольствия и радоваться жизни.
Естественно, что в сознании этого нет. Дама не думает это явно, поэтому мы не можем сказать, что она делает это специально. Но на её бессознательном уровне происходит хитрый перерасчет на предмет выгоды, – и, оказывается, что болеть гораздо выгоднее, чем быть здоровым. Ибо в здоровье проку никакого, а когда болеешь, тебе поправляют подушки и говорят с тобой ласковым голосом.
Адлер пришел к потрясающему выводу: люди бессознательно создают проблемы самому себе с одной-единственной целью, – удовлетворить потребность в своем превосходстве и избавиться от комплекса неполноценности.
Они могут болеть, терять и разрушать, совершать преступления, и даже погибать: лишь бы только одно при этом было, лишь бы их желание превосходства и властный комплекс выли бы и сладострастно стонали от возбуждения и восторга.
А то, типа, выдумают эти психоаналитики: будто маленький мальчик видит папин член в бане и получает страшенную супер-пупер-травму на всю жизнь. Или вот что люди могут стремиться к разрушению, удовлетворять свой инстинкт смерти, желание смерти. Фрейд его придумал, но не смог внятно объяснить, что это такое. А вот теория Адлера – может объяснить это в два счета! И какой-нибудь говенный Гитлер может стереть всю Европу с лица земли ради удовлетворения своего чувства превосходства.
По Адлеру получается, что, в общем-то, проблем у человека нет вовсе (во, как!), но есть невротические решения, неадекватно удовлетворяющие потребность. Я еще раз подчеркну: по Адлеру у человека нет проблем, а есть только невротические решения. И если человеку хреново, то, на самом деле, ему не так хреново, как может показаться, ибо он удовлетворяет таким образом свое чувство превосходства. Если он больной, то самый больной на свете. Если больной, то безнадежный. Если невротик, то неизлечимый. И тому подобное.
Человек самоутверждается через проблему, поэтому ему эта проблема нужна самому, причем потребность в существовании этой проблемы – огромна, а мотивы и желание ее разрешить – надуманные. Человек лишь делает вид, что хочет решить свою проблему, а, на самом деле, он хочет, чтобы она сохранялась вечно.
Не помню, кто именно – или Адлер, или уже позже, кто-то другой, – ввел в психологию такое понятие, как вторичная выгода. Но нам не важно, кто это придумал, а важно, что этот термин имеет самое непосредственное отношение к теории Адлера, ибо, по Адлеру, получается так, что существование любой проблемы имеет свои выгоды. Например, если вас никто не любит, то совершенно точно, что вас никто не бросит. Если вы больны, не нужно ходить на работу. Если муж напился, то можно в очередной раз вызвать жалость и сочувствие соседок и напарниц по работе. Ну, и так далее, и тому подобное.
Логика гениальна: если некто подсознательно нуждается в своей проблеме, то тогда он порвет на британский флаг любого, кто попытается отнять у него проблему, в том числе и психотерапевта. Человек сознательно мучается и хочет, чтобы его проблема исчезла, но бессознательно он сопротивляется этому.
И он в грязь затопчет любого психотерапевта, он назовет его некомпетентным, бросит терапию, или же заболеет так, чтобы не посещать психотерапевта, – в общем, сделает все возможное, чтобы его проблема – не решилась. Ибо только с ней его потребность в превосходстве полностью удовлетворена.
На это дело Адлер придумал очень хитрую и коварную психотерапию.
Так как пациент с псевдопроблемой на самом деле не хочет от нее избавиться, то он будет сопротивляться любой реальной терапии. И что придумал Адлер? Он начал вести психотерапию, в которой пациент начинал сопротивляться собственной невротической реакции. Адлер использовал сопротивление пациента против его невроза. Но как он это делал?
А очень просто. Обнаружив сопротивление клиента, он начинал усугублять его симптом. Что противоречит этике помощи, и клятвам вроде Гиппократа, где закон всегда один – не навреди. То есть надо успокаивать пациента, говорить ему всякие полезные слова в поддержку и помощь, давать положительную установку и так далее. Но Адлер знал, что перед ним невротик, который на такие слова начнет выкаблучиваться и выламываться, – вы знаете, доктор, я уже прошел восемнадцать терапий и шестьдесят сеансов гипноза, а моя проблема так и не решилась. Похоже, что и вы ее не решите, и я опять теряю время почем зря.
Поэтому Адлер заходил с другого конца и говорил (я здесь утрирую, конечно) примерно так: "о, батенька, так вы совсем плохи, вы так плохи, как я никогда в своей жизни не видел, и мне кажется, у вас все настолько хреново, что вы отбросите копыта в самое ближайшее время, и я уже чувствую, как вас хватит кондратий, и вы сыграете в ящик, потому как, по моему мнению, ваш случай – совершенно неизлечим, и вы – абсолютно конченый человек".
Хитрость и терапевтическое коварство Адлера заключалась в том, что он использовал сопротивление пациента в конструктивных для него целях. Клиент сопротивляется, и он, разумеется, взбрыкнет на такую тираду врача, и начнет с ним спорить, а спорить с ним, как вы понимаете, можно только одним способом: доказывая, что он (терапевт) – дурак и дебил/ Все не так уж плохо, и вообще он (пациент) не настолько болен, как дураку-терапевту могло показаться, и вообще он почти здоров и в состоянии решить все свои проблемы сам, не слушая разных идиотов в пенсне, разглагольствующих с умным видом.
Что и требовалось доказать. И Адлер заставлял их доказывать ему, что он не прав, что они не больны, и все не так плохо, как может показаться. Плюс он выбивал у них почву из-под ног, разрушая привычные бессознательные ощущения о выгодности проблемы. Ибо раньше человек млел и кайфовал, что у него проблема, и что вокруг все скачут и носятся, а теперь ему говорят: ну так все, тебе – Гитлер, капут, – о чем еще речь? Мы скорбим и сожалеем.
И человек, волей-неволей, вынужден искать более конструктивные и менее невротичные возможности удовлетворить свое желание превосходства. А как? Доказать всем, что он здоров, что избавился от проблемы, что у него все отлично, – вопреки тому, что говорят тут всякие дураки и некомпетентные люди. Они же говорили, что он скоро помрет? А вот он выжил, и подложил им свинью. И он умнее их всех, вместе взятых.
Адлер, в сущности, был родоначальником сразу нескольких психологических течений.
Во-первых, это провокативная терапия: специальный метод неестественных переходов в коммуникации, конфузионные трансы и целенаправленный вызов замешательства, что приводит к сильным (и полезным для терапии) эмоциональным реакциям. Если помните, об этом я уже писал: как Гриндер с Бендлером лупили кататоников молотком, или как в той же "Трансформации" женщине, упавшей в обморок, тренер шепчет на ухо (а она в бессознательном состоянии, вы проникнитесь ситуацией):
«Или ты, голубушка, через пять минут придешь в себя, или я изнасилую тебя прямо на сцене».
И она приходит в себя.
Хеллер бьет пациента по лбу так, что он падает и обещает сломать ногу и причинить ужасную боль.
Фарелли – выщипывает пинцетом волосы на ногах у кататонички.
Райх – щиплет своих пациентов, дает им пинки и тычки.
Милтон Эриксон материт парализованого пациента так, что тот – умудряется встать и пройти несколько шагов.
Такая вот терапия, в основе которой лежат адлериановские традиции.
Второе терапевтическое направление, родоначальником которого тоже можно считать Адлера – это гуманистическая терапия, постулирующая уникальность и безусловную ценность каждой личности. Несмотря на свой парадоксальный подход, Альфред Адлер был именно гуманистически ориентированным терапевтом: его терапия была направлена на отказ от невротических решений и приобретение здорового чувства превосходства и уверенности в себе за счет осознавания и развития своей собственной уникальности и неповторимости.
Теория и терапия Адлера не приобрела большой популярности из-за слишком однобокого толкования человеческих проблем, которые нельзя свести к одной формуле, пусть даже и очень оригинальной. Но его взгляды на природу заболеваний, неврозов и проблем для какой-то части терапевтических ситуаций никогда не утратят своей актуальности. Так что не удивительно, что во многих случаях добрый пинок под зад часто оказывает много более ценный лечебный эффект, чем долгие терапевтические беседы о том, как важно и необходимо никогда не терять надежду и верить в лучшее.



©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет