Улица Kalmuk road



жүктеу 4.21 Mb.
бет11/20
Дата02.05.2016
өлшемі4.21 Mb.
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   20
: library
library -> Пайдаланушыларға «Виртуалды библиографиялық анықтама» қызмет көрсетудің ережелері
library -> I-бап улыўма режелер q-статья. Усы Нызамны4 ма3сети
library -> Ауыл шаруашылық ғылымдары
library -> А. Ф. Зейнулина филология ғылымдарының кандидаты, профессор
library -> Қазақстан халқы Ассамблеясы
library -> М ж. КӨпеев шығармаларындағы кірме сөздер тарихы оқУ ҚҰралы
library -> Искусный проситель
library -> О профессиональных объединениях аудиторов и аудиторских организаций
library -> Е. Жұматаева жоғары мектепте әдебиетті білімденудің инновациялық технологияларымен оқыту
library -> Іскери – КӘсіби қазақ тілі
Глава 2. Welcome моя фамилия10
Как и во многих других диаспорных общинах, у калмыков роль семьи определяется двумя ее важнейшими функциями: биологическим воспроизводством этнической общности и передачей этнической культуры. В условиях диаспоры – при отсутствии своей государственности – семья наряду с церковью и школой выступает как одно из немногих средств этнической социализации и становится этнозащитным средством культуры.412 Поэтому калмыки и в изгнании старались сохранить внутриэтнические ориентации в выборе брачных партнеров. Разумеется, право выбора оставалось за мужчинами – женихами, отцами женихов и невест. Эти установки хорошо помнятся и теперь.

Мама всегда ориентировала на брак с калмыком: ты калмычка и должна выйти замуж за калмыка. Мужчинам не хватало девушек, но не было случая, чтобы калмыцкая девушка [в эмиграции] вышла замуж не за калмыка. 413

Прочная установка на внутриэтническую эндогамию звучит и в сложном по содержанию признании человека, который по рациональному решению перебрался в американскую оккупационную зону, но сохранил сознание причастности к народу-победителю: «Жениться на немке в послевоенной Германии не было проблем, но я не хотел. Я хотел жениться только на калмычке».414

Многие браки в эмиграции были повторными из-за узости брачного выбора.

Конечно, мои родители в России не женились. Во время революции, когда вышли сюда, своих потеряли. Мамы нашей муж погиб, папины тоже где-то потерялись.415

Чтобы создать полноценную калмыцкую семью, порой приходилось пересматривать, казалось бы, незыблемые правила выбора брачного партнера, а именно – запрет на женитьбу на родственнице по отцовской линии до седьмого колена. Как вспоминает эмигрант второго исхода,

моя жена мне родственница в пятом поколении. Но за границей уже нельзя было считать, понимаешь. Мы уже начали жениться … нег яста болувчин (хотя и относились к одной кости), значит, чтобы не раствориться, чтобы семья калмыцкая осталась. Борьба у нас была. И потом у нас было вот такое недоразумение: в одном поколении было очень мало мальчиков, в другом было очень мало девочек. И вот наши девочки стали выходить замуж за иностранцев [в Америке].416

Традиционная калмыцкая семья и в зарубежье сохранила свои основные признаки: моногамность, мужское доминирование, традиционные полоролевые стереотипы. Жена продолжала оставаться хранительницей очага, в ее обязанности входили домашние дела: приготовление еды на всех членов семьи, шитье, стирка и глажка одежды, уборка жилья, уход за детьми и стариками, поддержание родственных отношений со всей разветвленной родней. Муж должен был кормить семью, заниматься делами «внешнего круга» – взаимодействием с большим обществом, с другими членами общины.

В первые годы жизни в Америке распространенным типом была расширенная семья, состоявшая из супругов, родителей мужа, выросших неженатых и малых детей. Такой состав семьи позволял работать молодой матери, потому что с детьми оставались дома бабушка и/или дедушка. Именно представители старшего поколения учили внуков калмыцкому языку и обычаям и поддерживали «этнический климат» в семье. В отличие от нуклеарной семьи, в которую кроме супругов могли входить дети и овдовевший родитель или даже оба родителя, в расширенной семье все основные решения, денежные вопросы, управление хозяйством принадлежат старшему поколению, а зарабатывает на жизнь среднее поколение. Тут нельзя не согласиться с наблюдением М. Мид, что «если деды составляют часть группы, иммигрировавшей в чужое общество, тесные связи внутри общины могут обеспечить ее целостность».417 В нуклеарной семье даже при совместном проживании представителей трех поколений принятие решений принадлежит работающей семейной паре. В таких семьях безусловное почитание стариков сохраняется и когда они уже слабы и не в состоянии работать вне дома или заниматься домашним хозяйством.

В этом отношении калмыцкая община резко отличается от иммиграции в США или Израиле, предполагающей такое включение в культуру, когда от молодежи требуется, чтобы ее поведение далеко отошло от традиционного поведения старших. Так, «иммигранты из Восточной Европы в Израиле не обращали внимания на стариков – представителей старшего поколения, сопровождавших своих детей в иммиграцию. Они проявляют в отношении к ним меньше уважения как к людям, не имеющим больше власти, своего рода пренебрежение, подчеркивающее, что старшие не являются более хранителями мудрости или моделью поведения для молодежи».418 Уважение к старшим как неоспоримый нравственный императив, один из культурных устоев калмыцкого общества, позволило старшему поколению калмыцкой эмиграции сохранить свой высокий статус несмотря на экономические и другие трудности адаптационного периода.

Однако калмыцкая семья, как и в других иммигрантских группах, развивалась в направлении, определявшемся условиями американского общества, – к малой двухпоколенной семье, центром которой являются дети.419 Именно нуклеарная семья по мнению американских антропологов представляет собой очень гибкую социальную группу в ситуациях, когда большая часть населения или каждое последующее поколение должно усваивать новые жизненные принципы.420

Двухпоколенная семья типична для калмыков Америки, и это хорошо показано в исследовании П.Рубел,421 хотя еще можно встретить примеры трех- и даже четырехпоколенной семьи в наши дни. Это известная своим гостеприимством семья Бадушевых, которая долгие годы включала старших – Серятра и Дусю, покинувших СССР в годы Второй мировой войны, их сына Самбу (Сэма) с женой Лизой, дочерью старых эмигрантов – «сербов», внуков, внучек и правнука Джалсу. Вместе с ними жил и старший внук Наран с женой из России Саглар и внучкой Кермяш, пока не купил себе дом. Не случайно как раз в этой семье внуки прекрасно говорят по-калмыцки, а Эльзята даже была переводчицей с калмыцкого на английский и обратно, когда приехала делегация из Калмыкии.

Уже в 60-х годах почти все калмыки имели свои собственные дома. Как заметила Рубел, «чувствуется, что иметь свой собственный дом для калмыков – естественно, поэтому их желание стать домовладельцем очень сильно, ведь дома были недоступны старым эмигрантам во время проживания на Балканах из-за недостатка кредитных возможностей».422 В случаях ипотечного займа на строительство нового дома калмыки старались выплачивать деньги как можно быстрее и помимо оговоренных выплат вносили дополнительные вклады каждый месяц. Если же новобрачные планировали поселиться самостоятельно, первый взнос за дом обычно включался в приданое невесты.423

Для иммигрантов, например, немецкого и ирландского происхождения были зафиксированы попытки «победить город»424, между тем калмыки в США таких попыток не предпринимали ввиду их опыта жизни в Европе.

Полоролевые стереотипы продолжают оставаться существенными в основном для людей среднего и старшего возраста. Представление о том, что мужчина в семье важнее и старше по статусу, еще встречается как дань традиции. Порой об этом говорят всерьез даже уважаемые в общине люди. Как-то я услышала рассуждение об одной супружеской паре: «Она гораздо более толковая, чем ее муж, но она традиционная калмычка, не хочет забегать вперед мужа». Тем не менее, нередко мужское доминирование в калмыцких семьях явно преувеличивается перед внешним миром. Подчеркнутое почитание мужчины на людях рассматривается как следование традиции, особенно это важно в этикетно закрепленных формах ритуальной сферы – на свадьбах, праздниках или торжествах. При более близком знакомстве выясняется, что границы женской самостоятельности достаточно широки.

Через год после приезда в США моя жена неожиданно купила машину. Зачем нам машина, кто будет ездить? – «Сами будем учиться – видишь, без машины здесь никак нельзя».425

В другой семье жена сама выбирала проект для своего дома и сама руководила строительством, дом получился большой и удобный. Еще один случай:

Мой муж был очень образованный. Он знал, что делал. Во время войны мы жили в Германии и мужа отправляли в командировку на Украину [в Корпус]. Но я ему сказала: туда тебе дела нет. Сиди тут.426

П.Рубел также обращала внимание на то, кому принадлежит лидерство в ведении хозяйства, и по ее материалам можно судить, что в нуклеарных семьях лидерство распределяется поровну: в одних семьях управляет муж, в других жена. Но в расширенных семьях чаще главная роль у свекрови.427

Ответственность за ведение домашнего хозяйства в 60-е годы в большей степени лежала на женщине. Другие члены семьи, как в прошлом, принимали то или иное участие в хозяйственных заботах. Дети, мужчины и женщины, старшие и младшие – каждый имел свои обязанности в соответствии с половозрастным статусом. Если в доме не было бабушки, а мать работала весь день, она давала задания детям и они выполняли несложную физическую работу дома. Мальчики и девочки работали на равных, и было очевидно, что мальчику не зазорно выполнять домашнюю работу. Если муж временно не работал, а жена ходила на работу, муж мог иногда приготовить ужин или помочь с тяжелыми домашними делами. Пожилые мужчины помогали готовить калмыцкие блюда, разделывали тушу и делили мясо на порции, тогда как молодые парни, скажем, натирали полы.428

Среди множества неписаных правил было безусловное мужское доминирование, выраженное в обычае избегания. Жена как младший по статусу член семьи не могла первой обращаться к старшим, в том числе к мужу, а также не должна была называть мужа и его родственников по имени. Особенно строго за правилами избегания следили в начале совместной жизни, позже женщина сама как могла корректировала свое положение и если хотела, то боролась за свои права на лидерство в семье ежедневной рутинной работой. Молодые девушки, выросшие в Европе, посещавшие сербские и русские гимназии, часто не хотели слепо повиноваться патриархатной традиции и нередко следовали ей лишь формально.

Замуж я вышла, когда мне не было 17 лет. Муж был старше меня намного. Мать мне сказала: «Не смей называть его по имени». И я обращалась к нему: «Эй ты! Ты слышишь?»429

Мы называли друг друга с мужем по имени. А родители… не слыхала, чтобы папа маму по имени называл, и мама его по имени не называла. А позже папа ее эмгн (старуха) называл. Они как-то по-старинному жили. 430

«По-старинному» означает, что жена должна во всем слушаться мужа, а также быть хорошей хозяйкой и матерью. Среди прочих женских добродетелей ценились уравновешенность и спокойный характер, а также умение ладить с людьми, главное – с мужем и его родственниками. Если женщина мужу перечила, он мог ее и побить, и по рассказам информантов это не зависело от того, кто в какую волну эмиграции покинул родные степи.

Если мать чересчур много болтала, отец ей по зубам даст. Он-то не бьет так тяжело, но по зубам даст ей. А я тогда говорю матери: «Зачем же Вы так отвечаете против него?» – «Я не хочу слушать, что он мне говорит, я знаю, что это неправда» – и, в общем, спорит. А я говорю: «Да оставьте этого дурака, пусть говорит, устанет и перестанет говорить». 431

Как видно из этого рассказа, во многих семьях отношения старшинства и подчинения между отцом и другими членами семьи были более свободными, чем предписывалось патриархатными рамками. Хотя номинальное главенство оставалось за отцом, реальная структура лидерства зависела от конкретной семейной ситуации. Если муж не справлялся с обязанностями кормильца, эти функции подхватывала его супруга. Однако примеры, когда муж бил жену, не были большой редкостью, но стоит сказать, что сами мужья не злоупотребляли этим средством демонстрации власти. Встречались и жены, способные побить мужа, но это были единичные случаи.

В трудных условиях эмиграции именно семья была опорой человеку, где он находил не только еду и постель, но и внимание, заботу, ласку и любовь. Посещение храмов, праздников, родственников также украшало жизнь и помогало выживать, но в повседневном обиходе именно семья создавала микромир человека, поэтому злоупотреблять физической силой и рисковать семейными отношениями было неразумно.

В разговорах со старшими я часто слышала, что статус женщины определяется статусом ее мужа, но не наоборот.

Какой умный был Хрущев! Вчера показывали хронику: он с женой Ниной, она в простом ситцевом платье, а он ее не стеснялся, везде с собой брал, даже в ООН. Это было так красиво, не то чтобы модница, но простое скромное платье... рядом с уважаемым мужчиной ямаран чигн эмгн (хоть какая бабка) проходит. 432

«Ты тоже будешь командовать в своей семье, как моя жена – в нашей? – с улыбкой спросил меня один калмык. – У нас в большинстве семей мужчины слушают своих жен».

Кто был главным в вашей семье? – спросила я свою собеседницу.

Он, конечно. Он говорил, но я решала. Он, когда перед смертью был, сказал мне: «Теперь, когда я подумаю, когда я тебе что-либо предложу – идти или сделать или что, ты никогда не сказала «нет» и никогда не сказала «да». А когда я сейчас думаю, всегда получалось так, как ты хочешь». 433

В последнем рассказе характерно, что жена ни разу не назвала своего мужа по имени, это табу для нее даже после его кончины. В речевой практике женщина оказалась более консервативной, нежели в жизни.

Видимо, Америка дала существенный толчок для выравнивания статусов мужчин и женщин. Сама жизнь вокруг заставляла многих женщин браться за занятия, долгое время считавшиеся мужскими, например водить машину. Первой калмычкой, которая получила там водительские права и стала водить машину была Гема Бальзирова. Это было в 1953 г., старший брат Алексей перед тем как пойти в армию научил сестру. А следом за ней большая часть женщин со временем села за руль, и не уметь водить сейчас – это исключение.

Первое время после свадьбы все вопросы большей частью муж решал, он деньги держал. И потом уже вместе решали мы. Что-нибудь искать, например, он говорил мне: ты иди.434

У моей свекрови с мужем равные отношения, я имею в виду, хоть он ей и скажет: так должно быть, она все равно все по-своему сделает. Друг друга слушали они.

Под мудрой формулой «слушать друг друга» в данном случае подразумевается другое: жена слушала мужа, а муж слушался жену.

Что касается семейно-брачных отношений, то главным или желательным условием в выборе брачного партнера оставалась эндогамия. Особенно строго это условие применялось к девушкам, так как их было меньше парней, и отпустить на сторону калмыцкую невесту, которая «может и должна приносить калмыцких детей», долгое время считалось недопустимым.

Зато калмыцкие вдовы или разведенные женщины в Германии всегда легко выходили замуж и во второй и в третий раз, несмотря на порой немалое количество детей. Даже женщина с четырьмя-пятью детьми в 40 – начале 50-х гг. сравнительно легко могла выйти замуж внутри общины из-за демографической диспропорции: мужчин было значительно больше, при этом отсутствовал главный фактор, который обычно удерживает мужчину от женитьбы на с женщине с детьми. В ди-пи-лагерях всех взрослых и детей обеспечивали питанием и одеждой, так что в тот период обязанность материально обеспечивать семью во многом была снята с мужчин лагерной администрацией.

Уже внуки новых эмигрантов заметили, что раньше, когда брачного партнера указывали родители и у девушки выбора не было, семейная жизнь все же складывалась более или менее благополучно, не в пример нынешней ситуации, когда молодые сами выбирают свою “половину”, до этого как будто хорошо узнав друг друга, но со временем чаще разводятся.

Романтическая любовь, которая заканчивается браком, встречалась раньше редко. Чувства девушки не принимались в расчет при создании семьи. Оценивая претендента на руку дочери, родители обычно исходили из его ресурсов: возраста, здоровья, профессии, образования, разветвленности семейных связей.

Я не выходила замуж – меня выдали. Я ничего не хотела слышать, ничего не хотела. А родители... Вот я тебе скажу, почему они меня выдавали замуж за человека намного старше меня. Потому что у моего мужа было высшее образование и хорошая профессия. Они думали, раз сами они тяжело работают, то если выдадут дочь за инженера, они тоже будут жить как люди, немножко лучше.435

Я вышла замуж в 1941. Мне было 18 лет, по-калмыцки - 19. 11Муж работал у отца. Мы жили в таком доме: внизу лошади, а сверху жилые комнаты. У меня никто воли не спрашивал. Один старик стал свататься за меня, и отец согласился. Я не отказывалась – мне было стыдно, потом сама удивлялась. Платье, цегдег,12 мне не шили, а косу разделили.13 Муж был старше меня на 16 лет, мне казалось: совсем старик, но я об этом никому не говорила. Главное, молодых калмыков не было вокруг, а родители, наверное, боялись, что выйду замуж за болгарина. Мать мне никогда об интимном не рассказывала, только, уходя в день свадьбы, сказала мне: сегодня ты не должна сопротивляться мужу. А я даже не поняла, что она имела в виду.436

Категория «любовь» осталась как будто принадлежностью народных песен. Действительно, значительная часть лирических калмыцких песен посвящена любовному чувству, чаще страданиям юноши, чья любимая засватана или выдана замуж за другого, или мукам молодой женщины, живущей с нелюбимым старым мужем. Судя по песням, любовь – эмоциональное переживание, свойственное юному возрасту, во взрослой жизни встречается редко и, как правило, не имеет счастливого завершения. После исполнения одной такой песни на празднике моя американская собеседница сказала мне с вызовом: значит, все-таки любовь у калмыков была? Да, эта калмыцкая народная «Төгряш» заставляла задуматься об этом многих.

А я, видимо, до этого не обращала внимания на эту песню. Но как-то на Цаган-сар мама спела эту песню, и рядом со мной сидел Борис Пантусов, по-калмыцки мы называли его Бадмака. Он мне сказал: «Послушай, вникни в эти слова, какая хорошая песня. А говорили, что у калмыков нету любви». Я стала прислушиваться – и на самом деле. Мама всегда мне рассказывала, что у нас без любви. Редко кто по любви выходил, всегда решали родители. Как я замуж вышла – родители решали. И мама тоже так замуж выходила. Мама, она мне говорила, что когда она была маленькая, значит, были такие случаи, когда с малых лет əрк ирдг бəəҗ (засылали водку, сватали). Ей пришла әрк Богшрһаңкна әəмгәс (водка из аймака Богширганкна). И потом, значит, җил болһн Цаһанла тедн гинә (говорила, что каждый год на Цаган-сар они), конечно, жених не приходил, но төрл əрк дееҗтәгән авчирдг бәәҗ (родня жениха водку и дееҗи привозили). Итак. Значит, ей было 18 лет или не знаю… Они решили – ее мама и мама моего отца, они обе договорились. Говорят, эн сəн күүкән күүнә әәмгүр гарһахм биш (эту хорошую девочку в чужой аймак лучше не отдавать). Би чинәнь күүкиг авнав (я твою дочку заберу). И ее булалчкич (умыкнули). Без свадьбы ее украли. Мама говорила, что они должны были ял өгх (выкуп вернуть), дань за то, что замуж не выдали, за кого было әрк уусн (водку выпили – кому предназначалась). И потом они приходили, и мои родители платили ял. А что они платили, я уже не обратила внимание. И мама всегда говорила, что за нас всегда решали. Я потому и говорила, что хочу замуж за человека, за которого захочу. А в то время что родители говорили, это было для нас закон… И на самом деле мне эта песня [«Төгряш»] очень понравилась…437

Рассказанная история относится к рубежу ХIХ и ХХ веков, когда выдавали замуж в Сальских степях родителей тех, кто ушел с Дона в 1920-м. Спустя полвека калмыки зарубежья стали другими. Они пережили первую волну исхода, трудные довоенные годы и опыт проживания в ди-пи-лагерях, адаптационный период в Америке. Изменилось человеческое измерение. Только ли опыт выживания привел к этому или знакомство с западными культурами, в которых уважение к человеку и его интересам и желаниям иное, – трудно сказать, видимо и то и другое. Но уже в США вопросы женитьбы и замужества молодые решали сами.



Я женился в 1953 г. У меня был довольно большой багаж – пожилые родители, у нее тоже были пожилые родители. Тогда было много молодых людей, ничем не отягощенных, сами по себе. И видимо, мой будущий тесть хотел выдать дочь за человека без всяких родственников, без лишней обузы. Я его в этом не обвиняю: у всякого свои интересы. А у нее были иного рода планы – она переборола. Она решила, что выбор должна сделать она, а не родители, – вещь необычайная для эмиграции. И после гражданской войны и в наше поколение на одну калмыцкую девушку приходилось около десятка молодых людей, и все хотели ее взять. А вот теперь молодые – я бы не сказал, что они безразличны, но такого слишком большого значения выбор невесты или жениха внутри общины для них не имеет.438

Дети желанны в калмыцких семьях, – писала Рубел, наблюдая жизнь в общине. Обычно первый ребенок рождается на первом или втором году брака, следующие появляются с интервалом в год-два. Таким образом, к тридцати годам замужняя женщина имеет от трех до пяти детей, после этого она, как правило, уже не рожает.439 Следует отметить, что такая демографическая активность в калмыцкой общине усиливалась и получившей в принимающем обществе 50-х годов распространение так называемой «этикой прокреации», которая призывала создавать семьи и рожать по нескольку детей, от четырех до шести.440 В 60-е детей в калмыцких семьях было от четырех до семи, и только несколько семей имели меньше четырех детей. Сравнивая с генеалогическими данными, Рубел пишет, что число детей за пять-семь поколений не менялось. Если раньше высокая детская смертность приводила к стабильному размеру семьи, то в 60-е годы он достигался контролем над рождаемостью.441 Хотя такие вопросы в 60-х не обсуждались с антропологом подробно, несколько информантов дали понять, что для ограничения размеров семьи воздержание использовалось чаще контрацепции.442 В те годы беременные женщины, бывало, не ходили к врачу по материальным причинам и сами вычисляли срок родов, обращаясь в клинику непосредственно перед ними.

Позже внутригрупповая эндогамия перестала быть жестким правилом, но предпочтение бракам «между своими» остается. Однако именно в Америке демографические параметры калмыцкой общины вынудили изменить отношение к американским снохам, поскольку девушек в общине было гораздо меньше парней. Только с 1990 г., когда контакты между Калмыкией и калмыцкой общиной в США стали возможными, стали привозить невест из Калмыкии, сохраняя этим устойчивость калмыцкой общины, облегчая возможность моноэтничных браков.

Когда-то при выборе брачного партнера обращали внимание на происхождение, род, чтобы не было физических недостатков, на рост, на красоту. Потом – лишь бы был калмык или калмычка, так как выбора практически не было. Позже – все равно кто на ком женится, лишь бы жили хорошо. Теперь вся надежда на Калмыкию: если Калмыкия сохранится, то и наши дети сохранятся.443

После того как калмыки зарубежья получили возможность приезжать в Калмыкию, республика стала рассматриваться как инкубатор невест.

В 1989 г. я был в России в совхозе Кормовом в гостях. Тогда я им сказал, что мы будем приезжать в Калмыкию за самыми красивыми девушками для наших парней и за женихами для наших девушек. Иначе в Америке за долгое время мы можем раствориться. Так и получается.444

В структуре идентичностей американских калмыков можно установить следующую последовательность составляющих: общее происхождение, язык, религия, фенотип. Если речь идет о некалмычке, то достаточно одного из указанных признаков, чтобы она была принята как своя.

Жена сына – белая американка, но она училась буддизму в том же хуруле у гевше, в который ходил мой сын. Они вместе ездили в Индию, и Далай-лама им дал благословение. Другая сноха – китаянка по происхождению.445

В другой семье из пятерых братьев трое выбрали себе в жены калмычек, а двое славянок – болгарку и украинку, с которыми встретились в Америке. В последнем случае существенна близость происхождения: обе девушки родственны русским.

Как-то меня пригласили в калмыцкий дом, где сноха была гавайского происхождения. Она себя вела совершенно как полагается калмыцкой снохе в доме старшего родственника: занималась детьми, кормила их, следила, чтобы дети не шумели, готовила салат, подавала на стол, убирала со стола, перед уходом помыла посуду. Я похвалила ее, и она мне сказала: «Я и бөриги умею готовить и чай калмыцкий пью, моя свекровь мне часто говорила: ты наша, ты самая настоящая калмычка».

Большинство иноэтничных калмыцких снох еще в начале 60-х поддерживали семейные связи и участвовали в общесемейных делах. Молодым американкам нравятся калмыцкие семейные традиции взаимопомощи и серьезной поддержки молодых, в том числе материальной; известны примеры, когда после развода с калмыком «белая» американка снова выходила замуж за калмыка.

Как заметила когда-то П.Рубел, если зять некалмыцкого происхождения, то связи с калмыцкой общиной часто менее прочные, чем если некалмыцкого происхождения сноха.446 В наши дни я не наблюдала такой закономерности, скорее наоборот, статус женщины в американском обществе за последние пятьдесят лет так изменился, что у калмычки нет никаких внешних препятствий для общения со своими родственниками, если только не расстояние.

В последнее десятилетие получили распространение браки между калмыком из США и калмычкой из России. Уже можно сказать, что несмотря на трудности, которые возникают в каждой новой семье, и проблемы, вызванные разницей между доминирующими культурами США и РФ, такие браки удачны. Это признают и сами мужья, выбравшие жен в России, например: «мне мама наказывала три вещи – закончить университет, заниматься компьютерами и жениться на калмычке. Я все это выполнил и счастлив».

Представляется, что общие ценности, необходимые в семейных отношениях, разумеются сами собой ввиду общих этнических корней, поскольку все выросли в калмыцких семьях с традициями. Что касается других ценностей, то невеста из России должна их принять как ценности и принимающего общества и калмыцкой общины. Можно сказать, что к этому периоду – 90-м гг. мерилом успеха мужчины была его способность обеспечивать семью материально, мерилом успеха женщины – заботливо воспитанные дети.447

Обращает на себя внимание, что при заключении подобных браков американская сторона часто меняет традиционные требования к выбору невесты. Когда-то считалось, что невеста должна быть красивой, молодой и чем больше у нее родственников, тем лучше. Но для девушки, которой предстоит сложный процесс адаптации в США, эти качества теряют свое значение, вследствие чего пересмотрены. Считается, что молодой девушке труднее будет вдали от близких родственников и подруг, она будет скучать по матери, проситься каждый год погостить в Россию. Имеет значение и то, что брачный возраст в Америке начинается гораздо позже, женщины старше тридцати не слывут в обществе старыми девами, и ситуации, когда «молодая была немолода», не так редки. В невесте, вышедшей из юного возраста, ценится жизненный опыт, умение ладить с окружающими, зрелая личность, ответственность и осознание своих жизненных целей. Даже связанная с молодостью фертильность не является определяющим фактором, как это было в прошлом у всех народов. Бездетность в американском обществе наших дней уже не такая беда, а приемные дети стали обычным явлением, как и когда-то у калмыков. Поэтому оказался возможным следующий диалог: «Сколько лет вашей невестке?» - «Двадцать два». – «Какая молодая». – «Мы искали постарше, но не нашли».

Красота и вообще внешние данные воспринимаются скорее как приятное дополнение, чем обязательное требование к невесте или жениху. Несмотря на сильное влияние массовой культуры, навязывающей стандарты красоты, отношение к чужой внешности в США вполне толерантное. Не замечать недостатки чьей-то фигуры считается «политически корректным» поведением, а молодежи особенно свойственно «не обращать никакого внимания на внешний вид, как бы бросая вызов».448

Не обязательным требованием, но желанным достоинством невестки является знание калмыцкого и/или английского языка. Знание калмыцкого языка позволяет общаться не только со старшими родственниками, с которыми можно говорить и по-русски, но и с представителями среднего поколения. Английский облегчает адаптацию в большом обществе и позволяет легко находить общий язык с молодым и средним поколением новой родни. Итак, со старшими российским снохам удобно общаться по-русски и по-калмыцки, с мужьями и средним поколением по-калмыцки и по-английски, а с младшими по-английски.

Незнание английского языка способствует большей зависимости от старших родственников мужа. В адаптационный период, то есть пока женщина не научится говорить по-английски, водить машину и не найдет работу, она должна практически безоговорочно следовать представлениям о семейных обязанностях снохи, которых придерживались в годы своей молодости родители мужа: послушание старшим, почитание мужчин в семье, умение хорошо готовить, убирать дом; замечательно, если она умеет шить. Как замечают многие, приехавшие из России снохи в большинстве своем живут по старинке. Так, тетя похвалила свою сноху, которая не стала покупать себе вечернее платье, а купила ткань и сшила платье сама, оно обошлось в 26 долларов. Другая приехавшая из России сноха сшила платье всего за 6 долларов, и эта новость тоже обсуждалась в обществе, ее похвалили.

При общей социальной и семейной установке на то, что в Америке надо работать, часто родители мужа предпочитают, чтобы их снохи сидели дома, рожали и растили детей, «а сын пусть работает». В беседе старшие объясняют свое желание, воспроизводя традиционную семейную матрицу: поскольку сыновья женились по калмыцким меркам поздно, то главная задача снохи – как можно быстрее нарожать детей. К тому же если муж работает и является единственным кормильцем семьи, то, на их взгляд, сноха не станет претендовать на семейное лидерство и конфликтов в молодой семье будет меньше.

Определенное значение в отношении к снохе, пусть побочное, всегда имели родственники жены, их материальный достаток. В традиционном обществе многочисленная и обеспеченная родня жены усиливала ее авторитет в новой семье. В рассматриваемой ситуации, когда родственники жены живут далеко и без приглашения приехать в гости к сватам не могут, многое иначе.

В начале 90-х годов калмыки США были рады общению с любой близкой и дальней родней, были искренни и открыты. Однако такое преимущество как сваты или родственники в США оказалось настолько соблазнительным для некоторых новых родственников из Калмыкии, особенно в послепестроечный период, что они повели себя открыто потребительски. Приезжая в гости, кое-кто беззастенчиво привозил список ожидаемых подарков, в таком списке значились шуба, видеомагнитофон, видеокамера и прочие дорогие вещи, покупка которых в России начала 90-х для обычной семьи была событием. Хотя таких примеров было немного, они имели широкий резонанс в общине, где, как и в любом небольшом сообществе, информация расходится быстро.

В этом смысле у девушки-сироты, может, нет хорошей родни, зато нет и плохой. Однако материально обеспеченная родня в России, которая помогает своей родственнице, например, купить дом, существенно повышает статус снохи в семье и укрепляет репутацию российских калмыков. От взаимоотношений с родственниками во многом зависит адаптация молодой.

Моя свекровь умерла через два месяца после нашей свадьбы. А здесь свекровь – самая главная, кто тебя занимает, таскает, знакомит… Толком я ни с кем и не познакомилась. На свадьбе было 500 гостей, я их и не помню. А потом мы отделились – вышли в аппартмент и все. 449

Браки сыновей с калмычками настолько желанны для калмыцкой общины, что, когда это сбывается, свекровь может повести себя не так, как это описывают народные поговорки, а становится почти второй матерью.

Свекровь меня приняла с первого раза. Она так хотела, чтобы сын женился на калмычке. Она была очень хорошая женщина, добрая и мудрая. Первые две недели после того как мы поженились, она просто не давала мне ничего делать. Она приносила еду в постель, не подпускала к стиральной машине.450

Многие калмыки США думают, что все девушки из Калмыкии, которые к ним приезжают, делают это с тайной мыслью выйти замуж. Мне тоже сказала подруга: ”Как удачно, что ты вышла замуж перед приездом, иначе тебе было бы труднее здесь, люди бы думали, что ты хочешь здесь замуж”. Действительно, одинокие мужчины из США пользуются большим успехом среди своих соотечественниц в России. Посетив Калмыкию, холостяки по возвращении домой нередко получают письма от малознакомых женщин, которые прозрачным намеком, а то и напрямую предлагают сблизиться и жить вместе в США. Часто эти письма, написанные по-русски, адресат не в состоянии прочитать самостоятельно, тогда ему приходится обращаться за помощью к знающим язык; так это становится достоянием гласности.

Социальная структура в калмыцкой общине до некоторой степени продолжает основываться на системе родства. Например, два ровесника, женатые на родных сестрах, были между собой на равных. Но позже один из них женился вторично, причем на племяннице другого, и теперь называет своего ровесника дядей. В семье Иванчуковых, где старшим за 70 лет, почитают Бадму Амарханова – нет 50 лет – который приходится им дядей по матери, и уважительно называют его нахцха (дядя по матери) Бадма.

Встречаются уникальные семейные судьбы. Вторая мировая война разлучила Манджи Пюрвеева с женой, она осталась присматривать за детьми, ведь уходил муж ненадолго, и супруги всю долгую жизнь, больше пятидесяти лет, прожили в разлуке, так и не сумев соединиться, и не завели новые семьи. Трудные обстоятельства вернули из забвения обычай левирата: Чорик Унков, когда его брат умер, оставив вдову с малыми детьми, будучи в то время священником, снял с себя обеты и женился на снохе. Благодаря этому, дети воспитывались не чужим человеком, а родным дядей, который не только не обидит, а наоборот, сделает для них все возможное.

Представителями зарубежья давались советы в республиканской прессе как вести себя молодой снохе: «надо прислушиваться к свекрови, быть предупредительной и относиться с уважением к сватам – это основа, это наша вековая традиция. Некоторые калмычки из Калмыкии этого не знают и ведут себя по отношению к сватам чисто по-русски, даже грубо».451 Ошибочное поведение как будто выводит человека за круг калмыцкого общества и приписывается это советскому/русскому влиянию.

Среди калмыков Америки в некоторых семьях сохраняется обычай избегания – хадмллһн. «У наших свекров [донских калмыков] это почти забыто, а у дербетов все еще строго. Например, сноха не должна подавать руку свекру; если это необходимо, то ей следует прикрыть кисть руки тканью». Также ей нельзя ходить при свекре босиком, чтобы не показывать ступню, надо ходить только в закрытой обуви. Ни в коем случае снохе нельзя присесть на постель свекра и свекрови. Супружеская постель, особенно у молодых, запретна для всей остальной родни, ни сесть, ни тем более прилечь на нее никому, кроме хозяев, в голову не придет.

Алексей родился в больнице. Когда медсестра спросила маму, как она его назовет, мама сказала сестре: назовите его сами. Она боялась сама давать имя, потому что мальчики в нашей семье умирали. Медсестра назвала его Алексей, а это было имя нашего прадеда, которое мама не имела права называть вслух, и поэтому она называла его Сандо.452

В 60-е годы традиции избегания были еще прочными. По свидетельствам очевидцев, молодая сноха должна была каждый раз вставать, если в комнату входил или из нее выходил старший по статусу мужчина. Помещение, в котором находились статусно старшие для нее лица, она могла покинуть только пятясь, не поворачиваясь к ним спиной. Сноха могла приступить к еде только, когда старшие мужчины ее заканчивали. По воспоминаниям одной из респонденток Рубел, в качестве снохи ей приходилось работать как рабыне.453

Правила избегания в наши дни еще действуют в семьях, которые старательно пытаются сохранить нормы старших поколений; это относится больше к семьям новых эмигрантов, хотя не всегда такая закономерность прослеживается.

Про обычай избегания мне в моей семье ничего не говорили, только тетя Сегля мне сказала, что я не должна имя свекра сама произносить. И пока я не родила, я называла его отец, а после родов – ава (дедушка).454

Эта гендерная асимметрия не в пользу женщин не воспринимается как дискриминирующая статус снохи, а всего лишь как дань народной традиции. В одной семье старых эмигрантов белой снохе, американке, тоже объяснили, что она не должна называть свекра по имени. Из-за этого запрета послушная женщина называет родителей мужа исключительно эҗə (бабушка) и ава (дедушка). «Теперь все наши соседи думают, что это наши имена: меня зовут Эҗə, а мужа Ава».

В семьях, где уже нет стариков, чаще в семьях старых эмигрантов, отношения между родственниками проще и не осложняются запретами, для многих уже искусственными. «Наш бааҗа (старший брат) все мои пижамы уже знает, когда случайно увидит меня в новой, говорит: О, обнова!». Нередко в рассказах молодых замужних женщин, которые живут отдельно от старшего поколения, слышится тональность семейного лидера.

Мой муж до свадьбы ничего по дому не знал, даже не знал, где вилка лежит, не знал, как яйцо сварить. Как только мы отделились, он у меня все научился делать: и стирать и убирать и еду готовить. Если он второй раз женится, его жена должна мне хорошее спасибо сказать.455

В интерьере каждого американского дома особое место занимают семейные фотографии: все дети в детстве, дети во время выпускного бала в школе, свадебные фотографии, а также снимки российских родственников, что еще раз подчеркивает значимость родственных связей для калмыков Америки.

Для внутрисемейных отношений в калмыцкой общине характерно принятое в доминирующем обществе особенное уважение родителей к желаниям и пристрастиям детей независимо от их возраста. Нередкие в республике житейские ситуации, когда родители категорически запрещают что-либо своим детям, жалуются на них, часто ругают и ворчат, возражают в вопросах жизненного выбора, не встретились мне среди калмыков США. Это объясняется тесной связью воспитания с принципиальной для американского общества концепцией независимости личности.456 Изменилось в калмыцкой семье и полоролевое поведение под влиянием большого общества, все заметнее принимающего модель эгалитарной семьи, когда супруги все делают вместе: зарабатывают деньги, воспитывают детей, принимают решения, занимаются домашним хозяйством. Однако по-прежнему если для мужчины деньги по большей части воплощают его самореализацию и власть, то для женщины они связаны с автономией и гарантированной самодостаточностью.457 Тем не менее в калмыцких семьях мужчина больше ориентирован на работу, а женщина на семью.

Детей в американских школах часто просят нарисовать свое генеалогическое дерево. Бывает, что в смешанных семьях генеалогия калмыцкой стороны известна лучше, поэтому дети используют для заданий именно ее. Многие калмыки США в отличие от их родственников в РФ воссоздали и хранят свои генеалогические деревья. Как и в других эмигрантских общинах, у калмыков семья была и остается средством этнического выживания.





1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   20


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет