Глоссарий Анракайское сражение- декабрь 1729- январь 1730гг сражение в серии казахско- джунгарских войн Аульная община


Лекция 12. Казахско-русские отношения в ХУ11- 1 четверти ХУ111вв



бет8/19
Дата25.04.2016
өлшемі4.77 Mb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   19

Лекция 12. Казахско-русские отношения в ХУ11- 1 четверти ХУ111вв.

План:


1.Становление русско-казахских посольских связей в конце 16в.

2.Пограничные вопросы в русско-казахских отношениях в 17веке.

3.Начало присоединения Казахстана к России.

4.Политика Абулхаир-хана.




1.Становление русско-казахских посольских связей в конце 16в.

Присоединению Казахстана к России предшествовали значитель­ные политические связи между ними. Русское государство проявляло заинтересованность в расширении своих государственных границ на Востоке. По мере централизации и усиления государственной власти значительно возросли возможности торгового обмена и других форм взаимоотношений с народами, соседствующими с восточными госу­дарствами.

Завоевание Иваном IV Казанского (1552), Астраханского (1556) ханств, Юго-Западной Сибири, установление Камского торгового пути облегчали непосредственные контакты и с Казахским ханством. Интерес Русского государства в Казахстану особенно возрос со 2-ой половины XV—XVI вв., после установления торговых и дипломати­ческих отношений России со среднеазиатскими ханствами.

Русское государство, заинтересованное в развитии транзитных торговых путей со среднеазиатскими ханствами через Казахстан и стремившееся обеспечить безопасность прохождения купеческих караванов, проявляло живой интерес к политической обстановке и взаимоотношениям Казахского ханства с соседними странами. Поэ­тому и московские государи стремились к установлению непосред­ственных связей с казахскими ханами. Большую роль в этом играли посольские связи. В 1573 г. в казахскую степь было направлено русское посольство по главе с Третьяком Чебуковым. Посольство имело задачу налаживания торговли с казахами. Однако дипломати­ческая миссия Чебукова не дошла до пределов Казахстана, так как была истреблена племянником сибирского хана Кучума Маметку-лом. В 1577 г. русский посол Борис Доможиров, возвратившийся из Ногайской Орды, констатировал, что казахский хан, грозивший тогда ногаям и имевший связи с Ташкентом и Ургенчем, находился с «царем и великим князем в миру». В 1594 г. в Москву прибыло 1-ое казахскос посольство. Посланник хана Таускел я Кул-Мухаммсд имел поручение освободить племянника его Ураз-Мухаммсда, находивше­гося в Москве «аманатом», т. е. заложником, и заключить дружес­твенное соглашение с Русским правительством. Кроме того, он должен был добиться от Бориса Годунова «огненного бою» дл я борьбы с соседними враждующими феодальными ханствами. В ответной грамоте русско­го царя хану Таускслю была обещана посылка «многой рати с огнен­ным боем» и «поберегание» казахов от всех их противников. Русское государство, добившееся в конце XV—XVI вв. заметных успехов в экономическом и политическом развитии, поощряло торговлю на восточных рубежах страны, имея, конечно, и политические цели. В жалован ной грамоте Ивана IV Грозного Якову и Григорию Строгано­вым от 30 мая 1574 г. разрешалось торговать с народами Казахстана и Средней Азии.

В торгово-экономических связях обе стороны были одинаково заинтересованы. Путем товарообмена казахи приобретали предметы домашнего обихода, огнестрельное оружие, а русские получали от них различное сырье, скот. Русскому государству нужны были союзники в борьбе с потомками Кучума, беспрепятственный выход на рынки Средней Азии, безопасность пролегающих через территорию Казах­стана караванных маршрутов. В свою очередь, казахи, подвергавши­еся постоянным разорительным набегам среднеазиатских ханств, были заинтересованы в расширении контактов с Москвой. Для обес­печения безопасности торговых связей с Казахстаном, Сибирью, Средней Азией Русское государство наряду с продвижением землепроходцев, купцов, посольств и военных отрядов приступило к интенсивному строительству на границе с Казахстаном укрепленных пунктов-крепостей.

Первым русским городом на территории Западной Сибири, распо­ложенным недалеко от границ Казахстана, был «Городок Обской большой» на правом берегу р. Оби при впадении в нее р. Иртыша. За короткое время своего существования (разрушен в 1594 г.) он служил исходным пунктом для дальнейшего продвижения русских военных отрядовв глубь Сибири и к границам Казахстана. Затем были постро­ены Тюмень (1586), Тобольск (1587), Тару (1594), Томск (1604).

Заинтересованность в установлении более доверительных отно­шений с русским государством проявляло и Казахское ханство, стре­мившееся укрепить свои международные позиции в условиях нарас­тавшей внешней угрозы.

Образование Джунгарского ханства внесло существенные пере­мены в Центральной Азии. Тауке-хан, выражавший интересы правя­щей феодальной группировки, будучи дальновидным политиком, постоянно стремился к упрочению границы своего государства. Бла­гожелательное отношение Таукс к России было обусловлено его попыткой укрепить положение Казахстана, поддерживая связи с Россией. В 1687 г. в Тобольск было направлено казахское посольство во главе с батыром Ташимом с поручением пригласить в Казахстан русских купцов. В состав миссии входили казахские торговцы, наме­ревавшиеся расчистить почву для экономических связей с Русским государством через сибирские города. В 1689 — нач. 1690 г. в Тобольск

было направлено другое посольство во главе с Туман-баты ром. Одна­ко эти связи не были оформлены юридически, подписанием конкрет­ных обоюдновыгодных соглашений, что, по всей вероятности, было обусловлено, с одной стороны, стремлением казахских владельцев сохранить независимое состояние ханства, а с другой — положением России, занятой польскими и турецкими делами. Внутреннее поло­жение Казахского ханства также неблагоприятствовало спокойному развитию его внешнеэкономических контактов с Россией.

Попытки Хакк-Назара, Тауке и других казахских ханов создать крупное централизованное государство в конечном счете не увенча­лись успехом. Отсутствие устойчивых политических и экономичес­ких связей между жузами, междоусобная борьба казахской феодаль­ной верхушки поощряли агрессивных соседей, обрекали казахский народ на величайшие бедствия и лишения. «Первое десятилетие XVIII в., — писал Ч. Валиханов, — было ужасным временем в жизни казахского народа. Джунгары, волжские калмыки, яицкис казаки и башкиры с разных сторон громили их улусы, отгоняли скот и уводили в плен целыми семействами». С юга нападали среднеазиатские ханства, стремившиеся отторгнуть территории Казахстана. Но самым опасным врагом была Джунгария, представлявшая собой реальную угрозу для существования Казахского феодального государства.

Годы правления Цэван-Рабдана и его преемника Галдан-Цэрена были временем наибольшего могущества Джунгарского ханства, его активной роли в жизни народов Центральной Азии. Первым круп­ным актом Цэван-Рабдана была война с казахским ханом Тауке. Казахское ханство остро нуждалось в дополнительных пастбищных угодьях, но не находило свободных земель. Земельная теснота, одна­ко, не была единственной причиной военных столкновений. Опреде­ленное значение имело стремление феодальных групп каждой сторо­ны установить контроль над торговыми путями, поживиться богат­ствами противника.

Если по отношению к России джунгарские правители занимали выжидательную позицию, то относительно казахских родов не скры­вали своих агрессивных намерений. Напряженное положение на северо-восточных границах вынудило казахских ханов и султанов вступить в переговоры с правительством Петра I и через Сибирские пограничные власти заявить о своих намерениях воевать с Джунга-рией в союзе с Россией.

В 1717 г. отдельные предводители казахов султаны Каип и A6vn-хаир, учитывая сложность внешнеполитического положения казах­ских родов и реальную угрозу со стороны внешних противников, обратились к Петру I с просьбой о подданстве. Последний, будучи занят войной со Швецией и имея сведения о внутренних неурядицах и междоусобных распрях казахских родов, не решился на вмешатель­ство в «казахские дела», продолжая наблюдать за событиями в Казах­стане, Средней Азии и Джунгарии. Желание Петра I иметь в составе Российского государства киргиз-кайсацкую орду было обусловлено его намерением не только расширить пределы своего государства, но стремлением обезопасить восточные границы России. В одной из записок старший переводчик в секретных делах и будущий дипломат А. Тевкелев пишет «...по возвращении из персидского похода его императорское величество государь император Петр Великий изво­лил иметь желание для своего отечества Российской империи полиз­ное намерение в приведении издревле слышимых, и в тогдашнее время почти неизвестных киргиз-кайсацких орд в Российское под­данство, и оное свое монаршее особое меня нижайшего к тому употребить намерение имел, с тем, буде оная орда в точное подданст­во не пожелает, постараться мне, несмотря на великие издержки хотя бы до миллиона (рублей) держать; то того, чтоб одним листом под протекцией Российской империи быть обязались».

Созданные по личному распоряжению Петра I военно-инженер­ные сооружения— Ямышевская (1716), Омская (1716), Железинская (1717), Семипалатинская (1718), Усть-Каменогорская, Коряковская (1720) и другие военно-оборонительные пункты, составившие Верх- не- Иртышскую линию, сыграли определенную роль в защите казахов от опустошительных набегов джунгарских войск. Наличие артилле­рии и хорошо обученных регулярных частей вынуждали джунгарских феодалов воздерживаться от прямых военных действий.

Джунгарскими вторжениями (1681—1684, 1694, 1711—1712, 1714—1717) были нарушены традиционные направления и пути пере­кочевок и вся слагавшаяся веками система кочевания в целом. Это обострило внутренние противоречия и усобицы, борьбу феодалов за пастбища, межродовые конфликты, столкновения, — разрешить ко­торые можно было лишь за счет обильных водой и травами и сравни­тельно безопасных кочевий у границ России.

Однако определяющим условием, ускорившим принятие частью Младшего жуза казахами российского подданства, явилась агрессия джунгарских феодалов. Годы «Великого бедствия» (1723—1727) при­несли голод, страдание, разрушение материальных ценностей, невос­полнимый урон развитию производительных сил. Казахские роды под напором джунгарских войск вынуждены были покинуть веками насиженные места, что повлекло за собой откочевку казахов в со­предельные районы. «...Переходы сии повлекли за собою неминуемое разорение и гибель... нищета и страдания сделались всеобщими, иные умирали с голода, другие бросали жен и детей своих», — писал по этому поводу А. И. Левшин.

В этой сложной ситуации борьбу.против захватчиков возглавили батыры-военачальники, такие, как Букенбай, Кабанбай, Малайсары, Жанибек и др., важную роль сыграла несгибаемая воля Абылая.

В военном отношении Джунгарское ханство представляло собой серьезную силу. На вооружении огромной джунгарской армии еще в конце XVII в. имелось «огненное оружие с фитилем». Вооружение казахов значительно уступало джунгарскому.

Несмотря на неблагоприятную обстановку в целом по Казахстану, казахский народ, которому принадлежала решающая роль в отраже­нии небывалого со времен монгольского нашествия натиска джунгар­ских захватчиков, одерживал порою внушительные победы. Отряды казахских батыров нередко, вытеснив вражеские силы, вторгались на территорию близлежащих кочевий джунгар. захватывали большое количество пленных. Одно из крупных сражений произошло в 1726г. на берегу р. Буланты, в местности Кара-Сыйыр. Казахские воины нанесли здесь джунгарским полчищам чувствительное поражение. Место битвы получило название «Калмак-кырылган» (место гибели калма-ков).

В 1729 г. произошло кровопролитное сражение казахских сарбазов с джунгарскими завоевателями на юго-востоке от озера Балхаш, в местности Анкарай, где объединенные силы трех жузов одержали блестящую победу. Войска завоевателей начали отступать по р. Или на восток. Но в этом время предводители казахского ополчения в связи со смертью хана Болата рассорились из-за власти, что облегчи­ло действия ойратрв и свело на нет многочисленные жертвы и усилия казахского народа в борьбе с джунгарами.

Сложность внешнеполитического положения казахов побуждала искать пути выхода из создавшегося положения. Еще в 1726 г. хан Младшего жуза Абулхаир, старшины Сутур, Едикбай, Хаджибай, Кулымбай и др. отправили в Россию поста Койбагара «просить покровительства» для казахов Младшего жуза. Это посольство оста­лось безрезультатным, но Абулхаир не оставляет своих намерений и в сентябре 1730 г. вновь отправил посольство через Уфу в Петербург с письмом к русской императрице Анне Иоанновне и устной просьбой о подданстве и покровительстве. 19 февраля 1731 г. императрица Анна Иоанновна подписала жалованную грамоту хану Абулхаиру о принятии в российское подданство Младшего жуза. Для принятия соответствующей присяги в Казахстан с грамотой к хану Абулхаиру были направлены послы во главе с переводчиком Комиссии инос­транных дел А. И. Тевкелевым.

Основываясь на заверениях Абулхаира, в Петербурге решили, что желание вступить в российское подданство разделяют все султаны и старшины Младшего жуза. Однако, когда Тевкелев прибыл 5 октября 1731 г. в ставку Абулхаира, находившуюся на р. Иргиз, выяснилось, что по вопросу принятия российского подданства среди феодальной верхушки были существенные разногласия. Попытки «противной партии» во главе с султаном Бараком противодействовать перегово­рам и исключить оформление акта о присоединении Младшего жуза к России потерпели неудачу и 10 октября 1731 г. значительная часть собрания казахских старшин высказалась за его принятие.

Хотя вхождение Среднего и Старшего жузов состоялось позднее, Абулхаир-хан при обращении к царскому правительству выступал от имени всего казахского народа, что, несомненно, насторожило джун­гар и заставило их с тревогой смотреть на дальнейшее развитие русско-казахских отношений. В указе российской императрицы име­лись пункты, гарантировавшие неприкосновенность уже официаль­но подданных-казахов от враждебных акций беспокойных соседей:«ежели на Вас, кайсаков (казахов) будут нападать неприятели, чтоб вы от того нашим защищением охранены быть».

Не отрицая объективной основы принятия Младшим жузом рос­сийского подданства, не следует упускать из виду и корыстные инте­ресы Абулхаира, который, опираясь на российскую администрацию, надеялся ослабить позиции своих политических противников, воз­выситься над своими потенциальными соперниками в борьбе за единоличную власть. В этом вопросе не было единого мнения и в русской историографии. М. Макшеев, А. И. Добросмыслов, И. Зава-лишин, В. Н. Витебский, И. И. Крафт в целом оправдывали действия Абулхаира в ходе переговоров и подписания документа о подданстве. А. И. Лсвшин был склонен рассматривать подданство, как проявле­ние личной воли Абулхаира и других «властолюбивых начальников» народа, лелеявших надежду «усилиться покровительством могущес­твенной державы».

Однако и после принятия Младшим жузом российского подданст­ва положение в Казахстане оставалось сложным. Угроза джунгарских опустошительных вторжении не была снята. В этой сложной ситуа­ции дело спасения страны взял на себя сам народ. В годы отражения джунгарской агрессии проявился полководческий талант султана Абылая. Но и в этой ситуации различные классы казахского общества ставили перед собой разные цели. Если трудящиеся массы кочевни­ков-скотоводов мечтали о мире и пастбищах, торговле с сопредель­ными странами как условиях восстановления и развития подорван­ного хозяйства, прекращения бесконечных поборов и грабежей, казахских феодалов искала возможности усиления личных позиций, тогда как известные бии Казыбек, Толе, Айтеке неустанно призывали народ к единству.

24 ноября 1732 г. Тевкелев, завершив свою миссию, выехал в обратный путь из урочища Найзакесксн. 2 января 1733 г. прибыл в Уфу вместе с посольством Абулхаира, направленным в Петероург. В его составе были сын Абулхаира султан Ералы, двоюродный братхана султан Нияз, старшины Чадынбай, Мурза Худай-Назар, батыр Мур-загельды, Мурза Тугельбай и др. В результате переговоров в Петер­бурге вступление Младшего жуза в подданство России было оформле­но окончательно.

Тогда же, в 1733—1734 гг. изъявили желание принять российское подданство некоторые бии и влиятельные султаны Южного Казах­стана. Указ императрицы Анны Иоанновны от 10 июня 1734 г. свидетельствовал о согласии правительства принять Старший жуз в состав России. Однако его удаленность от России, а также напряжен­ные отношения с Джунгарией, убийство хана Жолбарыса в 1740 г., державшегося пророссийской ориентации, надолго отодвинули осу­ществление этого плана.

Для закрепления позиций во вновь присоединенных казахских землях в мае 1734 г. была организована Оренбургская экспедиция, которую возглавил обер-секретарь Сената И. К. Кириллов — спод­вижник Петра I. Помощником его был утвержден А. И. Тевкелев. В задачу комиссии входило всестороннее изучение вошедших в состав России земель, разведка природных ресурсов, сооружение Орской крепости, установление новой границы между русскими и казахски­ми владениями. Ряд причин, и прежде всего восстание башкир в 1734—1738 гг., помешал реализовать обширный план Оренбургской экспедиции. В 1735 г. был основан г. Оренбург, имевший важное значение в развитии русско-казахских политических и —1741 гг. воины Галдан-Цэрена совершили новый опустошительный поход на казахские земли. Коменданты Ямышевской, Усть-Каменогорской и Семипалатинской крепостей потребовали от джунгар оставить в покое казахов, принявших рос­сийское подданство. Обострение ситуации в пограничной зоне, угро­за алтайским заводам побудили правительствующий Сенат 20 мая 1742 г. принять указ о мерах защиты казахского населения и обороны Иртышской линии.

В конце 1731 г. Абулхаир и батыр Букенбай направили своих представителей в Средний жуз, обещая хану Семске в случае приня­тия российского подданства обеспечить безопасность региона с по­мощью русских войск. Семеке принял предложение послов Абулха-ира. В 1732 г. в состав России формально вошла некоторая часть Среднего жуза. Как показали последующие события, Семеке не собирался соблюдать договор с Российской империей: совершал на­беги на башкир-феодалов российских подданных. Угроза Джунгарии побудила влиятельныхфеодалов Среднего жуза повторно обратиться к России с просьбой принять их в ее состав. Грамотой Анны Иоаннов-ны от 10 июня 1734 г. просьба Семеке и его сторонников была удовлетворена. В связи со смертью И. К. Кириллова в апреле 1737 г. новым начальником Оренбургского края был назначен В. Н. Тати­щев, стремившийся закрепить зависимость представителей султанов и старшин Младшего и Среднего жузов.

Состоявшийся в Оренбурге в 1740 г. съезд представителей старшин и султанов Младшего и Среднего жузов способствовал закреплению первых результатов Российского подданства. Присутствовавшие на нем хан Абулмамбет и султан Абылай, учитывая сложившуюся ситу­ацию, высказались за принятие российского подданства, стремясь обезопасить Казахстан от возможных вторжений джунгар. Присяга группы султанов и старшин Младшего и Среднего жузов в 1740 г. обусловила присоединение к России лишь части Среднего жуза, основные же регионы северо-восточного и Центрального Казахстана вошли в состав империи лишь в 20—40-х гг. XIX в. вследствие военно-политических акций царизма.

В середине XVIII в. в Центральной Азии произошли серьезные перемены. Враждебные действия джунгар против казахов были ос­лаблены в связи с событиями в самом Джунгарском ханстве, которые произошли после смерти Галдан-Цэрена. С ослаблением Джунгарии исчезла угроза завоевания ею казахских земель. Убийство в 1748 г. хана Абулхаира султаном Бараком встревожило правительство Рос­сии. Петербургский двор, заинтересованный в продолжении полити­ки, сложившейся при Абулхаире, возлагал надежды на феодальные группы, державшиеся пророссийской ориентации. В 1749 г. Нуралы — сын погибшего хана был утвержден ханом Младшего жуза. Однако усиление колониальной направленности политики царизма ослож­нило внутриполитическую обстановку в жузе, проявлявшуюся в раз­личных формах неповиновения старшин хану. Это была борьба про­тив Оренбургской администрации, ставшей на путь открытой коло­низации Приуралья, и Нуралы-хана, поддерживающего политику России1'.

В 1756 г. был издан царский указ, запрещавший казахам в зимнее время перегонять скот на правый берег Урала. Решение правитель­ства, принятое в интересах Яицкого казачества, усилило антиправи­тельственные настроения. Крепости и другие военные сооружения, которые царизм интенсивно воздвигал особенно по р. Урал, призван­ные оборонять русские селения от набегов кочевников, превратились в центры колонизации казахских земель. В зависимости от конкрет­ных условий и целей царские власти не считались и с позицией хана Нуралы, который под давлением соплеменников робко выражал недовольство в связи с военными мерами вытеснения казахов с родовых кочевий.

Следующим этапом борьбы с остатками казахской государствен­ности явилась попытка внедрения ново и системы российского управ­ления в Младшем жузс, которая должна была привести к отмене ханской власти. Однако проект реформы Оренбургского губернатора барона Игельстрома, первоначально одобренный Екатериной II, был обречен на неудачу и отменен. Вскоре Нуралы-хан, не обеспечивший проведение российской политики и под натиском восстания батыра Сырыма Датова, был отстранен от ханской власти.

Утверждением в 1797 г. ханом престарелого султана Айчуака правительство пресекло все попытки более влиятельных султанов добиваться ханской власти. Оренбургская администрация не поддер­жала притязания одного из сыновей Нуралы — султана Каратая. После смерти Айчуака ханом Младшего жуза был утвержден его сын, послушный, маловлиятельный султан Жанторе.

Отстранением в 1821 г. от ханского престола Арынгазы, а в 1824 г. — Шергазы Айчуакова заканчивается традиционная государствен­ность в Младшем жузе. Принятие в 1824 г. Устава об «Оренбургских киргизах» обусловило отмену ханской власти в Младшем жузе и замену ее системой административно-политического управления, сходного с российской ".

Несколько иначе складывалась ситуация в Среднем жузе, непосредственно примыкавшем на востоке к Цинской империи, что вызвало особую заботу правящих кругов Российской империи. Созда­ние имперского наместничества Синьцзян из земель, преимущес­твенно составляющих владения уничтоженной цинами Джунгарии — внесло немало изменений в казахско-русские и казахско-китайские отношения и в значительной степени ускорило проведение военно-административных акций царизма в регионе.

Строительство военных линий в Среднем жузе стало опорной базой колонизации казахских земель в сложных политических усло­виях. Пограничная линия состояла из трех частей: с юго-западной стороны — от редута Сибирского до Омской крепости, протяжен­ностью 553 версты (Горькая линия), от крепости Омской по правому берегу Иртыша до редута Малонарымска, общей длиной 1684 версты (Иртышская линия);— от крепости Усть-Каменогорской по западно­му скату Алтайских гор между колыванскими горными заводами по направлению к крепости Кузнецкой (Колыванская линия) протя­женностью 723 версты.

22 июня 1752 г. по решению правительства началось строительст­во серии укреплений от урочищ? Звериного на Тоболс до Омской крепости. Ново-Ишимская линия состояла из 9 крепостей и 53 реду­тов и соединяла на протяжении 540 верст Уйскую линию с Иртыш­ской. В это же время были созданы Красногорская дистанция и Орская линия (крепости Орская, Таналыцкая, Уртамышская).

Создание укреплений ограничивало традиционные кочевья каза­хов, создавало напряженность между сибирской администрацией и казахскими султанами. Усиление военных акций царизма в регионе, угроза вторжения цинских войск в пределы Казахстана побудили влиятельных султанов во главе с Абылаем принять сюзеренитет Цииского богдыхана при сохранении российского подданства.

Политикадвойного подданства, которой придержи валсяАбылай, была обусловлена жизненными интересами Казахстана. Глубокие преобразования, осуществленные им прежде всего в Среднем жузе, во многих сферах укрепили казахскую феодальную государственность, обеспечив проведение независимой политики. Признание его ханом Среднего жуза Екатериной II и цинским двором, т. е. двумя крупными государствами, значительно укрепили позиции Абылая.

Политика лавирования между Россией и Цинской империей, которую проводил и преемник Абылая Уалихан, утвердила правящие круги России в мнении об упразднении ханской власти и в Среднем жузе.

В 1815 г., стремясь ослабить позиции Уали в Среднем жузе, прави­тельство назначило второго хана — Букея, после смерти которого в 1817 г. и Уали-хана в 1819 г. новые ханы в Среднем жузе более не назначались.

После ликвидации ханской власти в Среднем жузе царское прави­тельство, опираясь на «Устав о сибирских киргизах», ввело новую систему управления, разработанную М. М. Сперанским. По «Уставу», территория казахской степи, занятая под кочевья Среднего и частью Старшего жузов, получила название Область Сибирских киргизов и вошла в состав вновь созданного Западно-Сибирского генерал-губер­наторства с центром управления до 1839 г. в Тобольске, а с 1839 г. — в Омске.

В целях ускоренной колонизации края вводилась постепенно российская система управления, что вызвало протест большей части казахского населения, вылившийся в ряд восстаний. Самым крупным из них явилось движение под предводительством хана Кенесары Касымова, ставившего своей целью восстановление казахской госу­дарственности времен Абылая. Восстание отодвинуло по крайней мерена 10—15лет военное покорение царизмом юго-восточной части Среднего жуза.

Подчинение основной части Старшего жуза происходило в других условиях. Часть казахских родов Южного Казахстана приняла рос­сийское подданство добровольно. 18 января 1819 г. 55462 души обоего пола во главе с султаном Сьюком Абылай-хановым добровольно присягнули Российской короне. В мае 1824 г. император Александр I подписал грамоту о принятии в подданство еще 14 султанов Старшего жуза, кочевавших в Семиречье. Однако основные районы Семиречья и Южного Казахстана оставались вне влияния Российской империи. С целью вытеснения из региона кокандских беков правительство приступило к организации военно-разведочных экспедиции в Заилийский край. В скором времени были основаны крепости Когип. Лспсинск, Урджар. Главным оплотом колонизации края и распрос­транения российского влияния на казахов Чуйской и Таласской долин стало укрепление Верное (1854).

Взятие царскими войсками Туркестана, Шымкента, Аулие-Аты, других городов и поселений, сопровождавшееся применением круп­ных воинских сил, завершило завоевание Южного Казахстана Рос­сией.

Присоединение Казахстана, начавшееся в 30-х гг. XVIII в., завер­шилось лишь в конце середины XIX в. и являлось сложным, проти­воречивым процессом. Присоединение казахских жузов происходило в различных внешнеполитических и внутренних условиях. Значи­тельная часть Младшего, некоторые районы Среднего жузов приня­ли российское подданство добровольно. Большая же часть Среднего и часть районов Южного Казахстана, были присоединены с помощью военной силы царизма, стремившегося ускорить присоединение края. не считаясь синтересами подавляющей части населения Казахстана, ставя во главу стратегические, далеко идущие цели империи в Цен­тральной Азии. Присоединение Южного Казахстана, а затем Сред­ней Азии к России позволило царизму одержать верх в соперни честве с Британской империей.

Административно-политическими реформами царизм ликвиди­ровал традиционную систему управления, открыл широкие возмож­ности для заселения казахского края русскими переселенцами, вы­тесняя кочевников на малопригодные земли. Получив бесконтроль­ную власть над большей частью населения, Россия расширила коло­низаторскую политику почти во всех сферах.

Вместе с тем присоединением Казахстана к России создавались условия для хозяйственного взаимообмсна и взаимодействия между кочевниками и пришлым населением, закладывалась почва для рас­пространения грамотности, оживления торговли, включения казах­ского аула в орбиту капиталистических производственных отноше­ний со всеми вытекающими отсюда последствиями.

2.Пограничные вопросы в русско-казахских отношениях в 17веке.

Корни казахско-русских отношений имеют давнюю историю. Они стали углубляться после присоединения к России Казанского (1552г.), Астраханского (1556г.) ханств и народов Поволжья. Русское государство было заинтересовано в налаживании отношений с Казахским ханством в целях безопасности торговых путей в Среднюю Азию и в Индию; в стремлении укрепить свои позиции со странами Востока. Казахская степь являлась «ключами и вратами» ко всем азиатским странам.

В свою очередь, Казахское ханство искало в лице России союзника в борьбе со среднеазиатскими ханствами и джунгарами.

В 1687 году Тауке хан направил в Тобольск казахское посольство во главе с Ташим батыром с поручением пригласить русских торговых людей. В дальнейшем преемники Тауке Кайып и Абулхаир не раз отправляли своих людей в Уфу, Казань и Тобольск для установления политических и торгово-экономических связей с Российской империей. Россию же заинтересовала возможность быстрого обогащения, так можно объяснить отправку в Казахстан в 4-ех поисках «песочного золота» двух неудачных экспедиций (И. Бухгольца и А. Бековича - Черкасского в 1715 - 1717гг.). Когда экспедиции потерпели неудачи, русское правительство перешло исключительно к использованию дипломатических средств.

Российская дипломатия продолжала использовать любую возможность для казахско-русского сближения. Чтобы стимулировать торговый обмен, правительство России предусматривало конкретные шаги: на имя казахского хана Тауке было направлено письмо, в котором упор делался на необходимость решения спорных вопросов путем переговоров. Во всяком случае, Кайып, преемник Тауке, в июле 1716 г. в своем ответе положительно отнесся к такой постановке вопроса.

Посольство хана Кайыпа во главе с Бекбулатом Екешевым и Байдаулетом Буриевым в сентябре 1716 г., ответное посольство во главе с Никитой Белоусовым в октябре 1716 г., посольство- Б. Брянцева в конце 1717 г., посольство во главе с Шабу и Багадур в октябре 1718 г. и др. способствовали активизаций русско-казахских отношений в начале XVIII в.

Активное начало русско-казахским отношениям было заложено в 20-х годах XVIИ века. Под натиском джунгар многие племена Младшего жуза под предводительством Абулхаир хана подошли к Яику и собирались даже пройти на правый берег. Это событие столкнуло их с русскими подданными - башкирами и калмыками. В 1730 году правителями Младшего жуза было решено послать посольство в Россию с целью урегулирования пограничных споров.

Это было уже вторым посольством» первое было безрезультатным, и Абулхаир хан решается на очень рискованный шаг. Причины: во-первых, была обида на то, что в казахской среде его недооценивают, во - вторых, обращаясь в русское подданство, он рассчитывал укрепить свои позиции не только в казахском обществе, но и на всей территории Средней Азии. После завершения миссии А. Тевкелева по присоединению Младшего жуза к России (1731 - 1732) был подготовлен план мероприятий для «удержания в русском подданстве казахов и способа управления ими», который также предполагал строительство города Оренбурга, необходимого как для закрепления башкирских земель, так и для «коммерции безопасной».

События, происходившие в казахской степи, позволяют отметить, что именно в это время все больше возникает благоприятных условии для развития торговых связей между Казахстаном и Россией. Казахские улусы видели большую экономическую выгоду от развивавшегося торгового обмена.

Уже в конце 40-х годов XVIII века в Оренбурге были построены каменный гостиный и меновый дворы со 150-тью лавками и амбарами, каменная таможня и пакгауз с весами, а к 1754 году деревянные постройки Торговых рядов заменили большими каменными зданиями, предназначавшимися для осенней, зимней и летней торговли с казахами и азиатскими купцами. Подобные здания были построены и в других поселениях как Троицк, Ямышевск, Семипалатинск. Эти поселения, построенные в начале как крепости, стали центрами торговли между Россией и Казахстаном. С 1738 года намечается тенденция постоянного роста русско-азиатской торговли.

Важную роль в экономике Казахстана играли Семипалатинск, Орск, Гурьев, Уральск, крепость Св. Елены. Среднеазиатские и восточно- туркестанские купцы поставляли в большом количестве бумажные ткани, посуду, фрукты, ковры, оружие, хлеб и рис. Развитие торговли способствовало постепенному оседанию кочевников. Увеличило потребление хлеба и, в конечном счете, привело к зависимости от российского рынка.

Система кочевий многих казахских племен ориентировалась на торговые города и пункты, ярмарочные центры. Материальная культура казахов обогащалась предметами оседлого быта и роскоши. Вместе с тем, разложение натурального хозяйства казахов приводило к разорению кочевников, неэквивалентный обмен сильно уменьшил численность скота.

3.Начало присоединения Казахстана к России.

Начало XVIII в, - время укрепления русского государства. Оно характеризуется дальнейшим развитием политических связей с Казахским ханством, активное начало которым было положено в 20-х гг. XVI века. Под натиском джунгаров (1717-1718 г. г. и 1723- 1725 г. г.) многие казахские племена вынуждены были покинуть веками насиженные места. Многие племена Младшего жуза под предводительством Абулхаир хана подошли к Яику и собрались даже пройти на правый берег. Это событие столкнуло их с русскими подданными-башкирами и калмыками. В 1726 г. в сейме представителей родов Младшего жуза было решено послать посольство в Россию с целью урегулирования пограничных споров. В определенной степени инициатива по налаживанию торгово-дипломатических отношений между двумя странами принадлежит России, В исторических источниках есть свидетельство о том, что перед отправкой посольства в Россию Абулхаир встречался с русским посланником в Хиву Максутом Юнусовым.

Непосредственно начало процессу принятия казахами Младшего жуза российского подданства было положено посольством во главе с батыром С.Кайдагуловым и бием К.Коштаевым, которое Абулхаир хан отправил в сентябре 1730 г. в Петербург. Посольство прибыло в Петербург в октябре и доставило письмо императрице Анне Иоанновне с просьбой о принятии в подданство. К тому времени в состав России уже вошли волжские калмыки, Кабардинское княжество, Грузия. Послы Абулхаира были приняты с почестями и одарены подарками. 19 февраля 1731 г. Анна Йоанновна подписала грамоту «Хану Абулхаиру и всему казахскому народу о принятии их в российское подданство», где говорилось, что Абулхаир хан с подвластными ему людьми принимаются в российское подданство.

Для принятия присяги в Казахстан к хану Абулхаиру было направлено посольство во главе с переводчиком Коллегии иностранных дел АИ, Тевкелевым, АИ. Тевкелев был наделен большими полномочиями с целью склонить к присяге казахских правителей, вследствие чего ему была вручена «Инструкция от Государственной Коллегии иностранных дел для переводчика ориентальных языков Мамету Тёвкелеву при отправлений его в Киргиз-Кайсацкую орду для приведения оных в подданство России». 5 октября 1731 г. А. Тевкелев прибыл в ставку Абулхаира в урочище Майтобе на р. Иргиз.

И тут выяснилось, что среди казахских правителей нет единства по вопросу подданства..Тевкелев обнаружил, что большая часть старшин и султанов «слышать не хотела о русском подданстве», «хана не ставили ни в фош». Обстановка накалялась. Но Тевкелев заручился поддержкой прославленного батыра из рода табын Бокенбая, его зятя батыра Есета, в результате 10 октября 1731 года первым присягнул на подданство Абулхаир хан, за ним старший Бокенбай, затем Есет батыр. Так было положено начало присоединению казахских земель Младшего жуза к России. 24 ноября 1732 г. посольство А. Тевкелева выехало в обратный путь. Присоединение Казахстана к России начиналась в сложной обстановке и происходило мирно, а завершилось военной - принудительными мерами в 50 - 60-х годах 19 века.

К середине 30-х годов 18 в. джунгары вновь стали угрожать казахам, в особенности Среднему жузу. В этой ситуации принятие русского подданства правителями Среднего жуза, согласно указу Анны Иоановны от 10 июня 1734 года, было вполне оправдано. Но Средний жуз был достаточно самостоятелен - в связи с кончиной хана Семеке данный указ в жуз доставлен так и не был и фактически до «Устава о сибирских киргизах» 1822 г. Средний жуз оставался независимым.

Мудрую политику сохранения и упрочения казахской государственности проводил хан Абылай (1711в 1781в). Будучи влиятельным султаном он в 1740 г. в Оренбурге подписали договор о добрососедстве с Россией и, сохраняя его, в 1756 г. сумел вместе с Абульмамбет ханом наладить мирные отношения с Китаем.

В 1733-1734 г.г. некоторые влиятельные лица Старшего жуза изъявили желание принять российское подданство. Грамота императрицы от 10 июня 1734 г. объявляла о принятии в русское подданство знатных родоправителей Старшего жуза. Но удаленность Старшего жуза от России, сложность международной и внутренней обстановки отодвинули осуществление реального присоединения Старшего жуза на более позднее время.

4.Политика Абулхаир-хана.



Таким образом, к началу 30-х годов XVIII века более четко определились экономические и политические основы заинтересованности России в освоении казахских степей.
В то же время с начала XVIII века, как показывают источники, в связи с большими осложнениями внешнеполитической обстановки предпринимаются шаги со стороны казахских ханов (Тауке, Кашка и Абулхаира) укрепить мирные взаимоотношения с Россией.
В половине сентября 1716 года с предложением помириться «вечным миром» с Россией были отправлены послы в Тобольск. Неоднократными заверениями двух послов, явившихся 11 сентября 1716 года к сибирскому губернатору Гагарину, в том, что они присланы в Тобольск «с ведома хана и (В документе нет прямых указаний, от кого исходила инициатива этого посольства). По-видимому, она исходила на этот раз от Тауке. Тауке- хан, видимо, хотел показать действительность своих намерений укрепить мирные взаимоотношения с Россией. В ответ казахским послам Гагарин заявил: «Из губернии Сибирской войны на Казачью орду посылать не буду и людям Сибирской губернии велю с ними жить в миру.
Поскольку обострение взаимоотношений России с Джунгарией могло быть серьезным препятствием в реализации царского указа о постройке крепостей по Иртышу и на озере Зайсан с целью освоения этих мест для приисков серебряной, медной и золотой руды, Гагарину было указано не «чинить контайше и людям его никакой обиды». Но притязания хун-тайджи, несомненно, простиралось значительно шире того, чтобы сохранить за собою богатые пастбища в верховьях Иртыша.
Однако, намерения казахских ханов установить мирные взаимоотношения с Россией, как показывает дальнейший ход событий, оказались на первых порах нереальными. В 1717 году Абулхаир совершил набег на русские границы, дошел до Новошенкинска Казанской губернии. Захватив большое количество пленных» Но вскоре после этого Абулхаир, быть может, из опасения репрессий со стороны царских военных отрядов, делает попытку восстановить мирные взаимоотношения с Россией. 5 мая 1718 года он заявил присланному в его кочевья русскому послу Брянцеву: «По указу его царского величества и Хаип хана калмыков воевать готов, також и торги всякие с людьми его царского величества иметь будет». Кроме того, Абулхаир обещал присланный с Брянцевым «лист» переправить в Бухару и в Ташкент, «чтоб никто их владения с людьми его ц. в. нигде ссоры никакие не имели». Хан намерен был также отпустить всех пленных.Свое желание «в миру быть с Россией» и «воевать калмыков» Абулхаир выразил и в письме к царю от 27 октября 1718 года. О желании мира было заявлено также приехавшим 5 марта 1718 года к Брянцеву братом Абулхаира султаном Мамаем. В отписке Брянцева неоднократно сообщалось и о желании всего казахского народа быть в миру с Россией.Характерен в этом отношении еще один факт.
В дальнейшем, когда представилась реальная возможность военной помощи и поддержки России в борьбе против Джунгарии, делаются попытки со стороны ханской власти и казахской знати закрепить отношения с Россией. Так в начале 1726 года хан Абулхаир по совету царского посла Максюты Юнусова, встретившего хана в кочевьях каракалпаков и обещавшего ему помощь царского правительства в борьбе против Джунгарии, отправляет в Петербург своего посла Кайбагара Кобякова, составленное от имени казахских старшин и владельцев Младшего жуза, выражает желание их «быть под протекциею» России по примеру волжских калмыков владений хана Аюки и содержит просьбу о том, чтобы разрешено было им кочевать в степях, на прежних их кочевьях, между владениями башкир и рекой Урал, чтобы им был обеспечен свободный проезд в Россию, безопасность от яицких казаков и башкир, а также разрешено было произвести размен пленных в Уфе.
На этом попытки Абулхаира укрепить связи с Россией не закончились. В 1730 году собрание старшин решило обратиться к царскому правительству, с предложением заключить военный союз против Джунгарии и предложило Абулхаиру осуществить это решение. Состоявшееся решение старшин было вызвано тем, что, несмотря на военные успехи в 1729 году, опасность нового нападения джунгар на казахские владения еще не миновала. Абулхаир превысил данные ему полномочия на собрании старшин. В начале сентября 1730 года в письме своем к канцлеру 
Г. Головкину он писал, что просьба его о подданстве является желанием всех подвластных ему казахов, в количестве 40 тысяч.
Вопрос об условиях подданства, Абулхаир обошел на этот раз, подчеркивая лишь свои намерения урегулировать взаимоотношения с башкирами. Послы его Кутлумбет-бей и 
Сеит-кул-батыр, сообщая в «сказке» своей от 21 октября 1730 года о заинтересованности казахских ханов в подданстве и что «касацких кочевых народов числом 40 тысяч кибиток», выражали надежды, что с принятием российского подданства «обид и разорения никакого не будет и от нападения от других народов могут охранены быть протекциею ее и. в.». В «сказке» своей и в доношелии послы Абулхаира определенно указывали, что они отправлены с согласия всех ханов. Кроме того, они просили разрешить вопрос об обмене пленных и обеспечить безопасность от внешних нападений. Официальным ответом на просьбу Абулхаира о принятии в подданство была жалованная грамота им. Анны Иоанновны хану от 19 февраля 1731 года, которой разрешалось принять Младший жуз в подданство, причем подчеркивалась обязательность подчинения, как в выполнении различных нарядов, так и в обеспечении безопасности подданных — башкир и калмык, а также русских купеческих караванов, проходящих через казахские степи.

В феврале 1731 года была дана инструкция переводчику А. И. Тевкелеву, который направлялся в Младший жуз. Он должен был доставить царскую грамоту ханам Абулхаиру и Семеке и привести их к присяге на подданство России.


При этом требовалось, чтобы Абулхаиром были подписаны основные пункты, утвержденные царской грамотой. В то же время разрешалось Тевкелеву внесение дополнительных пунктов в случае настойчивых требований хана. Вскоре после этого, 20 марта 1731 года была утверждена «обравнивая присяга» Абулхаира и других ханов на подданство России, согласно которой должны были выполняться пять пунктов условий подданства. Эта присяга вместе с царской грамотой от 30 апреля 1731 года о принятии в подданство Абулхаира и старшин была послана с Тевкелевым, отправившимся 30 апреля 1731 года в Младший жуз, в ставку хана.
Официальным документом, говорящим о том, чего хотел и ждал Абулхаир от российского подданства, являются те условия, которые были предложены им в грамоте, отправленной с послами к царскому двору, и закреплены так называемой «образцовой присягой хана». В своих условиях подданства Абулхаир дал краткую наметку того правового положения Казахского ханства, которое он хотел осуществить. Это были условия вассалитета.

Очень показательны в этом отношении некоторые поздние данные, из которых видно, какое значение имел этот вопрос в хозяйственных расчетах тех султанов, которые были в рядах враждебной группировки и позднее приняли российское подданство. Мы имеем в виду вдесь Батыра и Абулмамбета. Выше отмечена большая заинтересованность Батыра в том, чтобы через его улусы проходили караваны азиатских купцов. Но ему не удалось осуществить свои хозяйственные планы. Оренбургский губернатор Неплюев ориентировался в этом вопросе на улусы Нуралы, который не менее чем Батыр, был заинтересован в торговых пошлинах.


О том, какую роль играл этот момент в хозяйственных расчетах хана Абулмамбета и султана Аблая в связи с их присягой на подданство, говорит «Журнал» начальника Оренбургской экспедиции Урусова. Одно из основных условий подданства Абулмамбета, предъявленное Урусову Абул-мамбетом, заключалось в том, «чтобы купцов на руки владельцам отдавать». В своем договоре с Урусовым по этому вопросу Абулмамбет рассуждал таким образом: «Я возьму одного или несколько, брат мой Аблай и прочие по тому ж. И отправлять их от себя, придав им в провожание из знатных родов лучших людей и таким образом караваны безопасны будут». По случаю разграбления ташкентского каравана Урусов намерен был во время свидания с султанами и старшинами в Оренбурге разрешить вопрос о том, «каким образом утвердить безопасность, чтобы караваны впредь безпрепятственно ходить могли», и выставил хану Абулмамбету свои условия, которые заключались в следующем: 1) чтобы провожатыми были люди знатные из всех улусов; 2) чтобы они больше договорной цены за провожание ни под каким видом не требовали; 3) чтобы те, которые будут вожаками караванов, оставляли оренбургским купцам в качестве заложников детей своих и братьев до возвращения каравана (Там же, л. 39). Такие же условия были предложены и султанам Младшего жуза и Эралы. Приняв их, Абулмамбет заявил, что обо всем он будет советоваться с старшинами.
Не меньшую заинтересованность в этом вопросе проявили и старшины. На приеме у Урусова батыр Джаныбек говорил о том, чтобы ташкентский, караван «отдать на руки знатным старшинам». Но с его предложением Урусов не согласился, указав, что купцы этим будут недовольны. Несколько раньше Джаныбек просил разрешить казахам Среднего жуза прикочевать для торга в урочище Черный Яр и получил разрешенение на это. «И с этого бы места,—говориться в доношении Урусова, — ездить им для торгу с товарами в Яицкой городок и покупать бы там русские товары». Большой заинтересованностью в доходах от посредничества в караванной торговле объясняется и готовность таких батыров, как Джаныбек, принять срочные меры к розыску ограбленного ташкентского каравана. 
Торгом в Оренбурге вместе с тарханом Джаныбеком был занят и Букенбай. Узнав о том, что в Оренбург собралось много купцов с товарами, и что они и впредь будут приезжать, Букенбай заявил, что на торг в Оренбург съедется и большое количество казахов.
Но особенно были заинтересованы в том, чтобы русские караваны ходили к среднеазиатским рынкам, старшины, которые жили в Туркестане, как например, батыр Нияз, сумевший завоевать себе положение «не ниже хана». Об этом своем желании он не преминул заявить Урусову.
Торговые интересы султанов и старшин усиливались по мере того, как в процессе реализации подданства и с появлением таких рынков, как Оренбург и Троицкая крепость, развивался обмен со степью, в котором активно участвовали крупные скотовладельцы. Но некоторые из них пытались найти и более близкие к своим кочевьям рывки сбыта. Указывая на удаленность своих кочевий от торга в Оренбурге, Абулмамбет и Аблай просили Урусова разрешить им ездить с товарами и в сибирские города.

Еще в большей степени страшны были эти удары для широких масс казахов-общинников. Последние значительно меньше могли рассчитывать в дальнейшем на освоение удобных пастбищ, ибо эти пастбища привлекали прежде всего, представителей феодальной верхушки, в руках которых было право распоряжения кочевьями. Борьба за кочевья еще осложнялась и тем, что феодалы группы Абул-хаира стремились оттеснить феодалов старшей линии Жадига в сторону Джунгарии и, таким образом, владения последних могли оказаться под непосредственной угрозой джунгар. 


Кроме, того, продвижение кочевий Младшего жуза к 30-м Годам к Уралу и Волге естественным образом усилило его тяготение к России, и вопрос закрепления связей с нею в сложной обстановке внешней опасности и феодальной борьбы стал назревшим вопросом, от разрешения которого зависела дальнейшая судьба казахского народа. 
Вопрос принятия российского подданства встал, в первую очередь, для тех, в ком и царская политика искала опоры для осуществления своих хозяйственных планов в отношении казахских степей. Это была так называемая ханская партия. В доношении Тевкелева от 5 янв. 1732 года сообщается о том, что получившие от него подарки 30 старшин «стали держать Абулхаир хана партию и Букенбая батыра». Это сообщение любопытно в том отношении, что оно определенно говорит о партии хана и Букенбая. Но, наряду с нею, существовала так называемая «противная партия». Показывая острую борьбу их и враждебные выступления против хана и царского посла, Тевкелев говорит о том, в какой обстановке оказалось посольство Тевкелева и какую резкую оппозицию встретил он в Младшем жузе со стороны «противной партии». 
В связи с этим встает вопрос, что представлял собой личный состав этих партий в социальном отношении, и каким образом принятие российского подданства явилось серьезным основанием для разногласий и борьбы в то время, когда экономические и политические условия требовали присоединения Казахстана к России.
Тевкелев дает яркий материал, показывающий историю посольства Тевкелева в сложной обстановке борьбы султанских и старшинских группировок ханской и враждебной партий и рассказывает о том, как в этих условиях положено начало подданства казахов Российской империи.
Не осуществившееся при Петре, посольство Тевкелева должно было состояться в 1731 году в связи с просьбой Абулхаира о принятии его в подданство. В случае согласия хана, Тевкелев должен был привести его к присяге на основании тех условий подданства, которые были изложены в царской грамоте, а затем потребовать ясак и аманатов. О взыскании ясака в инструкции была следующая оговорка: Если хан Абулхаир «к платежу ясака и в даче на Уфу аманатов будет не склонен... усильно о том не домогатца». Кроме того, предлагалось Тевкелеву и других «ханов обнадежить. .. и приличное жалованье дать, разведав о каждом из них, кто чего достоин». Тевкелев должен был также потребдь вать освобождения всех русских пленных и добиться того чтобы они был собраны и отданы ему, причем содействие хана в этом деле рассматривалось как подданическаи верность и служба».Выполняя предписания инструкции, Тевкелев, должен был поступать как лицо, облеченное доверием царского правительства. Дарской грамотой предлагалось русскому послу «верить и по тому выполнять». В другой царской грамоте от 30 апреля 1731 года излагались условия подданства.Так организовано было посольство Тевкелева, который выехал из Петербурга 30 апреля 1731 года.
Вскоре по прибытии в Уфу Тевкелев получил сведения от ходжи Махомета, одного из близких людей Абулхаира, о том, что последний со своими кочевьями расположился в районе рек Тургай и Иргиз, и что «другие ханы кочуют при нем». Ходжа Махомет подтвердил также желание Абулхаира быть в российском подданстве. На другой день Абул-хаир приказал встретить Тевкелева и проводить его, в приготовленную для него кабитку, расположенную неподалёку от кибитки хана. Старшины, чтобы предупредить возможность встречи хана с царским послом до того, пока они не услышат царской грамоты, приставили к их кибиткам тайный караул. Тевкелев не сообщает никаких подробностей об этих старшинах. Надо полагать, что они были из числа тех, которые с самого начала подозрительно отнеслись к прибытию Тевкелева в ханскую ставку.
Уже при первой встрече с Тевкелевым Абулхаир пытался дать ему ряд советов о том, как нужно приводить к присяге, и наметил линию поведения Тевкелева в отношении старшин. Так, например, хан советовал Тевкелеву, чтобы он «не вдруг их принуждал к присяге и чтобы в первом понуждении не показалось им противно» .Кроме того, Абулхаир подчеркнул, что надо «знатных старшин довольствовать подарками». Тевкелев, однако, напомнил Абулхаиру, что послы хана в Москве заявили о желании хана быть в подданстве с согласия всех ханов и всего войска, и упрекнул Абулхаира: «А ныне то стало ложь, токмо один ты собою оное учинил». В ответ на этот упрек Абулхаир признался Тевкелеву, что это заявление послов было сделано по приказу его, хана, так как в противном случае он не мог бы рассчитывать на прибытие к нему Тевкелева.
Ночное свидание хана с Тевкелевым закончилось, однако, не совсем благополучно. На обратном пути тайным караулом старшин был схвачен сопровождавший Тевкелева башкир Кидряс, которого старшины с побоями два раза допрашивали о том, не свел ли он Тевкелева с ханом. Но старшинам так и не удалось получить ответа, и они вынуждены были отправить его на ночь под караул, а затем вернуть Тевкелеву.
Абулхаир, учитывая трудности сложившейся для него обстановки и явную оппозицию некоторой части старшин {инцидент с Кидрясом), все же рассчитывал использовать прибытие в Младший жуз Тевкелева. Продолжая на другой день конспиративные сношения с ним, он послал к Тевкелеву своего верного человека с просьбой немедленно прислать сукна и другие товары для подарков старшинам. Но Тевкелев на этот раз заявил его послу: «Пока он, хан, присягу не учинит, он, переводчик Тевкелев, ея и. в. жалование и милостивные знаки не отдаст». Неудовлетворенный отказом, Абулхаир вторично прислал к нему своего человека с настойчивым требованием товаров для старшин, после чего Тевкелев вынужден был обещать, вместе с царской грамотой доставить их хану.
7 октября состоялось второе ночное свидание Тевкелева с ханом. На этот раз Тевкелев явился к Абулхаиру в сопровождении двух геодезистов и семи башкирских старшин, и при встрече с ханом, прежде всего, передал ему царскую грамоту о принятии его в подданство. При этом осторожный Тевкелев счел нужным на этот раз умолчать о другой царской грамоте, в которой излагались самые условия подданства, предусматривая возможность несогласия с ними хана. Абулхаир, выслушав Тевкелева, воздержался от ответа, предложив ему удалиться в свою кибитку. Хан, видимо, и на этот раз учел возможность резких выпадов по адресу Тевкелева со стороны несогласной части старшин. Из того, что произошло в ханской кибитке после ухода Тевкелева видно, как была уже накалена к этому времени атмосфера недовольства прибытием в ханскую ставку Тевкелева и во что грозила вылиться оппозиция раздраженных его появлением старшин. Так, один из верных башкир Тевкелева, ставший невольным свидетелем случившегося, донес ему, что после ухода Тевкелева из ханской кибитки оставшиеся старшины начали делить между собой преподнесенные им подарки «с великим криком и дракою, и бились плетьми и саблями до крови. И от того времяни, — рассказал башкир, — начали думать злое, чтобы Тевкелева убить до смерти, а пожиток ево себе пограбить и людей разобрать по себе».

Каталог: ebook -> umkd
umkd -> Семей мемлекеттік педагогикалық институты
umkd -> 5 в 020500 «Бастауыш оқытудың педагогикасы мен әдістемесі»
umkd -> «Баспа қызметіндегі компьютерлік технологиялар»
umkd -> Гуманитарлық-заң, аграрлық факультетінің мамандықтарына арналған
umkd -> 5B050400 «Журналистика» мамандығына арналған
umkd -> Әдебиет (араб тілінде «адаб» үлгілі сөз) тыңдарман, оқырманның ақылына, сезіміне, көңіліне бірдей әсер беретін дарынды сөз зергерлерінің жан қоштауынан туған көрнек өнері
umkd -> 5В020500 «Филология: қазақ тілі» мамандығына арналған ХІХ ғасырдағы қазақ әдебиеті пәнінің
umkd -> «Өлкетану тарихы және мәдениеті»
umkd -> Қазақстан республикасы білім және ғылым министрлігі шәКӘрім атындағы семей мемлекеттік
umkd -> 5 в 011700 : -«Қазақ тілі мен әдебиеті» мамандығына арналған


Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   19


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет