Учебное пособие по философии истории. Симферополь 2004



жүктеу 1.67 Mb.
бет4/8
Дата30.04.2016
өлшемі1.67 Mb.
түріУчебное пособие
1   2   3   4   5   6   7   8
: book -> philosophy
philosophy -> Петр Алексеевич Кропоткин Взаимопомощь как фактор эволюции
philosophy -> Нет, речь идет о тех новых смыслах, которые старые понятия обретают здесь и сейчас. В книге даны все современные понятия, отражены все значимые для судьбы мира и России личности и события
philosophy -> Пьер Абеляр Диалог между философом, иудеем и христианином Предисловие к публикации
philosophy -> Е. В. Золотухина-Аболина Повседневность: философские загадки Москва 2005
philosophy -> Славой Жижек Хрупкий абсолют, или Почему стоит бороться за христианское наследие
philosophy -> Е. С. Решетняк Давидович В. Е. Д34 в зеркале философии. Ростов-на-Дону: изд-во "Феникс", 1997. 448 с. Эта книга
philosophy -> Эллинистически-римская эстетика I-II веков
philosophy -> Книга небес и ада ocr busya «Хорхе Луис Борхес, Адольфо Биой Касарес «Книга небес и ада»
philosophy -> Роберт л. Хаилбронер
Глава № 3 Архетипы истории.

  1. Мифологический образ истории.

  2. Религиозный образ истории.

§ 1 Мифологический образ истории.


Мифологическое мировоззрение характеризуется vor allem взаимосвязью, взаимозависимостью и взаимопревращением в системе «Природа,- Общество, - Человек».

Форма общности людей - община на основе кровного родства. Это родство она проецировала на весь окружающий мир, реализуя принцип тотального генетизма. Чем и объясняется факт размытости границ между природным и социальным, индивидуальным и общественным, физическим и духовным, словом и делом; и факт инверсии человека в животное, растение, камень и обратно.

Вера в тотем, анимизм, гилозоизм, фетишизм породила обыденное сознание с ориентиром на освоение принципов взаимосвязи, взаимодействия и взаимообусловленности; реализация которых через обряды и ритуалы обеспечивала переход от хаоса к космосу, от стихии к порядку, где мир представал упорядоченным, целостным, очеловеченным.

Очеловечивание осуществлялось в двух ипостасях: прямо в процессе эмпирической (профанной) деятельности и опосредованно через пантеон - место духов предков, впоследствии богов; через их священную (сакральную) деятельность творения космоса из хаоса.

Мифическая картина мира носит характер парадигмы, ориентированной на передачу социального опыта от поколения к поколению. Суть этого опыта – обеспечить равновесие в системе «Природа, - Общество, - Человек», которая предстает в своей синкретичности (нерасчлененности). Миф принципиально социален, ибо нацелен на объяснение мировоззрения, поддержание установленного порядка и применения санкций в случае его нарушения.

Карл Хюбнер в своей работе «Истина мифа» убедительно доказывает рациональное основание мифа, в силу чего миф служил надежным ориентиром в мире, обеспечивая «тело» и «душу» первой общности людей.

Движение от хаоса к космосу задает историческому времени характер линейности, а деградация космоса порождает мифологему «золотого века» с ярко выраженной ретроспективной ориентацией. (См.: мифологию Древнего Китая, Древней Эллады, Древней Индии).

Деградация космоса ставится в зависимость от нравственного состояния общества и человека. (См.: дидактический эпос Гесиода «Труды и дни» в переводе Вересаева, где Гесиод повествует о 5 (!) веках (эпохах) человеческой истории от золотого до железного, где неправедные деяния людей привели к тому, что богини: Совесть и Правосудие оставили их.

Мифы становления письменной культуры носят эсхатологический характер. Они повествуют о вселенском пожаре или потопе, но и то и другое не означает гибель мира. Они ведут к возрождению и обновлению, к очищению мира от «порчи».

Миф - это не только далекое прошлое. Он востребуется и ныне. Простота и образность, синкретизм мифа и его этическая нагруженность помогают на индивидуальном уровне преодолевать одиночество и переживать отчуждение, найти достойную для собственного понимания модель объяснения происходящих событий, обрести выдуманную, но удобную почву под ногами со своей мерой понятий свой-чужой, добро и зло, прекрасное и безобразное; взгляд на историю, в которой не происходит ничего нового, где время обратимо и «это пройдет», ибо «ничто не ново под Луной», ибо меняется только форма, а сущность сохраняется.

Однако мифологизация истории на индивидуальном уровне влечет за собой не только упрощение, схематизм, но и рождает фатальность, пасивность, нечувствительность к происходящим событиям, а стало быть, и безответственность за судьбу мира. (P.S. Миф это не столько Вселенная, сколько мир нашего окружения, семья, среда обитания, рабочий коллектив и т. д.)

Таким образом, для мифологического мировоззрения характерна вера в трансцендентное, другими словами, внеличностное, внесоциокультурное начало, которое определяет судьбу бытия в мире, в том числе и бытия человека, его историю. В результате человеческая деятельность обусловлена этим началом. Оно выступает как первопричина.

Это начало диктует вечно повторяющиеся схемы: рождение- расцвет (золотой век) - истощение (деградация) - катастрофа (вселенский пожар или потоп) - возрождение - расцвет - деградация - катастрофа, и т. д. Катастрофа - это не конец, а начало. Апокатастасиса не следует бояться, ибо он есть восстановление разрушенной гармонии мира. Апокатастасис есть утверждение вечности над временем.

§2. Религиозный образ истории.
Возникновение единобожия (монотеизма) внесло существенную редакцию в толкование времени и, соответственно, в понимании истории.

Место безличного космоса, равнодушного к человеку, занимает Всевышний, для которого нет ничего важнее собственного творения, и таковым является человек. Поэтому Бог постоянно вмешивается в дела человеческие, управляет ходом истории, которая обретает характер необратимого линейного процесса. Необратимость времени, уникальность каждого момента означает конец мифологическому «вечному возвращению», повышает ценность истории, ибо речь идет об испытании людей на пути их спасения. Спасение возможно благодаря усилиям Души, которая «обязана трудиться», т. е. стремиться к Богу, преодолевая тяготы земного бытия.

Сущность Бога недоступна человеческому разуму, но может открыться прямо и непосредственно в форме инсайта, озарения, ибо божественной милости озарения удостаиваются не «Знающие», а «Верные» - чистосердечные, ведущие праведный образ жизни.

Христианство сформировало первую концепцию всемирной истории - историю единого человеческого рода, произошедшего от Адама и Евы, но утратившие свое естественное единство вследствие грехопадения. С тех пор миру Божиему противостоит мир земной, несущий на себе печать грехопадения, а посему подверженный порокам, тленный.

За несовершенство и зло земного мира отвечает человек. Только искупление «первородного греха» является условием «возвращения» человека к исходному состоянию райского блаженства.

Всемирная история предстает как история деяний Господа, которая включает: Творение - Воплощение Христа - Второе пришествие - конец Тысячелетнего Царства. На этом пути каждый временной интервал (прошлое, настоящее и будущее) заявляет о своей самодостаточности.

«Наличие этих опорных точек во времени, - пишет А.Я. Гуревич в своей монографии – «Категории средневековой культуры», - с необычайной силой «распрямляет» время, «растягивает» в линию и вместе с тем создает напряженную связь времен, сообщает истории стройный и единственно возможный (в рамках этого мировоззрения) план ее развертывания». - См. монографию М., 1984.,с. 121.

Отныне история приобретает телеологический (целеполагающий) характер. Линейность и необратимость и «конец времен», которые все расставят на свое место, вынесет справедливый приговор каждому «по делам его», делали историю особо значимой в жизни человека, побуждая его стремиться к спасению.

В отличие от мифологического (синкретического) образа с ориентиром на циклы природы и ритмы Вселенной, религиозный образ истории, расщепив время на прошлое, настоящее и будущее, заявляет о своей значимости, и властно вторгается в жизнь человека, заставляет его определиться со смыслом жизни, и сделать выбор своего образа жизни. Идея апокатастасиса сменяется идеей апокалипсиса - вселенской катастрофы природы и общества – земного мира.

«Светская история» практически не рассматривается в «священной истории», но постоянно соприкасается с ней и обретает свой смысл. Никому не дано постичь всю полноту Божественного замысла, который реализуется в конкретных исторических событиях, но долг каждого узреть в них «волю Божью» и содействовать плану «конечного спасения», ибо человек не безличная частица космоса, а высшее творение Бога.

Идея личного спасения органически связана со спасением человеческого рода, а индивидуальная судьба с судьбой всего человечества.

Первая хронология мировой истории принадлежит Евсевию Кесарийскому (260-388 г.г.). Он разделил историю всех народов на два периода - «до рождества Христова» и «после рождества Христова» указав на кульминационный момент исторических событий - Воплощение Господа.

Но со всей полнотой христианская «идея истории» нашла свое отражение только в наследии Августина Аврелия (354 -430), свидетеля угасания Рима - вечной империи. На его глазах деградировала человеческая история, и ей он противопоставил священную историю.

Целью человека является достижение счастья, которое может обеспечить только Бог. Нужно «знать душу и Бога» и «более ничего» - таково кредо Августина.

Бог не только Мастер-Демиург, но и Учредитель времени. В своей «Исповеди» Аврелий Августин размышляет, что есть время, отдавая себе отчет, что это трудный вопрос, ибо, «если бы ничего не проходило, не было бы прошлого времени; если бы ничего не приходило, не было бы будущего времени; если бы ничего не было, не было бы настоящего времени. А как может быть прошлое и будущее, когда прошлого уже нет, а будущего еще нет? И если бы настоящее всегда оставалось настоящим и не уходило в прошлое, то это было бы уже не время, а вечность; настоящее оказывается временем только по тому, что оно уходит в прошлое».

С точки зрения Аврелия Августина строго говоря нет трех времен, а есть настоящее прошедшего, настоящее настоящего и настоящее будущего. Из этого следует, что время существует только в субъективном опыте человека, в переживании событий душой. Вполне возможно, что идею времени как априорной формы постижения мира И. Кант почерпнул из философии Аврелия Августина.

Душа - вместилище и мера времени. Она измеряет прошлое с помощью памяти, настоящее в акте созерцания, будущее в процессе ожидания. Душа способна вырываться из потоков времени и соприкасаться с вечностью.

Для человека, пребывающего в тленном мире, время становится средством спасения. Время позволяет даже последнему грешнику раскаяться, направить свою любовь к Богу и стать гражданином Града Христа. По Аврелию Августину Царство Божие с приходом Христа и его искупительной жертвой уже существует, но окончательно не установилось, оставаясь конечной целью и человека, и человечества. Судный день неизбежен: «народ благочестивый восстанет для того, чтобы остатки своего ветхого человека переменить на нового; народ нечестивый, живший от начала до конца ветхим человеком, восстанет для того, чтобы подвергнуться вторичной смерти» (См.: Аврелий Августин об истинной религии). Воскрешение праведных предполагает преобразование их плоти, которая подчинится духу и станет «духовной», ибо человек существо духовное.

Аврелий Августин выделяет в мировой истории 6 эпох: «От сотворения Адама до потопа; от потопа до Авраама; от Авраама до царя Давида; от Давида до вавилонского пленения; от вавилонского пленения до рождения Христова; от рождения Христова до конца света».

Таким образом, история эмпирическая (светская, профанная) обретает смысл только через события «священной» истории, несущей в себе Божественный промысел.

Вывод: религиозный образ истории, в отличии от мифологического, существенно повысил ценность времени, а стало быть, и ценность человеческой истории. Она обретала смысл, направленность, последовательность событий, имеющих свое начало и конец.

Теология Средневековья не внесла ничего принципиально нового в концепцию философии истории Аврелия Августина. Даже Фома Аквинский оказался нечувствительным к проблеме времени. Его больше интересовала вечность, хотя в Европе зарождалась цивилизация, для которой первоценностью была не вечность, а время, физическое, природное, социальное, технологическое и т.д.

Теологическая интерпретация исторического процесса, несмотря на схематизм: творение- жизнь в раю - грехопадение - судный день - конец истории - личное спасение, была существенным шагом на пути становления исторического сознания.

Этическая интерпретация Бога придавала истории воспитательный характер, инициировала характеристики ответственного бытия: честь, совесть, долг. Она сплавляла человеческую судьбу с Божественным промыслом, давала рекомендации к личному спасению.

Поставив вопрос о соотношении конечного и бесконечного, изменчивого и вечного; сформулировав проблему смысла жизни человека и смысла истории человечества, христианская концепция мировой истории заложила основания современной Философии истории, оказав существенное влияние на формирование концепций А. Тойнби, и Т. де Шардена, М. Хайдегера и К. Ясперса, Вл. Соловьева и Н. Бердяева, а еще раньше Вольтера и Гегеля, Гердера и других, которые приняв во внимание мифологический и религиозный образы истории вышли на её философский дискурс, рассматривая историю через призму категорий становления, развития и отчуждения.
Глава № 4. Классическая философия истории.


  1. Исторический прогресс как прогресс науки.

  2. «Лестница прогресса» эпохи Просвещения.

  3. Концепция истории Дж. Вико.

  4. И. Гердер и его история как прогресс «гуманности».

  5. Гегель о «хитрости мирового разума.

  6. Марксизм и его материалистическое понимание истории.

  7. Тейяр де Шарден и его история косморазвития.



§1. Исторический прогресс как прогресс науки.
Рациональность изначально заявляет о себе через философию, визитной карточкой которой является критико-рефлексивное осмысление мира и отношение к обыденному сознанию.

Классическая рациональность проходит свое становление через представление о способности человеческого разума проникнуть в сущность первоначала и построить ту объективную картину мира, которая исключает любые субъективные измышления.

В античности эта способность человеческого разума гарантировалась его причастностью к Мировому разуму (логосу). См.: Платон «Тимей», «Государство».

Поскольку рациональность ориентирована на постижение сущности мира и его законов, которые позволяют человеку осваивать мир, а при необходимости и преобразовывать его, то сложилось представление о тождестве разума и человеческой свободной активности, которую позже Т. Гоббс, Б. Спиноза определяет как «совместимость с необходимостью» или «познаная необходимость».

Становление науки как особого вида человеческой деятельности обусловлено пониманием рациональности как соотнесенности познания с установленными нормативами, в основе которых лежало убеждение во всеобщности и незыблемости онтологических (предельных) оснований бытия мира.

Прирожденная способность разума к выявлению и освоению предельных оснований бытия мира и законов его развития, служила основанием не только гносеологического оптимизма, но и убеждения о единстве человечества и его истории.

Эта идея нашла свое выражение в теориях исторического прогресса эпохи Просвещения как прогресса науки.

Через деизм Просвещение подтвердило свою преемственность и приверженность к классической рациональности, ориентированной на освоение предельных оснований мира и познания законов его развития, что нашло образное выражение в формуле: Бог - это своего рода банкир, который раздает людям время (!) как деньги с тем, чтобы потом спросить с каждого, как он распорядился этим богатством. Здесь рассматривается 4 (!) ключевых понятия: Бог как онтологическое основание мира, его первопричина; Время как мера его развития в конкретных формах проявления бытия в мире; Свобода человека как «познанная необходимость» или как «совместимость с необходимостью». И наконец, признание ценности настоящего времени, в рамках которого человек и распоряжается полученным кредитом.

Признание ценности текущего момента влекло за собой не только устойчивое отграничение от прошлого и будущего; но и рождало ощущение взаимосвязи всех трех модусов времени, а также необходимость обращения к истории, ибо невозможно уяснить смысл настоящего, не обратившись к прошлому - истоку настоящего и не питая надежды на исполнение ожидаемых результатов в будущем.

Отсюда рождается повышенный интерес к истории, который рассматривается и оценивается выше поэзии и философии, ибо она вооружает жизненной мудростью на примере реальных событий, а не апеллирует к неизменным сомнительным авторитетам.

Пессимистическое ожидание «конца света» сменяется оптимистическим убеждением, что «золотой век» еще впереди.

Если философский дискурс свидетельствует, что мир постоянно меняет свое обличье, но сохраняет свою сущность, то исторический дискурс делает акценты на изменение мира, который предстает как арена битвы человеческих страстей и интересов, честолюбивых устремлений и коварных замыслов. Другими словами, исторический дискурс нес в себе возможность опуститься с заоблачных вершин философии на землю и понять «что есть что» и «кто есть кто». Но уяснить единичное вне общего занятие сомнительное. Отсюда и возникает необходимость философии истории, ее разработки.

Если античная философия ориентирована на поиск первоначала мира, а средневековая и философия эпохи Возрождения на поиск места человека в этом мире, то философия Нового времени решает проблемы методологии научного познания на чувственном и рациональном уровне. Идет поиск методов, пригодных как для научного познания природы, так и познания общества. Наука рассматривается как универсальное средство освоения и преобразования мира. Философии отводится значимая, но вспомогательная роль.

С точки зрения философии Рационализма «разумность» человека как социального существа проявляется в том, что он следует законам общества, а те тождественны законам природы.

Такая позиция вполне соответствовала доктрине либерализма, которая утверждала автономность и суверенность личности, ибо она изначально наделена «естественными и неотчуждаемыми правами» на счастье, свободу и собственность. Гарантом этих прав выступил социальный прогресс как мера удовлетворения потребностей человека и защиты его интересов.

Впервые идея социально-исторического прогресса как аналога научного прогресса заявила о себе в философии Ф. Бэкона. (См.: его «Новый Органон» и «Новую Атлантиду».) С точки зрения Ф. Бэкона «знание-сила». Другими словами прогресс науки и техники обеспечивает социальный прогресс, который проявляется в господстве человека над природой и средой своего обитания. Опираясь на научное знание человек в состоянии установить в обществе не только разумный порядок, но и обеспечить максимум справедливости.

Веру Ф. Бэкона в науку как инструмент социального прогресса разделяли Т. Гоббс, Дж. Локк, Б. Спиноза и др. Правда, они больше внимания уделяли такому фактору прогресса как воспитание на базе научного знания. «Граждане должны знать, что такое государство и зачем оно» - пишет Т. Гоббс. «Человеческую природу можно и нужно совершенствовать через воспитание» - отмечает Б. Спиноза. «Мы рождаемся только с возможностями, и только работа над собой ведет нас к совершенству» - заявляет Дж. Локк.

Один из первых мыслителей, кто попытался приложить научный метод к истории был Генри Сент-Джонс, лорд Болингброк (1678-1751) (См.: его «Письма об изучении и пользе истории»).

Истинная цель истории, по Болингброку, заключается в том, чтобы помочь нам освоить накопленный опыт прошлых поколений и сопровождать нас до тех пор, пока мы не выработаем собственный опыт. Поэтому история не имеет права на вымысел или фантазию. Она не должна фальсифицироваться в угоду чьим-то интересам. Она должна быть научной. В след за Ф. Бэконом и Дж. Локком Болингброк отстаивает идею, что только опыт может дать достоверное знание.

Поскольку «мы рождаемся слишком поздно, чтобы видеть начало, и умираем слишком рано, чтобы видеть завершение многих явлений», то мы восполняем личный опыт, опираясь на опыт предшествующих поколений, но он должен выдержать проверку определенной методологией.

Не следует забывать, что настоящая (подлинная) история - это философия, которая учит как следует себя вести в частной и общественной жизни, двигаясь от частных знаний к общим и подготавливая себя к общественной жизни и практической деятельности. Болингброк отдает себе отчет что попытка объяснить новые обстоятельства прошлым опытом бесперспективна, ибо причины и следствия прошлого уже прекратили свое действие, но игнорируя прошлый опыт, не принимая его во внимание мы ставим перед собой задачу начинать с абсолютного нуля, выходя на дорогу проб и ошибок.

Связующим звеном прошлого и настоящего выступает природа человека и его принципы разума и добродетели, сохраняющие свою неизменность, также как и изначальное равенство всех людей и равноценность всех народов - все это выдержано в духе просветительской философии, профилактирующей сомнительное чувство чьего-либо превосходства.

С точки зрения Болингброка, история - кладезь социального опыта человечества, освоение которого делает нас мудрыми и полезными гражданами и «просто хорошими людьми». Зная о том, что было, мы можем лучше судить о том, что есть.

Таким образом, рационально осмысленная историческая ретроспектива обеспечивает возможность лучше понять настоящее, найти средства дальнейшего совершенства путем усвоения уроков прошлого, которые имеют непреходящее общечеловеческое значение, ибо история это естественный процесс, в котором задействованы вневременные факторы. Как бы не воспринималась свобода (власть над природой - Бэкон, страстями - Декарт, осознанная необходимость - Спиноза) она по мнению Болингброка ограничена действием объективных законов, познание которых - исключительная прерогатива науки.


§2.«Лестница прогресса» эпохи Просвещения.
В центре внимания мыслителей эпохи Просвещения «естественный человек», который руководствуется в своих поступках чувствами и разумом. По своей природе он добр, но жизнь в обществе невежества и пороков делают его злым и несчастным. Следовательно жизнь общества необходимо привести в соответствие с «естественными законами» природы, которые в жизни общества проявляются как социальные законы, ибо человек vor allem существо политическое, ориентированное на определенный регламент.

Кризис феодальных структур вызвал интерес к истории человечества, в которой мыслители Просвещения надеялись получить ответы на актуальные проблемы современности.

История воспринималась как наука, опирающаяся на принцип взаимосвязи и взаимодействия, и также принцип детерминизма или всеобщей обусловленности неизменной природы человека.

Став философской наукой, история могла давать не только уроки мудрости, но и устанавливать в многообразии фактов определенные закономерности, объясняя последовательность событий и прогнозируя их последствия. Причем все события рассматривались в контексте движения общества «от неразумного состояния к разумному», с определением причин, что препятствует достижению Царства Разума.

Одна из первых попыток «философии истории» принадлежит Шарлю Луи де Секонда, барону де Монтескье (1689-1775). В своей работе «Дух законов» он объясняет причины различных форм общества, законы управления обществом. Законы определяет как «необходимые отношения, вытекающие из природы вещей». «Все что существует имеет свои законы».

Ощущение своей незащищенности обусловливает стремление человека к миру - это I «естественный закон»;

Забота о пропитании - это II «естественный закон»;

Побуждение к общению - III «естественный закон», а вместе эти законы демонстрируют общественное состояние как «естественное», а стало быть и закономерное.

Однако только люди объединяются в обществе, реальностью становится «война всех против всех», где каждый стремится от общества взять максимум выгоды. Посему возникает необходимость в институте государства и права, обеспечивающих определенный регламент жизни общества.

Имея общий «эталон» в форме «человеческого разума», законы отдельных народов могут существенно отличаться, ибо они обусловлены спецификой этих народов: традициями, ойкуменой, культурой, религией.

Вывод: История для Ш. Монтескье это философская наука, поскольку позволяет выявить законы развития жизни общества. С одной стороны, это законы «климата, почвы, ландшафта» - естественные законы природы, а с другой стороны - законы «народов» - которые могут изменяться в соответствии с волей народов или их правителей. Мера разумности вторых определяется степенью согласования с законами природы.

С философских позиций осмысливает мировую историю и Франсуа Мари Аруэ (Вольтер - псевдоним) 1694-1788 г. Его кредо - единство Разума, Природы, Человечности.

Вольтер обращается к истории Франции, России, Индии, Персии и других стран. Результатом явились «Философия истории»-1765 г. и «Опыт о правах и духе народов» 1769 г. Кстати, Вольтер ввел в обиход термин «философия истории».

Свою задачу он видел в том, чтобы с позиции рационализма, выдержанном в духе деизма, очистить историю от искажений, критически переосмыслить прошлое, вскрыть подлинные причинно-следственные связи, опираясь только на факты.

История не собрание сказок и не статистика. Это наука, исследующая нравы народов, раскрывающая предрасудки, демонстрирующая последствия невежества и человеческих страстей. История призвана помочь нам освоить наши права и обязанности, обрести любовь к добродетелям и Родине, преодолеть невежество и тщеславие, обрести иммунитет против фанатизма и деспотии. Другими словами история имеет просветительный и дидактический характер.

С точки зрения Вольтера не божественное провидение определяет ход истории, а мнения людей. «Мнения людей правят миром». Это идеи, сумма которых образует идеологию. Мнения - это не субъективные сиюминутные интересы и пристрастия людей, даже очень значительных (правителей), а результат рефлексии жизненного опыта и убеждения в истинности идей как базовых ценностей, определяющих последующую деятельность людей.

Мнения (идеи) могут быть ложными, и тогда они являются источником бед. Истинные мнения не измышляются, а выводятся из опыта средствами философии (!).

Овладевая умами, идеи приводят в движение массы, становятся силой. Поэтому история - «это не история королей, а история людей», в первую очередь ученых, ремесленников, земледельцев, торговцев. Что касается «черни» - необузданной и невежественной части народа, то она легко продается и становится добычей фанатизма. Это разрушительная сила общества.

Насилие оправдано только в случае борьбы за свободу, ибо «свобода священна». Признавая революцию как средство радикальных перемен, Вольтер видел в ней и ее отрицательную сторону - разрушительность. В «Истории Российской империи» он отмечает с каким трудом выстраивается здание культуры, и как легко оно разрушается.

Ни одну из эпох Вольтер не идеализирует, но рассматривает как ступеньки исторического прогресса, который по своей сути является прогрессом человеческого разума, шаг за шагом преодолевающего невежество людей, утверждая их юридическую свободу и равенство перед законом. Основа прогресса - Труд.

Идеалом Вольтера была сильная государственная власть просвещенного короля, формирование взглядов которого может обеспечить философия. Убеждение в том, что история есть история народа, сочеталось с верой в особую миссию ученых, философов, призванных воспитать мудрого правителя, который своей деятельностью приблизит «царство Разума» как конечную цель человечества. P.S. Похоже, что эту идею Вольтер списал с тандема «Аристотель - Александр Македонский».

Итак, кульминационной точкой философии истории Просвещения была идея исторического прогресса как прогресса человеческого разума, который в своем развитии проходит ряд этапов, совпадающих с конкретными историческими эпохами.

Построение «лестницы» прогресса человеческого разума было обусловлено пониманием того, что сам человеческий разум нуждается в совершенстве. Он должен насытиться научными знаниями и очиститься от невежества.

Идею «лестницы» прогресса человеческого разума как основания исторического прогресса активно прорабатывают Ж.-Ж. Руссо (1712-1788) См.: «Рассуждения о происхождении и основаниях неравенства между людьми», а также «Об общественном договоре»; Анн Робер Тюрго (1727-1781) См.: «Рассуждения о всеобщей истории»; Жан Антуан Кондорсе (1743-1794) См.: «Эскиз исторической картины прогресса человеческого разума».

С точки зрения Кондорсе, прогресс разума имеет исторический характер, ибо осуществляется в исторически конкретных эпохах развития общества. Кондорсе выделяет 10 (!) таких эпох.


  • становление человеческого общества и человека как социального существа (человек эмпирическим путем собирает первоначальные знания о мире);

  • развитие скотоводства, ремесла, торговли и формирование социального неравенства;

  • развитие земледелия и письменной культуры, формирование городов - государств; формирование гражданского права;

  • становление и развитие философии Древней Греции, когда философы не открывали истины, а выдумывали системы: Это время республиканского полиса;

  • закат античности и гибель Рима, упадка философии, науки;

  • «гений оставил народы, которые просветил». Это время грубой силы, суеверия, невежества, фанатизма и религии;

  • возрождение наук и изобретение книгопечатания, время урбанизации;

  • освобождение науки и философии от ига авторитета. Человеческий разум еще не свободен, но знает, что создан для свободы;

  • время от идеи французской революции до ее осуществления, когда утверждается принцип правового равенства всех людей. Это время утверждения в науке философской методологии и принципа равных прав, время утверждения независимости разума и обретение им статуса законодателя социального прогресса.

  • Время формирования условия для уничтожения национального неравенства; установление равенства людей, независимо от классовой принадлежности, а также создания условий подлинного совершенства человека. И тогда наступит время свободных людей, не признающих никакого господства кроме своего Разума.

В философии Просвещения история человека как история прогресса разума обретает временное изменение, что находит свое выражение в последовательной смене эпох. Каждая эпоха имеет свои особенности, а вместе единую логику движения от несовершенного к совершенному. «Лестница» прогресса разума соотносится с социальным прогрессом. Каждая эпоха не просто приближает будущее, а создает его, опираясь на предшествующий опыт.

Будущее не является произвольной конструкцией разума. Оно есть результат его исторического развития.

§ 3. Концепция истории Джамбатисто Вико.
Если французские просветители оптимистически смотрели в будущее, верили в доброе начало человека; знали, кто враг науки и кто тормозит движение к царству Разума; то мыслители Италии находились в иной ситуации.

Время Возрождения, подарившее идеал Европе, сменилось социально - политическим упадком, что не могло не сказаться на оригинальной концепции истории.

Дж. Вико (1668-1744), который представлял мировую историю как повторяющееся круговое движение всех народов от периода дикости к цивилизации и затем возвращение к первоначальному состоянию, которое является исходным для нового восхождения. (См.: «Основания новой науки об общей природе наций» М., К.,1994 г.)

Дж. Вико волнует вопрос почему великие культуры Греции и Рима пришли в упадок. Решение этого вопроса он начинает с уяснения сущности человеческой природы. То что человеческая природа изначально общественна - это не вызывает сомнения, а то что она абсолютно добродетельна, как это утверждают мыслители эпохи Просвещения - это заключение сомнительно.

В пользу общественной природы человека говорит тот факт, что все народы без исключения имеют определенную религию, заключают браки, осуществляют погребение.

Что касается второго тезиса, то с точки зрения Вико человек не добр и не зол, хотя ему свойственно себялюбие и властолюбие, жадность и стремление к выгоде. И только Божественное провидение наставляет его на истинный путь, побуждает к милосердию и побуждает к добру и справедливости.

Дж. Вико анализирует исторический материал из жизни различных народов и выявляет в их истории три основные эпохи: время Богов, время Героев и время Людей.

Каждое время располагает своей природой, нравом, правом, языком и государством.

Время Богов - это состояние дикости и безудержной звериной свободы. Обладая слабым рассудком, но богатой фантазией, люди создали языческую религию, обуздавшую их дикость, приняли власть авторитета, объединявшего жреческую и монархическую власть, открыли для себя естественное право.

Первой мудростью язычников были мифы как регламент жизни общества и его подлинная история.

В эпоху Героев семья власти авторитета разрастается, принимая под свое покровительство представителей других родов и племен. Представители власти авторитета стали князьями рода человеческого. Но обращение благородных с плебеями вело к коллизиям, которые отчасти разрешались усилиями государства в форме аристократической республики. Естественное право рассматривалось как право силы, ограниченной усилиями религии. Язык этой эпохи был языком «героических знаков» гербов.

Эпоха Людей начинается когда плебеи уясняют, что по своей человеческой природе они равны благородным, и тогда они создают гражданское сословие. В результате смешения естественного права и гражданского права возникли народные республики со своим законодательством. Народные республики, уничтожив власть авторитета, сделали первый шаг к собственному уничтожению. На место народной республики пришла анархия - худшая из всех тираний, ибо демонстрировала разнузданную свободу, ничем не отличающуюся от первобытной звериной свободы эпохи Богов. В результате анархии народ возвращается в первоначальное состояние дикости.

Все 3 формы общественного состояния в реальной истории народов представлены в форме различных модификаций, что не перечеркивает общий сценарий.

С точки зрения Дж. Вико движение от одной эпохи к другой не является движением по кругу. Это состояние спирали со своей амплитудой колебания чем выше подъем, тем глубже падение. И тому примеры Греции, Рима, Европы.

Причина этого Возвращения коренится в природе человека. Преследуя свои интересы, человек может дойти до звериного состояния, и в этом проявляется его воля. Хотя эта же воля может подвигнуть человека к установлению более высокого порядка. Сила воли такова, что люди могут не только задержать развитие, но и повернуть его вспять, ибо в начале люди довольствуются только необходимым, затем обращают внимание на полезное, замечают удобное, развлекаются наслаждением, развращаются роскошью, безумствуют, растрачивая свое имущество.

«Природе человека соответствует и природа нации: сначала она жестока, затем сурова, мягка, утончена, наконец распущена».

Человек остается эгоистом, заботится о себе больше, чем о других. Но он склонен и к добру, хотя и не без помощи свыше. Поэтому сущность человека особая и нет смысла распространять законы природы на общество и человека, как это делает философия Просвещения.

Дж. Вико - рационалист, но не картезианской школы. Его рационализм тяготеет к эмпирической традиции, у истоков которой стоят Т. Гоббс, Дж. Локк. (См.: «Левиафан», «Два трактата об управлении»

Разум не дан в готовом и завершенном виде. Он является результатом развития человека и культуры его народа. Дж. Вико был одним из первых, кто сделал попытку увидеть в истории соединяющие друг друга во времени эпохи, каждая из которых обладала самоценностью и необходимостью.

§4. И. Гердер и его история как прогресс «гуманности».
Интерес представляет работа Иогана Готфрида Гердера (1744 - 1803) «Идеи к философии истории человечества», где он делает попытку осмыслить историю человечества, раскрыть законы общественного развития.

Исходный тезис: «Философия истории является частью Философии природы, а посему основные законы природы суть законы развития общества», ибо всякое существование в самом великом и самом малом основано на одних Законах. Но у каждого творения есть свой мир, обеспечивающий особенность его существования.

Разделяя учение Лейбница о монадах, Гердер высказывает мысль о самодостаточности природы, которая, сохраняя свое единство, обеспечивает жизнь в многообразии ее проявлений от камня к кристаллу, от кристалла к растениям, от них к животным, и от животных к человеку - таков путь развития Природы, где проявляется действие Закона восходящих сил (который предполагает действие). И закона господства основной формы (который находит свое воплощение в человеке).

Великое слияние низших органических сил породило душу или дух человека, он поднялся над телом и стал его господином. По Гердеру сущностью человеческого духа является гуманность. Она включает: волю, разум, этические и эстетические чувства, человеколюбие и справедливость, в сумме составляя человечность.

Однако человечность не врожденное, а приобретенное качество. Изначально оно существует только как возможность. Эта возможность может быть реализована только через воспитание на базе лучших традиций.

Таким образом, Философия истории Гердера основывается на 2-х принципах: действия «органических сил» и традиции как фактор воспитания.

Природа подарила человеку возрасты жизни и среди них детство и юность, отведенные для формирования разума, гуманного духа и человеческого образа жизни.

Многообразие среды обитания человека не исключает, а предполагает решение в первую очередь одной проблемы - проблемы человечности. Все остальное решается с позиции человечности.

Поднимает Гердер и проблему общения. Формирование гуманности исключено вне общения. Через общение и воспитание человек и становится человеком.

Рассматривает Гердер и возможности культуры как фактора воспитания, роль языка как организатора абстрактного мышления; роль религии с ее ориентиром на подобие человека и Бога, ибо положение обязывает.

Среди неназванных факторов исторического прогресса особое место занимает семья и государство. Первая олицетворяет власть авторитета, второе - авторитет власти. К сожалению, и семья, и государство не всегда бывают на высоте, о чем свидетельствует практика и сравнительный анализ существующих форм правления. Деспотизм в семье и тирания в обществе основаны не на разуме, а на необузданных чувствах.

Только те, кто всеми силами развивает в себе дух гуманности, постоянно обновляют свой облик. Это касается не только людей, но и целых народов. И если они остановились в своем развитии, это означает, что они перестали использовать разум по назначению.

Созидающая сила разума способна преобразовать хаос в порядок. Итак, философия истории Гердера отличается от концепций других просветителей. В её контексте всемирная история предстает как сложноорганизованная система, разрешающая противоречия хаоса и порядка через самосовершенствование «органических сил» и достижения определенной стадии гуманности в форме человечности. Не все строго выдержанно в концепции Гердера, но подкупает пафос идеи истории как прогресса гуманности.


§ 5. Гегель о «хитрости» Мирового разума.
Философия Гегеля (1770-1831) - вершина классического рационализма. «Разум правит миром» - кредо философии Гегеля, которое явлено во всех работах немецкого мыслителя, в том числе и на страницах «Лекций по философии истории».

С точки зрения Гегеля, сущностью мира, его субстанцией является «абсолютная идея» - безличный мировой разум, который в своем развитии порождает все многообразие мира, сознавая себя в качестве субъекта действия.

Все существующее многообразие мира, в том числе и социального, содержится лишь потенциально и только через усилия мирового разума, оно обретает свою действительность, свою историю.

Что касается Мирового Разума, то будучи субстанцией, он не нуждается во внешнем материале, а «берет все из самого себя, выступая собственной предпосылкой и конечной целью».

Первая ступень становления абсолютной идеи – природа. Она не имеет истории. Только через ее отрицание абсолютная идея становится «Мыслящим духом», который продолжает свое самоосвобождение на уровне субъективного, объективного и абсолютного духа, демонстрируя в каждом случае свою меру свободы. Пройдя этапы индивидуального и общественного развития, она в статусе всемирной истории становится способом самопознания Мирового Разума. Таким образом, философия истории по Гегелю есть рефлексия Абсолютной идеи - Мирового разума в формах права, морали и нравственности. Мораль обеспечивает нормы должного, нравственность демонстрирует сущее на уровне семьи, гражданского общества и государства. Что касается права, то оно определяет меру свободы, обеспечивая регламент общественных отношений.

Семья - способ воспроизводства общества и институт воспитания. Гражданское общество - это состояние, где «каждый цель, а все остальные средство», но все равны перед законом. Государство - высшая форма общности людей с ориентиром на достижение гармонии индивидуального и общественного.

То, что «должно быть» содержится в сущности Мирового разума - абсолютной идеи и «осуществляется с необходимостью на каждом этапе развития истории. С точки зрения Гегеля философия должна «способствовать пониманию того, что действительный мир таков, каким он должен быть, что истинное добро, всеобщий мировой разум, является силой, способной осуществлять себя. Его содержание и осуществление и есть всемирная история человечества».

Действительное - это должное, необходимое проявление Мирового разума. Неразумное лишается статуса действительного, хотя и остается существующим. С этих позиций «примирение» с действительностью достигается путем познания, утверждения положительного и преодоления отрицательного в процессе осуществления конечной цели.

Но если бы все события развивались в соответствии с логикой самопознания Мирового разума, то они служили бы лишь иллюстрацией его саморазвития. Однако, история только «виртуально» содержится в абсолютном духе, а реализуется через волю и поступки людей, обусловленными их интересами. Преследуя частные интересы, мобилизуя свою волю и вкладывая все силы для достижения поставленной цели, человек становится тем, что он есть, то есть конкретной, определенной личностью своего общества.

На фоне частных устремлений, общая цель, любовь к Отечеству, жертвенность, составляют мизерную величину. История превращается в арену своенравных устремлений, где в жертву приносятся государственная мудрость и индивидуальная добродетель. Но если возвыситься над этой картиной, то можно увидеть, что результаты поступков людей оказываются иными, чем те цели, которые они преследовали, ибо параллельно с их поступками осуществляется нечто такое, что скрыто от их глаз, но это нечто редактирует результаты их деятельности. В этом Гегель видит «хитрость» Мирового разума, который, так или иначе, расставляет все по своим местам.

Жесткость утверждения того, что люди являются средством (инструментом) Мирового разума не смущает Гегеля, ибо он полагает, что присутствие в каждом человеке вечного и безусловного - моральности и религиозности задает причастность к Мировому разуму, обеспечивает их самоценность.

Итак, сделав субстанцию - Мировой разум объектом развития, Гегель привнес в историю процессуальность и необратимость, становление и отчуждение ибо только в саморазвитии дух (мировой разум) познает себя и доходит до осознания своей свободы. Эмпирическая история как сумма различных факторов обрела идею свободы, которая могла осуществиться только в конкретных формах. Совпадение логического и исторического, в основе которого лежало тождество бытия и мышления сделало возможным философское рассмотрение истории, главным «героем» которой стал разум, познающий себя через философию.

Диалектика единичного и общего позволила Гегелю избежать ситуацию быть заложником исторических конкретных фактов, и не дать «идее» уйти в область чистой спекуляции.

И хотя всемирная история не есть «арена счастья», а скорее картина скорби по поводу творимого зла, утверждение приоритета разума снимает проблему всевластия зла, ибо истина и добро в конечном итоге совпадают и это единство есть гарант победы добра.

Наши поступки: добрые или злые, обусловлены проявлением свободы. Но свобода не дается, как утверждает французское Просвещение. По Гегелю свобода приобретается через воспитание и дисциплинирующее знание. И в этом смысле свобода не обязанность, а определенная «дисциплинарная матрица», предполагающая определенную меру ответственности. Это еще одно косвенное свидетельство веры Гегеля в победу добра и шествия истории как саморазвития Мирового разума.
§ 6. Марксизм и его материалистическое понимании истории.
Классики марксизма - К. Маркс (1818-1883), Ф. Энгельс (1820-1895) заложили основание философии, которая должна помочь сделать общество человечным, а человека общественным.

Убежденные в приоритете экономики, Маркс и Энгельс противопоставили, модной по тем временам концепции плюрализма факторов общественного развития, концепцию материалистического понимания истории. Во «Введении. К критике политической экономии» Маркс подчеркивает: «В общественном производстве своей жизни люди вступают в определенные, необходимые, от их воли не зависящие, отношения - производственные отношения, которые соответствуют определенной ступени развития их материальных производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается политическая и юридическая надстройка и которому соответствует определенные формы общественного сознания. Способ производства материальной жизни обуславливают социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Не сознание людей определяет их бытие, а наоборот, их общественное бытие определяет их сознание». (См.: т. 13. С. 6-7).

История общества предстает как история способов производства, в которых заложены источники общественного развития.

Определенную роль играют производительные силы конкретного способа производства. Что находит свое отражение в Законе соответствия производственных отношений уровню и характеру развития производительных сил. Общество развивается, пока производственные отношения соответствуют производительным силам. Когда же они из формы развития производительных сил превращаются в оковы, возникает необходимость замены способа производства более прогрессивным, с новыми производительными силами и новыми производственными отношениями.

В процессе общественного производства (а это 4! сферы) люди вступая в производственные отношения образуют малые или большие социальные образования, которые отличаются по их месту в системе производства, по их отношению к средствам производства, по способу получения и размерам общественного дохода.

Поскольку за «экономическими отношениями» каждого общества проявляются интересы различных социальных образований, то история общества предстает как история борьбы классов: рабов и рабовладельцев, крепостных и помещиков, рабочих и капиталистов.

Выделение экономических отношений, в качестве определяющих, позволило вскрыть объективные закономерности возникновения и развития социальных организмов и построить свою теорию всемирной истории человечества.

Общество с присущими ему способом производства, Маркс назвал общественно-экономической формацией. 5(!) типам способов производства с присущей взаимосвязью производственных отношений и производительных сил соответствует по Марксу 5 общественно-экономических формаций: первобытнообщинная, античная, феодальная, капиталистическая и коммунистическая. Каждая из них характеризуется своей мерой зависимости от природы; своим уровнем развития производительных сил. Переход от одной общественно-экономической формации к другой осуществляется в ходе социальных революций. Когда производственные отношения из формы развития производительных сил превращается в их оковы, тогда общественное бытие изменяет общественное сознание и подготавливает его к новым ценностям нового бытия. Возникает феномен «низы не хотят жить по старому, верхи не могут управлять по-старому».

Этот переход от одной общественно-экономической формации к другой имеет характер диалектического отрицания (Маркс - младогегельянец). Это отрицание обеспечивает преемственность старого и нового качества.

Достаточно четко просматривается источник развития, противоречие - механизм количественно- качественных изменений и отрицание старого качества новым.

Как представитель классического рационализма К. Маркс продемонстрировал действие всеобщих законов бытия мира и специфику их проявления на уровне развития общества, предложив свою концепцию мировой истории человечества, как истории смены общественно-экономических формаций.

Предложенная картина всемирной истории впечатляет, но не воодушевляет, ибо сохраняет неопределенность.

1. Рационалист Маркс подменил Слово (Логос) Делом, теорию практикой, поставил телегу впереди лошади, подчинил сознание бытию.

Но мы то знаем, что в одних и тех же условиях бытия люди ведут себя по разному и их поступки определяются их индивидуальным сознанием, их избирательной способностью, в основе которой лежит определенная комбинация ценностей.

2. История мыслится у Маркса как линейное, поступательное движение от менее совершенного к более совершенному состоянию. Критерий прогресс - уровень и характер развития производительных сил. Конечная цель неотвратима. Это коммунизм как переход от предыстории к подлинной истории, где реализуется лозунг «от каждого по способностям и каждому по потребностям», где осуществляется «скачок из царства необходимости в царство свободы.

Но и здесь прослеживаются нестыковки:

а) Похоже молодой Маркс был ближе к истине, когда рассматривал коммунизм как идеальное царство земное по аналогии с царством небесным. (См.: Экономико-философские рукописи 1844 г. Соч. Т. 42. Особенно стр. 110-120). После, автор «Манифеста коммунистической партии» обеспечит инверсию идеального проекта в социальный проект. (См.: Критику Готской программы о двух стадиях коммунизма).

Из идеала (ориентира на горизонт) идея коммунизма превратилось в политического идола и ее первым заложником стал Маркс.

Синергетическая концепция развития сложноорганизованных систем только косвенно подтверждает очередной утопизм телеологического характера с ориентиром на финал «по ту сторону материального производства». Но из моего резюме следует только одно. Формула «марксизм не догма, а руководство к действию» сомнительна, но сам марксизм и его концепция материалистического понимания истории бесценна, ибо дает возможность проводить сравнительный анализ с другими концепциями и осуществлять дальнейший поиск в русле «Философии истории».
§ 7. Тейяр де Шарден и его история косморазвития.
В двадцатые годы XX столетия реакцией на натурализм позитивизма, материализм марксизма и субъективизм «философии жизни» было возрождение концепций универсализма и объективизма. Складывается направление «неореализма» С. Александера, Д. Уайтхеда и др.

Философия истории заменяется философской космологией с ориентиром на «творческую эволюцию» космоса, который в своем развитии проходит ряд стадий от неорганики к органике, от психического к социальному.

«Творческая эволюция» трактовалась как «эмерджентная» - созидающая эффект внезапного возникновения, непредсказуемого и логически не выводимого, рождение нового качества - эмерджента.

В космологической версии развития мира человек лишался преимущества ценности. У Александера - это новый эмерджент, у Уайтхеда - это «точка» пространства со способностью чувствовать.

Более привлекательными оказались концепции космогенеза, рассматривающие историю космоса как процесс саморазвития от биологических до социокультурных форм, от косной материи до ноосферы. Эти идеи В.И. Вернадского разделял и ректор католического института в Париже Пьер Тейяр де Шарден (1881 -1955) . С точки зрения Т. де Шардена космогенез имеет три этапа: преджизнь как состояние интенсивного геологического развития; жизнь - как состояние биосферы; мысль - сфера разума, через которую человечеству открывается «сверхжизнь» универсума, представленного точкой Омега.

Движение от этапа к этапу подчинено закону «направленного усложнения» - закону ортогенеза, как «линии прогресса жизни» с ориентиром на формирование сознания в процессе «гоминизации».

Собственно история человечества начинается не с появлением неандертальца, а с появлением человека разумного в период неолита - период возникновения цивилизации, оседлого, организованного социума, что способствовало становлению «коллективной памяти» и формированию доминанты психического фактора по отношению к соматическому.

Становление и развитие наций, государств, империй - весь этот драматический спектакль, называемый человеческой историей, с точки зрения Т. де Шардена является продолжением органического развития жизни и потому является «естественной историей». Будущее мира разыгрывалось на Востоке, но отсутствие вкуса и стремления к обновлению» привело к затуханию очага эволюции в Китае. Индия «сникла» увлекшись «метафизикой» единства брахмана и атмана, что исключало интенцию творческой эволюции. Поэтому «ведущая ось антропогенеза» сместилась на Запад, где «развивающееся человечество поглощает последние остатки неолитической мозаики», демонстрируя эру пробуждения рефлексии - самопознания. Что в свою очередь не только ускоряет процесс эволюции гуманизации, но и придает ей характер рациональности. Она «осознает самое себя», обеспечивая процесс «энергетической концентрации сознания», «сращивание мыслящих душ», взаимооплодотворение наций и народов» на стадии ноосферы, которая есть становление «сверхжизни».

Вершиной эволюции является сверхличностная точка - Омега, в которой собирается все сознание. Не растворяя индивидуальное сознание в процессе конвергенции, точка - Омега заявляет о себе как «центр гармонизированной сложности». Устремленные к Омеге наши души преодолевают смерть, освобождаются от материальной оболочки. Сохраняя свое сознание они включаются в процесс конвергенции Духа Земли, демонстрируя конец света. «Конец света, отмечает Т. де Шарден, - это внутренний возврат к себе ноосферы..., отделение сознания, достигшего совершенства, от своей материальной матрицы, чтобы иметь возможность обрести покой в Боге - Омеге».

Итак, в концепции Т. де Шардена процесс космогенеза предстает как эволюция от косной природы до человека, от деятельности которого зависят темпы прогресса, понимаемого как рост сознания, - фактора совершенствования человечества. Гарантом космогенеза является наличие Бога - Омеги. (В этом смысле философия Т. де Шардена является модификацией принципа деизма, который активно «эксплуатировался» философией Нового времени, особенно философией Просвещения. Последняя принимала необходимость и целесообразность идеала, эталона, дисциплинарной матрицы «абсолютного добра» в лице Бога.

Особое внимание Т. де Шарден придает науке. С позиции рационализма, наука обязана познать все то, что вокруг нас и позади нас.

Что касается будущего, - то это прерогатива религии с ее ориентиром на сверхрациональную интуицию, с ее верой в духовное единство человечества.

Идея Т. де Шардена о том, что наука и религия есть две фазы единого процесса познания, демонстрировала жизненность философии Фомы Аквинского. Идея персонификации универсума в точке - Омега как центре концентрации сознания, превращала Бога в некий метафизический принцип развития мира.

В целом же история по Т. де Шардену, - это декорация космического спектакля под названием «Конвергенция сознания» или «процесс формирования ноосферы» (См.: его работу «Феномен человека» М., 1965, 78 и др. годы).

Грядущий синтез сознания можно затормозить, но нельзя его остановить. Конец истории неотвратим. Телеологизм и финализм - принципиальное отличие исторической концепции Т. де Шардена.

* * *

Подводя итоги можно сказать, что классическая философия рациональности была, vor allem субстанциональной, рассматривая в качестве самодостаточной сущности либо «первокирпичик» мироздания, либо неизменную природу человека.

Классическая рациональность утвердила принцип объективизма - признание объективных законов развития мира и его истории; принцип всеобщего детерминизма с его господством причинно-следственных связей; принцип универсализма с ориентиром на создание всеобщей (на все времена и для всех народов) модели исторического развития.

Идеалом классической рациональности была наука (математика, естествознание), что вело к экстраполяции научных методов на все сферы жизни общества, в том числе и на его историю.

Совпадение логического и исторического давало основания в философии истории «оформлять» эмпирический материал в контексте универсальных законов и строить прогнозы будущего.

Однако, внеисторичность разума (мирового, человеческого) требовала:



  • конструировать идеальные образы должного социального устройства, что вело к утопии по своей сути, в силу оторванности от конкретного социокультурного контекста.

  • обеспечивать приоритет логического над историческим, который оборачивался телеологизмом, игнорируя все, что не соответствовало магистральной линии, не смотря на свою конкретику;

  • представления о должном, которое с необходимостью вело к идее «конца истории» при достижении и осуществлении идеального образца;

  • воспринимать историю как саморазвитие субстанции, что снимало проблему прошлого, настоящего и будущего. Оставалось только просчитать развертывание свойств субстанции во времени и пространстве.

  • отвести человеку роль средства осуществления предзаданной цели. Посему и свобода трактовалась как «познанная необходимость».

  • исключить влияние человеческой субъективности (интересов, желаний, надежд), в результате чего, цели истории оказывались по ту сторону человеческой жизни.

  • представлять историю как самостоятельную силу, которая ведет того, кто повинуется, и тащит того, кто сопротивляется. Это в свою очередь вело к утверждению приоритета социального над человеком - декларированного в качестве творца истории, хотя основоположник рационализма Платон мечтал о гармонии индивидуальной добродетели в обществе справедливости, диалоге паритета личности и общества.

Относительно недавно, в 1989 году, представитель неолиберализма, неогегельянец Фрэнсис Фукуяма провозгласил тезис о конце истории, которая завершается победой либерализма, установлением общечеловеческого государства в рамках осуществления концепции глобализма на принципах либеральной демократии и рыночной экономики. Идеи коммунизма и фашизма «приказали долго жить». Борьба за признание, готовность рисковать уступят место экономическому расчету, заботе об экологии, удовлетворению изощренных потребностей. И только многовековая скука заставит историю взять еще один старт, создать новые идеи.

По сути, статья Ф. Фукаямы - это применение гегелевской схемы мирового развития с ориентиром на формирование подлинного демократического и правового государства... с учетом современности, но именно современн и заставляет сформулировать вопросы:



  • Возможно ли решение проблемы единства человечества не в точке «Омега», а здесь, на Земле, в условиях материальной действительности?

  • Существуют ли абсолютные ценности как база объединения человечества?

  • Можно ли признать вечность и неизменность либеральных ценностей?

  • Является ли институт государства высшей и непреходящей формой регламента общества?

Эти и другие вопросы заставляют открыть следующую тему курса «философии истории», под названием «Неклассическая рациональность или субъективная востребованность философии истории».



1   2   3   4   5   6   7   8


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет