Страницы жизни



жүктеу 1.7 Mb.
бет14/17
Дата01.05.2016
өлшемі1.7 Mb.
1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   17
: files
files -> Шығыс Қазақстан облысындағы мұрағат ісі дамуының 2013 жылдың негізгі бағыттарын орындау туралы есеп
files -> Анықтама-ұсыныс үлгісі оқу орнының бланкісінде басылады. Шығу n күні 20 ж
files -> «Шалғайдағы ауылдық елді мекендерде тұратын балаларды жалпы білім беру ұйымдарына және үйлеріне кері тегін тасымалдауды ұсыну үшін құжаттар қабылдау» мемлекеттік қызмет стандарты
files -> «Наркологиялық ұйымнан анықтама беру» мемлекеттік көрсетілетін қызмет стандарты Жалпы ережелер «Наркологиялық ұйымнан анықтама беру»
files -> Регламенті Жалпы ережелер 1 «Мұрағаттық анықтама беру»
files -> «бекітемін» Шығыс Қазақстан облысының тілдерді дамыту жөніндегі басқармасының басшысы А. Шаймарданов
files -> «бекітемін» Шығыс Қазақстан облысының тілдерді дамыту жөніндегі басқармасының бастығы А. Шаймарданов
files -> Шығыс Қазақстан облысының тілдерді дамыту жөніндегі басқармасының 2012 жылға арналған операциялық жоспары
files -> Тарбағатай ауданының ішкі саясат бөлімі 2011 жылдың 6 айында атқарылған жұмыс қорытындысы туралы І. АҚпараттық насихат жұмыстары

Товарищ детства военной поры (автор Д. В. Воробьев)



Письмо Воробьева Дмитрия Валентиновича – ветерана Электрохимического комбината (ЭХК) в Новоуральске, соученика
1941-1943 гг. и сокурсника 1949-1955 гг. Юрия Константиновича Худенского (Штейна).

Первого сентября 1941 года я пошел учиться в 3-й класс Свердловской средней железнодорожной школы № 1 по ул. Мамина-Сибиряка. Как всегда после общешкольной линейки наша молодая классная руководительница Е. Н. Вотчинская повела в класс нашу шумную ватагу.

Школа была образцовая, все вокруг сияло чистотой, хотя уже третий месяц шла война. На партах стояли новенькие пустые стеклянные «непроливашки».

Еще по дороге заметил нескольких новеньких, в том числе крепкого лобастого мальчика среднего роста, в необычных штанишках с застежками под коленками и двух жавшихся друг к другу темноволосых девочек, «беженок», как шептались ребята.

На перекличке Елена Николаевна представила новичков. Оказалось, что мальчика зовут Юра Худенский, а приехал он из Верхней Салды. Когда очередь дошла до девочек, «классная» сказала, что они не беженки, а эвакуированы из Киева, к которому уже подходят немецко-фашистские войска. И тут одна из девочек вдруг заплакала.

Так вместе с этими двумя девочками в жизнь нашего 3«б» «весомо и зримо» вошла война, которую мы до этого знали в основном лишь по сводкам из черных картонных кружков радиорепродукторов.

Киев пал через несколько недель. В тот день Лена и Рена (так звали девочек) не пришли в школу.

Между тем занятия уже шли полным ходом.

Как-то на уроке русского языка Елена Николаевна предложила классу игру: кто больше придумает слов со сдвоенными согласными.

- Можно с места – сказала она. – Давайте начнем хотя бы с буквы «л». Например, Эллада. Как красиво звучит!

- Голландия! Таллин! Аллея! Баллон! Балласт! – послышалось со всех сторон.

Постепенно поток слов иссяк. Стало тихо.

Тут мне, любителю покопаться в Малой Советской энциклопедии, пришла в голову блестящая идея: совсем недавно я наткнулся там на статью о периодической системе элементов. Механическая память у меня была неплохая. Я вскинул руку:

- Бериллий!

- Галлий! Таллий! – внезапно донеслось с парты, где сидел Юра.

- Ах, ты так! - Палладий!

- Теллур! - внушительно произнес мой соперник.

Я мучительно скрипел мозгами. Крыть было нечем. Елена Николаевна как-то странно посмотрела на нас обоих и улыбнулась:

- Будем считать, ничья! А теперь продолжим урок.

После этого случая мы с Юрой познакомились ближе. Оказалось, мы оба с улицы Азина, к тому же оба заядлые книгочеи. Обмениваясь книгами, мы увлеклись научной фантастикой. Где-то в первом-втором классах мы «проглотили» Жюля Верна и теперь зачитывались Беляевым, Адамовым, «Гиперболоидом инженера Гарина» и «Аэлитой» А. Толстого, Г. Уэллсом, особенно «Войной миров».

Читали Брема, дневники Ливингстона и Стэнли и, конечно, не отрываясь, все, что удавалось достать из военно-патриотической исторической классики: «Война 1812 года» акад. Тарле, «Нашествие Батыя» В. Яна, «На поле Куликовом» Шторма. Залпом глотали все, что писалось о боевых действиях на фронте, в том числе все 9 или 10 вышедших выпусков сборника «В боях за Родину».

Что касается научной и научно-популярной литературы, Юра меня опережал. Я засиделся на «Занимательной физике» Перельмана и «О земле, Солнце и звездах» Огородникова, а он к концу третьего класса уже успел «превзойти» массивный том «Истории Земли» Элизе Реклю. По дороге в школу и из школы мы живо обменивались мнениями о прочитанном.

Между тем наступила страшная зима 1941/42 г.г. Сводки с фронта шли тревожней одна другой. Шла битва за Москву.

В декабре ударили морозы. Моей семье для отопления выдали на железной дороге лишь немного сырой осины. Электричества не было. С четырех часов дня в комнате с заледеневшими окнами и изморозью в углах становилось темно.

Теплился лишь огонек «мюзикалки» (так назывался фитилек в пузырьке с керосином), возле которой я и читал и делал уроки.

Ничуть не легче было Юре и его семье, с той лишь разницей, что при угольном отоплении им вместо угля достались лишь промерзшие «штыбы» угольной пыли, страшно дымившие и коптившие при горении в печах.

Сразу после школы мы спешили в магазин ТПО на бывшем Арсеньевском проспекте (ныне ул. Свердлова), чтобы сменить взрослых, с утра давившихся в очереди за хлебом. Мы изо всех сил сжимали в кулаках драгоценные пачечки бумажек, хлебных карточек, поделенных на купончики с цифрами: 600, 500, 400 и наши с Юрой 300 грамм хлеба. Потерять их означало поставить всю семью на грань голодной смерти: при утрате карточки не возобновлялись.

Потом надо было натаскать ведрами воды с колонки.

И только после этого можно было проследовать на кухню и получить тарелку мучной болтанки, подсиненной снятым молоком, а иногда, – о радость! – пару-другую оладушек из картофельных очисток, поджаренных на воде с несколькими каплями масла.

Как-то раз в середине декабря, мы с Юрой бежали утром в школу. Ветра не было, но мороз стоял трескучий.

На углу улицы Азина и переулка Марии Авейде, выходившего к вокзалу мимо (бывшей Борчаниновской) мельницы, мы увидели догоравшие костры. Возле них сидело десятка полтора заиндевевших фигур с головой закутанных в полосатые ватные халаты. Чуть поодаль лежали несколько припорошенных снегом верблюдов.

Подошли несколько солдат в полушубках и начали поднимать и расталкивать сидящих. Один никак не вставал. Солдат сильно толкнул его. Тот, как колода, рухнул на бок и остался лежать неподвижно. Не знаем, что было дальше. Опаздывать было нельзя – в школе была почти военная дисциплина.

Позже я краем уха услышал, что этих узбеков зачем-то пригоняли на соседний оборонный завод «Металлист».

К концу зимы стало совсем голодно и нам с Юрой пришлось начать рыночные операции. Я выменял на хлеб великолепный немецкий двухтомный лечебник (из семейной библиотеки) Платена с цветными объемными анатомическими иллюстрациями, а он – своего любимого Элизе Реклю.

Но все проходит. Прошла, наконец, и эта жуткая пора голода, холода и темноты.

К апрелю 1942 года наши уральские и сибирские дивизии окончательно отогнали немцев от Москвы.

А в мае всю свободную землю в Свердловске и окрестностях поделили на участки, и народ кинулся вскапывать целину и сажать картошку. Мы, мальчишки, были, конечно, главными копалами: все отцы были на фронте.

Зазеленела молодая крапива (из нее делали даже котлеты), за ней щавель, а позднее – и лебеда, все это витаминная добавка к нашему скудному военному пайку. Настроение поднялось: теперь не помрем!

К тому же на Борчаниновскую мельницу начали прибывать вагоны с подсолнечным жмыхом, а с заводских путей в переулок М. Авейда сгрузили горы танковых корпусов. Они были свалены как попало, в три-четыре этажа, и не охранялись. Не знаю, были то «полуфабрикаты» или просто брак на переплавку, но это были настоящие танки, только без гусениц, пушек и «начинки», зато с вращающимися башнями, на радость нам, ребятам.

По закоулкам этого «танкограда» летом можно было шнырять и лазать целыми днями, то гоняясь в «казаки-разбойники», то паля по условным фашистам холостыми из самодельных пороховых «поджигов». Перебив всех «фрицев», зверски голодные, мы прокрадывались к составам со жмыхом. Выклянчить у суровых охранников с винтовками кусок жмыха, либо получить крепкого «пенделя» было равновероятно.

Зато какое было наслаждение: расколотив булыжником такую же каменную зеленовато-желтую плитку, как карамельки, со смаком, обсасывать и грызть маслянистые жесткие кусочки!

Зимой 1942 года наши начальные классы дали первый шефский концерт для раненых бойцов в госпитале по улице 9-го января.

Военно-политических песен для детского хора, видимо, еще не было, поэтому пели еще довоенный звучный марш про старших братьев:


В небе высоком мотор рокочет,

Ввысь самолет взлетел,-

То старший брат мой военный летчик

Тучу крылом задел!
Пусть я моложе, ну так что же,-

Быстро дни пролетят,

И за штурвалом я буду тоже,-

Так же, как старший брат!
Юра Худенский уверенно аккомпанировал нам на фортепиано. После каждого номера нам долго хлопали, а после концерта вкусно накормили. Запомнился невиданной сладости манный пудинг, залитый клюквенным киселем. Музыкальный талант Юры еще более укрепил его авторитет.

В четвертом классе в наших с ним школьных портфелях, вместе с Конан-Дойлом, «Цусимой» Новикова-Прибоя и «Историей Средних веков» проф. Сказкина появились «Возникновение жизни на земле» Опарина, «Спутник партизана» (Издательство ЦК ВЛКСМ «Молодая гвардия» 1942 г.), «Летопись электричества» (по-моему, Виткова), «Свет и его источники», «Занимательная метеорология» (двух последних авторов не помню).

Третий и четвертый классы мы оба закончили с похвальными грамотами. И тогда, и в дальнейшей своей успешной учебе мы во многом обязаны прочитанным прекрасным книгам, и художественным, и научно-популярным, а также – целому ряду кинофильмов: «Жуковский», «Мичурин», «Пирогов» и многим другим.

Немцев гнали все дальше и дальше на запад, а у нас в стране началась реформа образования. Первая железнодорожная школа стала женской. Меня перевели во 2-ю ж.д., а Юру в 42-ю школы, теперь ставшие мужскими. Сменила семья Худенских и свое местожительство, так что вновь я встретил своего товарища суровой военной поры лишь через шесть с лишним лет, в сентябре 1949 года, на студенческой скамье физико-технического факультета Уральского Политехнического института им. С. М. Кирова.





1   ...   9   10   11   12   13   14   15   16   17


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет