В атмосфере страха «Политический процесс» и парламентские выборы в Чеченской Республике



жүктеу 1.25 Mb.
бет4/7
Дата02.05.2016
өлшемі1.25 Mb.
1   2   3   4   5   6   7
: 2005
2005 -> Список участников Абдуллаев
2005 -> К‡рделі зат есім
2005 -> Исследование зависимости чувствительности ядерной фотоэмульсии от энергии -частиц
2005 -> Большая советская энциклопедия
2005 -> -
2005 -> Тіршіліктану би­оло­гия

Глава 2 Деятельность силовых структур в свете «чеченизации» конфликта

Процесс формирования силовых структур, состоящих из этнических чеченцев, продолжался и в 2005 году. Однако на сегодняшний день их деятельность уже привела к кардинальным изменениям в республике: поменялись не только методы ведения так называемой «контртеррористической операции», но и, как следствие, - произошла ощутимая трансформация социальных отношений внутри чеченского общества.

В Чечне продолжают оставаться федеральные силы: без их поддержки местные структуры не могут противостоять боевикам. В республике создано собственное министерство внутренних дел, личный состав которого оценивают примерно в 14 тысяч человек.

Подавляющая масса милиционеров занята, главным образом, охраной общественного порядка и различных государственных объектов и чаще всего не задействована непосредственно в проведении рейдов против боевиков. Для осуществления такого рода деятельности в рамках МВД и министерства обороны РФ, а также и вне официальных силовых ведомств были созданы специальные части и подразделения из этнических чеченцев. В ходе процесса «чеченизации» конфликта наряду с передачей полномочий вновь создаваемым республиканским органам власти федеральный центр делегировал право на незаконное насилие прежде всего этим структурам.

По оценкам правозащитников, в 2004-2005 годах на территории Чеченской Республики большая часть случаев грубейших нарушений прав граждан с применением насилия со стороны государства совершались сотрудниками местных силовых структур, действующих под руководством, при административной, политической поддержке и финансировании федерального центра. Самая многочисленная военизированная группировка, состоящая из этнических чеченцев, подчиняется курирующему силовой блок вице-премьеру ЧР Рамзану Кадырову. Она состоит из множества отрядов, раскиданных по всей территории республики и объединенных некогда в т. н. Службу безопасности (СБ).

Изначально созданная для охраны утвержденного российским руководством главы чеченской администрации Ахмата Кадырова, СБ переросла в мощное вооруженное формирование. Сначала в нее входили несколько десятков человек. Однако затем штат был расширен, и к июню 2004 года она включала в себя от нескольких сотен до полутора тысяч человек. Сколько точно, неизвестно до сих пор (все дальнейшие цифры так же носят оценочный характер). Подразделения этой структуры были частично легализованы в составе патрульно-постовой службы и вневедомственной охраны МВД Чеченской Республики, что позволяло осуществлять ее финансирование и оснащение оружием.

Однако значительная часть СБ первоначально с формальной точки зрения являлась всего лишь частным охранным предприятием. При жизни Ахмада Хаджи Кадырова, СБ в значительной степени оставалась его «личной армией», действовавшей при поддержке и под общим контролем федеральных силовых структур (Регионального оперативного штаба по осуществлению контртеррористической операции - РОШ), но, сохранявшей значительную автономность. Возглавил СБ сын Ахмада Кадырова Рамзан, имевший на тот момент звание лейтенанта милиции.

СБ изначально создавалась из родственников и односельчан Кадырова, и строилась на принципах личной преданности. В её составе «легализовывались» и бывшие боевики - участники вооружённых формирований ЧРИ, которых теперь использовали для уничтожения вчерашних соратников из числа непримиримых сторонников сопротивления. «Легализация» стала возможной благодаря объявленным федеральным центром амнистиям. Раненные, разочаровавшиеся или захваченные в плен боевики пытались воспользоваться амнистией для возвращения к мирной жизни, но, вместо этого им предлагали, пополнить ряды СБ, нередко – с помощью пыток и угроз расправы над членами семьи. Согласившиеся получали оружие, спецтранспорт и стабильный доход. Отказавшиеся «исчезали», становясь жертвами внесудебных казней. Перешедшего на сторону Кадырова боевика использовали в контртеррористических спецоперациях, после чего, «повязанный кровью», он уже не мог вернуться обратно в лес. Впоследствии его могли командировать в родное село или район, где он до этого воевал в составе вооруженных формирований ЧРИ, чтобы он выявлял и уничтожал оставшихся там вчерашних соратников. Практика переманивания боевиков была продолжена и по истечении срока действия последней амнистии.

Наряду с родственниками и односельчанами Кадырова и бывшими боевиками в СБ в большом количестве набирали ранее не воевавших молодых людей. В условиях массовой безработицы для многих из них работа в СБ являлась единственным возможным источником стабильного заработка. Но, поступив на службу в силовые структуры, эти молодые люди автоматически втягивались в вооруженное противостояние.

После убийства Ахмада Кадырова 9 мая 2004 года на грозненском стадионе «Динамо», СБ была формально ликвидирована, но Рамзан Кадыров был назначен на должность вице-премьера правительства ЧР по силовому блоку. Таким образом, в реальности началась окончательная легализация его группировки и ее более жесткая интеграция в системе силовых структур РФ. Она осуществляется таким образом, что под контроль людей из кадыровских группировок постепенно переходит МВД ЧР. Подчеркнем, что в Чечне официально уже не существует такой структуры, как «служба безопасности». Но как обобщенное обозначение всех кадыровских отрядов название это прижилось и достаточно широко используется и местными жителями, и силовиками. Более того удостоверения сотрудников «СБ» по-прежнему имеют хождение. «СБ», наравне с другим названием группировки – «кадыровцы», проходит в большинстве показаний пострадавших (точно также как в качестве синонима структур, командированных в республику из иных регионов РФ, в том числе собственно и армейских, все еще используется слово «военные»).

Владимир Путин высоко оценил заслуги Рамзана Кадырова по «нормализации» обстановки в республике, наградил его орденом «Героя России», подтвердив таким образом, свою полную поддержку выбранному курсу. Служба Безопасности получила дополнительное финансирование и возможность расширения.

В 2004 году из сотрудников бывшей службы безопасности в составе министерства сформировали второй полк патрульно-постовой службы (ППС-2), названный именем все того же Ахмада Кадырова, со штатом в 1125 человек и так называемый нефтяной полк численностью от 1,5 до 2000 человек. Формально функции этих структур не имеют отношения к «борьбе с терроризмом» – ППС-2 призван обеспечивать правопорядок на улицах городов и в общественных местах, а «нефтеполк», который причислен к вневедомственной охране МВД республики, - охрану нефтяных промыслов, нефтепродуктопроводов и иных промышленных объектов. Однако на деле оба полка используются в так называемых «контртеррористических мероприятиях». По информации правозащитников, подтвержденной документальными свидетельствами, в расположение этих структур доставляли людей, подозреваемых в связях с боевиками, где их допрашивали с применением пыток. Туда же в качестве заложников привозили и содержали длительное время родственников членов и руководителей вооруженных формирований ЧРИ. Основные базы ППС-2 и нефтяного полка располагаются в Грозном. Кроме того, отдельные их подразделения размещены в селении Хоси - Юрт (Центарой), где проживает семья Кадыровых и городе Гудермес.

Одновременно с процессом реорганизации существовавшей структуры Рамзан Кадыров продолжал активно набирать новых людей. В течение 2004-2005 годов завязанные на него отряды были созданы в таких населенных пунктах Чечни, как город Аргун, селах Цоцин-Юрт, Гелдагана, Автуры, Курчалой, Майртуп, Махкеты, Шали, Ачхой-Мартан, Новые Атаги, поселке Гикаловский и т.д.

Во всех этих отрядах значительна доля криминальных элементов, в некоторых случаях они сформированы людьми, совершившими уголовные и экономические преступления в период между войнами. Так, руководить отрядом «кадыровцев» в пос. Гикаловский поручено Султану Пацаеву, бывшему боевику из отряда Гелаева, после окончания первой чеченской кампании грабившего нефтяные скважины и участвовавшего в захватах людей с целью получения выкупа.

В течение 2005 года наметился процесс укрупнения этих группировок в единое образование, названное Антитеррористическим центром. В состав АТЦ вошли не только отряды группировки Кадырова, но и некоторые ранее квази-автономные военизированные образования, такие как, например, известная группа Мовлади Байсарова, насчитывающая более 100 человек.

Общая численность всех «кадыровских» структур, включая и ППС-2, и нефтяной полк, и т.н. АТЦ, не разглашается. Оценки даются самые разные – от 4 до 12 тысяч человек (последняя цифра явно завышена).


Кроме «кадыровцев» и подконтрольных им групп, на территории Чеченской Республики действуют сформированные из чеченцев батальоны «Восток» и «Запад», подчиняющиеся Министерству обороны РФ.

Батальон «Восток» («ямадаевцы») входит в состав 42-й мотострелковой дивизии МО РФ. Его костяк состоит их перешедших в начале второй чеченской войны на сторону российских федеральных сил нескольких десятков человек их состава второго батальона национальной гвардии ЧРИ. Командир - Сулим Ямадаев.

Во время первой чеченской войны братья Сулим, Халид (Руслан) и Джабраил Ямадаевы воевали против федеральных войск. По ее завершении контролировали Гудермес. В начале второй войны благодаря их усилиям этот город без боя был сдан федеральным силам. Халид и Сулим Ямадаевы были назначены заместителями военного коменданта ЧР, а Джабраил Ямадаев возглавил роту специального назначения из этнических чеченцев. Впоследствии Халид Ямадаев был направлен на политический фронт – он стал руководителем местного отделения проправительственной партии «Единая Россия» и был «избран» депутатом Государственной Думы РФ. В марте 2003 г. Джабраил Ямадаев был подорван боевиками в селе Дышне-Ведено, после этого спец роту (осенью 2004 г. на ее основе был сформирован батальон) возглавил Сулим Ямадаев41. В составе батальона «Восток» служат до 470 человек. Они проживают на базах в городе Гудермес, некоторые вместе с семьями. Им поручено противодействие силам чеченского сопротивления в горных Веденском и Ножай-Юртовских районах и на примыкающей к ним части равнины. ПЦ «Мемориал» располагает сведениями о том, что военнослужащие батальона участвовали в похищениях людей.



Батальон «Запад» («какиевцы») входит в состав 42-ой мотострелковой дивизии МО РФ. Его возглавляет «Герой России» Саид-Магомед Какиев, уроженец села Кень-Юрт Грозненского (сельского) района. Костяк батальона составляют чеченцы – давние противники независимости Чечни, которые выступали на стороне федеральных сил еще даже до первой чеченской войны. Саид-Магомед Какиев в качестве сотрудника разведки 58-й армии обучался проведению диверсионных операций в специальном учебном центре и получил серьезные травмы во время неудачного покушения на Джохара Дудаева. Отряды под его командованием в ходе первой и второй чеченских войн действовали в тылу у боевиков, наводя на них артиллерийские и бомбовые удары. Батальон «Запад» (по некоторым данным его численность составляет 400 человек) был сформирован в начале 2005 года, дислоцируется в Старопромысловском районе Грозного на территории завода «Трансмаш». Сектор «ответственности» – горные Шатойский и Итум-Калинский районы и примыкающая к ним западная часть равнинной Чечни.
Кадровые сотрудники милиции, давно служащие в органах правопорядка, нередко проявляют недовольство самоуправством сотрудников вышеперечисленных силовых структур. Им претит, что в качестве представителей государственной власти нередко выступают люди с криминальным прошлым. Неоднократно имело место противостояние милиционеров и «кадыровцев», в частности сотрудников т.н. АТЦ. Впрочем, выходцы из этих структур за последние два года заняли практически все ключевые должности в системе МВД республики: начиная от районных отделов, ОМОНа и кончая его центральным аппаратом.

Задача всех вышеперечисленных чеченских силовых структур – выявление, уничтожение, а иногда - перетягивание на свою сторону боевиков, с целью использования их в «контртеррористических» мероприятиях. В их компетенцию не входит расследование и сбор доказательств о причастности подозреваемого к вооруженным формированиям ЧРИ, то есть собственно полицейские функции – проведение оперативно-розыскных мероприятий, дознания и предварительного следствия. Основная их задача – задержать подозреваемого, уничтожить либо захватить боевика. Если подозреваемого или же участника вооруженных формирований ЧРИ удалось поймать, его незамедлительно следует передать в следственные отделы УФСБ и МВД ЧР. Однако на практике люди, оказавшиеся в руках сотрудников ППС-2, нефтяного полка, многочисленных теперь уже подразделений АТЦ, а также у «ямадаевцев» или «какиевцев», «исчезают» для окружающего мира. Их содержат в нелегальных тюрьмах и не оформляют как задержанных или арестованных в соответствии с нормами УПК РФ. Арест или их задержание оформляются лишь с момента передачи захваченного человека органам ФСБ или МВД. В местах содержания их пытают, добиваясь таким образом «признательных» показаний, которые затем используются при фабрикации уголовных дел. «Мемориал» описал также значительное количество внесудебных казней, совершенных сотрудниками каждой из вышеназванных силовых структур.

Показания у незаконно удерживаемых людей получают не только в результате пыток, но и под угрозой расправы над членами семьи. В 2005 году республиканские силовые структуры стали широко практиковать незаконные задержания людей на период от 24 часов до 10 суток, с целью получения сведений о местных боевиках и их пособниках. В течение этого времени задержанных допрашивают с применением пыток, а потом, получив необходимую информацию, «выбрасывают» вблизи окрестных сел, или же отдают родственникам за выкуп (деньги, автомобили). Перед освобождением людей предупреждают, что, если они хотят избежать повторного задержания и «исчезновения», то о происшедшем с ними не стоит говорить. Некоторых задержанных под пытками и угрозами заставляют сотрудничать с силовыми структурами, таким образом, создается агентурная сеть, в дальнейшем поставляющая донесения об участниках вооруженных формирований ЧРИ и тех, кто им сочувствует.

В подавляющем большинстве случаев после освобождения потерпевшие не обращаются в правоохранительные органы и отказываются предоставить информацию правозащитным организациям. Сотрудники милиции в случае похищений человека состоящими из чеченцев силовыми структурами рекомендуют родственникам подождать с подачей заявления, чтобы не усугублять положение похищенного человека и не создавать ни себе, ни органам внутренних дел дополнительных проблем. При этом они ссылаются на практику освобождения незаконно удерживаемых после допросов в течение десяти дней. Таким образом, «добровольный» отказ от обращения к правосудию происходит уже на этапе подачи заявления в прокуратуру либо милицию.

В ноябре 2005 года «Мемориал» провел анкетирование среди своих сотрудников в Чечне. Выяснилось, что в период с мая по ноябрь 2005 при выезде сотрудника на место происшествия потерпевшие отказывались давать информацию о совершенных против них нарушениях в 30% случаев в сельской местности и почти в 80 % случаев, если мониторинг осуществляется в г. Грозном. Нередко правозащитникам удается зафиксировать лишь само событие - похищение или незаконное задержание человека и его последующее освобождение через определенный отрезок времени, без каких-либо подробностей. В 2005 году в «Хронике насилия», выпускаемой «Мемориалом», все чаще встречаются сообщения подобного содержания: «6 сентября в 6:00, в с. Садовое, Грозненского района, неизвестными похищен местный житель Иса Хунариков, 25 лет. Через неделю Хунарикова, сильно избитого, отпустили на свободу. Он не знает, кто и где его удерживал».
Чеченские силовые структуры имеют определенное преимущество по сравнению с прикомандированными в республику федеральными: они хорошо знают местных жителей, в том числе боевиков, их родственников и соседей. С 2004 года для принуждения участников вооруженных формирований ЧРИ к сдаче ими активно используются угрозы расправы над их близкими и захват последних в заложники. В 2005 году в «Мемориал» обращались люди, побывавшие в заложниках от нескольких недель до десяти месяцев. Некоторые из них называли удерживавшую их структуру и подробно описывали места и условия содержания, однако обращаться в правоохранительные органы отказывались.

Руководство чеченских силовых структур умело использует кровную месть и вражду между семьями в своих целях. К примеру, Лема Салманов в ноябре 2002 года во дворе своего дома в селе Майртуп застрелил двух человек, по предварительной договоренности явившихся забрать денежный долг за купленный у них автомобиль «Камаз». Позднее брат одного из убитых и родственники другого ушли к боевикам. Салманову же было поручено сформировать в своем селе отряд «кадыровцев». Сейчас этому человеку поручено возглавлять вновь созданный в районе антитеррористический центр.

Затяжной характер конфликта приводит к ожесточению его участников. В 2005 году «Мемориал» все чаще фиксировал применение недозволенных методов дознания в отношении детей и подростков.

Так, 7 сентября в с. Новые Атаги Шалинского района сотрудники неизвестных силовых структур ЧР похитили двух подростков: Лом-Али Хункерханова, 14 лет и его соседа Руслана Ясаева, 15 лет. При задержании силовики вели себя чрезвычайно грубо, схватили Хункерханова и Ясаева, надели им на голову мешки и увезли, не сообщив матерям куда их везут. Через три часа подростков привезли обратно, сказав, что произошла ошибка. Выяснилось, что поводом для задержания несовершеннолетних послужило то, что в конце августа мальчики за небольшую плату собирали камни возле реки (камни используют в строительстве), пытаясь таким образом заработать деньги на покупку школьной формы, которую матери не могли им купить в связи с тяжелым материальным положением. Силовики заподозрили ребят в том, что на берегу реки они закапывали оружие. При допросе подростков сильно избивали, после освобождения на теле у мальчиков были видны следы от побоев.

Также, 17-го сентября из своего дома в Заводском районе г. Грозный был похищен 16-летний Руслан Магомедович Яндаркаев. Как впоследствии выяснилось, похитителями оказались сотрудники местных силовых структур, подконтрольных Рамзану Кадырову (т.н. «кадыровцы»). Руслана Яндаркаева доставили в Октябрьский район на 12-й участок в здание бывшего профтехучилища, где базируется один из отрядов «кадыровцев». Там находились еще несколько похищенных молодых людей, которые были очень сильно избиты. Они сообщили Руслану, что находятся там уже несколько дней и за это время их ни разу не кормили. Руслана Яндаркаева обвинили в том, что он до войны спрятал оружие на пустыре. Молодой человек пытался возразить, что сделать этого не мог, так как тогда ему было всего 10 лет. Однако доводы не были приняты к сведению. Его и еще двоих молодых людей, один из которых был из с. Чечен-Аул, другой - из с. Старые Атаги, привезли на тот самый пустырь и потребовали выдать оружие. О том, в чем обвиняют сына, узнал отец Руслана, Магомед Яндаркаев. Он вызвался сам копать там, где укажут «кадыровцы». Место указали, он вырыл большую яму, но никакого оружия там не оказалось. Тогда «кадыровцы» потребовали, чтобы он выдал за сына гранатомет и одного «шайтана» (боевика). Магомеду Яндаркаеву удалось договориться выплатить вместо этого 50000 рублей. Он занял деньги, выкупил сына, теперь распродает имущество, чтобы выплатить долги и уехать за пределы Чечни. Судьба остальных подростков, находившихся у «кадыровцев» вместе с Русланом Яндаркаевым, неизвестна.
За последние шесть месяцев с июня 2005 года в ПЦ «Мемориал» поступали заявления от родственников похищенных женщин. В одном из этих случаев женщина была подвергнута пыткам с целью получения информации об ее родственнике, в другом - сексуальному насилию со стороны сотрудников силовых структур.

Так, 14 сентября около полудня в райцентре Шали сотрудниками неизвестных силовых структур была похищена жительница села Элистанжи Веденского района Тоита Абу-Касумовна Джабраилова, 1967 г.р. Джабраилову похитили из маршрутного такси, ехавшего из Ведено в Грозный. Вооруженные сотрудники силой вытащили Джабраилову Тоиту из маршрутки, пересадили в «Ниву» и увезли в неизвестном направлении. 12 или 13 октября 2005 года Джабраилова Тоита была освобождена. По словам односельчан, Джабраилова подверглась избиениям и пыткам. Таким образом силовики пытались выведать у неё информацию о её родственнике, участнике вооружённых формирований ЧРИ.

4-го мая около 23:00 в Старопромысловском районе г. Грозный неизвестными вооруженными людьми в камуфляжной форме похищена женщина по имени Седа (имя изменено), 1966 г.р. Они насильно увезли Седу из дома, при этом избили ее мать, пытавшуюся воспротивиться похищению дочери. 5 мая, примерно в 14:00, Седа вернулась домой. По словам родственников, женщину удерживали в частном доме, который в настоящее время арендует начальник милиции Старопромысловского района Делимханов (свояк Рамзана Кадырова). Неизвестные, в количестве 8-9 человек, поместили её в подвал и совершили над ней сексуальное насилие. При этом женщина была сильно избита. Самого начальника милиции в это время дома не было, но родственники Седы утверждают, что похищение и насилие совершили его охранники. О факте похищения стало известно сотрудникам территориальной милиции в ту же ночь. Информация поступила в сводки МВД. Было ли возбуждено уголовное дело, потерпевшая сторона не знает, но родные предъявили свои претензии непосредственно начальнику Старопромысловского РОВД Делимханову. Делимханов сказал, что виновник уже сурово наказан, но не сказал, кто этот человек и каким образом его наказали.

Кроме задержаний отдельных граждан сотрудники силовых структур проводили карательные акции в отношении целых семей и даже населенных пунктов. Так, в июле месяце, в ответ на убийство лесника Тагира Ахматова, отца бойца батальона «Восток», и покушение на главу администрации станицы Султана Баширова, «ямадаевцами» была проведена карательная операция в станице Бороздиновская, в результате которой сожжены несколько домов, один старик убит, похищены и пропали без вести 11 человек, многие мирные жители села избиты.



4 июня около 15.00 в станице Бороздиновская Шелковского района военнослужащие батальона специального назначения «Восток» провели спецоперацию по задержанию «11 местных жителей, подозреваемых в пособничестве боевикам» (РИА «Новости», 6.06.2005). В станицу въехали два БТРа, не менее десяти автомашин УАЗ-469 и несколько ВАЗ-2109 серого цвета и рассредоточились по всем улицам. Вооруженные люди в серой милицейской и камуфляжной форме врывались в дома и заставляли всех мужчин садиться в машины. Их свозили к местной школе, приказывали лечь на землю лицом вниз, заворачивали на головы одежду. Всех, включая пожилых людей, подростков и инвалидов избивали ногами и прикладами автоматов. На земле людей держали почти до 22.00, несмотря на то, что в это время шел проливной дождь. Из слов сотрудников силовых структур мужчины поняли, что их обвиняют в гибели лесника и покушении на главу администрации, произошедшие за два дня до описываемых событий. Одиннадцать человек вызвали по фамилиям и куда-то увели, с тех пор их никто не видел42. Около 22.00 всех остальных мужчин загнали в спортзал школы, там военнослужащие снова избили их дубинками, ходили по спинам. Потом велели оставаться на месте и уехали. На ул. Ленина было сожжено два дома № 9 и № 11, принадлежащих Назирбеку Магомедову и его сыну Саиду. Также сожгли дом Камиля и Зарахан Магомедовых и дом Магомаза Магомазова, 77 лет. Жену и дочь Магомадова вывели из дома, а старика заживо сожгли. После отъезда военных, оказалось, что исчезли не только люди, но несколько автомашин. Никто из тех, кто проводил «спецоперацию» не представлялся, но жители узнали сотрудников подразделения некоего Хамзата по прозвищу «борода», который служит в батальоне «Восток». Кроме того, Хамзат, является лидером местного отделения партии «Единая Россия». По фактам пожогов и убийства и похищения людей органами прокуратуры было возбуждено уголовное дело. В ходе его расследования было доказано, что в этот день военнослужащие из батальона «Восток» самовольно провели «зачистку». Один из офицеров батальона был условно осужден «за превышение должностных полномочий». На момент выхода доклада больше никто за содеянные преступления наказания не понес. Судьба «исчезнувших» людей остается не известной.
14-18 сентябре 2005 года «кадыровцами», предположительно сотрудниками ППС-2, в селении Новые Атаги были увезены 7 человек. В ходе операции ими был схвачен и избит глава администрации, сожжена местная хлебопекарня. Местные жители вышли с пикетом на проходящую у села трассу. Спустя несколько дней четверо из похищенных людей после жестоких пыток были отпущены. Трех оставшихся новоатагинцев похитители передали в Шалинский РОВД. Факт незаконного лишения свободы этих людей был налицо, и, тем не менее, милиция не предприняла против «кадыровцев» никаких мер. Наоборот, там оформили арест переданных им людей, поскольку они к тому времени успели под пытками сознаться в совершении ряда преступлений. Не довольствуясь этим, большая группа вооруженных людей во время пятничной молитвы прибыла в мечеть села Новые Атаги. Возглавлявший их Асламбек Ясуев, командир полка ППС-2, перед толпой местных жителей заявил, что он сам и его сотрудники будут и в дальнейшем действовать такими же методами. Он высказал угрозы и в адрес тех, кто в ответ на задержание односельчан пикетировал трассу. Корреспонденты республиканского телевидения «Вайнах», отсняли сюжет о похищении людей, но его изъял начальник местной милиции Саид-Селим Дегиев. По словам милиционера, он действовал по приказанию министра внутренних дел Руслана Алханова (подробно этот случай рассмотрен в разделе 2, «Пытки и жестокое обращение»).
В 2005 году военизированные группировки активно внедрялись в экономическую сферу: реализация бензина и нефтепродуктов, подрядные работы по выполнению государственных заказов на строительство, работа городских рынков проходят под чутким руководством вооруженных структур. После возвращения беженцев в Чечню происходит заметная активизация экономической деятельности – развивается придорожная инфраструктура, мелкая торговля, сфера услуг. Все, что приносит доход, попадает под контроль членов профедеральных вооруженных групп.

Работа местного самоуправления также регулируется силовыми структурами. В 2005 году Рамзан Кадыров поменял ряд глав администраций населенных пунктов на верных ему людей, а сотрудники службы безопасности провели «воспитательные мероприятия» - главы администраций сел Дуба-Юрт и Новые Атаги были задержаны и жестоко избиты «кадыровцами». Аналогичные действия против глава администрации станицы Первомайская предприняты «байсаровцами». Глава администрации Закан-Юрта после похищения был доставлен на базу Рамзана Кадырова в с. Центарой и в ноябре 2004 года скончался там от избиений и пыток.

Подобные действия силовых структур вызывают ощутимые социальные изменения в республике. Глубокое проникновение государственной репрессивной машины в структуру общества посредством военизированных групп, действующих противозаконными методами и их агентурной сети, отсутствие государственных механизмов защиты и правосудия, пренебрежение обычаями повергли общество в патологическое состояние страха (см. 4.5.). В результате на территории Чечни нет действенных механизмов защиты личности – с одной стороны, разрушается саморегулирующий институт обычного права, с другой – абсолютно не действуют механизмы защиты прав и свобод граждан в рамках российского законодательства.

Личные стратегии выживания варьируются от ухода к боевикам до вступления в профедеральные силовые структуры с целью обеспечить безопасность себе и своим родственникам. Появление человека в военной форме на пороге дома воспринимается как гражданином как прямая угроза жизни его близких. В последние месяцы в Хронику «Мемориала» не раз попадали трагические истории подобного толка: в ночь на 8 сентября в с. Мартан-Чу Урус-Мартановского района в дом Сугаиповых ворвались вооруженные люди в масках. Они не представились и без объяснения причин, стали выводить на улицу Ризвана Сугаипова. Его отец, Шахид, 1933 г. р., попытался воспрепятствовать насильственному уводу сына. Однако похитители люди заперли его в одной из комнат дома и увезли Ризвана в неизвестном направлении. О факте похищения Ризвана его родственники по мобильному телефону сообщили знакомым жителям села, которые работают в различных силовых структурах и в РОВД Урус-Мартановского района. По всей видимости, это сыграло роль и примерно чрез полчаса после похищения Ризвана выбросили между селами Танги-Чу и Мартан-Чу. Перед своим освобождением Ризван слышал как люди, удерживавшие его, с кем-то разговаривали по мобильному телефону. После этого разговора его и выбросили. Вернувшись домой, Ризван застал отца в тяжелом состоянии. По всей видимости, обстоятельства похищения сына настолько потрясли, что его полностью парализовало, и он не мог говорить. 15 сентября 2005 года Шахид Сугаипов умер, не приходя в себя.


По оценкам сотрудников ПЦ «Мемориал» лишь 30% от согласившихся дать информацию о совершенных против них преступлениях в дальнейшем обращались в правоохранительные органы и в суд, остальные отказывались от обращения к правосудию, боясь репрессий со стороны представителей силовых структур, чьи действия так высоко оценены Президентом России, а руководители представлены к высшим государственным наградам. На выборах 27 ноября 2005 года у этих структур есть все шансы закрепить свои позиции и в законодательной власти.




1   2   3   4   5   6   7


©netref.ru 2017
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет