Подвиг летчиков



Дата18.05.2020
өлшемі125 Kb.



Горчаков – история это великая школа, богатая поучениями, но для того, чтобы эти поучения не были простым усилием памяти, нужно применять их к обстоятельствам, в которых находишься.
8. Герой — показатель многих качеств человека.

Подвиг летчиков — это не только показатель высоких морально-психологических качеств, а стремление уничтожить врага в любых условиях. Героями стали, прежде всего, те летчики, которые наряду с указанными качествами были также тактически грамотными и пытливыми в поисках нового в тактике, безупречно стреляли и бомбили, настойчиво навязывали противнику свою волю, словом были мастерами своей профессии, в силу чего они добивались выдающихся результатов в ходе боевой деятельности. Это прежде всего летчики — Герои Советского Союза, творцы нового в тактике боя, трижды и дважды Герои Советского Союза А.И. Покрышкин, И.Н. Кожедуб, А.Н. Ефимов, Н.М. Скоморохов, А.И. Колдунов и многие, многие другие. Им больше других, видимо, были свойственны способность концентрировать все психические силы и обостренная умственная деятельность в атмосфере опасности.¹

Не каждый мог решиться вступить в бой с превосходящими силами противника, особенно при возвращении с боевого задания на свой аэродром. Ведь задание уже выполнено. Но советские летчики, руководствовались в этом случае правилом: вижу врага — должен уничтожить его, во что бы то ни стало. Именно неистребимая потребность уничтожить. Героизм советских летчиков проявлялся не только в применении таранного удара. Он являлся также стремлением нанести противнику максимальный урон, не взирая на его численное преимущество или другие неблагоприятные условия. Не уклоняться от боя, как это нередко делали фашистские летчики, когда они не имели численного и тактического преимущества к началу встречи с нашими самолетами, а решительно на

вязывать его врагу, уничтожать его, или спасти товарища, попавшего в беду —это также было свойственно нашим летчикам в ходе войны и являлось

——————————

¹militera.lib.ru/h/vvs_1/15.html



для них законом, руководство которым порождало героизм, отвагу и бескомпромиссность поведения летчиков в бою. Массовый героизм советских воинов и в том числе летного состава, их стойкость и мужество отнюдь не являются лишь "природной выносливостью и неприхотливостью", "загадочностью славянской души" и другими подобными "загадками", о чем пишут буржуазные историки и военные специалисты. Им не дано понять истинные причины и побудительные мотивы героизма советского народа во всех войнах, военных конфликтах и особенно в Великой Отечественной войне. Все их "объяснения" далеки от истины, ибо они не научны и игнорируют наш социалистический строй, который порождает массовый героизм, воспитывает чувство высокой ответственности за его судьбу, за судьбу своих боевых товарищей и безусловное выполнение боевой задачи. Лишь чувство долга способно породить величие духа. Наши героические традиции глубоки. Они обусловлены советским образом жизни, всей социалистической действительностью, высокими идеалами нашего государственного и общественного строя, одухотворенностью нашего народа великими преобразующими целями, духовными ценностями, уходящими в наше далекое прошлое, в русский и советский патриотизм, любовь и преданность своей Родине.
8.1. Что такое ас.

 На заре своего развития, авиация, как и любая модная новинка, повсеместно вызывала бурю восторгов. На первых полосах газет красовались снимки героев-летчиков с репортажами об их выступлениях, гонках, рекордных перелетах. К авиаторам в то время относились примерно так же, как сейчас к "звездам" кино, музыки и спорта вместе взятым. Им поклонялись, их показательные полеты собирали огромные толпы зрителей. Летом 1914 года началась первая Мировая война, и довоенные циркачи-авиаторы стали боевыми летчиками. Это ничуть не уменьшило всеобщего восторга, только в газетах теперь стали описывать их полеты на разведку, а позже - еще и бомбометания и перестрелки из личного оружия с летчиками противника. Всем этим, конечно, воспользовались службы пропаганды воюющих стран, и вскоре на стенах появились плакаты, с которых летчики призывали записаться в армию или купить облигации военного займа. Примерно через год, когда общество уже устало от войны и тяжелых потерь, для поднятия боевого духа потребовались герои, которые могли вдохновлять и солдат на фронте, и рабочих в тылу. Как нельзя лучше для этого подходили именно летчики, ведь в противоположность фронтовой "мясорубке", газовым атакам, постоянной крови и грязи окопов, небо казалось последним прибежищем благородства. В особенности это касалось истребителей, которые, подобно рыцарям на средневековом ристалище сходились один на один, чтобы победить или погибнуть в честном единоборстве. Впрочем, с увеличением числа самолетов и ростом интенсивности воздушных боев, "рыцарство" куда-то испарилось. Стало обычным и безжалостное добивание подбитых машин, и бои "трое на одного", но широкая общественность об этом так и не узнала. Кроме "общегражданского" назначения, кампания по прославлению героев-летчиков решала и более конкретную задачу - привлечь молодых добровольцев в авиашколы, которые уже с трудом восполняли растущие боевые потери летного состава. Весной 1916 г. во Франции появился специальный термин "ас" ("as" или "туз"), которым обозначали наиболее выдающихся летчиков. По некоторым данным, "изобретателем" этого термина был майор де Роз, командир авиации 11-й французской армии, в состав которой входила знаменитая истребительная авиагруппа "Аистов". Возможно также, что первым стал называть лучших пилотов "тузами" кто-то из фронтовых газетчиков. Слово «ас» в переводе с французского означает туз, искаженное старофранцузское «deus» - Бог. Вслед за французами, термин "ас" начали использовать англичане, итальянцы и американцы, а после окончания войны он стал общепринятым. Кроме понятия "лучший", слово "ас" имеет также и конкретное цифровое значение, которое, правда, варьировалось в зависимости от времени и страны. Изначально это были 4 победы для Германии, где регулярно публиковались списки наиболее результативных летчиков, правда, еще не называвшихся асами, и 5 побед для Франции, Америки и Италии. Распространенное мнение о том, что немецкие летчики становились асами после 7 побед, не соответствует действительности, по крайней мере, применительно к периоду первой мировой войны. В Англии слово "ас" имело только значение "лучший", и британские летчики воспринимали его именно в этом смысле. В царской России термин "ас" практически не употреблялся. Можно сказать, что тогда "мода на асов" до нас еще не дошла. В годы Гражданской войны слово "асс" (именно так, с двумя "с") стало встречаться на страницах советских газет, но лишь в значениях "лихой, отчаянный пилот, сорвиголова". Первым решил подвести под это понятие "теоретическую базу" авиадарм (начальник авиации действующей армии) А.В.Сергеев, написавший в 1920-е годы несколько книг по боевому применению воздушных сил. Он предложил считать "ассом" летчика-истребителя, сбившего не менее трех аэропланов противника или пять аэростатов. Такие скромные цифры были выбраны скорее всего из-за относительно малого числа воздушных побед на Восточном фронте первой Мировой и еще меньшего - на фронтах Гражданской войны. Между тем, по окончании первой Мировой была подытожена статистика, давшая любопытные результаты. Оказалось, что асов чересчур много (только в Германии - более 400!), и "планку" подняли до 10 побед. В таком значении термин "ас" до конца 1930-х годов употреблялся в учебниках по тактике истребительной авиации, точнее - в их исторических разделах.

Но в жизни, как известно, все происходит по своим неписаным законам, и перед тем, как перейти к голым фактам и примерам, давайте постараемся хоть на миг представить себе и вникнуть в сущность самого воздушного боя. Для этого обратимся к воспоминаниям наших уважаемых ветеранов, кто не один раз видел самолет противника в перекрестии оптического прицела, сумел выжить в этой кровопролитной войне и дожить до наших дней. Емко, объективно и довольно точно удалось всего в нескольких предложениях показать специфику воздушного боя между истребителями Александру Шевцову. А.Шевцов в годы войны был корреспондентом дивизионной авиационной газеты. Совершил 48 боевых вылетов, из них 24 - на штурмовике Ил-2 в качестве воздушного стрелка, что дало ему возможность со знанием дела описать воздушный бой в книге "Это трудное лето": "А дальше все завертелось. Непосвященному человеку трудно было бы разобраться в этой кутерьме. Из-за рева и завывания собственных моторов летчики не слышали рева и завывания чужого, так же как не слышали треска пулеметов и даже басовитого татаканья пушек. И уж если говорить откровенно, в этой смертельной карусели не всегда легко было определить, с каким именно "мессером" ты сражаешься. В воздухе мелькали то кресты, то звезды. Ох, как много надо было видеть, понимать, оценивать, взвешивать истребителю одновременно, и на все отводились не секунды, а доли секунды". Этот отрывок очень хорошо показывает, что в ожесточенном скоротечном групповом бою было непросто следить за действиями отдельного самолета противника, да и никто этого и не делал. Ведь главное было, по крайней мере, не дать врагу безнаказанно действовать и в то же время постараться не дать себя сбить. Все остальное (следить за показаниями приборов, запоминать на земле ориентиры, смотреть, куда падает атакованный тобой самолет и тому подобное) было второстепенным.

8.2. Слагаемые боевого мастерства.

5 марта 2-й Украинский фронт начал Уманско-Ботошанскую операцию (5 марта – 17 апреля 1944 года).


С 1943 года авиационный полк — основная тактическая единица советских ВВС — состоял из трех эскадрилий и имел на вооружении 30 самолетов, независимо от того, был ли это полк истребительным, бомбардировочным, штурмовым. Кроме того, большинство полков имело самолеты связи. Персонал полка состоял из 34 офицеров летного состава, 130 специалистов-техников, обслуживающих самолеты, авиационное оборудование и наземную технику, и 15 военнослужащих других специальностей. Для работ на земле часто привлекались и женщины, которые работали оружейниками, укладчицами парашютов. В штате полка не было своих автомобилей, поэтому все снабжение осуществлялось тыловыми структурами дивизии и армии.

Способность русских пилотов грамотно действовать в групповом бою чрезмерно зависела от командира, подготовка и храбрость которого определяли весь рисунок, характер и результат воздушного сражения. Офицеры Люфтваффе дают различные оценки индивидуальным действиям русских истребителей в период 1942—1943 годов. Некоторые говорят о низком уровне моральной и боевой подготовки, недооценке противника, невысокой храбрости, откровенной трусости и отсутствии инициативы. Другие, наоборот, отмечают агрессивность, самоуверенность, упорство в проведении воздушного боя, частое самопожертвование и игнорирование опасности. Эти очевидные противоречия в оценках советских пилотов-истребителей можно объяснить разницей во времени и месте боевых событий, а также тем фактом, что русские истребительные части были весьма неоднородны по своей боевой выучке.

Пилотов полков, отмечаемых высокой боевой способностью, отличала скрытность маневра, они были хорошо эшелонированы по высоте, что позволяло контролировать воздушную ситуацию и сводить к минимуму опасность быть внезапно атакованными. Тактика их боевых действий базировалась на четком выполнении правила «атака—защита»; после боя они быстро собирались в группу и уходили из района боя, придерживаясь того же построения, как и на подходе. Воздушному бою всегда были свойственны решительность действий, высокая маневренность, большой пространственный размах, а также динамичность и быстрота развития. Он подразделялся на ряд этапов, главными из которых были: сближение, атака, выход из атаки, сбор и выход из боя. Этапы могли повторяться в течение одного воздушного боя. Так, например, выход из боя повторялся в целях сбора группы и изменения тактики боя с последующим возобновлением атаки. Опыт борьбы за господство в воздухе наглядно подтвердил важность организации перед боем поиска противника для его последующего уничтожения. И в этом плане значительную роль играли психологические особенности летчика-истребителя. В авиации известна истина: первый увидел – победил. Первое золотое правило летчика-истребителя: смотреть и видеть. Все могут смотреть, а увидеть первым – не все, и это нужно учитывать в бою. В эскадрилье, если ее боевой порядок построен для поиска воздушного противника и обеспечивает каждому летчику возможность без напряжения сохранять свое место в боевом порядке и максимум времени вести поиск, т. е. внимательно осматривать воздушную сферу, сосредоточивая основное внимание на направлении, откуда наиболее вероятен его подход или появление, все равно, не все летчики одинаково хорошо обнаруживают воздушного противника. Находясь в одинаковых условиях, первыми увидят противника из 10-12 летчиков один, два и редко три летчика на эскадрилью. Причем они это свое качество будут подтверждать постоянно, т. е. видеть противника значительно раньше всех других летчиков, каждый раз, в каждом боевом вылете. На полк таких летчиков в годы войны бывало 5-8.

Каждому воздушному бою предшествовал поиск противника. Поиск не являлся этапом воздушного боя, но оказывал большое влияние на его успех. Победа в воздушном бою во многом зависела от того, кто из противников первым обнаруживал цель при поиске. Тот, кто обнаруживал цель первым, мог выбрать направление сближения и атаки противника с учетом конкретных условий обстановки. После обнаружения противника перед завязкой боя истребители всегда стремились к достижению тактического превосходства над ним. Это превосходство заключалось в преимуществе по высоте, скорости и внезапности атаки. Внезапность атаки одиночного самолета или небольшой группы, особенно истребителей, иногда была такой, что противник обнаруживал атакующих истребителей только в момент открытия ими огня. Достигнуть этого при атаке больших групп бомбардировщиков было очень трудно. Поэтому тактическое превосходство истребителей при атаке в этом случае достигалось быстротою маневра, концентрацией огня по наиболее важным целям или группам, до того как противник осуществлял маневр или перестраивался для ведения оборонительного огня или перехода к ответным атакам, а также для атаки с разных направлений.

В попытке выбить наши войска с территории Румынии в марте 1944 года немцы нанесли мощный контрудар в районе города Яссы. Для обеспечения поддержки с воздуха фашистское командование собрало лучшие истребительные эскадрильи люфтваффе. На этом направлении против них действовало несколько гвардейских авиаполков, в которых служили такие советские асы, как Покрышкин, Кожедуб, Клубов, Речкалов и многие другие, имевшие уже значительный опыт ведения воздушных боев. Поэтому воздушное сражение, развернувшееся над Яссами, отличалось своим упорством и напряженностью. Немецкие бомбардировщики волна за волной под прикрытием "мессершмиттов" и "фокке-вульфов" совершали налеты на позиции советских войск. Немцы применили эшелонированное построение авиации, использовавшееся советскими летчиками еще на Кубани, и первоначально имели некоторый успех, так как наши истребители основными силами ввязывались в бой с истребителями прикрытия. Однако советские летчики очень скоро разгадали тактические приемы противника. Были внесены определенные коррективы в действия истребителей и уже на второй день боев летчики авиационного полка, которым командовал А.И.Покрышкин, сбили 30 немецких самолетов, не потеряв ни одного своего.

Известно, что А.И.Покрышкин старательно и творчески лично отрабатывал тактические приемы воздушного боя, внимательно изучал тактику противника, охотно делился своим опытом с молодыми летчиками, собиравшимися вечерами у него в палатке. Эффективность такого обучения наглядно подтверждается всего одним фактом: 30 летчиков, которые участвовали в первых боях под руководством А.И. Покрышкина, стали впоследствии Героями Советского Союза, а шестеро из них дважды удостоились Золотой Звезды Героя.¹

Майор Брукнер — в годы войны летчик-бомбардировщик, вспоминая о своих встречах с советскими истребителями, говорил, что русские часто атаковали одновременно со всех сторон, пытаясь рассеять вначале истребители

——————————————

¹militera.lib.ru/h/vvs_1/15.html

сопровождения. Затем они брались за бомбардировщики и, атакуя с хвоста, умело использовали «мертвое» для оборонительного огня пространство, которое было у Не 111. Атака под углом сзади и сверху была менее результативной, так как немецкие бомбардировщики смыкались в плотные боевые порядки и встречали истребители организованным сосредоточенным огнем.

Русские практически не использовали атаку с хвоста с двух сторон — наиболее опасную для бомбардировщиков, так как она требовала от них распределения ответного огня по разным направлениям, что резко снижало эффект оборонительных действий. Хорошая организация управления немецких бомбардировщиков при отражении атак русских истребителей в большинстве случаев сводила на нет, все усилия последних, сорвать удар по наземным целям. Ошеломленные внезапным плотным заградительным огнем, русские быстро уходили с боевого курса и редко возвращались для повторной атаки. Боясь приблизиться к боевым порядкам немецких бомбардировщиков, русские пилоты часто вели огонь с дальних дистанций, впустую тратили боеприпасы и не добивались поставленной задачи. Потери немецких бомбардировщиков во время атак истребителей противника скорее говорили о несовершенстве координации оборонительных действий со стороны немцев, чем об умелом построении наступательных маневров русских. Немецкие летчики-бомбардировщики отмечают, что нападения советских истребителей чаще всего следовало ожидать после сброса бомб на цель во время перестроения боевых порядков для следования на базу. В этот момент организовать эффективную оборону было достаточно сложно, поэтому избежать потерь не всегда удавалось. В заключение майор Брукнер отмечает, что в 1943 году в дневное время суток в условиях численного превосходства русские истребители демонстрировали возросшую агрессивность, были лучше обучены и достаточно успешно боролись с бомбардировщиками Не 111 и Ju 88. ¹

————————————

¹wcry.narod.ru/schwabedissen/03.html

Для успешных действий истребителей в воздушных боях важно было организовать их хорошую подготовку на земле. Так, например, в 240 иад в каждом полку имелись наборы схем и расчетов для проведения следующих занятий:  по тактике одиночного и группового воздушного боя истребителей с различными типами самолетов противника (схемы силуэтов самолетов противника с огневыми точками и углами обзора и обстрела);  по воздушно-стрелковой и бомбардировочной подготовке;  по аэродинамике, технике пилотирования и штурманской подготовке.

Схемы чертились на ватмане размером 25X50 см, крепились на дюрале, сверху накрывались плексигласом и крепились зажимами. Они складывались в дюралевый ящик такого же размера, комплект получался компактным и легким. Таких ящиков в каждом полку было два. Это позволяло каждому командиру полка проводить занятия с летным составом оперативно и в различных условиях. В ходе занятий анализировались сильные и слабые стороны своих самолетов и самолетов противника и делались практические выводы, как выгоднее атаковать тот или иной тип самолета противника и с учетом высоты боя. Вначале эти занятия некоторые летчики считали ненужной затеей, полагая, что на войне теорией некогда и незачем заниматься, нужно воевать. Однако опыт вскоре показал, что качество подготовки к каждому боевому вылету и боевому заданию в частях дивизии значительно повысилось. Особенно это наглядно было видно по количеству сбитых самолетов противника, наших боевых потерь и летных происшествий.

Вот итоги боевой работы 240 иад за сентябрь 1943 года. Летчики дивизии провели 71 групповой воздушный бой, в которых участвовало в общей сложности 380 наших самолетов и 743 самолета противника. В результате проведенных воздушных боев сбито 153 самолета противника. Свои потери – 49 самолетов. Соотношение составило 1: 3,1. В октябре летчики дивизии провели 39 групповых воздушных боев, в которых участвовало всего 128 наших самолетов и 388 самолетов противника. В результате проведенных воздушных боев сбито 69 самолетов противника. Свои потери – 20 самолетов. Соотношение составило 1: 3,4 . Разборы боевых вылетов, особенно отдельных неудач и неоправданных боевых потерь, которых можно было избежать, проводились также с использованием этих материалов и макетов самолетов. Когда летчики возвращались после тяжелого воздушного боя и были сильно возбуждены, для того чтобы объективно проанализировать прошедший бой, в дивизии проводились плановые занятия по одной из учебных дисциплин. Даже если после тяжелого боя летчикам: дать просто свободное время для отдыха, то они все равно будут заняты прошедшим боем. Поэтому и переключали их внимание на вещи, не связанные с прошедшим боем. Часто это была подготовка к выполнению планируемого нового боевого задания, или штурманская подготовка к предстоящему перелету на другой аэродром, или занятие по аэродинамике применительно к своему самолету и тому подобное. Затем после некоторого перерыва в спокойной обстановке проводился тщательный и подробный разбор действий каждого летчика в прошедшем воздушном бою.



6 марта 1944 года по данным М.Ю. Быкова в районе Гродзево под Черкассами Николай Семенович сбил один пикирующий бомбардировщик Ю—87

По сводкам информбюро 6 марта 1944 года, на 989-й день войны, проходила Уманско-Ботошанская операция. 2 танковая армия С. И. Богданова основными силами прорвала оборону противника и вышла в оперативную глубину. 5 гвардейская танковая армия с вечера 5 марта и днем 6 марта столкнулась с подошедшими частями 13 и 14 немецких танковых дивизий и сумела разбить их. 6 танковая армия в составе 5 гвардейского танкового и 5 механизированного корпусов 6 марта получила задачу обходным маневром с северо-запада овладеть важным железнодорожным узлом и опорным пунктом противника — Христиновкой. В дальнейшем наступать в юго-западном направлении на местечко Вапнярка и станцию Вапнярка, не давая возможности противнику отходить в южном и юго-западном направлениях.



9 марта 1944 года, прикрывая наши наземные войска в составе 6 самолетов Ла-5, в районе Громы встретился с 15 самолетами противника Ю-87. Немедля атаковав самолеты противника, расстроил их боевые порядки, в результате чего бомбардировщики противника рассыпались, беспорядочно сбрасывали бомбы, уходя мелкими группами на бреющем полете, на свою территорию. В воздушном бою группой сбито 6 самолетов противника. Лично товарищ Артамонов сбил один Ю-87. Это происходило по данным М.Ю. Быкова под Черкассами.

9 марта 1944 года, в 992 день войны, продолжалась Уманско-Ботошанская операция. В течение 8 и 9 марта войска, наступающие на уманском направлении, продвинулись на глубину до 25—30 км и расширили фронт наступления до 170 км. К исходу 9 марта 40 армия Ф. Ф. Жмаченко, преодолевая сопротивление противника, вышла на рубеж Сарны. 27 армия к этому же времени достигла рубежа Шуковойда, Христиновка, Верхнячка, западная окраина Великовки, восточная окраина Росошки. 6 танковая армия Л. Г. Кравченко обходным маневром вырвалась вперед и к исходу 9 марта вела бои за овладение Христиновкой. Войска 52 армии к концу дня 9 марта вели бои за Умань. 2 танковая армия завязала уличные бои и самом городе.


10 марта 1944 года 6 самолетами Ла-5 старший лейтенант Артамонов вылетел по вызову на прикрытие наших наземных войск. В районе Умань встретился с 20 самолетами противника Ю-87. Не допустив до цели, самолеты противника были атакованы. В завязавшемся воздушном бою группой было сбито 6 самолетов. Лично товарищ Артамонов сбил один Ю-87. Это произошло по данным М.Ю. Быкова западнее населенного пункта Юрковка.

10 марта 1944 года, в 993 день войны, продолжалась Уманско-Ботошанская операция. Утром 10 марта части 2 танковой армии при содействии 5 гвардейской танковой и 52 общевойсковой армий с ходу ворвались в город Умань и в результате ожесточенных боев полностью овладели городом. В это же время части 6 танковой и 27 армий овладели городом и крупным железнодорожным узлом Христиновкой расположенным в 20 км северо-западнее Умани. После овладения Христиновкой 6 танковая армия и 104 стрелковый корпус 40 армии (две дивизии) были выведены в резерв фронта. В 6 танковой армии к этому времени оставалось всего лишь 20 танков и самоходно-артиллерийских установок. 10 марта на главном направлении в основном была выполнена ближайшая задача фронта. Оборона противника была прорвана на 170 км по фронту и на 65 км в глубину. На направлении вспомогательного удара фронт противника также был прорван, и 5 и 7 гвардейские армии продвинулись за сутки на 7—10 км. В обстановке успешного продвижения войск главной группировки фронта обозначился отход противника и в полосе 53 армии. Совинформбюро сообщало. Войска 2 Украинского фронта, возобновив наступление, прорвали сильную оборону немцев на Уманском направлении и за 5 дней наступательных боёв продвинулись вперёд от 40 до 70 километров, расширив прорыв до 175 километров по фронту. В результате проведенной операции, войска фронта овладели городом Умань, городом и важным железнодорожным узлом Христиновка, районными центрами Киевской области районным центром Винницкой области Монастырище и заняли более 300 других населённых пунктов и железнодорожные станции.


По приказу Hародного Комиссара Обороны СССР № 0299 от 19 августа 1941 года «О порядке награждения летного состава ВВС РККА за хорошую боевую работу и о мерах борьбы со скрытым дезертирством среди военных летчиков» Николая Семеновича необходимо было представлять к награде. В истребительной авиации установлена денежная награда летчикам - истребителям за каждый сбитый самолет противника в воздушном бою в размере 1000 рублей. Кроме денежной награды, летчик - истpебитель представляется за 10 сбитых самолета противника — к высшей награде — званию Героя Советского Союза.

Положение о наградах и премиях Командующего Военными Воздушными Силами Красной Армии маршала авиации Новикова от 30 сентября 1943 года для личного состава Военных Воздушных Сил Красной Армии конкретизировало. В истребительной авиации летчиков представлять к правительственным наградам за лично уничтоженные самолеты противника в воздушных боях или на аэродромах: к высшей награде — званию Героя Советского Союза — за 10 лично сбитых самолетов-бомбардировщиков (разведчиков) или за 15 лично сбитых самолетов других типов. За боевые вылеты на сопровождение штурмовиков, бомбардировщиков, разведчиков и корректировщиков, а также за боевые вылеты на прикрытие боевых порядков наземных войск на поле боя, коммуникаций и других объектов к первой награде — за 30 успешных боевых вылетов; к последующим наградам — за каждые следующие 30 успешных боевых вылетов. За боевые вылеты на штурмовые действия и разведку войск противника к первой награде — за 20 успешных боевых вылетов; к последующим наградам — за каждые следующие 30 успешных боевых вылетов. Представление к правительственной награде командира пары, за лично сбитые им самолеты в воздушных боях, дает право на представление к награде и летчика ведомого им самолета, если он своими действиями обеспечил успех в бою своего командира пары.¹


За успехи в уничтожении противника командир 193 истребительного авиационного полка подполковник Пятаков 17 марта 1944 года написал представление на Николая Семеновича. «Старший лейтенант, помощник командира 193 истребительного авиационного полка по ВВС 302 истребительной авиационной Кировоградской дивизии 4 истребительного авиационного корпуса к званию «Герой Советского Союза», член ВКП(б) с 1944 года, в Отечественной войне участвует с 9.6.43 года Воронежский Степной и Второй Украинский фронта.

—————————————

¹Справка интернет.Ф. 4, оп. 12, д. 108, л. 502–518. Подлинник.
25.8.1943 года 5 ВА № 027/н награжден орденом Красное Знамя за 4 лично сбитых самолета противника, 2.9.1943 года 5 ВА № 030/н награжден вторым орденом Красное Знамя за 4 лично сбитых самолетов противника. 28.10.1943 года награжден третьим орденом Красное Знамя за лично сбитых 3 самолета противника 5 ВА № 048/н.

На фронтах Отечественной войны участвует с 9 июня 1943 года. Боевую деятельность начал с 5 июля 1943 года, не имеющий еще боевого опыта. С первых же дней боевой работы он проявил себя отличным летчиком, сталинским соколом, верным защитником Родины от немецко-фашистских захватчиков.

Бесстрашный, мужественный, исключительно спокойный обладает большой силой воли, блестяще выполняет боевые задания командования в борьбе с немецкими захватчиками. Его не страшит зенитный огонь и численное превосходство сил самолетов противника, никакие трудности условия полетов не останавливают его в выполнении поставленной задачи. Старший лейтенант Артамонов провел десятки воздушных одиночных и групповых боев и неизменно выходил из всех схваток с врагом победителем, презирая смерть и опасность, много раз спасал жизнь товарищам, во всех случаях навязывал врагу свою волю и завершал исход боя победой.

Первый проведенный воздушный бой 25.7.43 года под Белгородом с превосходящим количеством самолетов противника принес старшему лейтенанту Артамонову первую победу, в исходе боя лично сбил один ХЕ-126.

1.8.1943 года он вылетел в район Маслова-Пристань в составе 2 самолетов ЛА-5 с задачей: уничтожить самолет противника ФВ-189, корректировавший огонь своей артиллерии под прикрытием 4 истребителей МЕ-109. Встретившись с самолетами противника, ведущий группы атаковал ФВ-189 и сбил его. Товарищ Артамонов, защищая ведущего от истребителей противника, лично сбил один МЕ-109, тем самым одержал вторую победу. Задание было выполнено отлично.

6.8.1943 года в составе 6 самолетов ЛА-5 прикрывал передний край обороны наших наземных войск в районе Журавлевка, где встретился с истребителями противника 12 МЕ-109 и бомбардировщиками Ю-87, Хе-111. В завязавшемся воздушном бою товарищ Артамонов три раза выбивал истребителей противника из-под «хвоста» ведущего группы, чем обеспечил жизнь своему командиру группы. В исходе боя противник потерял 4 бомбардировщика и подбитыми 2 Ме-109. Лично товарищ Артамонов сбил один самолет ХЕ-111. Задание было выполнено отлично, самолеты противника в районе цели были не допущены и своей задачи не выполнили.

7.8.1943 года прикрывая свои наземные войска в составе 6 самолетов ЛА-5, в районе прикрытия встретил истребителей противника в количестве 12 МЕ-109 и два ФВ-190. В завязавшемся ожесточенном воздушном бою товарищ Артамонов неоднократно спасал жизнь командиру, выбивая из под «хвоста» командира истребителей противника лично сбил один Ме-109. Противник потерял в этом воздушном бою 6 самолетов Ме-109.

Геройство и мужество проявил старший лейтенант Артамонов в воздушном бою 10.8.1943 года. В составе 10 самолетов ЛА-5, прикрывая наши наземные войска в районах Русское Лозовое, Липцы, Сотники встретился с бомбардировщиками противника до 40 самолетов прикрываемые большой группой истребителей. В ожесточенном неравном бою нашей группой истребителей было сбито 22 самолета противника. Лично товарищ Артамонов сбил один Хе-111, 1 Ме-109 и в группе 8 самолетов 4 Ю-88 и 4 Ме-109.

1.10.1943 года, прикрывая наши наземные войска в районе Домоткань-Бородаевка, группа наших истребителей встретила до 40 самолетов противника Ю-87, сопровождаемые 10 истребителями Ме-109. Старший лейтенант Артамонов первым врезался в строй бомбардировщиков, меткой очередью сбил ведущего группы бомбардировщиков. Своими действиями расстроил боевые порядки бомбардировщиков. Последовавшие его примеру летчики обеспечили выполнение боевого задания, не допустили самолеты противника в район прикрытия, последние сбросили беспорядочно бомбовый груз и поспешно ушли на свою территорию.

Показательным был воздушный бой 7.10.1943 года. Старший лейтенант Артамонов – ведущий 6 самолетов Ла-5 в район Домоткань-Бородаевка прикрывал наши наземные войска, где встретил до 50 самолетов противника Ю-87, прикрываемые 6 истребителями Ме-109. При подходе к цели самолеты противника были мгновенно атакованы. В первые минуты воздушного боя боевые порядки бомбардировщиков были расстроены, к цели не допущены. В проведенном воздушном бою его группа сбила 7 бомбардировщиков, лично товарищ Артамонов сбил два самолета противника Ю-87.

9.3.1944 года, прикрывая наши наземные войска в составе 6 самолетов Ла-5, в районе Громы встретился с 15 самолетами противника Ю-87. Немедля атаковав самолеты противника, расстроил их боевые порядки, в результате чего бомбардировщики противника рассыпались, беспорядочно сбрасывали бомбы, уходя мелкими группами на бреющем полете, на свою территорию. В воздушном бою группой сбито 6 самолетов противника. Лично товарищ Артамонов сбил один Ю-87.

10.3.1944 года 6 самолетами Ла-5 вылетел по вызову на прикрытие наших наземных войск. В районе Умань встретился с 20-ю самолетами противника Ю-87. Не допустив до цели, самолеты противника были атакованы. В завязавшемся воздушном бою группой было сбито 6 самолетов. Лично товарищ Артамонов сбил один Ю-87.

Старший лейтенант Артамонов является не только мастером воздушного боя, он является лучшим разведчиком, для которого нет препятствий в районах разведки. В самых трудных условиях полета и насыщенности зенитной артиллерии противника он производил разведку, добывает ценные разведывательные данные, имеющие оперативное значение в продвижении наших наземных войск.

За время своей боевой деятельности товарищ Артамонов произвел 165 боевых вылетов, из них– 32 вылета на разведку, на прикрытие наших наземных войск – 74 вылета, на сопровождение бомбардировщиков – 54 вылета, на «свободную охоту» и штурмовку – 5 вылетов. За это же время им проведено 42 воздушных боя, в которых лично сбил 18 самолетов противника 7 Ю-87, 2 ХЕ-11, 1 ХЕ-126, 6 Ме-109, 2 ФВ-190 и в группе 8 самолетов: 4 Ю-88 и 4 МЕ-109.

За время боевой работы командиром звена сумел хорошо подготовить летный состав для выполнения боевых заданий. Его звено произвело 111 боевых вылетов, произвело 28 воздушных боев, в которых сбито 15 самолетов противника. Командуя эскадрильей, сумел сплотить вокруг себя таким образом, что летный состав показал на основе его опыта отличные образцы выполнения заданий.

Ведя боевую работу в должности помощника командира полка по воздушно-стрелковой службе, все свои знания и приобретенный опыт воздушной стрельбы со всей энергией передает летному составу, в результате чего только за два дня боевой работы летчиками полка сбито 12 самолетов Ю-87.

За образцовое выполнение заданий командования в борьбе с немецкими захватчиками, проявленные при этом героизм и мужество, за лично сбитые в воздушных боях 18 самолетов противника 7 Ю-87, 2 ХЕ-111, 1 ХЕ-126, 6 Ме-190 и в группе 8 самолетов - 4 Ю-88 и 4 Ме-109, за 32 успешных вылета на разведку войск и техники противника достоин присвоения звания «Герой Советского Союза».

Командир 302 истребительной авиационной Кировоградской дивизии гвардии подполковник Зиновьев 19 марта 1944 года утвердил представление командира полка. За героизм, проявленный в борьбе с немецкими захватчиками, за лично сбитые в воздушных боях 18 самолетов противника –7 Ю-87, 2 Хе-111, 1 ХШ-126, 6 Ме-109 и в группе 8 самолетов противника –4 Ю-88 и 4 ме-109, за 32 успешных вылета на разведку войск и техники противника достоин присвоения звания «Герой Советского Союза».

Командир 4 истребительного авиационного корпуса генерал-майор авиации Подгорный 18 апреля 1944 года согласился с представлением. За отличное выполнение боевых заданий Командования в борьбе с немецкими захватчиками и проявленные при этом исключительную смелость, мужество и героизм, за лично сбитые 18 самолетов противника и 8 самолетов в групповых боях достоин присвоения высшей правительственной награды звания «Герой Советского Союза».

Командующий 5 воздушной армии генерал-полковник авиации Горюнов 24 апреля 1944 года ходатайствовал перед командующим 2 Украинским фронтом: Достоин высшей правительственной награды звания «Герой Советского Союза».

Командующий 2 Украинского фронта генерал-армии Малиновский и член военного совета 2 Украинского фронта генерал-лейтенант танковых войск Сусайков 7 июля 1944 года утвердили представление: Достоин высшей правительственной награды звания «Герой Советского Союза».

По данному представлению старшему лейтенанту Артамонову Николаю Семеновичу Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19.8.1944 г. присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».¹

19 августа 1944 года товарищи тепло поздравили Николая, и он поспешил поделиться счастьем с матерью: «Здравствуй, мама! Сегодня я узнал радостную весть: Указом Президиума Верховного Совета СССР мне присвоено звание Героя Советского Союза. Это самое большое событие в моей жизни. Сегодня же, в первый день наступления нашего фронта, на глазах у своего командования мне удалось первому среди летчиков фронта сбить немецкий истребитель. Теперь на моем счету 30 стервятников. Будьте здоровы и счастливы, мама и все ребята. До окончательной победы теперь осталось недолго», — так приведено письмо в статье Е. Верстунина «Отважный сокол» сборника «Герои и подвиги» изданного в Саратове Приволжским книжным издательством Пензенским отделением в 1981 году.

Вывод: К моменту боев за Черкассы Николай Семенович Артамонов был переведен из 297 авиационного полка в 193 истребительный авиационный полк на должность помощника командира полка по военно—воздушной службе. Его

———————————————

¹Справка: Архив МО, ф. 33, оп. 793756, д.3, лл. 63,64.


боевой опыт, умение воевать и успешно сбивать самолеты противника, при этом выходить живым и почти без повреждений понадобился командованию 302 авиационной дивизии. Его перевели в соседний полк для обучения и воспитания летчиков, для примера сослуживцам, чтобы все задачи, стоящие перед дивизией, выполнялись равномерно всеми летчиками с наименьшими потерями в личном составе и технике. Мастерство и бесстрашие Артамонова показывалось в боях на практике, личном примере, в обозримом действии для подчиненных и играло большую роль в воспитании бойцов. Знаю по своему опыту, научить, в принципе, выполнять тот или иной элемент можно быстро многих, однако довести до аса – это сложнее и не всякому дано. Поэтому Николая Семеновича назначили помощником командира полка по военно—воздушной службе. На новом месте службы ты начинаешь все сначала. Перейдя в 193 полк, Николай Семенович набирал счет подбитых самолетов можно сказать сначала. Поэтому его представление на звание Героя Советского Союза было написано после набора восемнадцати самолетов в общем зачете. На известной фотографии Артамонова гвардии капитана с орденом Ленина и медалью «Золотая Звезда», тремя орденами Красное знамя он находится с однополчанином награжденным орденом «Красная Звезда». Мне не удалось узнать имя этого человека. Могу предположить, исходя из человеческой жизненной практики, что Артамонов фотографировался со своим ведомым, который неоднократно спасал ему жизнь, и по ходатайству Николая Семеновича был представлен к правительственной награде. К моменту представления к награде на личном счету Николая Семеновича было две боевые эскадрильи самолетов противника, одна из них составляла самолеты бомбардировщики. На прикрытие наших войск он вылетал 74 раза, разведку 32 вылета и штурмовку 5 вылетов. За эту боевую работу он за каждый вид боевого вылета доложен был быть представлен к государственной награде. За прикрытие наших войск — дважды. За разведку и штурмовку — один раз. Но штабные работники бережливы, когда речь заходит о представлении к наградам для боевых офицеров.

Достарыңызбен бөлісу:


©netref.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет