Tiamat Prime Женщина мечты



бет8/14
Дата26.04.2016
өлшемі2.02 Mb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   14

- Кстати, неплохо выглядишь, Акиранова. – Услышал Тиамат, остановившись.

- Да просто шикарно! – Добавила другая девчонка. – Где достала такой топик?

- В центре. – Ответил Динин голос. – Я теперь там одеваюсь.

- Ой, покажешь магазин?! – Запищала девчонка.

- А эти бусики ты где нашла… - Заговорила было другая, но тут Дина заметила Тиамата и остановилась.

Биоробот осматривал её, утратив способность двигаться и говорить, и даже едва не забыв дышать. Это была совсем не та девушка, которую он знал. Естественный и неповторимый огонёк в глазах исчез, зато теперь их контуры были густо подведены тенями, ресницы слиплись от туши, на губах блестела яркая помада, Нежные щёки были теперь густо вымазаны румянами. Её воздушные белоснежные волосы спадали на плечи витыми локонами, вдоль шеи блестели большие серебряные серьги. Из одежды на девушке был только топик и мини-юбка с эротическими оборками, оставляющие открытыми живот и половину груди, на которой покоилось ожерелье с крупными бусинами.

Это размалёванное чучело предательски прищурилось, глядя на биоробота, и заговорило:

- А, привет! Это тот самый придурок, о котором я вам рассказывала. – Оглянувшись на подруг, добавила Дина. Девчушки прыснули. – Да, я едва в него не влюбилась, а он, представьте себе, оказался роботом. – Девки хором присвистнули. – Какой же я была дурой!

- Да неужели?! – С любопытством разглядывая опешившего Тиамата, воскликнула писклявая девчонка. – Настоящий робот?

- Как думаешь, он может работать прислугой в доме, как в том кино? – Спросила та, что была одета богаче остальных. – Хотелось бы иметь такого симпатичного раба.

- Думаю, он слишком опасен для такой работы. – Пожала плечами Дина. – Его лучше держать подальше от людей, он ведь ещё и псих. Пойдёмте, девочки, а то ещё как электричеством драться начнёт!

И они, как ни в чём ни бывало, повернулись и продолжили свой путь.

- Робокоп! – Донеслось из-за деревьев.

Биоробот некоторое время не мог придти в себя и просто стоял около тропки. Девушки уже давно скрылись из виду. Тиамат чувствовал себя так, будто попал в параллельный мир, и эта параллельная Дина не имеет с той, которую он знал, ничего общего. Но приходилось признать, что параллельные миры – это пока фантастика. А вот биос-моделирование, к сожалению, - реальность. Тиамат почувствовал слабость в ногах и опустился на траву.

- Что ты говоришь, Дина?... – Отчаянно прошептал он, безумными глазами уставившись на свои пальцы, тонущие в траве. – Разве наша любовь с самого начала была просто игрой?... Шуткой?…

Эти бессмысленные слова вырвались из его горла сами собой, и он изумился тому, как произнёс их и что вообще мог такое произнести. «Точно… Ведь я сам всё понял, но поначалу не мог осмелиться посмотреть правде в глаза. И как я посмел только влезть в жизнь такой прекрасной девушки, как Дина! Я недостоин её… Я – чудовище, созданное зазнавшимися людьми, обречённое на вечное одиночество и страдание! Теперь я исковеркал и её жизнь. Разве имею я право вообще ходить по этой земле?» Ноги не слушались Тиамата. Кое-как встав с земли, он свернул с тропинки и заковылял вглубь леса, опираясь на стволы деревьев. Он не знал, что делать дальше. Ни на то, чтобы вернуться на станцию, ни на то, чтобы продолжать добиваться сердца того, чем стала Дина, у него не было больше сил. Это всё так бессмысленно… Всё, чем была наполнена его прежняя жизнь, оказалось таким бесполезным и ненужным. Никому. «Кто я? Зачем мне жить?» - Проносились вопросы в голове биоробота.

До поздней ночи он, шатаясь, слонялся по лесу, надеясь наконец умереть от недостатка энергии. Дина была его иллюзией, защитой, которая закрывала его от беспощадной сути. Суть моделирования… Это и суть его создания, его жизни. И она в том, чтобы покориться судьбе и служить этим маньякам профессорам, которые создают искусственно живых людей… или роботов. Какая, в конце концов, разница? Создают их для того, чтобы удовлетворить своё любопытство, свои корыстные цели. А он – инструмент. Всего лишь объект эксперимента, такой же бесправный, как приборы и другие предметы. Разве можно сопротивляться такой судьбе?...

Первый луч утреннего солнца упал на лицо биоробота, и он, поморщившись, приоткрыл глаза. Тиамат лежал в траве у края леса, по левую сторону которого виднелась дорога. Его руки и ноги были исцарапаны колючками и еловыми ветками, в растрёпанных волосах запутались иголки и прочий мусор, грязная одежда в нескольких местах была изорвана. Придя в себя, биоробот вспомнил всё, что произошло вчера. Сон и усталость свалили его с ног, когда была уже поздняя ночь. «Я всё ещё жив…» - с разочарованием подумал Тиамат. Он ощущал дикую слабость, всё тело нестерпимо болело.

Его блуждающий взгляд остановился вдруг на высоковольтной вышке, видневшейся около дороги. «Может, следует ещё раз перед смертью испытать это ощущение? В конце концов, это единственная оставшаяся у меня радость» - рассудил он. Собрав последние силы, он подполз к основанию вышки и лёг, чтобы восстановить дыхание. «Бесполезно. – Подумал он, тяжело дыша. – Я туда уже не залезу». Но им овладело настолько непреодолимое влечение, что почти уже теряя сознание, он сумел подняться на вышку и схватиться одной рукой за провод. Одно мгновение ему казалось, что он сейчас задохнётся, так долго он не мог вдохнуть из-за спазма, стянувшего грудную клетку. Но электричество всё-таки привело его в чувства. На этот раз ощущение было уже не столь сильным, как впервые, но Тиамату было достаточно и этого. Вновь ощутив прилив сил, он спустился вниз и снова двинулся к лесу. «Ненавижу их… Ненавижу всех этих людей! – В отчаянии думал он. – Они заботятся только о своих собственных шкурах!...» Тут у него в голове помимо воли проснулись было воспоминания, где Либриель защищал его от нападок окружающих, спасал ему жизнь. «Нет! – Решительно отогнал он непрошеные мысли. – Я не верю ему! Как можно любить такого, как я?»

Впереди послышались детские голоса, и в ветвях деревьев показался просвет. Тиамат знал это место: это детская площадка, где малыши играют в песочнице, качаются на качелях, лазают по лесенкам. Он несколько раз забегал сюда, торопясь на встречу с Диной. Воспоминания о ней ещё больше наполнили его сердце ненавистью. Это всё из-за авторов моделирования! Из-за них он так страдает, они виноваты в том, что случилось с ним и с Диной… И тут его взгляд остановился на знакомом лице. Среди играющих малышей он заметил Пинту в курточке, подаренной Либриелем на Новый год. Он копался в песочнице вместе с какой-то малышкой. Они весело смеялись, играя, так же, как и другие дети на площадке.

И тут из-за деревьев вышел Тиамат.

- Отойди от неё! – Закричал он.

На него было страшно посмотреть: изодранная грязная одежда, горящие безумным пламенем глаза, но Пинта совсем не испугался его.

- Братик! – Крикнул он в ответ. – Как хорошо, что я тебя нашёл! Иди скорее домой, тебя папа ищет.

- Ты что, не понимаешь, о чём я говорю?! Тебе нельзя играть с «внешними»! – Настаивал Тиамат.

- Почему? – Не понимал Пинта. – Марина хорошая девочка, она моя подружка.

«Не может быть! – С ужасом подумал Тиамат. – Опять та же песня!»

- Не смей играть с ними! – Снова закричал он. – Они доставляют нам одни страдания! Может, сейчас тебе кажется, что всё хорошо, но если не прекратить, потом будет гораздо хуже!

Пинта в замешательстве переводил глаза с обезумевшего брата на девочку.

- Твой брат – сумасшедший. – Прошептала Марина на ухо Пинте.

Родители с опаской рассматривали Тиамата, взволнованно поглядывая на своих чад, которые тоже все как один повернули к нему свои мордашки.

- Кто это? – Перешёптывались взрослые.

- Вы его не знаете?

- Какой страшный!

- Наверное, сбежал из дома. Ох уж эти подростки!

- Следовало бы ему брать пример с младшего братика.

А одна из мамаш, опасаясь за безопасность детей, осмелилась подобраться к биороботу и схватила его за запястье.

- А ну, уходи отсюда, мальчик! – Она повела его обратно к лесу. – Иди туда, откуда пришёл. Нечего детей пугать.

- Вызовите полицию! – Сказал кто-то.

- Нет, лучше в психушку позвоните.

- Отпусти меня, сволочь! – В приступе ярости крикнул Тиамат, освободившись от храброй мамаши.

Его всё ещё переполняло электричество, и несколько искр обожгло женщине руку. Она вскрикнула.

- Какой хам! – Послышалось отовсюду. – Чудовище! Обижать слабую женщину! Да он совсем не уважает старших!

- С чего мне вас уважать?! – Прошипел себе под нос Тиамат. Его разрывало от ярости и боли, равно как и от гигантского напряжения в проводниках. – Вы сделали это со мной! Вы!! Я убью вас!! – Заорал он так, что все мамаши подпрыгнули и начали разбирать ревущих детей. – Я всех вас убью!!!

Пинта попытался было что-то сказать, чтобы усмирить его, но Тиамат уже сгенерировал на обеих ладонях разряды и соединил их вместе. «Это инкантем – энергетический барьер, или самозамыкание. Он требует слишком больших затрат энергии, ты можешь надорваться. К тому же, он может поранить людей, оказавшихся рядом. Особенно, если произойдёт его расширение» - Вспомнил он слова Либриеля. «Расширение…» - Отозвалось в его голове сладостным эхом.

- Бегите! – Закричал Пинта.

Люди в панике разбегались. Не прошло и минуты, как Тиамат развёл руки с разрядами в стороны. Купол золотистого света появился, отбросив оказавшиеся рядом детские игрушки, и замер, слегка колеблясь, словно рябь на поверхности озера.

- Не надо, Тами! – Кричал Пинта, спрятавшийся в кустах. – Тебе нельзя это делать! Ты истратишь весь заряд!

«Мне всё равно» - обречённо ответил про себя Тиамат. Он чувствовал, как энергия стремительно покидает его. Тогда он закрыл глаза и взмахнул руками, но не опустил их, а наоборот, резко раскинул в стороны. Золотистое мерцание мгновенно заполнило то, что было раньше детской площадкой, распространяясь со скоростью взрыва. Послышался треск, затем грохот. Кто-то куда-то бежал, кто-то кричал, кто-то звал маму… Через секунду всё стихло. Людей больше не было вокруг. Вместо весёлого детского городка возникла зона хаоса и разрушения. Повсюду валялись обугленные поленья, оставшиеся от деревянных построек, запорошенные пеплом и сажей, в воздухе пахло удушливым дымом, а посреди всего этого, на островке оставшегося не оплавленным песка лежал сам Тиамат. Его отбросило отдачей от взорвавшегося инкантем, но слёзы всё не высыхали на его лице. Биоробот был жив, хотя полностью разряжен и истощён. «Я полежу здесь немного, и умру, - подумал он, задыхаясь от непрекращающихся слёз и недостатка энергии, - всем было бы лучше, если бы я вообще не рождался на свет».

Ещё до того, как на место выехала милиция, чтобы расследовать взрыв, и набежали зеваки со всех концов города, здесь снова оказался Пинта.

- Папа! Смотри! – Закричал он, возбуждённо замахав руками, когда увидел лежащего без сознания на песке Тиамата.

На бывшую детскую площадку следом за ним выбежал профессор Либриель. Кинувшись к биороботу, он первым делом нащупал пульс на его левой руке.

- Он живой? – С опаской спросил Пинта.

- Да. – Ответил Либриель, поднимая Тиамата на руки. – Только разряжен. Его надо срочно зарядить, пошли.

И они торопливым шагом направились обратно на станцию.

- Он опять вот так руками сделал, - жестикулировал Пинта, имитируя движения, которые производил Тиамат с зарядами, - а потом как БУМ! БАБАХ! ТРАХ! И всё взорвалось.

Либриель молчал. Ему не хотелось сейчас рассуждать о последствиях агрессии Тиамата, хотя было предельно ясно, что он стал очень опасным, как для людей внутри станции, так и для «внешних». И выхода из этой ситуации пока не было видно. Как профессор не старался, он всё ещё не мог найти ошибку в программе, с которой был импиллирован этот биоробот.

- Что вы думаете? – Спрашивал юный помощник у главного следователя, прибывшего вместе с ним на место происшествия. – Неужели это работа террористов? Но кому понадобилось взрывать детскую площадку?

В этот момент в соседних кустах что-то зашевелилось.

- Скажите ЧИИЗ! – Шепнул себе под нос притаившийся там профессор Каспириель, и щёлкнул перед следователем прибором, напоминающим небольшой фотоаппарат.

На несколько секунд два человека замерли в тех же позах, в которых находились. Потом следователь, изумлённо моргая глазами, поглядел на своего коллегу.

- С чего это мы тут оказались? – Спросил он.

Сбитый с толку, помощник только покачал головой.

- Вы слышали об этом месте? – Затараторил он, удаляясь вместе с шефом по направлению к машине. – Здесь недавно был взрыв. Жаль, это дело поручили не нам. А то бы я задал им жару… Ну, конечно, без вас у меня ничего бы не получилось…

Их голоса затихли, раздался хлопок закрывающейся двери, и затем – звук заводящегося двигателя машины. Каспириель вышел из кустов, вытянулся во весь рост и тяжело вздохнул. Для станции по всей видимости наступили тяжёлые времена.



16. Решение

Либриель вышел из комнаты, протиснувшись в щель, и захлопнул за собой железную дверь, прислонившись к ней спиной. С обратной стороны в неё барабанили, не переставая.

- Выпусти меня!! – Истошно кричал Тиамат по ту сторону двери. – Выпусти меня сейчас же!

- Я не могу этого сделать. – Сдавленным голосом сказал Либриель.

- Почему?! Я просто хочу спокойно умереть!

- Ты не в себе, Тами. Я выпущу тебя, как только тебе станет легче.

- Ага, конечно! Встань в угол и думай о своём поведении! – Сострил Тиамат. – А если я скажу, что не буду думать?! Ты-то сам чем думал, когда создавал меня, а, Эйнштейн?!

Профессор прикусил губу, всё ещё подпирая спиной дверь. Мокрые волосы спадали на его лицо и плечи.

- Это всё твоя вина, понял?! – Не успокаивался биоробот. – Это вы во всём виноваты! Я не буду тебе подчиняться, можешь даже меня пытать!

- Что ты говоришь! Какие пытки! – Не выдержал Либриель. – Пожалуйста, успокойся! Ты ничего не решишь, убивая людей и круша всё вокруг. Я люблю тебя…

- Заткнись!! – Послышался изнутри сумасшедший вой, и Либриель, согнувшись пополам, оторвался от двери. По металлу пробежали электрические искры. – Смени пластинку! Ты как попугай: люблю, люблю! Да что вообще значит ваша любовь? Я уже это понял, так что не мели, пожалуйста, чепуху!

- Но Тиамат… - Надломленным голосом произнёс профессор. – Я действительно хочу тебе добра, поверь мне! Прошу тебя, просто продолжай жить!...

- А-а!! – Донеслось изнутри комнаты, и в дверь снова полетели электрические разряды. – Жить?! Неужели ты всё ещё видишь какой-то смысл в этом эксперименте? Только не говори, что ты всё это запланировал! Каков ловкач! Наверное, твои коллеги зовут тебя гением!

- О, Боже… - Прошептал Либриель и добавил вслух. – Да не было никакого эксперимента! О чём ты говоришь? Я просто хочу, чтобы ты жил и был счастливым!

- Сволочь! Мерзавец! Негодяй! Открой эту чёртову дверь, я тебя убью! – Бесился пленник. Вся комната ходила ходуном, а дверь содрогалась под градом электрических ударов.

- Только заряд не трать! – Либриель старался перекричать грохот. – Ты же снова разрядишься!… Перестань его тратить!

- Что? Не тратить заряд? – Отозвался Тиамат. – Ты же меня всё равно потом оживишь, зачем мне останавливаться? Может, я наконец разнесу здесь всё в щепки?!

Но вдруг звуки бешенства в комнате внезапно стихли, и вместо них послышался еле слышный плеск воды и стук капель о пол.

- А, прекрасно! – Отплёвываясь от жидкости, рявкнул Тиамат. – Смерть от короткого замыкания ещё лучше!

- Эй, Тами, и не вздумай этого делать! – Встревожился Либриель.

- А что? Боишься открыть дверь и найти здесь кучку пепла? – Усмехнулся биоробот.

Вышедший из-за угла профессор Каспириель выжидающе смотрел на коллегу.

- Каспер! – Воскликнул тот. – Ты что сделал?!

- А вдруг бы он действительно вырвался? Такой грохот, даже у меня слышно. И разве не для этого ты его запер в душевой?

- Да конечно не для этого, просто там дверь железная! – В отчаянии воскликнул Либриель. – Он же убьёт себя!

Из-за двери послышался гомерический хохот.

- Ой, прости, я не подумал. – Извинился Каспириель, прикрыв рот рукой.

Оба профессора под хохот безумного пленника направились прочь от страшной двери.

- По крайней мере, сейчас он ещё жив. – Заметил Каспириель.

- Это просто кошмар. – Либриель схватился руками за голову. – Он совершенно безумен.

- Ты хотя бы успел выскочить до того, как он запустил в тебя разрядом? – Осведомился Каспириель.

- Шутишь? – Криво улыбнувшись, отозвался Либриель. – Если бы он это сделал, я бы сейчас с тобой не разговаривал. Ты заметил, как увеличилась сила его разрядов? – Спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Я сверил показания темпиллянта. Представляешь, у него возросла ёмкость сети.

- Да? – С интересом переспросил Каспириель.

Они молча зашли в один из кабинетов и сели в кресла.

- В одном он прав. – Сказал Либриель. – Это моя вина. Слышал, как он меня назвал? Эйнштейн! – Профессор засмеялся, но со стороны трудно было различить, смех это или рыдания. – Он правильно посмеялся надо мной. Я ведь до сих пор не вижу дефекта. Зря я, видимо, самоучкой начал моделировать… Надо было как все: выдержать испытания и учиться легально. Если бы я только знал, что случится такое…

- Да ну брось убиваться, Лёня. – С сочувствием произнёс Каспириель. – Уверен, ты его найдёшь. Кстати, отчего он вдруг так разозлился? Из-за той «внешней» девчонки?

- Она разбила ему сердце. – Ответил Либриель. – Бедный Тиамат!... И представляешь, как раз недавно Алла пригласила меня проводить её на вокзал. – Вспомнил вдруг он. – Она едет к сыну! В такое неспокойное время… Но я обязательно найду возможность!

- Конечно, поезжай. – Поддержал его Каспириель. – Ты тоже должен следовать за своей любовью! А если что, я тебя подменю.

- Думаешь, справишься один? – с сомнением в голосе спросил Либриель и тут же кое-что вспомнил. – Кстати, как «внешние» отреагировали на его проделки? Мы можем привлечь внимание министерства.

- Ладно! – Махнул рукой Каспириель. – Они не смогли бы ни о чём догадаться, даже если бы мы сидели сложа руки. Я напустил мнемонический вирус на двоих из прокуратуры, которых прислали заняться этим делом, но не знаю, покроет ли он всех свидетелей.

- Всех и не надо. – Резонно заметил Либриель. – Надо только самых опасных.

Тиамат всё ещё смеялся, когда профессора давно уже скрылись за поворотом. Внезапно согнувшись пополам, он упал на пол, и слёзы снова потекли по его лицу.

- Дина… - Выдавил он сквозь плач. – Спаси меня… Забери меня отсюда…

Он говорил эти слова безо всякого смысла, безо всякой надежды, просто стремясь хоть как-нибудь выбросить наружу и уменьшить свою боль.

Через некоторое время замок в тяжёлой двери скрипнул, и в душевой появился Либриель. Он прошёл пару шагов, безотрывно глядя на Тиамата, и поставил на пол поднос с едой.

- Что? Боишься меня? – Заметил биоробот. – Я не голоден. – С сарказмом в голосе сказал он, пренебрежительно взглянув на еду.

- Ты ничего не решишь, убивая себя. Пойми это. – С сочувствием произнёс Либриель.

- В моём теперешнем положении также нет смысла. – Возразил Тиамат.

Его ярость уже поутихла, он снова истратил немало электричества и измотался за время своего безумия. Либриель молча вышел за дверь. Биоробот при этом не попытался даже вырваться из заточения. Стены душевой комнаты были испещрены трещинами и выбоинами, следами от ударов, покрывавшая их когда-то плитка осколками усыпала пол. Тиамат не стал замыкаться накоротко. Подумав, он пришёл к выводу, что таким образом совершить суицид довольно сложно, к тому же, такая смерть обещала быть довольно мучительной, особенно, если её осуществить безграмотно.

И вдруг в измученном мозгу биоробота возникла ослепительная идея. Его глаза широко раскрылись.

- Ничего не решишь… - Чуть слышно повторил он.

Как же он сразу об этом не подумал! Либриель оказался чертовски прав на этот раз! Уничтожив всего лишь себя – воплощение одной из изобретённых ими программ – он совершенно ничего не поменяет! Всё по-прежнему будет в руках профессоров моделирования: и многочисленная техника, и исходные программы, в том числе и его информационная копия… А что, если они решат снова импиллировать их?! Конечно, не он сам, но кто-то другой снова испытает на себе весь этот ад, которым является жизнь биоробота!

- Какой же я дурак! – Воскликнул Тиамат, рывком поднявшись с пола. – Я должен не просто убить себя. Я должен уничтожить биос-моделирование!

Размышляя о своей новой цели, он не заметил, как руки сами потянулись к еде, и он по кусочку начал есть. Силы и уверенность в себе снова наполнили его разум, по лицу расплылась зловещая улыбка. Биоробот откинулся назад, растянулся на полу во весь рост и захохотал, блаженно жмурясь и содрогаясь всем телом. Теперь наступил их черёд понести наказание!

- Бойтесь меня! – Сквозь хохот прокричал Тиамат. – Да, бойтесь! Я заставлю вас заплатить за всё!

Через некоторое время Либриель с удивлением выслушивал требования биоробота.

- Я не буду никого убивать. – Заверял его тот. – И даже не уйду со станции, если вы меня отсюда выпустите.

- Конечно, но если что, нам придётся опять тебя запереть. – Предупредил его вконец изумлённый профессор.

- Да успокойся, успокойся. Я буду хорошим мальчиком. Или роботом. В-общем, кем хочешь, тем и буду. Только позвольте мне тренироваться, как раньше. – Он вдруг замолчал, будто припоминая что-то, и добавил. – Ах да, ещё одно условие. Держите малолетнего телепата от меня подальше! Если его увижу, я за себя не отвечаю.

- Ты имеешь в виду Аккуна? – Переспросил Либриель. – Хорошо, я предупрежу Сиви, уверен, она согласится.

Этим же вечером Тиамата выпустили из заточения и позволили ему беспрепятственно передвигаться по станции. Он вёл себя на редкость хорошо, даже играл с Пинтой и спокойно выслушивал колкости Квида насчёт его сверхспособностей. «Скоро они за всё заплатят!» - Торжествующе повторял он про себя. Биоробот продумал всё до мелочей с тем, чтобы осуществить свой заветный план. Решив, что ему всё ещё не хватает мощности, он остался на некоторое время на станции, чтобы набраться сил и довести своё мастерство до совершенства. Как и было оговорено, его тщательно охраняли от Аккуна, списывая это желание на врождённую взаимную ненависть биороботов, и таким образом намерения Тиамата оставались тайной для окружающих.

Либриель даже на некоторое время прекратил копаться в подробностях его темпиллянта и, расслабившись впервые за долгое время, погрузился в мечты об их с Аллой предстоящей совместной жизни, о том, как он проводит её на встречу с сыном и потом встретится с ней вновь на том же вокзале, как подарит ей любимые цветы. Затем он откроет ей все свои тайны и позволит войти в мир моделирования. Интересно, как Алла воспримет его необычную профессию? Хотя скорее всего, думал Либриель, она всё поймёт, ведь она такая умная и рассудительная. Но тем не менее, мысли профессора часто возвращались к Тиамату. В целом он вёл себя очень даже прилично, но это и настораживало, учитывая всё то, что с ним произошло в последнее время. Он больше не бросался на людей с электрическими разрядами, не кричал на Либриеля, ругая его самыми последними словами, не проклинал весь мир. Однажды он как бы невзначай спросил у профессора о других станциях моделирования, о том, существуют ли они вообще и где находятся, есть ли моделирование в других странах. Этот вопрос ещё больше насторожил Либриеля, но он не подал виду, ответив, что точное местоположение легальных станций моделирования ему неизвестно. Его не покидало ощущение, что Тиамат что-то замышляет.

Было очередное утро, такое же, как и все остальные. Тиамат даже не считал их. Единственной целью его пребывания здесь были тренировки, и помимо этого, ему было необходимо выяснить наконец точное расположение своих целей: других станций моделирования. Он уже решил, что будет путешествовать на своём электрическом самокате, который ему подарили на Новый Год. Хотя на первый взгляд казалось, что это всего лишь игрушка, на самом деле он мог развивать достаточно большую скорость, и даже двигаться над водой. Работал он от батареи электропитания, причём тратил не очень много энергии. Тиамат мог его приспособить так, чтобы заряжать самому.



Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   14


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет