Организация объединенных наций


Отбор физико-химических свойств



бет3/7
Дата02.05.2020
өлшемі0.62 Mb.
1   2   3   4   5   6   7

Отбор физико-химических свойств

61. Согласно приложению D, период полураспада в атмосферном воздухе, превышающий 2 суток, признается в качестве критерия способности к переносу на большие расстояния (СПБР). Расчетные значения периодов полураспада дикофола в воздухе при 25°C в газовой фазе находятся в диапазоне от 3,1 до 4,7 суток (см. раздел 2.2.1). С учетом того, что в тропосфере воздух имеет значительно более низкую температуру, период полураспада дикофола в реальных условиях скорее всего будет более продолжительным. Константа скорости разложения зависит от температуры (см. Aktinson 1989). Исходя из значения давления паров, а также стремления этого соединения абсорбироваться на частицы (см. раздел 1.1), дикофол, по всей вероятности, распределяется в атмосфере между газовой и дисперсной фазами. Средняя продолжительность периода полураспада частиц, по оценкам, составляет от 3,5 до 10 суток, а средняя продолжительность жизни частиц, по оценкам, находится в диапазоне от 5 по 15 суток (Atkinson et al., цитируется у Rasenberg 2003).



Прогноз по моделям ПБР

62. Для оценки способности потенциальных СОЗ к ПБР было разработано несколько моделей. В модели переноса химических веществ в различных средах МСЦВ (Метеорологический синтезирующий центр Восток), касающейся СОЗ (Vulykh et al. 2005), используется подход на базе опорных параметров, позволяющий преодолеть зависимость модели от численных значений. Бензопирен (БП) относится к числу СОЗ, включенных в Протокол о СОЗ ЕЭК ООН, и был отобран в качестве контрольного вещества из‑за его способности к переносу на большие расстояния (около 2400 км) и его периода полураспада в окружающей среде (около 75 суток). Для моделирования были взяты за основу периоды полураспада дикофола в воздухе, воде и почве, составляющие 3, 30 и 60 суток, соответственно. Согласно этой модели, прогнозируемое значение расстояния переноса в атмосфере (РП ‑ расстояние, на котором концентрация составляет менее l/1000 концентрации у источника) составили 1 650 км. Расчетный период полураспада дикофола в окружающей среде составило 20 суток. Значения периодов полураспада дикофола и БП в окружающей среде говорят о том, что дикофол является менее стойким, чем БП. С точки зрения ПБР дикофол несколько уступает БП согласно произведенным путем моделирования расчетам РП.

63. US EPA (2009) оценивало общую стойкость (Pov) и СПБР дикофола и продуктов его распада с использованием программы ОЭСР «Pov and LRTP Screening Tool». Показатели Pov представляют собой комбинацию оценочных значений периодов полураспада в одной среде со значениями распределения химического вещества по нескольким средам, но значения периодов полураспада в одной из сред не являются для них критериями стойкости. Показатель Pov учитывает состояние окружающей среды, в которую химическое вещество скорее всего будет распределяться, а также соотношение периодов полураспада в одной среде и частей химического вещества в отдельных средах (Wegmann, 2009). Характеристическое расстояние переноса (ХРП) отражает способность химического вещества к переносу в воздухе или в воде на большие расстояния (расстояние, при котором концентрация химического вещества вследствие переноса уменьшается до 37 процентов). Эффективность переноса (ЭП) – это отвлеченный показатель способности исходного вещества к переносу с атмосферным воздухом и осаждению в наземных или водных средах от отдаленных регионов. Для осуществления расчетов с помощью программы ОЭСР требуются такие химические параметры, как расчетная величина периода полуразложения в почве, воде и воздухе и логарифмы Kaw и Kow. US EPA (2009) указывает на значительную степень неопределенности характеристик преобразования отдельных рассматриваемых химических веществ в окружающей среде (вводимые величины), и имеющиеся результаты говорят о том, что дикофол и продукты его распада имеют более низкие значения Pov, чем некоторые другие известные СОЗ, но аналогичные им значения СПБР. Значения Pov для р,p'‑ДДТ, альдрина и эндрина составляют соответственно 1 010, 225 и 1556 суток, значения ХРП – 2530, 206 и 515 км, а значения ЭП – 5,17, 0,003 и 0,04 процента. Значения Pov, ХРП и ЭП для o,p'‑дикофола и p,p'‑дикофола составляли соответственно 37 и 138 суток, 2 142 и 1 467 км и 9,45 и 3,39 процента. Что касается метаболитов, то моделируемые прогностические значения Pov для ДХБФ, FW‑152 и ДХБГ составляли 172, 516 и 108 суток, ХРП – 1381, 504 и 238 км, а ЭП – 2,24, 2,15 и 0,66 процента.

64. Последние оценки способности к ПБР были произведены Li et al. (2015) с помощью модели Globo-POP. Согласно выводам Li et al. (2015), дикофол, по сравнению с другими веществами, загрязняющими Арктику, обладает умеренной «абсолютной способностью загрязнения Арктики» (eACPair10) и самой высокой «относительной способностью загрязнения Арктики» (mACPair10). Это указывает на то, что дикофол может переноситься из места расположения источника в Арктику с умеренной эффективностью и что степень его стойкости в значительной степени определяется низкими температурами Арктики, способствующими медленному разложению и относительному обогащению, в то время как более высокие температуры вблизи экватора способствуют более быстрому разложению. Исходя из общей предполагаемой массы дикофола, сохраняющейся в поверхностной среде Арктики (MArctic) после 10 лет непрерывных выбросов, eACPair10 определяется как доля MArctic в кумулятивном глобальном объеме выбросов. mACPair10 определяется как доля MArctic в общей массе дикофола, сохраняющейся во всей глобальной среде к концу десятого года. Показатель eACPair10 для дикофола (0,06 процента) сопоставим с аналогичными показателями для ДХБФ (0,05 процента) или алдрина (0,04 процента). Значение mACPair10 для дикофола (3,7 процента) было выше, чем для линдана (3,39 процента) и ДДТ (2‑3 процента). Скорость уменьшения концентрации дикофола в Арктике отстает от скорости сокращения общемирового объема использования дикофола. Таким образом, согласно результатам моделирования (Li et al. 2015), в результате более медленного разложения дикофола при низких температурах в Арктике происходит его аккумуляция.



Подтверждение, основанное на измерениях, произведенных в отдаленных районах

65. Zhong et al. (2012) приводят доказательства присутствия дикофола в окружающей среде вдали от его источников, основанные на результатах исследования, проведенного путем замеров его содержания в поверхностной морской воде и воздухе из морского пограничного слоя во время экспедиции из Восточно-Китайского моря (33,2°с.ш.) в высокие широты Арктики (84,5°с.ш.). Дикофол был обнаружен в воздухе (преимущественно в газовой фазе) и в морской воде (см. раздел 2.3).



Сводная информация о переносе в окружающей среде на большие расстояния

66. Расчетный период полураспада дикофола составляет от 3,1 до 4,7 суток, что соответствует отборочному критерию ПБР. Результаты моделирования свидетельствуют о том, что дикофол может переноситься в отдаленные регионы и обладает характеристиками ПБР, схожими с характеристиками ряда известных СОЗ. Доказательства попадания дикофола в окружающую среду из отдаленных источников являются ограниченными (одно исследование).

2.3 Воздействие

2.3.1 Данные мониторинга окружающей среды



Отдаленные районы

67. В рамках широкомасштабного исследования, маршрут которого простирался от Восточной Азии до высоких широт Северного Ледовитого океана, дикофол встречался довольно широко наряду с уже включенным в Конвенцию СОЗ α-эндосульфаном, и уровень его содержания в воздухе в среднем составлял 14 ± 29(СО) пг/м³, а в морской воде – 9 ± 23(СО) пг/л (Zhong et al. 2012). Уровень концентрации в воздухе и морской воде уменьшался с ~25 пг/м3 и 87 пг/л на широте 35°с.ш. до 0,9‑2,5 пг/м3 и <0,2‑2 пг/л на широте 66‑80°с.ш. Авторы использовали получаемые данные для расчета коэффициентов фугитивности воды/воздуха в месте отбора проб, которые позволяют определить вероятное чистое направление переноса химического вещества. Было высказано предположение, что воздух является главным средством переноса, причем при переносе от исходного источника дикофол осаждается на поверхности воды на всем пути переноса, хотя самые высокие значения скорости осаждения отмечались вблизи потенциальных источников выброса. Zhong et al. (2012) изучали пробы методом экстракции полярными растворителями и ГХ с вводом пробы через инжектор (импульсная инжекция без деления потока), который позволяет предотвратить термальный распад дикофола. Кроме того, они использовали внутренний стандарт дикофола и радиоактивно маркированный суррогат (но не дикофол‑D8). Таким образом, результаты исследования, полученные с помощью прикладного аналитического метода, представляются правдоподобными и подкрепляются мнениями экспертов и разъяснениями авторов исследования (личное сообщение G. Zhong от апреля 2015 года).

68. Уровни содержания дикофола и ДХБФ (не могли быть разделены аналитическим путем) в арктическом воздухе Канадского архипелага, замерявшиеся в ходе экспедиции ArcticNet в 2011‑2013 годах, составляли ~2 пг/м3 (личное сообщение L. Jantunen, министерство окружающей среды Канады, за 2015 год). Hoferkamp et al. (2010) не смогли получить никаких результатов по дикофолу в Арктике. Muir and de Wit (2010) сообщили, что замеры содержания непосредственно дикофола в Арктике не производились. Помимо прочего это может объясняться трудностями анализа дикофола. Например, трудности обнаружения дикофола в пробах, взятых у тюленей, упоминал Kucklick (личное сообщение J. Kucklick от ноября 2013 года).

Воздействие на региональном и местном уровнях

69. Дикофол часто обнаруживали в воздухе и морской воде в районе Бохайского залива и Желтого моря (Китай). Концентрация дикофола в атмосфере в газовой фазе составляла в среднем 3,8±2,3 пг/м3, а концентрация в дисперсной фазе была ниже и составляла в среднем 0,68 пг/м3 (Zhong et al. 2014). Концентрация в растворенном виде в морской воде составляла 63±65 пг/л, а максимальная концентрация – приблизительно 240 пг/л. Zhong et al. (2015) проанализировали на дикофол 72 образца поверхностного слоя отложений прибрежных и удаленных от берега районов Бохайского залива и Желтого моря, которые граничат с районами широкомасштабного потребления и производства пестицидов и в которые попадает огромное количество стоков и наносов из нескольких рек. Дикофол был обнаружен в 60 процентах проб и доминировал в профиле распределения концентрации примесей: в 90 процентах случаев концентрация превышала 100 пг/г сухого веса (с.в.), средняя концентрация составляла 1300±2 500 пг/г с.в., а максимально высокая концентрация – 18 000 пг/г с.в. Эта концентрация обычно отражает замеряемое содержание в воздухе и воде, причем по мере приближения к эстуариям концентрация возрастает, что указывает на сохраняющиеся источники загрязнения через водотоки, в том числе с местных предприятий.

70. При анализе донных отложений в Центральной долине Калифорнии дикофол был обнаружен в 75 процентах из 28 исследуемых проб, концентрация в которых достигала 250 нг/г (Weston et al. 2013). В более ранней публикации (Wang et al. 2010) сообщалось, что дикофол был обнаружен в 5 из 12 проб донных отложений из Центральной долины Калифорнии, и уровень концентрации составлял 36±207 (среднее±СО) нг/г с.в. В районах нижнего течения реки Янцзы уровень содержания дикофола в донных отложениях согласно Tang et al. (2013) составлял 0,46±1,38 (среднее±СО) нг/г с.в., в то время как в поверхностном слое воды уровень содержания был ниже предела обнаружения (<0,28 нг/л).

71. В ходе национального обследования во Франции дикофол не был обнаружен ни в одном из 154 мест отбора проб донных отложений (Vulliet et al., 2014). Это наблюдение совпадает с выводами Thomas et al. (2012) о том, что дикофол не содержится в пресноводной рыбе и в донных отложениях рыбных прудов на северо-востоке Франции.

72. Sabatier et al. (2014) реконструировали долгосрочную динамику уровня дикофола в донных отложениях озер в районе водосбора, занятом виноградниками, во Франции. Резкое повышение концентрации отмечалось в 1970, 1992 и 2000 годах, когда уровень концентрации составлял приблизительно 4,5, 8,0 и 6,0 нг/см²/г, соответственно. В ходе исследования трансграничных водоносных горизонтов в северо-восточной Греции дикофол был обнаружен в одной из 37 скважин, и уровень его содержания составлял 0,153 мкг/л, что превышает предельный уровень стандарта качества питьевой воды Европейского сообщества, составляющий 0,1 мкг/л (Vryzas et al. 2012). Papadakis et al. (2015) изучили 416 проб воды, взятых из шести рек и десяти озер основных сельскохозяйственных районов Греции (в период с сентября 1999 года по февраль 2001 года), и рассчитали среднегодовую концентрацию дикофола в поверхностных водоемах, которая составила 0,01 мкг/л, что превышает среднегодовую величину экологического стандарта качества ЕС для дикофола (0,0013 мкг/л) согласно директиве 2013/39/EC13.

73. Bishnu et al. (2009) обнаружили дикофол в водоемах чайных садов в районе Доарс в Западной Бенгалии (Индия) в апреле, и средний уровень концентрации составил 3,6 (диапазон 0,9‑5,8) мкг/л. Domagalski (1996, цитируется в US EPA 2009) сообщил о результатах анализа проб воды из реки Сан-Хоакин (Калифорния) и ее притоков, согласно которым содержание дикофола во всех пробах, отобранных в период с марта по июнь 1993 года, было ниже пределов обнаружения, а в 33 пробах, отобранных в период с июня по сентябрь, его содержание было выше предела обнаружения (0,05 мкг/л), при этом максимальная концентрация составила 2,5 мкг/л. В период с 1990 по 2006 год на дикофол было проанализировано 618 проб поверхностных вод из базы данных Управления Калифорнии по контролю пестицидов (УККП). Дикофол был обнаружен в 11 пробах (1,8 процента), и максимальный уровень концентрации составил 0,27 мкг/л (US EPA 2009). В базе данных о результатах анализа грунтовых вод на содержание пестицидов в (US EPA 1992, цитируется в US EPA 2009) отсутствуют сведения об обнаружении дикофола в немногочисленных случаях забора проб в ряде штатов, включая Калифорнию (с 1979 по 1991 год пробы были взяты в 1634 скважинах).

74. Syed and Malik (2011) обнаружили дикофол в 69 процентах из 36 проб поверхностного слоя почвы, взятых вблизи одной из промышленных зон в Пакистане. Средний уровень содержания дикофола составил 10,75 нг/г, однако остается не вполне ясным, что является источником такого загрязнения – процессы промышленного производства (включая сброс отходов) или использование дикофола в сельском хозяйстве в этом районе.

75. Weaver et al. (2012) обнаружили дикофол в поверхностном слое почвы долины Намой (Австралия) (в одной проанализированной пробе содержание дикофола составило 18 мкг/кг). В городском воздухе в Испании уровень содержания дикофола составил 53,2 пг/м3 (Coscolla et al. 2011).

76. Согласно данным US EPA (2009), полученным в результате оценки уровня содержания дикофола (максимальная средняя концентрация) в биоте в сельскохозяйственных районах с традиционным использованием дикофола, он был обнаружен у мелких млекопитающих (до 1,4 мкг/г, Флорида), наземных беспозвоночных (до 3,9 мкг/г, Калифорния) и рептилий/амфибий (до 3,8 мкг/г, Флорида). В несельскохозяйственных районах максимальная средняя концентрация дикофола составила 0,3 мкг/г у мелких млекопитающих, 0,76 мкг/г у наземных беспозвоночных, 0,38 мкг/г у рептилий/амфибий, 0,9 мкг/г у птиц и 0,26 мкг/г у рыб. В Нью‑Йорке уровень содержания дикофола в земляных червях составил 1‑2 мкг/г. В яйцах, собранных у 13 видов птиц в Калифорнии, Флориде и Нью‑Йорке, среднегодовой уровень содержания дикофола, p,p'‑FW‑152 и p,p'‑ДХБФ находился в диапазоне 0,003‑0,46 мкг/г, 0,002‑0,218 мкг/г и 0,004‑0,165 мкг/г, соответственно (US EPA 2009). Об уровне содержания дикофола, замеренном Malik et al. (2011) в яйцах египетской цапли, пробах объектов питания и донных отложениях в Пакистане, сообщается в разделе 2.2.2. Дикофол часто обнаруживался также в пробах печени шести видов хищных птиц с Канарских Островов (Испания), концентрация дикофола в которых составляла от 0,001 до 0,0095 мкг/г сырого веса (Luzardo et al. 2014).

77. В пробах корма для животных в Индии средняя концентрация дикофола составляла


от 0,03 до 0,34 мкг/г (Nag & Raikwar 2011). Было установлено, что дикофол аккумулируется в коровьем жире и молоке (Shaffer 1987, не опубликовано): после 29 суток приема корма с содержанием дикофола 10 мкг/г концентрация p,p’‑дикофола в коровьем жире составила 0,5 мкг/г. Ни в одной из проанализированных проб, взятых у тонкоклювого буревестника в Новой Зеландии, дикофол обнаружен не был (Bekhit et al. 2011). Однако, если о присутствии ДХБФ не сообщалось, результаты замера содержания дикофола, возможно, были занижены из‑за распада дикофола до ДХБФ в процессе анализа проб.

ДДТ и родственные соединения, образующиеся в процессе производства и применения дикофола

78. Дикофол может содержать ДДТ и родственные ему соединения в зависимости от применяемого метода производства (UNEP/POP/POPRC.10/4). Отношение o,p'‑ДДТ/p,p'‑ДДТ может указывать на то, что источником ДДТ является дикофол (использование дикофола или ДДТ). ΣДДТ, образующиеся из технического ДДТ, обычно имеют коэффициент 0,2‑0,3, в то время как коэффициент 1,3 или выше (средний коэффициент 7) указывает на то, что источником является технический дикофол (Qiu et al. 2005; Qiu и Zhu 2010). Ниже более подробно рассматриваются данные, касающиеся использования технического дикофола.

79. Отношение o,p'-/p,p'‑ДДТ используется в научной литературе в качестве фактора, позволяющего определить, что было источником ΣДДТ: ДДТ или дикофол. Однако в случае использования показателя соотношения изомеров для определения источника их выбросов следует также учитывать характер преобразования обоих изомеров в окружающей среде (например, разную степень летучести с поверхности почвы, стабильность в почве, воздушно‑водные потоки и биоаккумуляцию). Однако Ricking и Schwarzbauer (2012) утверждают, что возможности определить характер преобразования ΣДДТ в окружающей среде по составу изомеров еще не были реализованы в полной мере, вследствие чего они не получили широкого признания в области химии окружающей среды. При рассмотрении отношения o,p'-/p,p'‑ДДТ следует также учитывать, что коэффициенты растворимости в воде и давления паров o,p'‑изомера в 4,7 и 7,5 раза превышают соответствующие коэффициенты p,p'‑изомера (Ricking и Schwarzbauer, 2012). Необходимы дополнительные исследования для определения периода полураспада изомеров (Qiu et al. 2005). Martin et al. (1993, цитируется у Li et al. 2006) сообщают о более высокой скорости метаболизма o,p'‑ДДТ в окружающей среде, в то время как Bidleman et al. (2013) отмечают более быстрое разложение p,p'‑ДДТ по сравнению с o,p'‑ДДТ. Поэтому следует осторожно подходить к интерпретации полученных путем корреляции данных об источниках, находящихся вдали от мест использования дикофола. С другой стороны, нельзя отрицать тот факт, что дикофол является одним из источников современного загрязнения ДДТ.

80. Дикофол рассматривался в качестве источника ΣДДТ, обнаруженных в донных отложениях эстуария реки Янцзы и соседней территории Восточного Китая (Zhou et al. 2014a), в поверхностных отложениях в Пакистане (Syed et al. 2014), у популяции евразийских филинов на юго-востоке Испании (Gomez-Ramirez et al. 2012) и в мидиях, собранных в эстуарии на территории Испании (Suarez et al. 2013).

81. Что касается более отдаленных районов, то ΣДДТ, возможно, образовавшиеся в результате воздействия дикофола, были обнаружены в воздухе в горах Тибетского нагорья в Китае (Zhu et al. 2014), в почве, лишайниках, хвое и коре хвойных деревьев на юго-востоке Тибетского нагорья (Yang et al. 2013) и предположительно в Карском море (российская территория Арктики), куда они попали, возможно, из рек Обь и Енисей (Carroll et al. 2008). Анализ обширной базы данных концентрации хлорорганических (ХО) пестицидов, замерявшиеся на норвежской арктической станции мониторинга на Шпицбергене, показал тенденцию к повышению отношения o,p'‑ДДТ/p,p'‑ДДТ в атмосферном воздухе Арктики, что, возможно, свидетельствует о переходе с технического ДДТ на дикофол (Becker et al. 2012).

82. В то же время имеются исследования, результаты которых расходятся с изложенными выше выводами и говорят о том, что отношение остаточных количеств изомеров ДДТ указывает на технический ДДТ как их источник (Qu et al. 2015, Yu et al. 2014, Ding et al. 2009). Результаты мониторинга на португальском побережье не указывают на преобладание o,p'‑ДДТ, поэтому Mizukawa et al. (2013) пришли к заключению, что в этом регионе дикофол не является источником загрязнения ДДТ. Отношение o,p′‑ДДТ/p,p′‑ДДТ в морской рыбе Южно‑Китайского моря составляло <1, указывая на то, что дикофол вряд ли является источником ДДТ (Hao et al. 2014).

2.3.2 Воздействие на человека

83. Дикофол был обнаружен в грудном молоке у женщин в Китае (среднее геометрическое = 9,63 нг/г липида; max = 64 нг/г), Корее (среднее = 1,87 нг/г, max =2,96 нг/г) и Японии (среднее = 0,32 нг/г, max = 2,65 нг/г) (Fujii et al. 2011); а также в жировой ткани 75‑95 процентов лиц, обследованных в трех регионах Китая, при этом максимальная концентрация составила 559 нг/г, а средние значения – 9,06 нг/г, 2,91 нг/г и 4,82 нг/г (Wang et al. 2011). Повышенное значение o,p’‑ДДТ/p,p’‑ДДТ в грудном молоке у женщин в Китае предположительно является следствием воздействия дикофола (Haraguchi et al. 2009, Wang et al. 2014). В Испании дикофол был обнаружен в 27,8 процента из 18 проб молозива с концентрацией в диапазоне от 0,12 до 0,59 мкг/л (среднее – 0,35 мкг/л), но не был обнаружен ни в одной из 13 проб грудного молока с Канарских Островов (Luzardo et al. 2013b).

84. Chen et al (2014) проанализировали 10 проб грудного молока, взятых у анонимных доноров в 2010-2011 годах, 10 проб коровьего молока и 10 проб детского питания, приобретенного в местных магазинах США. Во всех проанализированных пробах были обнаружены p,p‑дикофол, o,p‑ДДЭ, p,p‑ДДЭ, хлорпирифос и гексахлорбензол. В коровьем молоке концентрация обнаруженного p,p‑дикофола составляла 0,033‑0,230 нг/мл (среднее – 0,091 нг/мл), в грудном молоке – от 0,029 до 1,115 нг/мл (среднее – 0,109 нг/мл) и в детском питании – от 0,029 до 0,096 нг/мл (среднее – 0,047 нг/мл).

85. Были проведены замеры концентрации хлорорганических остатков в пастеризованном молоке из Мату-Гросу-ду-Сул, Бразилия. Дикофол был обнаружен в 14 процентах из 100 смешанных проб, и его концентрация находилась в диапазоне 2,75‑9,61 нг/г липида, и средняя концентрация составила 5,11 нг/г липида (Avancini et al. 2013).

86. Luzardo et al. (2013a) изучали присутствие хлорорганических соединений в яйцах местного производства из разных хозяйств (обычных, со свободным выгулом и экологически чистых; n=12 в каждом), взятых в 2012 году в супермаркетах и магазинах экологически чистых продуктов питания на Канарских Островах (Испания). Во всех проанализированных пробах был отмечен невысокий, но поддающийся количественной оценке уровень содержания хлорорганических пестицидов. Дикофол присутствовал в 75 процентах яиц обычного производства (диапазон: н.о.‑8,42 нг/г; среднее: 0,93 нг/г), в 41,7% яиц хозяйств со свободным выгулом (н.о.‑1,08; 0,57), и в 58,3% яиц из хозяйств производства экологически чистых продуктов питания (н.о.-2,31; 1,07).

87. Wang et al. (2013) исследовали присутствие остатков пестицидов (33 различных пестицидов) в рыночных овощах (n=285) в провинции Шэнси в Китае методом ГХ. Дикофол был обнаружен в 1,05% проб зеленого перца и зеленого лука. В Бангладеш 210 проб 8 видов овощей, собранных в 2009-2012 годах, были проанализированы на присутствие 19 сельскохозяйственных пестицидов. Дикофол был обнаружен только в одной пробе (огурцы) при концентрации 0.14 мг/кг (Chowdhury et al. 2013). Yan et al. (2014) обнаружили дикофол


в 4 из 9 проб сельдерея, взятых на местных рынках Баодиня (Корея), и уровень содержания дикофола в них составлял 3,6 нг/г, 2,5 нг/г, 2,5 нг/г и 3,4 нг/г.

88. Согласно заключению Европейского управления по безопасности пищевых продуктов (EFSA), сделанному в 2011 году, отсутствие надлежащих аналитических методов для обнаружения дикофола может быть причиной занижения оценочных данных по остаткам дикофола. Было предложено произвести замеры, например, в товарах растительного происхождения, на присутствие o,p'‑дикофола, p,p'‑дикофола и связанного с ними ДХБФ, а также в молоке жвачных животных на общее присутствие дикофола (суммарное значение присутствия o,p'- и p,p'‑изомеров) и FW‑152. В 2013 году европейскими лабораториями был опубликован новый аналитический метод для оценки остатков пестицидов (EURL-SRM, 2013). Поэтому данные, представленные до 2011 года, могут быть менее значимыми, и отрицательные результаты этих исследований могут и не быть показателем отсутствия воздействия дикофола. В переработанной продукции главным продуктом разложения, как представляется, являлся соответствующий ДХБФ, однако в условиях кипения и стерилизации нельзя исключать и образования хлороформа (EFSA 2011).

89. В подготовленном EFSA в 2013 году докладе об остатках пестицидов в пищевых продуктах в Европейском союзе сообщается об обнаружении дикофола в 0,15 процента проб. Максимальная средняя концентрация была обнаружена в мандаринах и составляла 0,02 мг/кг. Максимальная концентрация в клубнике составляла 0,04 мг/кг (EFSA 2015).

90. Lozowicka (2015) изучила 696 проб польских яблок в период 2005‑2013 годов (182 пробы на содержание пестицидов). Дикофол был обнаружен в 4 пробах, и среднее значение уровня содержания его остатков в 4 пробах (выше предела количественного определения) на 300 процентов превышало максимально допустимый уровень содержания. Максимальное замеренное значение составляло 0,156 мг/кг (EFSA 2013).





Достарыңызбен бөлісу:
1   2   3   4   5   6   7


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет