Основы психологии Адлера Рудольф Дрейкурс



бет9/15
Дата28.04.2016
өлшемі1.49 Mb.
түріУказатель
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   15

Неврозы

Жизнь невротиков полна разных противоречий между желаниями и действиями. Каждый раз, когда мы сталкиваемся с неврозом, мы обнаруживаем, что противоречия основываются на идеи болезни. Свободный самоконтроль, человека, его действия, его силы оказываются настолько ограниченными нервным заболеванием, как при физических ранениях. Тем не менее, нет такой прямой физической патологии, которая соответствовала бы нервным симптомам. В действительности организм здоров. Любые соматические изменения, которые можно отследить объективно, ограничиваются вегетативной системой. А это ничто иное, как аппарат для регулирования физических функций, которые также могут контролироваться сознанием. Все физические симптомы неврозов происходят из-за эмоционального напряжения. Любые дальнейшие патологические изменения вегетативной системы можно объяснить этой же причиной.

Мы не можем упускать из виду тот факт, что невротики – здоровые люди, которые производят впечатление больных и несомненно проявляющих симптомы болезней, с таким результатом, что не всегда легко поставить диагноз, чтобы различить, либо это «просто» нервное, либо это «настоящая» болезнь.

Здесь мы имеем другой пример человеческой способности к обману себя и других, путем конструирования ложных аналогий. Мы видели, как он отдаляет себя от своей собственной воли, как только возникает противоречие между желанием и действием, противоречие, которое несет в себе некоторые преимущества. Невротические болезни проявляют аналогию между болезнью и физическим состоянием, что на самом деле ограничивает физическое функционирование совершенно независимо от воли человека. Поэтому невротики (хотя, конечно, они этого не допускают) используют свою непострадавшую силу воли, чтобы воспроизвести симптомы болезни, которая помогает им чувствовать, что их влияние на свою волю невозможно, точно так, как это бывает с физическими болезнями.

Проблема, как организовать болезнь «подсознательно», то есть не допуская того, что она организованна, была значительно облегчена, в основном с помощью учения Берда. Его учение, повсеместно изучаемое экспертами и дилетантами, выдвигало гипотезу о том, что нервные силы и есть предмет нарушения. Берд хотел найти какое-либо физическое объяснение всем симптомам, известным в наши дни как нервные, и назвал их болезнями нервной системы или «нервами». Но существование подобных гипотетических «нервных сил» (которые могли легко иссякнуть в следствии чрезмерной работы, волнения, сексуальных опытов и напряжений, испытываемых людьми, страдающими от наследственных недугов, в результате которых развиваются нервные недомогания или неврастения) не могло быть доказано объективно. Пределы страдания могли быть найдены лишь субъективно, самим человеком. Поэтому когда человек стремился избежать выполнения своих жизненных задач, его уклонение рассматривалось как форма болезни, развивающаяся в следствии того, что нервные силы не были достаточно прочными, чтобы выдержать возложенное на них напряжение. Подобные учения популяризировавшие «противоречие» между тем, что человек хочет, и тем, что он может сделать, дали людям возможность использовать их в своих целях. В действительности, все, что людям было нужно – это однажды принять идею того, что они могут «научится» воспроизводить симптомы болезни. Поэтому медицинская гипотеза, которая наоборот не принималась всерьез, довольно быстро завоевала доверие, несмотря на свою невероятность (по крайней мере в Европе).

Всегда существует определенный момент, когда нервное заболевание начинается. Мы можем назвать это «кризисной ситуацией», в которой жизненная ситуация не позволяет пациенту функционировать адекватно, применяя свой особый стиль жизни. Чем уже модель, в рамках которой человек может участвовать в процессе жизни и вносить свой вклад, тем скорее он может столкнуться с кризисной ситуацией, в которой он замыкается и ищет алиби (оправдания). Начало симптомов всегда показывает, что индивид столкнулся с задачей, которую он не в состоянии выполнить. Но подобный факт не всегда столь очевиден, поскольку невротик, естественно, пытается представить, что трудности, с которыми он сталкивается в жизни, – это следствия, а не причины болезни. Многие невротики даже отрицают существование трудностей, поскольку они хотят избежать подозрения, что их нервные симптомы имеют под собой определенную цель. Поскольку многие из нас плохо подготовлены к тому, чтобы выполнять жизненные задачи, мы легко становимся «нервными».

Даже ребенку приходится нести на себе особую ношу, и у него может развиться «нервозность», которая зачастую находит свое выражение в так называемом невозможном поведении трудных, неподдающихся воспитанию детей. С рождением второго ребенка или с началом обучения в школе довольно избалованные (испорченные) дети часто сталкиваются с задачами, выполнять которые их никто не научил. Смелость ребенка может быть подвергнута еще более жестокому испытанию, если в его окружении происходят какие-либо перемены или смерть матери. Если он пытается избежать любых сложных ситуаций и уклониться от выполнения каких-либо требований, в данной ситуации возможно появление первых симптомов нервозности. Они могут принять форму различных нарушений функционирования органов – трудности с пищеварением, энурез или приступы паники или ярости. Они направлены на достижение определенной цели, а именно заставить родителей уступить ребенку и освободить его от выполнения тех или иных задач. Подобные симптомы являются оружием, которым ребенок пользуется, чтобы все было так, как он хочет.

Страх, в частности, – это оружие, которым иногда пользуются некоторые дети. Они видят, как легко можно побудить родителей помочь им, преувеличивая собственные слабости. Избалованный, не слишком уверенный в своих силах ребенок так часто приходит в ужас, что легко поддается дикой панике при любой малейшей трудности, с которой ему предстоит разобраться, хотя это может закончится ничем больше, что его просто оставят в покое на некоторое время. При многих невротических заболеваниях во взрослой жизни он возможно будет извлекать пользу от такого оружия как страх, которому он научился в детстве. Это объясняет, почему страх играет огромную роль в жизни многих невротиков.

Иногда даже в школе у детей бывают нервные срывы. Перед экзаменами, они становятся крайне возбуждены или чересчур утомлены: они не могут спать, их мысли путаются, руки трясутся и развиваются все симптомы хорошо известной невростении. Многим людям экзамены продолжают сниться еще долго во взрослой жизни. Так же, как в школе их способности подвергались проверке по средством экзаменов, они верят в то, что их способности постоянно вот-вот будут поставлены под сомнение жизнью или социальной средой. Все, что в действительности подвергается сомнению – это наш социальный интерес и готовность к сотрудничеству. Только тот, кто отказывается от сотрудничества ради сохранения хорошего мнения о себе, и тот, кто не хочет играть неопределенную роль, ощущает постоянную опасность неудачи и позора.

Неврозы всегда скрывают в себе стремление избежать проверок, которые устраивает нам жизнь. Цель болезни – уберечь невротика от опасности разоблачения в том, что он не ценен. По началу это звучит парадоксально. Поскольку невротическое состояние заставляет его чувствовать себя слабым и несчастным, его неудачи во многих областях очевидны. Но как ни странно это звучит, он получает фиктивное увеличение собственной значимости благодаря своей неспособности, потому что он оправдывает себя за свои неудачи следующим образом: «Если бы только я не был таким комком нервов… Если бы я не был таким невезучим и не заболел бы, то я…» Что бы ни происходило, он должен придерживаться особого мнения насчет своих способностей. Поэтому хотя его способности и не пострадали, он все равно не позволит никому в них усомниться. Он перекладывает ответственность за очевидные неудачи на болезнь, но его фантазии о себе являются огромным препятствием на пути к успеху. В дальнейшем, пока он оправдывает себя за то, что ничего не достиг, его требования к окружающим возрастают. Поскольку ему кажется, что он болен, он считает себя не просто свободным от обязательств по отношению к другим (обязательства, возникающие в профессиональных, социальных и любовных взаимоотношениях), но и достойным гораздо большего внимания, сочувствия и помощи со стороны друзей и семьи.

Чем больше подавленным становится человек и чем меньше он ощущает себя способным выполнить требования жизни, тем больше у него будет решимости избежать выполнения социальных задач. Его склонность прикрываться нервной болезнью зарождается гораздо раньше очевидных проявлений болезни. Тогда, когда появляются симптомы, становится ясно, что социальный интерес достиг своих пределов и что ошибочный жизненный план вступил в конфликт в реальными условиями жизни. Никто не может сказать насколько много знает ученик до тех пор, пока его знания не подвергаются проверке. Те, кого жизнь подвергает тяжелым испытаниям, могут исчерпать свой социальный интерес быстрее, чем другие, кому не пришлось проходить подобные тесты. Однако в любом случае отсутствие социального интереса должно рано или поздно проявиться благодаря многогранности и сложности взаимоотношений, которые несет в себе сотрудничество людей в различных сферах жизни. Поэтому возникающие трудности не обязательно провоцируют появление невротических симптомов. Зачастую очень большие трудности изменяют течение невроза к лучшему. Если целью невротических жалоб является в основном найти себе оправдание, то они становятся ненужными как только внешние трудности оправдают стремление индивида не выполнять социальных задач. Нервозность и тревожность пропадают в начале тяжелой физической болезни, то есть, если «реальная» болезнь служит оправданием невыполнения.

Невротик – это амбициозный человек, у которого не хватает смелости. Он живет в постоянном страхе, что его слабости могут стать очевидны для других, и этот страх проявляется во всех его действиях. Он обладает типичным нерешительным характером. На сколько это возможно, он старается избежать принятия каких-либо решений. Он откладывает их на потом, чтобы либо потянуть время, либо чтобы позаботиться о фиктивной безопасности хотя бы на данный момент. Он пытается сохранить безопасную дистанцию с людьми и держится на расстоянии от выполнения трудных задач, потому что он сомневается, сможет ли он вообще поддержать себя без специальных помощников. Его жизнь постоянная борьба. Его напряженное сознание никогда не отдыхает. Он всегда находится в состоянии готовности защитить себя. У него беспокойный сон, ему часто сняться кошмары. Его внутреннее напряжение зачастую выдает себя через физические симптомы, например частое моргание, дрожащие руки, рефлекторная гипервозбудимость и чрезмерная раздражительность, непостоянство вазомоторных нервов – симптомы, характерные для большинства невротиков. И поскольку невротик слишком возбудим и чувствителен, он с готовностью отвечает на самые различные предложения. Он все время психологически готов. Так же, как воздушный шар, наполненный воздухом, отлетает далеко при малейшем соприкосновении, он максимально реагирует на любое влияние со стороны.

Напряжение играет очень важную роль в развитие симптомов. Без напряжения многие из них не появились бы вообще. Симптомы имеют столько же различных форм, сколько у человеческого организма функций, каждая из которых может быть нарушена, либо чрезмерно работая, либо оставаясь без внимания совсем. Невротик, имеющий субъективное мнение относительно себя, может даже видеть нарушения там, где их нет, поскольку он ожидает или хочет, чтобы его организм функционировал лучше и чтобы это было более или менее легко. Таким образом, пациент вместо того, чтобы направить свою энергию на решение социальных проблем, начинает фальшивые битвы с самим собой, используя функции своего тела, свои моторные действия, чувства и мысли. В этот момент рождаются симптомы. Человек может не спать всю ночь и чувствовать себя больным. Но как только он начинает злиться и отчаиваться и решает, что ему необходимо поспать, тогда начинается бессонница. Борьба с самим собой повышает внутреннее напряжение, которое не обходится без нервных расстройств, и, естественно, развиваются симптомы заболевания. Причина напряжения заключается в борьбе с самим собой. Оно вырастает из обид и сопротивления требованиям жизни, а также из страха поражения или неудачи. Первые симптомы проявляются из-за борьбы, направленной на повышение напряжения, что ведет к увеличению числа новых симптомов.

Если невротические тенденции выражаются через определенный орган, они всегда проявляются в дисфункции этого органа. Все органические неврозы создаются напряжением. Повышенные усилия дают себя знать первоначально через регулировку вегетативной нервной системы и желез внутренней секреции, которые напрямую управляются сознанием1.

Невротическая дисфункция какого-либо органа может усугубляться органом неполноценности. Это может быть как в силу конституции, так и в силу неправильного использования определенных органов. Мы до сих пор еще мало знаем о том, как отношение ребенка к своим функциям в жизни может регулировать работу органов вегетативной нервной системы, даже патологическим способом. Но мы знаем, что функциональная расстройство пищеварительной системы может быть вызвано либо в ответ на конституционный орган неполноценности, либо выгодой, которую ребенок может получить в результате борьбы с беспокойными родителями, которые придают особое значение еде и правильному пищеварению.

Это относится ко всем остальным проблемам невротического происхождения. Может существовать нарушение любой психологической или умственной функции. Все симптомы являются расстройством либо чувств, либо мыслей, либо физического функционирования тела. Орган неполноценности может облегчить процесс тренировки и повлиять на выбор симптомов. Однако на выбор симптомов влияет не просто легкость с которой они могут быть воспроизведены, но адекватность симптоматического комплекса, который дает человеку возможность оправдания. Поскольку каждый невротик пытается избежать выполнения социальных задач, то это, конечно, и есть фактор, влияющий на выбор тех или иных симптомов. Несчастный случай может повлиять на выбор невротика, привлекая внимание к подходящим симптомам.

Мы можем сказать, что развитие невротических симптомов требует прежде всего кризисной ситуации, в которой пациент ищет алиби за свое уклонение и нежелание участвовать в работе общества и приносить ему пользу. В подобных критических ситуациях любое нарушение, которое может послужить оправданием, поддерживается и развивается, в основном, за счет внутренней борьбы. Выбор симптомов зависит от обстоятельств и факторов, способствующих дисфункции. Как уже говорилось выше, орган неполноценности может составить очаг меньшего сопротивления, то есть как только человек напрягается, орган с меньшей сопротивляемостью подпадает под влияние напряжения и начинает проявлять дисфункцию. Определенные расстройства, возникающие в детстве, теперь могут послужить к качестве алиби. Любая дисфункция, которая проявлялась раньше, может вновь активизироваться. Часто случайное наблюдение болезни в семье или в окружении ребенка, особенно если опыт был драматическим, может привести к имитации. Любое случайное, легкое недомогание, происходящее в кризисной ситуации может быть продолжено через динамику сознательного преодоления, которое подразумевает под собой ранее описанную борьбу с симптомом. Симптом меняется, если теряет свою эффективность, или вообще уходит и больше не работает.

Определенные симптомы связаны с типом личности. Негибкая личность, с сильным сознанием, неспособная признать сопротивление и нежелание, может стремиться к развитию маниакальных симптомов, особенно если сила и власть имеют большое значение в жизни этого человека. Застенчивые и зависимые люди могут счесть страх и беспокойство более подходящими. Люди, которые верят в свою силы и способности, могут предпочесть органические симптомы, которые, казалось бы, невозможно контролировать. Предыдущие попытки создания болезни также влияют на тот или иной выбор алиби и симптомов.

Все классификации неврозов, считающие симптомы за отправную точку, поверхностны. Различные формы неврозов, истерий, невростении, невротического беспокойства, маниакальных неврозов,пристрастий, органических неврозов и сексуальных неврозов различаются между собой лишь характерными симптомами. Внутренняя структура неврозов всегда одна и та же. Идентичные симптомы не всегда имеют идентичную причину с точки зрения многообразия факторов, влияющих на каждого человека. Первостепенную важность имеет исследование возможностей, которые индивид имел в детстве для развития невротических симптомов, и как долго невротическая «тренировка» продолжалась. Люди быстро могут развить у себя бессонницу, забывчивость, головные боли, признаки депрессии, возбуждения или паники. Для более серьезных нервных расстройств, таких как глубокие фобии, сексуальные расстройства, пристрастия, требуется более длительная тренировка организма. Самая длительная тренировка, которая начинается как правило в детстве и продолжается постоянно, требуется для развития маниакальных неврозов.

Здесь в самом начале давление, оказываемое окружающей средой и родителями, сталкивается с давлением, которое ребенок оказывает на себя сам и которому он явно подчиняется. Это давление (навязчивое состояние) противопоставляет себя обществу. Как правило маниакальные невротики, не обращающие внимания на требования общества, думают о себе, как о порядочных, тактичных людях. По этой причине их чрезвычайно трудно лечить. Естественно, они стойко сопротивляются любой попытке заставить их признать, что их поведение является не результатом ужасной болезни, а разумно скрываемой неприязни по отношению к сотоварищам, которая происходит из-за социального стремления к значимости. Если они это признают весь их жизненный план распадется на куски.

Стремление невротиков спрятать свои враждебные импульсы по отношению к другим людям помогает им продолжать ложную борьбу с симптомами. На самом деле, как мы уже видели, напряжение, создаваемое таким образом, создает комплекс симптомов. Другим способом усиления невротического поведения и возможность глубже скрыть невротические интересы является ощущение страдания. Еще большее впечатление производит то, что чем очевиднее цель болезни для других людей или для самого невротика, тем больше он требует от окружающих под предлогом свой болезни. Навязчивые состояния и ипохондрии обычно несут самые сильные субъективные страдания, поскольку они являются причиной глобального нарушения социального порядка в окружающей среде человека. Конечно, если другая форма невроза произведет равные сильные нарушения, страдания следующие за этим, оказываются такими же жестокими. Боль и несчастье часто заключают в себе обвинения всего мира и дают возможность заменить собственную ответственность страдальца на обязанность других помогать ему и успокаивать.


Каталог: templates
templates -> Образовательная программа дополнительного образования детей
templates -> Савченко Николай Юрьевич, педагог дополнительного образования Тюмень, 2010 Раздел II
templates -> Образовательная программа дополнительного образования детей
templates -> Адсорберы, выпускаемые зао
templates -> Календарь знаменательных и памятных дат на июнь-август 2015 год
templates -> Областной центр г. Киров: Первомайский офис
templates -> Правительственное попечение о народном образовании в россии (на примере оренбургского учебного округа. 1874-1917 гг.) 07. 00. 02 Отечественная история
templates -> Продукция линейки marokissime


Достарыңызбен бөлісу:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   15


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет