Андрей Непорочный / Бессмысленный номер


Письмо Аркадия себе самому



бет2/2
Дата17.05.2020
өлшемі150.5 Kb.
1   2

Письмо Аркадия себе самому.
Сегодня подходит к концу третий день, как мы расстались. А как будто прошло лет десять. Время не спешит мне дать спокойствие. Да и может ли оно мне его дать. Я ее по-прежнему люблю, люблю так, что становится страшно. 23 февраля она просила меня отпустить ее. Отпустить в душе. Я обещал отпустить. Но не могу. Что-то свыше сделало ее незаменимым, необходимым мне как воздух. По-другому и не думается. Казалось бы, брось все, забудь и беги от нее, беги… А не могу, не хочу и не умею. Так близко к бегству в монастырь я не был никогда. Другого пути нет, точнее, я его не вижу. Почему она приезжала? Мне теперь нестерпимо больно. Эта боль живет со мной с утра и до вечера. Только сон дает возможность все это забывать и отдыхать от этого кошмара. Я анализирую, что и как произошло. Ведь три месяца прошло всего с того момента, как моя холостяцкая жизнь стала неспокойной. Кое-кто смеется над такой дурью. Я уже не могу, и порой кажется еще пару дней ее молчание, и нервы не выдержат. Душа измучена.

Я только что понял то, что конкретно мне нужно узнать. Кругом было столько мистики. К примеру, странная встреча на площади Победы. Я знаю точно – она меня любит, и с ней творится то же самое. Такие чувства – великие чувства. Я думаю, что пройдут годы и при нашей встрече ничего не изменится. Она будет любить меня, а я ее. И время здесь неважно. Это нечто неземное. Итак, мне нужно узнать, что за причина заставляет отсекать и отказаться от моей и своей любви. Либо все банально скучно и просто - мечты о деньгах, спокойном тыле, либо она интуитивно чувствует свое предназначение вне чувств, вне любви, вне семьи, вне любимого человека. Но она создана для любви. Мне непонятна эта причина, идущая не от сердца, а от логики. И пока ты не добьешься этого ответа, ты не будешь спокоен. И кроме нее не сможет точно сказать об этом. Так что остается только ждать этой встречи и этого разговора.

Убивать любовь – это идти против природы, а может, я не прав. В какое же блядское и жестокое время мы живем. Зачем ты ее так глубоко запустил в себя, свое сердце. Она сжигает все изнутри. Нет границ моей тоске. Она ведь рубит концы… Ну зачем же так? Зачем так, зачем. Зачем она приезжала. Опять трахались… Бежать… Бежать от себя, от нее, от этой дорогой испепеляющей, изматывающей любви. В монастырь!

Исповедь раскаявшегося человека


Кем была она для него? Об этом знают немногие. Может, несостоявшейся музой, а может та единственная неповторимая, то мимолетное видение… Но ясно было одно – мир разделился пополам. До и после… До – были бесчисленные вереницы женских тел, порой очень красивых, но иногда бестолковых. Да и что говорить, не получалось сцепления. Аркадий использовал в своих похотливых целях женский пол. Чей крест нес Аркадий? Может свой. А может одним плечом тащил крест своего любвеобильного отца? Это уже было неважно. Но жизнь личная не ладилась у Аркадия. Этот факт нельзя было не заметить, закрасить белой краской или заклеить непрозрачным скотчем. Годы шли, налагая на внешность Аркадия следы бурных романов, волосы редели и, как водится, седели. Глубокие морщины незаметно приживались на его не по возрасту серьезном лице. Аркадий молчаливо просматривал свое прошлое. А ведь зацепиться не за что.

  • Ведь что путного я сделал? Жил в свое удовольствие. Когда кто-то старался жить для меня, я не замечал этого. Искал свободу. В общем-то, свободу и нашел.

Сегодня Аркадий почему то почувствовал себя абсолютно свободным. Он вышел на улицу, закурил. Глянул вверх на городские, но не менее загадочные звезды. Небо было чистое. Медведица нашлась быстро. Аркадий вспомнил, что когда он был маленький, одно созвездие улыбалось ему в ночном окне. Когда он подрос, и старый еврей, учитель физики Патрон, открыл тайны астрономии, Аркадий узнал, что эти родные, смотрящие в окна спальни звезды, принадлежат созвездию Тельца. Особенно Аркадий запомнил три звезды, находящиеся на прямой линии на одинаковом расстоянии друг от друга. Еще в раннем детстве Аркадий любил засыпать, глядя на эти три звезды напротив. Не зная почему, однажды он понял, что эти три звезды для него как талисман. На них он уже смотрел повзрослев, хлебнув ранней радости земной любви, в прицел телескопа в военном училище.

Многим странностям по началу Аркадий удивлялся. Потом привык. Первая сильная любовь Аркадия по управлению невидимой руки оказалась Тельцом. Тельцом была и Анжелика. Сегодня Аркадий отрубил последнюю нить, связывающую его с ней. Ему не спалось. Но на сердце было легко и спокойно. Это очень нелегко носить в нем странную и бессмысленную, но упрямую искру надежды на прежнюю любовь. Аркадий впервые за это время смело посмотрел в будущее. Оно улыбалось и манило его новыми романами и страстями. И он, пошатываясь от ударов судьбы, снова побрел вперед неизвестности. Похоже, она действительно ждала его с нетерпением.

Хотел ли Аркадий создать семью? Свить уютное гнездышко, как это водится у городских обывателей. Хотел. С Натали. Не вышло. Так и скользил он от одной до другой. Иногда казалось ему, что еще год и он встретит ее, свою половину. Но шли годы, а ее все не было. Это было похоже на затяжной прыжок с парашютом . Аркадий понимал, что дергать за кольцо (возможно, обручальное) уже поздно. И ему становилось одиноко и грустно. Но смиряясь со своей судьбой, он в очередной раз ложился спать один в свою холодную холостяцкую двуспальную кровать. Ни он первый ни он последний… В конце концов Ван Гог. Он жил и страдал один. Эта личность была дорога Аркадию. Нужно иметь смелость, падая вниз с нераскрывшимся куполом, ждать конечной точки своего вертикального маршрута.

* * *
Электричка опять тянула тело Аркадия в новую жизнь. В окне, спотыкаясь о шпалы, шел локомотив. Аркадий пытался сосчитать вагоны состава, но потом сбился. Виляя хвостом перед глазами, прополз старенький вагончик. На его боку было много странных надписей. Одна была довольно убедительная: «С горки не спускать».

Вагон слабо помнил свое детство. Это не было странно, так как он был старше как минимум в два раза Калошина. Когда их, молодых, в первый раз прицепили в железному чудовищу с трубой, они пахли свежей краской, в подшипниках не было люфта, смазка была превосходная. Тогда вагонам было невдомек, что такое старческий ревматизм, износ механизма и усталость металла. Они лихо включились в работу, таская из одного конца страны в другой различные грузы. Особенно интересно было перевозить людей. Иногда это были люди в зеленой форме с оружием, их было много, и вагон гостеприимно распахивал свои железные двери. Они были полны сил. Были среди них несколько людей постарше. Они отдавали команды и приказы. Похоже, их не очень любили и давали им смешные, нелепые клички. Своей строгостью они походили на паровозы. Они любили власть. Команды то и дело разносились по вагонам. Это роту курсантов везли в учебный лагерь из Питера…

Два состава поравнялись. Аркадий уставился на старенький, с облупившейся и выгоревшей краской, вагон. Вагон узнал в его небритом лице одного из тех молодых зеленых курсантов. Как же изменился с тех пор! Эх, послушать бы его, узнать побольше о его жизни, о том, что он повидал и чем «дышал» все эти годы. Но куда денешься от состава? Так повелось, что вагону некогда было философствовать. Все время в работе. То в Крым потащат, то в Сибирь. Однажды он даже вез внутри себя зэков. Они не нравились ему. Они харкали, матерились и грязно обзывали женщин. То ли дело романтичные курсанты!

Это было пятнадцать лет назад. А сейчас они стояли и смотрели друг на друга. Вагон номер 317/58 всегда был романтиком. Странно, почему люди дали ему такой бессмысленный номер. Его братьев, когда-то собранных и покрашенных на одном заводе имени Ильича, судьба раскидала по всему свету. Большей части из них уже не было в реальности. Кто-то сгорел на пожаре. А одна парочка была подорвана чеченскими террористами на вокзале в Грозном.

Иногда ему хотелось просто остановиться, отцепиться от всех к чертовой матери и просто сойти с рельс, погулять, как говорится, «босичком по росе». Послушать лесных птиц. Не спеша встретить рассвет. Он прожил очень много бестолковых лет, меняя разные паровозы, тепловозы, электровозы. Но времени поразмыслить выпадало очень мало. Лишь во время непродолжительных остановок и стоянок. Сегодня он ощущал свою приближающуюся неизбежную старость.



  • Эх, мне бы куда-нибудь на дачу рвануть пожить, или на крайний случай, в монастырь, – подумал вагон.

И там, вдали от цивилизации, он мог спокойно послужить еще людям, давая кров. Возить баулы пьяных челноков ему надоело.

Внезапно вагон дернул за сцепку соседний зеленый, как болгарский горошек, комфортабельный молодой купейный вагон. Состав двинулся в путь, так и не дав додумать о чем-то хорошем и очень нужном. Замелькали бесконечные станции, унося вагон номер 317/58 от чего-то очень важного. Он не знал, что через месяц его разрежут на куски зэки на бывшем военном заводе, и помнить его будет только сосед по сцепке, молодой и еще полный сил купейный.
Каталог: bar
bar -> Сабақтың тақырыбы: Тиімді оқыту уақыт талабы
bar -> Пространственно-временная динамика биоразнообразия птиц алтай-саянского экорегиона и стратегия его сохранения
bar -> Лекарственные свойства пряностей
bar -> Откровение Введение
bar -> Урусхан Текинская повесть Часть Геок-Тепе
bar -> Руководитель государственного учреждения «Кызылординское областное управление внутренней политики»
bar -> Телефон/факс для связи: (342)2160948 (342)2167502 Электронная почта
bar -> Ильин Александр Антонович
bar -> «детский альбом»


Достарыңызбен бөлісу:
1   2


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет